Часть 9
29 мая 2026 г., 07:43
К моменту, когда они вернулись в студию, внутри было подозрительно тихо.
Слишком тихо.
Sett сразу прищурился.
— Мне это не нравится.
Афелий рядом спокойно снимал мокрый капюшон, будто совершенно не ожидал засады.
Очень зря.
Стоило двери закрыться, как из-за дивана выскочил Ezreal.
— НУ?!
Сетт дёрнулся так, что чуть не уронил пакет.
— ТВОЮ МАТЬ—
Следом поднялся Kayn, сидящий на полу с пачкой чипсов.
— Почему вы так долго?
— Вы сидели в засаде?!
— Конечно, — невозмутимо ответил Каин. — Мы инвестировали в этот пейринг слишком много времени.
— Вы больные.
— Это не ответ.
Сетт медленно закрыл глаза.
Афелий же просто прошёл мимо всей этой сцены и поставил пакет на стол.
Полное игнорирование.
Будто происходящее его вообще не касалось.
Но Сетт слишком хорошо его уже знал.
И поэтому заметил, как едва заметно дрогнули плечи Афелия.
Он сдерживал смех.
Засранец.
— Ну? — Эзреаль уже practically висел на Сетте. — Что было? Романтика? Напряжение? Поцелуй под дождём?
— Мы ходили за лапшой.
— Это не отменяет поцелуй.
— Его не было!
Каин драматично вздохнул.
— Слабая работа.
И тут Афелий наконец достал телефон.
“Сетт угрожал меня поцеловать.”
Тишина.
Абсолютная.
Сетт почувствовал, как у него отключается мозг.
Эзреаль издал звук умирающего чайника.
Каин рухнул на диван, задыхаясь от смеха.
Даже K'Sante подавился кофе.
А из угла комнаты очень медленно поднял взгляд Yone.
— Он что сделал?
— ЭТО БЫЛА ШУТКА—
Афелий спокойно напечатал новое сообщение.
“Он сказал это очень серьёзно.”
— АФЕЛИЙ.
Тот посмотрел на Сетта совершенно невинным взглядом.
И именно это добило его окончательно.
— Ты реально худший человек, которого я знаю.
Афелий задумался.
Потом медленно показал экран:
“Но любимый?”
Эзреаль упал с дивана.
Каин начал задыхаться.
Ксантэ отвернулся к стене, уже не скрывая смех.
А Сетт…
Сетт просто стоял посреди комнаты и смотрел на Афелия так, будто тот только что выстрелил ему прямо в сердце.
Потому что проблема была в том, что Афелий опять сказал это своим обычным спокойным лицом.
Без смущения.
Без попытки сгладить.
Будто просто констатировал факт.
И это ощущалось слишком настоящим.
На несколько секунд в комнате стало неожиданно тихо.
Даже Каин перестал ржать.
Потому что все заметили:
Сетт больше не выглядит просто смущённым.
Он выглядит… потерянным.
Совсем.
Афелий тоже это понял.
Его взгляд чуть изменился.
Мягче.
Внимательнее.
И Сетт внезапно осознал, что сейчас либо скажет что-то очень важное, либо окончательно сломается под взглядами всей группы.
— Я выйду покурить, — хрипло бросил он.
— Ты не куришь, — автоматически заметил Ёнэ.
— Значит, начну.
И прежде чем кто-то успел что-то сказать, Сетт развернулся и почти сбежал в коридор.
Дверь захлопнулась.
В студии повисла тишина.
Каин медленно перевёл взгляд на Афелия.
— О-о-о. Ты его сломал.
Афелий опустил взгляд на телефон.
Несколько секунд ничего не писал.
Потом всё же показал экран:
“Кажется.”
Но впервые за всё время в его сообщении не было привычной язвительности.
