Однако, да

Первое слово, которое Джон выучил по-русски, было «Да». Он говорил его в аэропорту без акцента так, словно при рождении слышал не «Иес», а «Да». Сейчас, когда он в бега от США, как и его возлюбленная, то знает много русских слов, также может составлять предложения на отличном от английского языке без запинки. Находясь на чужой земле, он понял, что русская женщина отличается от любой другой. Широтой души — в последнюю очередь. Софья, а именно так звали на самом деле Надю, больше всего любит тусоваться на кухне, даже если не хочет есть, болтает без умолку и всегда при любых сложностях угрожает своей мамой. Джон, который стал простым пареньком Женей, работающем на заводе, а так же пережив появление на свет уже третьего отпрыска, медленно сходит с ума. Софью нельзя назвать кукушкой, которая не имеет понятия о том, как заботиться о тех, кого приручила, но эти самые ваши мозги прокручивает словно мясорубкой. Недавно они поссорились на глазах у детей. Софья первой сделала первые шаги к тому, чтобы помириться, наверное, поняв, что перегнула. Вообще, у русских не принято обсуждать причину ссоры на следующий день, как понял Джон из долгой семейной жизни. — Погода хорошая, — произносит она с утра. Какой-то бес забрался Женечке под ребра, поэтому он отвечает: — Да. — А помнишь, когда мы купались, когда толком ничего друг о друге не знали, была такая же? — Да. — Ты меня еще любишь? — Да. Софья напрягается от услышанного тона и вздергивается. — Ты другое слово вообще знаешь? — Да. Она вздыхает недовольно, а потом поднимается с постели, вдевая ноги в тапочки. — Ты завтракать будешь? — Да-а-а-а, — точно так же тянет Джон. Софья вдруг начинает смеяться, а потом пихает его в плечо. — Какое другое слово ты знаешь? — Перископ, — улыбается в ответ Джон. — А при чем тут перископ? — спрашивает Софья. Оба давятся смехом, а потом хватают друг друга в объятия, словно еще молоды. — Да-а-а-а-а, — хором произносят они, и Софья начинает щекотать Джона за отросший живот. Давясь смехом и слезами примирения, оба тяжело дышат, и Софья говорит следующее: — Кажется, ты стал русским на все сто процентов. — Говорят, у меня еще жена русская, — не останавливается Джон с новой порцией смеха и получает подушку в лицо. Первое слово, которое Джон выучил по-русски, было «Да». Он говорил его в аэропорту без акцента так, словно при рождении слышал не «Иес», а «Да». И он нашел способ, как им ставить на место даже Софью.