Новые герои Энвелла. Легенды возвращаются.

      Вик ещё несколько секунд стоял неподвижно, не отрывая взгляда от светящейся татуировки на шее Савы. Сердце колотилось слишком быстро, а мысли путались так сильно, что ему понадобилось время, чтобы вообще снова начать нормально дышать. Слава же первым отвёл взгляд и тяжело вытер щёку рукавом толстовки. — Не смотри так, пожалуйста, — тихо сказал он. — Я и без этого чувствую себя психом.       Вик медленно подошёл ближе и сел в старое кресло, стоявшее возле стены балкона. Здесь родители Сменкиных когда-то устроили подобие зоны отдыха: два потёртых кресла, маленький столик и гирлянда, которая давно не работала. С крыши сюда падали длинные тени, а закат окрашивал бетон и стены в тёплый оранжевый цвет. Сава немного помедлил, потом тоже сел напротив, подтянув колени ближе к себе. Теперь Вик видел, насколько тот вымотан. Под глазами залегли тёмные круги, пальцы были искусаны почти до крови, а кудри действительно выглядели так, будто часть прядей вырвали руками.       Несколько секунд они молчали. Потом Вик осторожно спросил: — Ты помнишь Энвелл?       Сава тихо усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего весёлого. — Я помню гораздо больше, чем хотел бы. —Он запрокинул голову назад и закрыл глаза. — Я помню, как всё начало лезть в реальность. Помню монстров на улицах. Помню людей, которые бежали и не понимали, что происходит. Помню, как дома буквально ломались из-за багов и падали в пропасть. Помню Моргарта...       При упоминании этого имени у Вика внутри неприятно сжалось что-то старое и болезненное. — Я тогда был не здесь, — продолжил Сава. — Мы с друзьями застряли возле метро, когда полезли твари... Они были... Н.настоящие.. Они убивали людей прямо на улице, я видел! Видел как кофейный автомат раздавил девушку...       Он говорил сбивчиво, но старался звучать почти спокойно, только пальцы всё сильнее сжимались на ткани толстовки. — Я помню, как дрался с ними. Помню, как меня разорвало почти пополам. Боль вспыхнула и сразу прошла оставив только только холод. А потом мой друг… Сава замолчал на несколько секунд. Его глаза вновь наполнились слезами что хлынули бурным потоком. Держаться было уже невозможно, он говорил и переживал это ровно как в тот день. — Он был целителем. Настоящим. Я даже имени его теперь нормально вспомнить не могу, хотя пытаюсь каждый день. Он отдал свою жизнь, чтобы вытащить меня. После этого осталась метка.       Свет под воротником снова дрогнул болезнеными цветами. Фиолетовый и красный смешались друг с другом словно пытаясь задавить и взять первенство. — А потом всё закончилось. Мир вернулся обратно. Люди забыли. Все стали жить дальше, будто ничего не произошло. Он резко выдохнул и наконец посмотрел на Вика. — Только я не забыл... Я.. Сумасшедший? Неужели я правда сошёл с ума..       Эти слова прозвучали настолько тихо и честно, что Вик почувствовал знакомую тяжесть внутри груди. Потому что он понимал это слишком хорошо.       Он медленно поднял руку и коснулся собственной щеки. Под пальцами почти сразу вспыхнул знакомый рисунок — тонкая татуировка, скрытая под кожей. Свет растёкся мягким голубым оттенком. Слава впервые поднял на Вика глаза рассматривая его внимательнее. В его глазах впервые появилось настоящее удивление. — Ты тоже… Вик кивнул. — Мы всё помним. Я, Арт, Кира, Фил. Мы были там до конца. Именно мы остановили Моргарта.       Сава несколько секунд просто смотрел на него так, будто впервые за долгое время увидел живого человека, а не очередное доказательство собственного безумия. — Значит… я не один такой. Голос у него дрогнул на последних словах. А Вик слабо улыбнулся и кивнул. — Нет. Хотя иногда кажется, что было бы проще забудь мы всё это...       Сава тихо засмеялся сквозь остатки слёз. Разговор дальше пошёл легче, будто между ними наконец исчезла стена, которую Сава держал с самого приезда. Они говорили долго. О кошмарах, о страхе снова увидеть баги в реальности, о том, как тяжело жить среди людей, которые ничего не помнят, о чувстве вины за тех, кого спасти не удалось. Потом разговор как-то случайно вернулся к Вел. Вик отвёл взгляд в сторону города и смотря на потемневшие улицы вспомнил её глаза. — В Энвелле была другая Вел. Сава нахмурился. — Другая? — Игровая. Настоящая для нас. Она погибла спасая меня.       Сава молчал, внимательно слушая и стараясь молча поддержать накрыв его руку своей ладошкой. Вик улыбнулся такому жесту смотря в полные сожаления и понимания глаза. Хоть кто-то мог разделить его боль. — Она была совсем не похожа на твою сестру, — продолжил Вик тихо. — Та Вел умела слушать. Она правда переживала за людей. И… наверное, я слишком долго пытался увидеть её в реальном человеке. Сава медленно опустил голову. — Теперь понятно, почему ты так на неё смотрел. Вик невесело усмехнулся. — Наверное. Несколько секунд они снова сидели молча, слушая вечерний город. Потом Сава неожиданно сказал: — Я вообще.. Я хочу поступать в Питер после лета. Думаю смогу учиться здесь, только… мне нельзя в общагу. — Почему? — Вик наклонил голову заинтересовались необычной сменой разговора. Сава нервно усмехнулся. — Потому что я не выдержу. Мне тяжело рядом с незнакомыми людьми. Я почти не сплю. Иногда у меня паника начинается просто от шума за стеной.       Он говорил об этом спокойно, будто давно смирился с собственной поломанностью. Вик посмотрел на него внимательно словно пытался понять что за чувство у него в груди. Потом вдруг сказал полный решимости : — Можешь жить у меня. Сава даже не сразу понял смысл слов. — Что? — Родители почти постоянно в разъездах. Кира часто остаётся в питомнике, где работает. Комната свободная. И… мне кажется, тебе сейчас нельзя быть одному. Сава растерянно моргнул и опустил взгляд. Такого предложения он явно не ожидал. — Ты меня вообще первый день знаешь... — Зато я знаю этот взгляд, — тихо ответил Вик. — И знаю, что бывает, когда остаёшься с этим один. Я... Думаю мне тоже понадобится компания.       На глазах Савы снова выступили слёзы, только теперь он быстро отвернулся к закату. — Спасибо, — выдохнул он почти шёпотом. — Правда.       Когда они наконец спустились обратно в квартиру, атмосфера внутри стала совсем другой. Фил сидел с мрачным лицом, Илья молча крутил в руках кружку, а Кира выглядела раздражённой настолько, что это уже переходило в злость. Вик сразу понял что что-то случилось. — А где Вел? — спросил он. Фил коротко хмыкнул. — Ушла. — В смысле? — В прямом. К подружкам каким-то поехала. Сказала, что здесь скучно.       Сава замер возле окна. Кира бросила на него быстрый взгляд, после которого выражение её лица стало ещё жёстче. — И перед уходом рассказала нам много интересного. — холодно сказала она. Сава уже будто заранее сжался. — Что именно?.. Фил раздражённо откинулся на ноги Ильи и тут же получил пинок в спину. — Что ты ненормальный. Что у тебя проблемы с головой. Что ты выдумываешь всякое про апокалипсис и пугаешь людей. И что тебе нельзя верить, потому что ты «застреваешь в фантазиях».       Тишина после этих слов показалась почти болезненной, а Сава медленно опустил взгляд. Будто услышал не что-то новое, а то, к чему давно привык. — Ну да... Есть такое... Я не агрессивный, могу справку показать... — неловко пробормотал Сава начав теребить свои пальцы виновато опустив глаза.       Виктор внимательно посмотрел на своих друзей, в особенности на Фила затыкая его до того, как их гнилого рта снова полезет очередная противная шутка. После разговора на крыше что-то между ними действительно изменилось и Вику хотелось чтобы парень чувствовал себя немного увереннее. — Ты... Не парься. Мы не считаем тебя каким-то не нормальным. Да, ребят?       Все дружно закивали, а Арт зло цыкнул и отвернулся. Ему совершенно не нравилось пополнение в коллективе. Он с трудом пережил Илью которую везде с собой таскал Филипп.       Сава же, почувствовав понимание от этих людей, больше не выглядел человеком, который каждую секунду ищет путь к отступлению. Напряжение всё ещё оставалось в его плечах и взгляде, но теперь он хотя бы начал отвечать на вопросы, а не прятаться за короткими фразами. Илья довольно быстро втянул его в разговор про Питер и университеты, потому что сам когда-то хотел поступать, но решил довольствоваться курсами IT. Фил начал осторожно шутить, уже без своей привычной клоунады, а Кира, хотя и продолжала выглядеть холодной, больше не смотрела на Саву как на потенциальную проблему изредка отвечая на его вопросы о животных и показывая фотки своих подопечных.       Через пару часов квартира снова начала напоминать старые времена. Фил спорил с Ильёй о новых механиках игры, Кира сидела на полу возле дивана и листала какие-то фотографии животных из питомника показывая Саве тех кого с таким трудом вырастила, но нарошно пролистывала фото Крипа, Арт лениво комментировал очередной бред Фила, а Вик наконец выглядел живым, а не разбитым. И Сава постепенно втягивался в это тепло, будто не верил, что ему действительно разрешают остаться. Он сидел на краю кресла, слушал чужие перепалки и иногда тихо смеялся. У него оказался неожиданно красивый смех — редкий, сипловатый и очень осторожный, словно он давно отвык смеяться рядом с людьми. Фил заметил это первым. — О, всё, пацаны, он социализируется, — победно объявил он. — Ещё немного и начнёт сам меня оскорблять. — Это уже признак полного выздоровления, или, скорее, заражения тупостью Фила.— поддержал Илья. Сава закатил глаза, но уголки его губ дрогнули. — Вы всегда настолько шумные? — Нет, — совершенно серьёзно ответила Кира. — Иногда хуже.       Вик посмотрел на Саву и неожиданно поймал себя на мысли, что рядом с ним становится легче дышать. Потому что впервые за долгое время рядом находился человек, который не смотрел на воспоминания об Энвелле как на детский бред или старую игру. Сава помнил всё так же ясно и именно поэтому Вик чувствовал что Слава уже давно должен был влиться в их тусовку. Его присутствие казалось чем-то правильным.       Внезапно Фил полез в один из ящиков шкафа, продолжая спорить с Ильёй о дизайне монстров. — Да говорю тебе, старые модели были атмосферное из-за синего свечения. Нет, оно было синим! У меня даже штука одна осталась. — Фил, не начинай собирать музей своего хлама, — устало сказал Арт. — Это не хлам, а историческое наследие! С этими словами Фил вытащил небольшой предмет, обёрнутый в ткань. Вик сразу почувствовал неприятное напряжение, потому что узнал его раньше, чем Фил успел полностью развернуть ткань. Кристалл из Энвелла. Один из тех редких артефактов, которые после разрушения игры каким-то образом остались в реальности. Тусклый, с трещиной посередине, но всё ещё живой свет внутри кристалла слабо пульсировал ядовито-синим.       Сава увидел его почти сразу и в ту же секунду всё внутри него сломалось. Он резко вскочил так быстро, что кресло с грохотом ударилось о стену. — Убери это! — голос звучал истерично и сдавленно. Словно весь воздух их парня выбило в один миг. Все замолчали, а Фил удивлённо моргнул. — Эй, спокойно, это просто— — УБЕРИ ЭТО! — голос Савы сорвался почти в визг. Он отшатнулся назад, будто кристалл мог броситься на него живьём. Дыхание стало рваным и слишком быстрым. Зрачки сузились настолько, что почти исчезли, а взгляд не сходил с кристалла в руке Филипп. Вик поднялся первым. — Сав… Но тот уже не слышал. Он врезался спиной в угол возле окна и буквально сполз вниз по стене, закрывая голову руками. — Нет-нет-нет-нет.. Пожалуйста! Только не сно...— голос оборвался хрипом.       Кира резко побледнела. Потому что это был не просто страх, а настоящая паника человека, который снова оказался внутри своего худшего воспоминания. Сава начал дёргать себя за волосы так сильно, что несколько тёмных кудрей почти сразу остались между пальцами. — Сав, посмотри на меня, — быстро сказал Вик, опускаясь рядом на корточки. — Ты дома. Всё нормально. — Он здесь...он здесь...он здесь... — Кто? Сава зажмурился так сильно, будто пытался исчезнуть. — Моргарт…       Последнее слово прозвучало почти шёпотом. Фил медленно опустил кристалл обратно в ткань. Теперь он сам выглядел испуганным. — Чёрт… я не знал…       Сава продолжал задыхаться. Его трясло настолько сильно, что руки едва слушались. Он снова схватился за волосы, пытаясь вырвать очередную прядь, но в этот раз Кира быстро перехватила его запястья. — Не надо, — тихо сказала она. — Ты только хуже себе делаешь. Сава дёрнулся, будто вообще не понимал, кто к нему прикасается. — Не трогайте меня… — Хорошо, — сразу сказал Фил спокойным голосом. — Никто тебя не трогает. Просто дыши.       Он сел чуть дальше, чтобы не давить присутствием. Илья быстро закрыл шторы, убрал лишний свет и выключил музыку, которая до этого тихо играла на фоне. Вик всё ещё сидел рядом с видом человека который словно смотрел на себя со стороны. Себя, много лет назад, после заточения Моргарта... Когда он сидел точно так же в ванной и паниковал. — Смотри на меня, пожалуйста, — говорил он тихо и ровно. — Здесь нет Энвелла. Здесь квартира Сменкиных. Сейчас лето. Всё закончилось. — Нет… нет… оно никогда не заканчивается… Татуировка на шее Савы вспыхивала болезненно-красным, будто реагировала на его состояние. Вик почувствовал, как собственная метка на щеке тоже начинает светиться ярко зелёным. Ему было стыдно и горько... — Сав.       Тот наконец поднял взгляд. И в его глазах был такой ужас, будто он снова видел перед собой конец мира. — Ты не один, — тихо сказал Вик. — Слышишь? Мы тоже это пережили. Мы рядом. Оно закончилось.       Сава несколько секунд просто смотрел на него, пытаясь зацепиться за голос, за слова, за реальность. Потом его дыхание наконец немного собралось в нормальный ритм. Только руки всё ещё дрожали так сильно, что он едва мог их удержать.