«Эхо Белого Шума»

Тоби идёт на поправку. Через неделю он уже встаёт, хромает по комнате, матерится, когда болит нога. Хлоя злится, заставляет его лежать — он не слушается. Лазари вздыхает и уходит в другую комнату, потому что смотреть на этих двоих невозможно. • Тоби (хромает к Хлое, садится рядом): — Ну что, кукла? Долго мы ещё здесь будем торчать? • Хлоя (смотрит в окно, на лес): — Пока ты не оклемаешься. • Тоби: — Я уже оклемался. • Хлоя (поворачивается к нему): — Ты хромаешь, Тоби. •Тоби: — Подумаешь, блять. Зато живой. В ту же ночь воздух в доме становится ледяным. Диктофон начинает шипеть — не ровно, а с помехами. Хлоя открывает глаза, садится на постели. По стенам пробегают чёрные тени — неестественные, живые. • Хлоя (резко, Лазари и Тоби): — Вставайте! Он здесь! Тоби подрывается мгновенно, хватает топоры. Лазари прижимается к стене, её глаза вспыхивают фиолетовым. Тени сгущаются в углу комнаты, превращаясь в высокую, безликую фигуру. Слендермен пришёл сам. • Голос Слендермена (в их головах, тяжёлый, давящий): — Вы думали, что спрячетесь? Вы — мои. Всегда. Хлоя делает шаг вперёд, закрывая собой Тоби и Лазари. В её глазах вспыхивает белый свет — не тот, мёртвый, которым её заражал Лес. А её собственный. Яростный. Горячий. • Хлоя (голос низкий, вибрирующий): — Мы не твои, ублюдок. Мы никогда не были твоими. Ты сломал нас, да. Ты сделал из нас оружие. Но мы — не марионетки. Тоби встаёт рядом. Его шея дёргается, но голос твёрдый. •Тоби: — Пошёл нахуй, безликий. Мы уходим. Навсегда. Слендермен делает шаг вперёд. Щупальца тянутся к Хлое — но она бьёт топором по одному из них. Лезвие врезается в черноту, и Слендермен отшатывается. Впервые. Потому что она ударила по нему — не по его приказам, не по ментальной связи, а по нему самому. • Хлоя (кричит, белый свет в глазах разгорается до ослепительной вспышки): — Ты не получишь нас! Никогда! Мы — семья, блять! Сломанная, ебанутая, но семья! Убирайся в свой лес, пока я не сожгла его дотла! На секунду в комнате становится тихо. Слендермен замирает. Его безликая голова медленно поворачивается — от Хлои к Тоби, от Тоби к Лазари. А потом он исчезает. Растворяется в темноте. Помехи в ушах затихают. Хлоя опускает топор. Её руки дрожат. Белый свет в глазах гаснет. Она поворачивается к Тоби — он смотрит на неё с каким-то новым, непривычным выражением. Не безумие. Не злость. Восхищение. • Тоби (хрипло): — Ты... ты его выгнала, кукла. Реально выгнала. • Хлоя (выдыхает, садится на пол, потому что ноги не держат): — Пошёл он нахуй. Лазари подбегает, обнимает её. Крепко. Тоби садится рядом, кладёт руку на плечо. • Лазари (тихо, счастливо): — Мы свободны? • Хлоя (смотрит в окно — лес молчит, нет теней, нет давления): — Свободны, маленькая. Пока да. • Тоби (усмехается): — А потом — снова в бой. •Хлоя (поворачивается к нему, устало улыбается): — Потом — п осмотрим. А сейчас — собирайтесь. Мы уходим из этого леса. Навсегда.