Рога, железо и перья.

      Идриаль, наблюдал за постепенно наполняющейся народом площадью. Солнце уже скрылось за горизонтом и олень, как и обещал пришёл и теперь подпирал стену наблюдая за Атрианом.       Птиц был хорош, одет он был в яркую красную мантию что расходилась к низу и короткие темные бриджи. Свет от костров порождал десятки теней что танцевали свой неостановимый танец. Он, постоянно появлялся то тут, то там и умудрясь не только быть в центре внимания, но и потихоньку напиваясь, танцуя.       Идриаль же просто наслаждался, наблюдая праздником, неспешно отпивал что-то алкогольное из первой же попавшийся кружки и наблюдая за птицей.              Лезть в центр он не особо хотел. - Привет, Ид. – Втиснулся рядом Джес. – Всё грустишь и сохнешь по пташке? - - Доброго вечера, Джес. – Кузнец приподнял кружку приветствуя собеседника. – Нет я просто наслаждаюсь вечером. – - Ну это хорошо, потому что полупьяное пернатое тельце идёт прямо сюда. – Хмыкнул пшеничный пёс, кивком указывая ему за спину. - Вот ты где! – Набросился с сзади на кузнеца, Атриан. - Пошли танцевать! Нет есть идея по лучше! – Птиц замер и втиснулся между Джесом и кузнецом, кладя ладони на щеки последнему и разворачивая голову на себя. – Спой нам что ни будь из своих древних песен! – Громко воскликнул Атриан. - Я давно ничего не пел. – Попытался было отвертеться Идриаль. – Почти всё забыл. - - Хех, не просто так отделаться не получится. – Полупьяно вставил пшеничный пёс и начал громко скандировать одно и тоже слово, привлекая внимание окружающих – Пес-ню! Пес-ню! Пес-ню!              Через секунду вся площадь начала скандировать в такт смотря на кузнеца. Атриан же вцепился в руку кузнеца и потащил за собой, прямо к кострам в центр.               Идриаль с начала шёл не охотно, но потом сдавшись напору птица, позволил вести себя. - Ладной, ладной. – Кузнец поднял руки призывая к тишине. – Я спою одну, мою любимую она чуть грустноватая, но, очень хорошая. Как же там… а, вспомнил. –       Идриаль чуть отступил и глубоко вздохнув начал песнь.             ___       Ночь темна,       Надежды нет,       Но сердцу верь:       Придёт рассвет.       Пусть ночь длинна,       Пусть нет тропы,       Но неба высь напомнит нам:       Рассвет придёт.       Первый куплет он пропел в одиночестве в оглушающей тишине и его мощный голос разносился по всему поселению, но стоило начать второй как в песнь вплёлся звонкий голос Хекет.       Маяк погас,       Лишь звёзд узор       Укажет путь,       Рассвет придёт.       На середине второго начал подпевать Калламар, приобнимая названную сестру.              Пусть ночь длинна,       Пусть нет тропы,       Но неба высь напомнит нам:       Рассвет придёт.       На третьем включился Нариндер приобнимая за плечи Ламберта.       Свой верный меч       Сожми в руке,       Отступит враг,       Рассвет придёт.       На последнем вплели свои голоса Шамура и Леший, качаясь в объятиях друг друга.              Пусть ночь длинна,       Пусть нет тропы,       Но неба высь напомнит нам:       Рассвет придёт.              Песня «The Dawn Will Come» («Придёт рассвет»)              ___       Тишина после песни объяла площадь, не часто пять епископов выступают вместе.              Атриан поддался внезапному порыву и рванул руку Идреаля разворачивая его на себя и тут же целуя.              Поцелуй не был быстрый, нет он был решительным и долгим словно заявляя права одного на другого. - Вот оно! Наша птичка совершила свою охоту! – Воскликнул Леший, даже не пытаясь выбраться из переплетения рук Шамуры, напротив он зарылся в них глубже что-то шепча ему.       Где-то в толпе одобрительно засвистел Джес.       Праздник не остановился, он шумел вокруг, но для восьмерых бессмертных он стал чуть тише, разбился на маленькие кусочки личного счастья.       Постепенно, они разошлись по разным местам. Их не трогали и не лезли с просьбами или советами.       Идриаль и Атриан тоже остались вдвоём, в отличие от остальных они улизнули с праздника и неспешно шли к реке. Они оба молчали, но тишина не была не уютной. - Почему ты не носишь свои рога? – Наконец прервал молчание Атриан. - Они слишком много говорят, значат, показывают. – Тихо ответил кузнец. – Я просто не достоин их. Каждый раз я отрываю их и каждый раз они отрастают. – - А что именно по ним можно узнать? – Поинтересовался птиц, немного шатаясь и держась за кузнеца что бы не упасть. - Род, который погиб. Положение, которое не менялось веками. Чистоту крови, которой давно уже нет. – Глухо перечислил Идриаль, останавливаясь на берегу и невидяща смотря на темные воды. - Они тебе очень идут. Может оставишь их? – Атриант буквально повис на олене.       Ночной воздух хоть и помог, но количество выпитого явно перебарывало и птиц с каждой минутой его развозило всё больше. - Может, переместимся в более уединённое место? – Еле связывая слова продолжал Атриан. Идриаль довернулся на птица, тот еле стоял на ногах. Если бы он не висел на олене он бы уже давно рухнул на землю. - Я подумаю над этим. – Ответил кузнец и подхватив Атриана на руки неся его к дому. - Ух, вот это напор! – Пьяно воскликнул птиц, обвивая шею Идриаля и шепча ему на ухо. – А куда мы идём? – - К тебе домой. – Буркнул кузнец, одновременно удерживая вертящегося партнёра на руках и пытаясь найти более безлюдный путь. - А что мы там будем делать? – Всё не унимался Атрина. - Ты спать, а я пойду к себе. – Отрезал Идриаль. - Не-е-ет, это скучно… - Протянул птиц. - Я тебе совсем не нравлюсь? – - Нравишься. – Ответил олень, останавливаясь и перехватывая осоловелый взгляд парня. – Очень нравишься. Именно поэтому я не буду с тобой спать пока ты пьян. -              Атриан хотел сказать что-то ещё, но в итоге просто отрубился. Идриаль фыркнул и по удобнее перехватил затихшего птица пошёл дальше.              Про себя думая, что он ещё намучается с этим пернатым бедствием.