Особенности воспитания

Кири вместе с матерью пришли в жилой блок после целого дня в лаборатории. Оказавшись в комнате, на'ви залезла на постель, тогда как учёная прикрыла дверь и направилась к ней, при этом напевая очередную колыбельную. - Ну мам, я уже выросла для колыбельных! - негромко рассмеявшись, говорила малышка, смотря на неё. - Что даже для коротких? - спросила Грейс с улыбкой. Девочка охотно устроилась у матери на коленях, готовая слушать. В этот раз слова песни были обращены непосредственно к Кири - однако не только она с удовольствием ловила каждый её звук. Майлз тоже слушал, наблюдая за ними из коридора. Мальчик на протяжении двух лет, что прошли с момента появления на свет на'ви, тайно посещал запретную для него часть базы - просто чтобы ненадолго окунуться в те взаимоотношения между родителем и ребёнком, о которых он мог только мечтать. - Спокойной ночи, красавица, люблю тебя. - поднявшись с постели и укрыв дочь одеялом, сказала Огустин, одаривая поцелуем в левый висок. От этой сцены на глаза навернулись слёзы. - Неужели тебе бы тоже так хотелось? - услышал за спиной голос отца. Ребёнок в испуге обернулся, понимая: всем его похождениям сегодня пришёл конец. - Да. - промямлил он, сглатывая комок в горле, который раз поймав на себе непоколебимо строгий взгляд Куоритча. На следующий день Майлз-старший ненароком заявился в научный отдел и встретил учёную в одном из коридоров. - Надо же, кто-то заскучал в границах самолично выстроенного мира, раз решил вторгнуться в чужой? - начала Грейс, демонстрируя весьма наигранное удивление. - Я всегда восхищался вашим сарказмом, док, но сегодня я здесь по делу: хочу малость порадовать сына. - он протянул женщине лист бумаги, который Огустин резко выхватила из его рук. - С каких это пор вы заделались заботливым папашей?! - процедила она и направилась назад в лабораторию. - И всё-таки я рекомендую ознакомиться с условиями сделки! - окликнул полковник. Читая договор, она вошла в помещение. - Плешивый подонок!! - выпалила Грейс, со злостью швыряя документ. - Мама? - детский голос вынудил мгновенно обернуться: на'ви в недоумении уставилась на учёную, ведь это был единственный раз, когда увидела её такой раздражённой. - Ящерка. - пытаясь максимально сохранять самообладание, улыбнулась Огустин, опускаясь на корточки и взяв ладони малышки в свои. - Что случилось, моя девочка? - Дядя Джейк позвал меня и Нетейама пойти с ним в горы. - сообщила Кири. Учёная обхватила лицо девочки руками. - Конечно, родная... - отвечала Грейс, одаривая поцелуем в лоб. - Иди. - отстранившись, улыбнулась она, осознавая: сейчас отсутствие Кири на базе - лучший вариант. Огустин всё-же согласилась на сделку с Куоритчем, по условиям которой Майлз-младший на время перейдёт под её опеку - не выполнение сулило большие проблемы с дочерью, чего учёная уж никак не могла допустить. - Что-то произошло? - обеспокоенно спросила девочка, вновь замечая расстроенный вид Грейс. - Полковник заключил со мной сделку: нам нужно будет расстаться на какое-то время без возможности видеться. - ответила она. - И я больше не смогу вернуться к тебе? - спрашивала малышка, с силой сжимая тонкими пальцами одеяло, всхлипнув от непроизвольно подступивших к глазам слёз. - Договор действует ровно сутки - после я непременно заберу тебя назад. - говорила Огустин, наклоняясь и прикладывая к лицу девочки маску. - Но ты рассказывала, что Майлз Куоритч плохой человек. - дрожащим голосом напомнила Кири, смотря на мать. - Знаю, но за не исполнение условий сделки, он угрожает отомстить мне за совершённое в прошлом дезиртирство и отнять то, что для меня дороже всего. - пояснила Огустин. На'ви бросилась к ней в объятия, позволяя рыданиям взять над собой верх. Всё утро малышка не отходила от матери в ожидании минуты, когда договор вступит в силу, и она окажется рядом с настоящим тираном, незнающим сочувствия даже к собственному сыну. - Время. - по-настоящему стальной голос заставил сжаться, с опаской покосившись на вход, где стояли двое, и буквально стиснуть липкими от пота пальцами халат. На левое плечо бережно опустилась ладонь учёной. - Иди, милая. - тихо сказала Грейс. На'ви подняла на неё полные страха глаза и еле заметно замотала головой; Огустин присела на корточки и, притянув малышку к себе, прошептала на ухо. - Если станет трудно, помни: ты моя девочка, и ничто этого не изменит. Она ушла с полковником, тогда как Майлз-младший остался в лаборатории с учёной. Куоритч сразу повёл её в джунгли, на то место, где обучал своего отпрыска самообороне, чтобы в очередной раз потренироваться самому. Но стоило только навести прицел винтовки - прямо перед дулом возникла Кири, выступая в качестве живого щита для двух детёнышей тонатора, решивших поиграть, в то время как основная стая отправилась на водопой. - Не смей их трогать, сволочь! - не жалея связок, крикнула она. Полковник молниеносно отбросил оружие и, вытащив небольшой нож, прижал девочку к земле, плотно приставив лезвие к шее. - Слушай сюда, мелкая ты паскуда! - негодующе зашипел он, нагоняя на ребёнка лютый ужас. - Здесь нет мамочки, чтобы защитить тебя - любой необдуманный писк, и я досрочно закрою сделку таким способом, каким она и представлять не хочет, поняла?! Кири судорожно сглотнула, в янтарных глазах заблестели слёзы - военный же не думал униматься, словесно вымещая на ней накопленую за последнее время злость. - Ты думаешь, я не знал, что мой сын два года наведывается к этим лабораторным крысам, лишь бы полюбоваться на выши с матерью ванильные отношения, потому что ему их не додали. А теперь я получаю сопляка, что обожает местных животных тварей, которому по ночам снятся синихвостые приматы!! - гремел Куоритч. Он рывком поднимает ошеломлённую Кири с земли и толкает в сторону базы. - Пошла вон, полукровка! В это же время Майлз-младший чувствовал себя хуже некуда: не из-за плохого обращения, а потому что отчётливо видел - учёная впервые за столь долгий период была сама не своя, хотя и умело это скрывала, маскируя состояние под рабочую деятельность. Она уложила мальчика спать и по обыкновению задержалась в лаборатории допоздна, а когда вернулась в комнату, не без ужаса обнаружила: ему снился кошмар. - Нет, прошу, не бей меня, я больше не буду! - слёзно умолял он. - Ч-ч-ч-ч, не плачь, малыш, всё хорошо, ч-ч-ч-ч... - шептала Огустин, прижимая ребёнка к себе, надеясь успокоить хоть немного. У её дочери ситуация была не лучше: зарывшись лицом в подушку, на'ви непроизвольно вздрагивала от пьяного храпа, что разносился по комнате. В надежде на спасительный сон, срывающимся на тихие слёзы голосом, девочка зашептала колыбельную, которую не так давно пела ей Грейс. Утром, в положенный час, её забрал Норм. Парень привёл на'ви в медицинский блок и произвёл полное обследование организма - очевидно по просьбе учёной, дабы убедиться, что после таких гостей с девочкой всё в порядке. - Мама! - радостно приветствовала Кири, заметив вошедшую в камеру Огустин. - О, посмотрите, кто вернулся домой. - улыбнулась она, садясь на кушетку с левой стороны от дочери. Та забралась к женщине на колени и крепко прижалась. - Значит, для того мальчика всё будет как раньше? - спросила малышка, поднимая на мать глаза. - Да, он снова живёт с отцом. - Но... если ему там плохо, почему мы не можем забрать его к себе? - слегка испуганно поинтересовалась Кири. Грейс тяжело выдохнула, принимаясь медленно поглаживать дочь по волосам левой рукой. - Потому что тогда никому из нас не избежать тех последствий, что хранил тот договор. - с сожалением отвечала Огустин.