Месть подаётся на ужин

Многие знали, что Аластор любил убивать, ему нравились пытки и была бы его воля, он бы веселился бесконечно. Кто же знал, что сейчас ему это совсем не понравится? Когда Радиодемон гулял на территории отеля, он не заметил, что за ним всё это время наблюдали, словно он добыча, а преследователь—это охотник. Иронично, не правда ли? Идя обратно, Аластор не заметил, как кто-то подошёл сзади и вырубил его. Со спины, словно крыса! К сожалению, демон привык, что никто не рискует нападать на него, поэтому отвлекся на пейзажи Ада и на мысли. Ничего же не случится, верно? Сейчас же ничего не имеет значения, прошлое не вернёшь. Аластор не хотел сначала открывать глаза на случай, если кто-то есть рядом с ним. Поэтому он решил сориентироваться. Так, он связан, сидит на холодном полу, да, скорее всего, это действительно пол, затылок очень сильно болит, видимо, его ударили именно туда, поэтому он отключился, больше никакой информации он получить не мог. Карма. Аластор, кажется, догадался, как работает Ад. За всё приходится платить, он ко всем относился так, будто они лишь пешки в его игре, не обращая внимания на их боль и чувства. А теперь кто-то решил, что Радиодемон обязан побыть на месте этих людей, грешников и оверлордов. Открыть глаза—это теперь настоящий подвиг, если вспомнить, какие сейчас обстоятельства. Но он не может сидеть тут и притворяться мёртвым оленем, поэтому открыл глаза. Комната была ему незнакома, вокруг не было ничего из мебели, но если посмотреть в сторону правого угла, то можно заметить коробки, содержимое которых неизвестно грешнику. Больше ничего. Как уже упоминалось, Аластор был связан, причем верёвками странного материала, они были необычными, это точно, так как блокировали силы, но они сделаны не из ангельского вещества, они были тёмно-зелёного цвета, что никак не связано с палитрой из Рая, там совершенно другие цвета должны быть. Помимо связанного туловища, у него были связаны запястья. Этот кто-то явно не так глуп, раз всё продумал. Аластор повернул голову в левую сторону и от неожиданности дёрнулся, но не закричал, хотя хотелось бы. Рядом сидел на корточках Вокс. Весь перепачканный в крови, помятой одежде, а из уголков его рта текла тонкая струя крови. Он всё это время смотрел на него. -Аластор,—Вокс заговорил,—доброе утро! Но в нашем случае: доброй ночи. Как спалось? Надеюсь, не сильно удобно? А то подумаешь, что я решил снова унижаться перед тобой. Но мы с тобой поменяемся сегодня ролями. Вокс заулыбался, уже предвкушая, что его ждёт. Аластор был немного удивлен. Вот говорила ему мама, что нельзя недооценивать окружающих:“Ведь ты никогда не можешь знать, что у другого на уме!". Раньше он не считал телеголового настоящей угрозой, от него было много шума и пафоса, но толку не было никакого. Как оказалось, не все его слова были пустым звуком. Вокс что-то ему лепетал про утро, ночь, роли, но Аластора это совершенно не интересовало, ведь нужно срочно думать, как спасти свою шкуру. -Хм, Вокс, какое удивительное стечение обстоятельств! Никогда не думал, что окажусь в таком положении, ты удивил, признаюсь. Если бы не такое "положение", Аластор бы начал смеяться Воксу в лицо из-за его одержимости местью. Серьезно? Как можно ненавидеть кого-то семьдесят лет из-за жалкого отказа? Он всегда думал, что это было очень смешно: обычно после такого предложения начинается дружба навсегда, все счастливы, а тут такой поворот событий. Не удержался. Но обижаться на это?Кстати, ещё кое-что, а почему Аластор должен был оставаться в плену? Можно смело сказать, что он ничего плохого не сделал, но придется держать мысли при себе. -Что ж, думаю, тебе интересно, почему я тебя тут держу? -Почему же?-Аластору было плевать, он просто его забалтывал, пока сам незаметно тёр веревки с помощью запястей, может, из-за силы трения они порвутся, кто знает. -Мне нужно тебе отомстить, я обязан это сделать. Как ожидаемо. Но жить хочется сильнее, поэтому нужно сдерживать свои высказывания при себе. -Ясно, звучит крайне интересно. Но я хотел бы поинтересоваться, а за что конкретно ты мне будешь мстить?—Аластор стал улыбаться шире, Вокса это сильно выбесило.—Ведь если подумать, то я ничего дурного тебе не сделал. Вокс поднял свои брови вверх. А затем расхохотался на всю комнату, его смех был безумным, похожим даже не на смех, а на прерывистые крики. В это же время у Аластора начало что-то получаться, он схватил верёвку, чтобы она не упала, теледемон был слишком занят своими тараканами в голове, поэтому движение рук не заметил. -Ничего не сделал!?—Вокс потянул Аластора с помощью щупалец.—НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ!?—его голос перешёл на крик,странно, что он не охрип. Теледемон схватил Аластора за плечи и начал трясти его, как тряпичную куклу. -Ты испортил всё! Наше общение, мою... дружбу с Валентино и Вельветт! Из-за тебя я не стал Богом, из-за тебя я сошёл с ума! Вокс откинул Аластора в стену, удар прошелся по голове, что-то сегодня ей не везёт, надо надеяться, что не будет сотрясения мозга. Очень больно, а ведь это, скорее всего, только начало. Вокс продолжил. -Не было ни одного дня, когда я не думал о тебе!—казалось, вот-вот и он заплачет.—Я мечтал, чтобы ты умер, чтобы больше ничего не чувствовать. Мне было, сволочь, больно! Да я лучше тебя в миллион раз, но ты всё равно считаешь себя главным героем книги! Аластору было действительно больно физически из-за удара в стену, но как же это было забавно, если он был бы в театре зрителем, тогда заливался бы смехом от всей души, а сейчас нужно держать себя в руках. Да, это странная ситуация, полная абсурда. Да, Вокс сошёл с ума, но не из-за него, в из-за собственных мыслей и действий, что очень смешно. Аластор, хоть язык откуси, но не смейся, жизнь себе спасёшь! Он засмеялся. Не смог сдержаться. Это всё было настолько нелепым, что страх за жизнь оказался минимальным. Ему конец. Вокс хотел хотя бы сейчас излить душу, рассказать, в чём виноват демон и как можно было избежать наказания раньше, ведь стоило только быть чуть адекватнее. Конечно, он не думал, что Радиодемон будет раскаиваться за свои грехи, но надеялся, что выслушает. А теперь он был не палачом, а шутом. Аластор продолжал смеяться, понимая, что будет. Когда он отдышаться, то заметил, что стало слишком тихо. Подняв голову, он заметил, что экран Вокса потемнел, его глаза были наполнены ненавистью, болью и обидой. Теперь точно конец. Он не шевелился, а только смотрел на него, не моргая. Затем он резко дёрнулся и в эту же секунду оказался около объекта своей одержимости. Из кармана он достал пистолет и нож. -Знаешь,—Вокс сказал это очень тихо, было трудно расслышать, в этот шёпоте был явный холод.—Я не думал, что ты настолько тупой. Хочешь перейти сразу к десерту? Что ж, кто я такой, чтобы отказывать самому Радиодемону? Вокс положил обратно пистолет, оставив только нож, Аластор не понял, он из ангельского оружия или нет. -Ты хочешь умереть? Хорошо, но сначала ты искупишь грехи. Аластор понял, что немного переборщил. Снова. Вокс же думал о том, что всё могло сложиться иначе, но теперь слишком поздно.