Большая игра Тома Реддла

Том не любил водить домой… Да он никогда и не пытался никого сюда водить. Малфой сам приходил. Его папаша мог любую информацию откопать не только из мира магглов, даже из загробного, как считал Том. Гарри Поттер был золотым ребёнком. Он вырос с золотой ложкой во рту. Да он одевался стильнее Драко в школе. У Тома с каждым годом одежда становилась все дешевле, хотя родители старались дать ему всё. Самым сложным был год после выпускного, когда завалилась крыша и снесла третий этаж. В итоге поместье стало иметь два этажа и подвал, хотя Том особенно любил чердак. Однако, даже всего два этажа Том не мог прогреть. Магглы давно отрезали во всём посёлке электричество, ведь Том последний тут живущий. Газовые трубы давно вырезаны, но Том умудрился найти старый рабочий баллон, и заправляет его раз в несколько месяцев. Воды тоже не было. Том её наколдовывал, а после нагревал магией. В общем, если бы он мог съехать отсюда, то давно бы свалил. Гарри сразу заметил кладбище внизу от дома. А ещё много пустых домов. Он осмотрел потрёпанный дом, слушая Тома касательно жилищных условий. Войдя в гостиную с камином, Гарри обратил внимание на море вещей, и даже матрас у камина. Значит, Том спал здесь. — Спальни есть? — Разумеется. Весь второй этаж. Туалет нужно тоже магией заправлять, — закончил Том, ожидая осуждения. — Ты живёшь во всём посёлке один? — Да. Последний маггл отсюда свалил в 97-м году, когда земля перестала родить. Мои родители дали дома, дали работу, но Литтл-Хэнглтон опустел. — Ты в курсе, что ты можешь стать миллионером? — хмыкнул Гарри, нагло садясь на диван. — Если вернутся магглы? — Волшебников вытесняют магглы из той самой Годриковой впадины. Это всё твоё? Сдавай в аренду, — засмеялся Гарри. — Ты какой-то не умеющий строить бизнес. Том нахмурился. Его разум настроен на политические действия, а после того, как заболела мама и он лишился должности, мозг будто уснул. Поттер был прав. — Предложи эту идею моей матери. Ей нужно выиграть выборы, раз я не помогу. Ну, или выиграет Люциус. — Только не он! — повысил голос Том, удивляя этим Гарри. — Ты же дружил с его сыном в школе. — Это Драко со мной дружил, — вздохнул Том. — Так как тебе условия жизни? — Приемлемы. Ты не видел в какой халупе жили Римус с Сириусом, пока Сириус не унаследовал состояние Блэков. Дядя Альфард был последним и умер в 93-м году. Я видел лес, река есть? — Озеро, — Том немного расслабился и позволил себе мимолётно улыбнуться. — Я хочу есть, но больше спать. — Холодильник поддерживаю магически, могу приготовить что-то. — Молли меня научила готовить, поверь, я ас. Оставь еду на меня, а пока я облюбую твой диван. Гарри моментально уснул, даже не услышал влетевшую в окно Хедвиг. И правда, нашла их. Том не рисковал спать с кем-то в одной комнате. Он отвык от такого. Но сон взял и его в оборот. Он не спал две ночи. И пускай ныл зад, спать хотелось сильнее, оттого в чём был, в том и уснул перед камином.

***

Гарри проснулся ближе к обеду. Он выспался за пять часов. Издержки профессии. Том спал, за окном шёл ливень. Реддл явно замёрз, и Гарри накрыл его старым покрывалом. Ему даже жалко было такой ум. Столько возможностей, а Министр не слышит. Но может раз Гарри отвернулся от матери, она примет идеи Тома? Найдя ванную, Гарри удивился, что та была чистой. В доме их было две. Вторая была запущенна, как и все спальни. В них торчали ключи. Сюда явно давно никто не заходил. Найдя общее фото всей семьи, Гарри присвистнул. — Вот это генофонд! Том был копией своего отца, только ещё краше. От Меропы достались чёрные глаза. Да и дед с бабулей были красивыми как на стариков. И надо же, магглы приняли уродливую бедную волшебницу. Любовь зла или желание стать великим победило в отце Тома? В любом случае, Том, которому на фото лет десять, был счастливым. Гарри никогда не видел такой искренней улыбки. Затем были фото Тома постарше. За год до выпускного он сфотографировался со всей семьёй вновь, сверкая белоснежными клыками. — Какой красавчик! Гарри вышел из этой комнаты, закрыв дверь на ключ. Найдя кухню, открыл заколдованный старый холодильник, достал продукты, благо у Тома их хватало, и принялся готовить завтрак. Гарри начал готовить омлет, жарить сосиски и бекон, а ещё делать тонкие блинчики. Поставив чайник, удивился газовому баллону, но благодаря Артуру Уизли и маме Гарри знал, как им пользоваться. У Тома был только дорогой зелёный чай. Кажется, о таком рассказывал Малфой. И это точно его подарок. Том не хотел просыпаться, но аппетитный запах еды, заставил открыть глаза. Найдя спокойного моющего посуду Поттера на кухне, Том громко сглотнул, глядя на стол. — Я знаю, что уже два часа дня, но завтрак — это святое. — Ты всегда завтракаешь? — удивился Том. — Да. Потому что могу потом поесть аж вечером, если есть силы. Я тут похозяйничал. — Я не против, — Том сел за стол, а желудок предательски заурчал. Гарри на это ничего не ответил, и принялся тоже кушать. Когда дело дошло до чая, Том тяжело вздохнул, делая пару глотков. — Не любишь чай? — понял Гарри. — Предпочитаю кофе. Да и этот чай мне подарили. — Малфой, — понял Гарри, удивляя Тома. — Он об этом чае весь шестой курс трепал. Так бесил, заявляя, что его собирают рабы. Извини, что бросил в него Сектумсемпру, — засмеялся Гарри. — Ты же меня увидел, убегающего из туалета. И не сдал. — Тогда я не сожалел, — произнёс Том, а после ухмыльнулся, — но он так и не сумел свести шрамы с живота и груди. Удивительная картина, — протянул Том, а Гарри засмеялся, понимая, что с Малфоями Том не дружит. — Вот бы Люциусу в голову этим заклинанием. — Странно, что мама тебя не забрала к себе. У вас одинаковые мысли. — Я же опасный. Она не рискнула политической карьерой. Обидно, но что поделать. О, ты взял на кухню дела? — Да. Я их читал, читал, а потом вспомнил, что не помыл посуду. Я нашёл очень важные имена, пропавших без вести. Почитай. Гарри протянул блокнот, и Том удивился списку: Гидеон Пруэтт, Фабиан Пруэтт, Эдгар Боунс, Бартемиус Крауч-старший, Алиса Лонгботтом, Фрэнк Лонгботтом, Марлин Маккиннон, Мэри Макдональд. — Мэри и Марлин — школьные друзья моих родителей. Мэри — магглорождённая, а Марлин — чистокровная, как и все дальше по списку. Но они все пропали в начале 80-х. Все, кроме Крауча. Тот исчез в ноябре 94-го. Сразу после первого испытания Турнира Трёх Волшебников. — Все пропали в 81-м году… — Да. Марлин и Мэри пропали в октябре, Лонгботтомы в ноябре, а Боунс и Пруэтты в начале декабря. Тоже в дождь. Есть допрос сына Крауча, но того не было на Турнире. Он в тот день был в Министерстве, ведь искали замену на профессора ЗоТИ. Он чудом согласился год поработать в школе. Его отец попросту не вернулся домой. — А почему исчезали авроры? Или не только? — Я предлагаю сосредоточиться на этих именах. И на Регулусе Блэке. Пруэтты и Боунс аппарировали по адресу, где была драка в Лютном. Разняли всех. Вышли. Зашли в «Дырявый котёл». Вышли оттуда, а домой не попали. Лонгботтомы пропали из дома. Соседи видели их в окне, а среди ночи проснулся Невилл и плакал. Вызвали авроров соседи. Никаких следов сопротивления, даже палочки дома остались. Мэри и Марлин тоже были в ночное дежурство. Поступил вызов, они приняли его, но туда так и не добрались. Во все эти ночи лил дождь. — Во все, кроме дня пропажи Крауча? — Кстати, вот тут не сходится. Может, Крауч лишний. Оставим его на закуску. Мэри и Марлин были парой, кстати. С чего начнём? — С допроса родственников. Амелия Боунс дружит с твоей матерью? — Не очень. Я с ней поговорю. О Пруэттах я знаю всё от Артура. Как-то спросил у Молли, кто на колдофото с ней, а она быстро убежала. Тогда мистер Уизли мне всё и поведал о её братьях. О Мэри и Марлин я тоже всё знаю от Сириуса, как и о Лонгботтомах. — Тогда мы в тупике, Поттер, — заявил Том, делая глоток. — Ну, не скажи. Мы можем пойти в «Дырявый котёл» и пообщаться со стариком Томом. Он ещё жив. И по выходным подменяет Ханну. А ещё поговорим с соседями Лонгботтомов. Может, те видели мужчину в шляпе Зорро. И у нас есть название бара, где пропал Регулус. Я видел фото Розье и Блэка, таких красавчиков никто бы не забыл. — Ну давай.

***

Первым разочарованием стал бар Регулуса — его снесли давным-давно и там построили многоэтажный дом. Дальше они решили разделиться, чтобы их не увидели вместе раньше времени. Том пошёл в «Дырявый котёл», а Гарри в Годриковую впадину. Дом Лонгботтомов сейчас был живым, там обитал Невилл с женой. Заметив Гарри, Лонгботтом вышел и помахал ему. Гарри решил зайти, раз его звали. — Поздравляю с выпускным, — улыбалась Ханна. — Мама не возьмёт меня в Аврорат после Авады в лоб, — вздохнул Гарри. — Соболезную, — удивился Невилл. — А я принят на работу в Хогвартс. — Мои поздравления, дружище. И ещё, я съехал от родителей. Хочу разгадать громкое дело. И там фигурируют твои родители. Гарри смотрел Невиллу в глаза, и видел слёзы. Губы пару раз дёрнулись, желая улыбнуться. Поттер выпалил всё резко, но как такое вообще сказать можно нормально, не знал. — Спасибо, Гарри. Даже если ничего не получится, я буду рад, что их ищут. Их искали буквально пару недель и дело закрыли. Глухо. Так сказала бабушка. Она долго бегала в Аврорат, но ничего не помогло. Как ты откопал дело? — Ну, я забрёл в Архив. Дело нашёл не я, а Том Реддл. — Вы объединились, — поняла Ханна. — Одни из лучших студентов Хогвартса, которым пророчили великую судьбу. Молодцы. — О Томе не нужно никому знать, но вам я сказал, как друзьям. — Вы нашли зацепку? — поняла Ханна. — Том нашёл. Хорошо, что он вырос среди магглов. Невилл, ты слышал что-то о мужчине в шляпе Зорро. Вот такой, — Том нарисовал шляпу Гарри в блокноте, и Ханна ахнула. — Я слышала. От дедушки. — Том сейчас у него. Отлично, — улыбнулся Гарри. — Моя соседка Камилла Гросс, которой было на то время три года, постоянно лепила из песка такую шляпу, — припомнил Невилл. — Долго лепила. Лет до семи. — Значит Том прав. Отлично. Где сейчас живут родители Камиллы. Она вряд ли что-то помнит, а вот старшее поколение. — Они так и живут в доме через дорогу, — ответил Невилл. — Спасибо за чай, мне пора. — Уже? — Невилл не хотел отпускать Гарри. Он винил себя, что не знает больше. И Гарри это видел. — Невилл, спасибо. Дай Мерлин, мы сложим картинку. Только никому. — Давай я схожу и спрошу Гроссов, — предложил Невилл. — Не светись, раз ты ушёл из дома. Дай мне тебе помочь. Гарри понял, что останавливать Невилла бесполезно, оттого Гарри дал пример, как говорить. А то если друг спросит в лоб, то быстро возникнут вопросы. Гарри попросил спросить Невилла, как Камилла лепила ту шляпу. Мол, хочет тоже научиться, чтобы научить детей. Учитывая, что Ханна была на четвёртом месяце беременности, то подозрений не возникнет. Невилл вернулся через пять минут с колдографией в руках. Гарри глазам своим не верил. — Они сказали, что их фотоаппарат стоял у окна, а Камилла заметила его, и решила сфотографировать. Это был день, оттого вспышку не заметил убийца. Он проходил мимо нашего дома. В шляпе Зорро. В чёрном плаще. Гарри глазам не верил. — Да я сейчас орать буду, — радовался Гарри, но быстро взял себя в руки, ведь это убийца семьи Лонгботтомов. Точнее, вор семьи. Тел никто так и не нашёл. — Мне пора. Не жди от меня писем, Невилл. Не жди. — А я буду. Гарри обнял друга, чьи руки тряслись от увиденного. Он теперь знал, кто забрал у него детство с родителями. Учитывая, как Вор Дождя крал людей, то и не найдёшь общего мотива. Кого из дома, кого с работы крали. Гарри вернулся в поместье и дальше читал дела. Много было пропавших ночью. Но были и пропажи днём с прогулки в парке, с аттракционов, даже с туалетов.

***

Том пришёл в «Дырявый котёл», переживая, что у него нет навыков допроса, но есть навык «Обаяние». Должно сработать. — Добрый день, мистер Аббот. — Том Реддл, не видел тебя три года. — Да. Мистер Аббот, у меня конфиденциальный разговор. И это уже касается и вашей семьи, раз Ханна жена сына пропавших Лонгботтомов. Старик сразу кивнул, понимая, что у Тома есть какая-то информация. Аббот попросил официанта заменить его, а сам повёл Тома в кабинет. — Ты работаешь один? — С Гарри Поттером. Его не допустили в Аврорат. — И вы объединились. Логично, — согласился старик. — Кого конкретно вы ищете? — Эту шляпу, — Том показал рисунок, а старик побледнел. — Видели, да? — понял Том по реакции, а старик согласно кивнул. — Он приходил всегда в дождь. Садился в дальний угол. Не поднимал глаз, не говорил, лицо было прикрыто повязкой. Он давал мне двадцать галлеонов и сидел. Всё. — Двадцать галлеонов? То есть, он имел много денег. Он богатый, — понял Том, записывая это. — Одежда была дорогой? — Да. Плащ кожаный, а вещи из чёрного габардина. Я точно знаю, что это габардин, ведь старый Лестрейндж его любил. Пока не умер. И я однажды спросил у него, как называется ткань. А он ответил, заявив, что такое носят только волшебники, имеющие вкус и деньги. — Так, стоп, то есть, это старшее поколение. Я понимал, что маньяк может быть ровесником Поттеров, ну, лет на десять старше, однако, а что если на все двадцать или тридцать? Тогда ему уже под восемьдесят лет. Богатый. А помимо Лестрейнджа, у кого-то ещё видели чёрный габардин? — Да все аристократы его и сейчас носят. Их много. — Да, но я знаю почти всех, ведь учился на Слизерине, — оскалился Том. — Благодарю, мистер Аббот. И не распространяйтесь о деле. — Понимаю. Удачи. Том вышел из кабинета почти порхая. Явившись домой, увидел Поттера, нагло сидевшего у камина. Гарри показал фото, отчего у Тома дух перехватило, а Том поведал об одежде. — Проклятые чистокровные придурки. Но зачем убивать себе подобных? Зачем им Регулус Блэк? — Вот это хороший вопрос. Гарри, чёрный габардин не каждый может купить и сейчас. — Может, это Малфой? Я видел на втором курсе его мантию из чёрного габардина. — Если это он, я буду самым счастливым волшебником в мире. Счастливее твоей матери. — Что произошло между тобой и Малфоями? — не понимал Гарри, а Том не спешил отвечать, отчего Гарри улыбнулся, решив не донимать Тома. — Расскажешь, если захочешь, — Том фыркнул, говоря, что никогда этого не сделает. — Я купил нам еды, а ещё нанял эльфов-уборщиков, и сейчас они убирают дом. — Молодец, богатый Гарри Поттер, — закатил глаза Том, откровенно завидуя статусу и положению гриффиндорца. Точнее, аврора. — Слушай, а ты можешь поговорить с Драко о ткани? — Нет! — коротко отчеканил Том. — Никогда не смей мне говорить, чтобы я шёл к Малфоям! — рявкнул Реддл, отчего Гарри громко сглотнул. Теперь его ещё больше волновало, что же произошло между Томом и главными снобами страны. — Если ты не против, я освежу мысли, изучив деревню. Том ничего не ответил, а Гарри вышел из дома, выдыхая. Он и не думал, что они с Реддлом за один день станут друзьями. К Гарри подбежал Патронус в виде лошади. Его искала Джинни, спрашивая, где тот теперь обитает, чтобы чаще видеться. Гарри аппарировал прямо в Нору, не желая откладывать разговор. — Гарри, — Молли тепло его обняла, а Джинни выбежала из кухни и захлопала в ладони. — Ты пришёл! — Нам нужно поговорить. О помолвке, которую планирует моя мать. Молли понимающе вышла на улицу, найдя в гараже мужа, а Джинни ожидала кольца, ломая от радости пальцы. — Помолвки не будет. Свадьбы тем более. — Мы вместе четыре года. Четыре года, Гарри, — напомнила недовольная Джинни. — Ты забрал у меня невинность! — Как и у Парвати, а на ней Симус по залёту женился. И что? — Гарри Поттер, — Джинни влепила ему пощёчину, — если ты на мне не женишься, я уничтожу карьеру твоей матери! Я дам такое интервью, что пост Министра Магии будет ей только сниться. Я заслужила кольцо! — Заслужила. Но не моё. Мне аристократичные правила надоели. — Ты наследник состояния Блэк, ты должен соблюдать правила, Гарри! — Сириус живой, и я надеюсь, что проживёт ещё лет восемьдесят. К тому же, есть ещё Нимфадора. Я детей как бы не планирую вообще. — Ты хотел троих! — Мама хотела троих внуков, — напомнил Гарри. — У меня не будет титула лорда Блэка, Джинни. Я уже говорил с Сириусом, и он меня поддерживает. Он сам не будет иметь детей. Он гей. — Но не ты, — шипела Джинни. — Дора наследница титула леди Блэк. И её дети унаследуют состояние. Ты разочарована? Дора ведь встречается с Питером Петтигрю. С другом моей семьи. И там всё идёт к свадьбе на январь. Джинни закипала от злости, а после подошла к Гарри впритык. — Значит, я дам интервью Рите Скитер и Колину Криви, как ты лишил меня невинности на седьмом курсе после победы в Кубке квиддича. Как ты трахал меня прямо на парте в заброшенном классе так жёстко, что даже кровь пошла. — Мы были пьяными, а ты была не против. И это был не разовый перепихон. Мы были вместе четыре года. Хватит. Я привык к тебе. К постоянному сексу. Но мне двадцать один, почти двадцать два. Я не буду жениться, дорогая. — Мой брат — твой лучший друг! — И Рон меня поддержит. Я уверен, что поймёт. — Какая же ты сволочь, Поттер. Золотой мальчик Дамблдора обесчестил нищую чистокровную девочку, пудрил мозг ей четыре года ради постоянного секса, а в итоге никогда не любил. Как тебе заголовок? — То, что нужно. Малфой всегда говорил, что я ношу маску. Хоть где-то он оказался правым. — Забудь сюда дорогу, сукин ты сын. Джинни дрожала от ярости, а Гарри улыбнулся. — Напишешь такую статью, я поведаю твою реакцию, когда ты узнала, кто наследник Блэков. Бедная чистокровная девочка, — оскалился Гарри. — Я аврор, и если думаешь, что я не видел твоего кровожадного взгляда на мои подарки, то ты дура. Напоминаю, что благодаря нашим отношениям твой отец получил повышение. Это я тоже могу сказать на камеру. Хочешь? Ну, и вишенка на торте: ты начала меня замечать, когда я дал денег близнецам. Да и до меня ты встречалась с Дином Томасом. Весь мой шестой курс. И даже ни разу не трахались? Рон Лаванду ебал на каждом окне, как и я Парвати. Держи свой рабочий ротик на замке. Дину явно отсасывала. Сосала же? — Но ноги не расставляла. Я попридержу эту информацию до дебатов вначале октября. В прямом эфире потоплю тебя и твою мать. А когда, благодаря мне выиграет Люциус, то моему отцу никто уже не будет угрожать должностью. Докажи, что мне нужны были деньги. Я никогда ничего не просила. — А я не будущий лорд. Могу трахать кого угодно. — Я — чистой крови! Ты заплатишь за всё, Гарри Поттер. И я всё расскажу братьям. — Вперёд, предательница крови. Джинни снова влепила Гарри пощечину, а тот ухмыльнулся. Он желал дать сдачи, но из-за него и так пострадает мать. Больше поводов он не даст. Гарри слышал крик Джинни. Она гневалась, но ему было всё равно. Им никто не будет помыкать. Джинни точно пойдёт к Люциусу. Плевать. Лили выкрутится как-то. Гарри купил выпивки и аппарировал в Литтл-Хэнглтон. Идя по дороге, сразу осушил бутылку, ввалившись в чистый дом уже едва стоящим на ногах. Том, до этого изучавший остальные дела, удивился. — Как думаешь, Рон расстроится, узнав, что я бросил Джинни, назвав предательницей крови? Том улыбнулся. Он отложил дела, подошёл к Гарри, взял под руку и осторожно усадил на диван. Гарри удивился такому отношению. Видимо, Том не любил семью Уизли. — Поспи. Полезно для здоровья. — А что это за зелёная папка? — Мой проект. Я начал писать его в выпускной год, и довёл до совершенства в прошлом году. Я приходил к Лили, говорил, что имею проект, который позволит ей получить кресло Министра, но она даже не стала говорить со мной. Гарри сжал его руку в своей, удивляя этим жестом Тома. — Она не права. Она боится мнения общества. Ты не безумный. — Откуда ты знаешь? — улыбнулся Том. — Может, я притворяюсь. — Тогда это самое невероятное притворство, которое я когда-либо видел, — ответил Гарри, поднимая руку Тома на уровень своих глаз. — Мерлин, какие длинные пальцы. Облизать что ли… — Что ты пил? — засмеялся Том, пока Гарри поудобнее укадывался. — Бренди. Много бренди. — Прежде, чем бросать Уизли, нужно было хотя бы переспать с ней. А то ты голодный. — Я всю жизнь голодный, — признался Гарри. — Слушал родителей, которые пророчили мне троих детей, и думал, что я обязан выбрать девушку. — А тебе не девушки нравятся? — стало интересно Реддлу. — Не девушки, — честно ответил Гарри, снимая очки и потирая переносицу. — Отнюдь не они. — Мне переживать за свой зад? Гарри заливисто засмеялся, а Том продолжал изучать поведение Поттера. — Я никогда не спал с парнями. И на твою честь не позарюсь. Я хочу построить карьеру. — Ответ меня устраивает, — хмыкнул Том, забирая из рук Гарри очки, чтобы положить на столик. — Но учти, полезешь ко мне, я тебя кастрирую. — Какие угрозы, — протянул засыпающий Гарри, всё ещё держа одну руку Тома своей. — Если меня кастрирует самый красивый парень в мире, я не против. — В мире? Какие комплименты. Так я тебе нравлюсь? — Успокойся. Ты напрягся, — заметил Гарри, ведь его руку сжали до боли. — Ты всем нравился, Том. Дай поспать. Том не хотел платить Поттеру за возможность изменить жизнь натурой. Уже одному давал себя трахать. Гарри уснул. Доверчиво. Не боясь Тома. А Том тяжело вздохнул, встал с дивана и посмотрел на Гарри. — Я хочу тебе верить, Поттер. Не подведи. Том сел читать дальше дела, и больно скривился. Зад всё ещё саднил. До понедельника всё должно пройти, но эти дни были очень неприятными. Том принял ванную, проклиная себя, что забыл купить новый тюбик ромашкового крема. Ложась спать у камина, долго не мог уснуть. Уже было далеко за полночь, а Том вертелся, как уж. Гарри проснулся среди ночи, желая сходить в туалет. А Том резко вскочил на ноги, понимая, что Поттер — бывший студент Академии авроров. У него должна быть заживляющая мазь или тот самый бадьян. Да что-нибудь. Том решил дождаться возвращения Поттера, но того долго не было, как на зло, а зад ныл всё больше. Не выдержав пытки ещё в полчаса, Том рванул к чемодану Гарри. — Ну и ну, — протянул Гарри, стоя мокрый после ванны в одних трусах, а Том замер. Том тоже привык спать в белье, но из-за последствий после Малфоя ещё и футболку надевал. — Гарри… Том поднялся на ноги, и Поттер тут же подошёл, глядя на засосы на шее, а после на бёдра. Там были синяки от пальцев, да и на запястьях тоже. — У меня кое-что есть, — произнёс Гарри, поняв, что ищет Том. Тому было стыдно даже стоять перед Поттером. Тот быстро открыл потаённый карман сумки, достал оттуда целую запечатанную баночку заживляющей мази и протянул Тому. — Это подарок. Том сглотнул, едва не срываясь на слёзы, забирая у Гарри баночку, не поднимая головы. Вчера Том уснул одетым, а Гарри даже предположить не мог, что с телом Тома твориться. И понятно, почему хромал. — И отвечая на твой вопрос: я к тебе не полезу. Том хотел что-то сказать, но Гарри быстро лёг обратно на диван. — Я завтра перееду в комнату. Можно? — Угу, — тихо ответил Том, пока Поттер старался не смотреть на него. — Гарри… — Не откладывай. Мазь действует быстро. Её варила Гермиона, так что там всё на высшем уровне. И, Том, прости, что предложил тебе поговорить с Малфоями. Гарри быстро сложил пазл. Он поднял взгляд на спину Тома, который так и стоял. Том не ответил. Он медленно пошагал прочь, хромая на правую ногу. Гарри теперь ненавидел себя за то, что подставил мать. Люциус не имеет права выиграть выборы. Раз Том ненавидит обоих Малфоев, то он с обоими спит ради матери? Том стоял в ванной, смазывая себя, а после повернулся спиной к зеркалу. Она была исполосана, и это убрать он не мог. Он снова ненавидел свою ничтожность. Смазав наконец сфинктер, Том громко выдохнул. Мазь охладила, и он чувствовал, как нежно заживляла, отдавая запахом хвои. Вот хвоя лучше лаванды. Том просидел в ванной почти час, а после вернулся вниз уже без футболки. Гарри не спал. Сидел на диване, ожидая Тома. Впервые ему нужна была помощь, и он хотел свести все метки Малфоя. — Помоги со спиной. — Садись. Никаких вопросов и душераздирающих бесед. Только просьба и согласие помочь. Том уже не хромал, что порадовало Гарри. Тому не нравилось садиться между ног, но иначе ведь никак. Он начал опускаться, а Гарри ухватил его за руку. — На диван, Том. Гарри закипал от ярости, понимая, какое унижение прошёл Том. Реддл смутился, но быстро сел на диван. Гарри смазывал спину, считая следы от ногтей. Все десять пальцев прошлись раз шесть по нежной коже спины. — Том… — Не спрашивай, — зашипел Реддл, когда Гарри перестал смазывать спину. — Ничего не спрашивай. — Ты не знаешь этого, но я тебе должен, — произнёс Гарри. — За то, что не сдал, кто бросил Сектумсемпру в Малфоя. Мы не просто дрались, я уже ушёл, победив. А после набросил на себя мантию, и бросил в него со спины. Ты меня видел, как я выходил из туалета уже без мантии. Благодаря твоему молчанию, мама выиграла выборы. Я не знаю, когда ты возненавидел Малфоя… — Давно. Поэтому и не сдал тебя. — Это в школе началось? — Нет. Поттер, не лезь куда не просят, — Том поднялся на ноги, и буквально убежал к камину, прячась под одеялом. — Я хочу тебе помочь. Ты сказал, что у тебя тоже времени до двадцать шестого числа. — Так, Поттер, — Том сел и уставился на упрямого гриффиндорца, — пошли свою благородность в одно место. — Я могу дать денег вылечить твою мать. Безвозмездно. — Закрой рот! — Том злился, не желая быть должником, даже если Поттер сказал, что это он должен Тому. — Давай я сниму нужную сумму? Я не могу принести чек в Мунго, Снейп друг детства мамы… — Что? — тихо спросил Том, услышав такую информацию, а после истерически засмеялся. — О, теперь я вижу картинку. Том лёг обратно под одеяло, удивляя своей реакций Поттера. Гарри не жалел Тома, ни в коем случае, но хотел помочь. Том взрослый мальчик, и дураку понятно, что он сам пришёл к Малфоям. Но как всё до этого дошло? Гарри хотел бы узнать секреты Тома Реддла. Он всегда хотел узнать получше холодного слизеринца. И узнает. Став для начала лучшим другом. От Гарри тоже вот-вот могут все отвернуться.