Дитя ночи

Стоял чудесный весенний день. Хотя на Олухе все дни казались одинаковыми: серыми и скучными. Только одна радость была на этом острове - домашние любимцы. И в разгар весны все животные, как и полагается природой испытывают сильное желание, хотя не так, скорее уж потребность, быть с кем-то, кого-то защищать и воспитывать. Только вот беда была в том, что если другие драконы могли легко найти себе пару из огромного числа кондидатов - одному из них не повезло. На огромном острове и за его пределами не было ни одной самки ночной фурии, да что там самки, в принципе не было ночных фурией. Иккингу ни раз начинало заботить то, что его друг с некой тоской смотрит вдаль, на играющих вместе на траве малышей Громгильды и Сардельки. Это чувство было не то чувствово одиночества, что испытывали люди, нет. Это была потребность, в чем то маленьком и теплом, и эта "потребность" конечно не ушла от глаз Иккингу, что все это время наблюдал за поведением дракона. — эй, братец, мне кажется не стоит это таких вздохов. Дети они... Клещи - маленькие и занудные - попытался подбодрить Беззубика юный вождь, но дракон эту "шутку" не оценил и лишь отвернулся. Хэддок вздохнул впервые прийду к выводу о том, что группа поддержки с него никакая. Беззубик всё ещё наблюдал за дракончиками и в какой-то момент Иккингу забрела в голову идея: — Хэй, братец, а не хочешь полетать вместе? Я давно хотел исследовать старые форты Драго, может найдем там чего интересного? - энтузиазм юного викинга не особо грел сердце его дракону, но тот все же встал с придавленной травы и подошёл к другу. Вскоре они уже парили над ледяными глыбами старых убежищ драго. Это было подающее и одновременно с этим захватывающее зрелище: Куча разбитых кораблей, повсюду лёд и мертвая тишина. На каких-то кораблях наездник и его дракон казалось даже видели трупы, но переглянувшись внегласно дали клятву - больше туда не смотреть. Высадившись на одной из ледяных построек Иккингд направился проверять территории в кораблях и в капитанской рубке, коя там была. Беззубик же стал обнюхивать предметы на этой посудине, надеясь найти то, что заинтересует его хозяина и отвлечься от мыслей о том, что у него никогда не будет... Как выразился Иккинг? Маленький клещь? После обильных и безуспешных поисков с двумя листами каких-то размыкших чертяжей в руках Иккинг подошёл к столу Драго, где в одну из ледяных ножек, что-то было заковано. Без какого-либо предупреждения юный вождь залог свой меч и с помощью огненного лезвия расковырял ножку стола. Внутри оказалось яйцо. Драконье яйцо. На вид оно было почти как страусиное, но покрытое черной чешуюей будто бы это была часть Беззубика, такая же как лапа или хвост. Иккинг осторожно вытащил яйцо и поднял его на свет. Внутри оказался почти сформированный маленький дракончик, это было хорошо видно на свету, ведь от тепла он начал шавелиться. Хэддок едва не выполнил яйцо из рук чувствуя толчки внутри, но все же удержал, однако, яйцо все равно треснуло у верхушки. Оттуда появился маленький, черный, любопытный нос. Малыш смачной чихнул, обрызгав своего спасителя противной слизью, а после разломил оставшуюся скорлупу. Это крошечное, маленькое, совсем ещё не внятное чудо заставило Иккинга заточить дыхание. Кажется сейчас, он взял все свои слова про клещей назад. У дракончика были нежные оливковые, почти жёлтые большие глазки. Он был похож на уменьшенную копию Беззубика, только у него с хвостовыми плавниками было все нормально. Интересный факт, маленькие дети любят всех, кого увидят первым после рождения. Не удивительно что кроха буквально стал пытаться опуститься к Иккингу и издавать странные звуки: маленькие драконы издавали клич, похожий на мяуканье котят, это привлекало родителей и было способом сказать: 'мам, пап, я тут, обратите на меня внимание". Иккинг конечно не понимал этого, а вот его дракон услышал и понял, присосавшись по первому зову и застав картину того, как его наездник держит маленького дракончика ночной фурии на руках. Этого хватило чтоб у Беззубика мгновенно проявился инстинкт защиты и " родительства". Подойдя к Иккингу взрослая ночная фурия посмотрел на кроху. Малыш ответил тем же. Оно принюхались и кажется так же мгновенно друг друга приняли, потеревшись носами. Это был момент, от которого юному вождю хотелось сказать самому себе: "ты был не прав... Это прекрасно" Посмотрев на Иккинга оба дракона кажется негласно приняли его в свою "стаю" в качестве мамы. Вот только сам Иккинг этого не особо понял, но испытал такое тёплое и особое чувство когда маленький дракоша улёгся на руках возле его груди — его надо как-то назвать... - парень осмотрелся вокруг в посмотрев на Беззубика сказал - как тебе Оливка? - по имеющимся глазам Беззубика Иккинг понял, что дракон не против. На обратном пути Иккинг все время прижимал малыша к себе, чувствуя как колотиться его сердце. Это было не тоже самое что держать на руках своего ребенка, но Иккинг чувствовал его своим не по крови, а по духу. Это был маленький боец как и он сам. Через то, что прошел этот кроха наверняка могли не смогли бы пройти многие. Это крошечное создание заглянуло в пасть самой смерти, оказалось во льдах, было спасено и... В этом маленьком теле всё ещё теплелось столько жизни и столько надежды на лучшее будущее, сколько не было у самого Иккинга. Добравшись до Олуха парочка с их поиемышем были нагло застуканы у подхода в дом вождя его друзьями: — Иккинг, черт тебя двери, ты где был? - возмутилась Астрид резко разворачивая парня к себе лицом и пугая этим жестом малыша на его руках. Малютка заскулил смотря на друзей вождя, в частности на его девушку. Тут в дело вступил Беззубик. Едва услышав жалобный и просящий о помощи скулеж малыша инстинкты взяли верх и самец издал такой рев, какой не слышали в деревне никогда. Ребята отшатнулись. Дракон встал перед своим наедником едва не сбив с ног компашка пришедшую их отчитать за отсутствие. Беззубик сейчас видел в них не друзей своего хозяина, а угрозу. Угрозу его самке и его малышу. — он бешеный... - вдруг выдавил Смотрела и в его сторону Беззубик бросил леденящий душу взгляд. Дракон не говорил, но сейчас его взгляд и поза говорили за него: двинишься - ты труп. Это была уже не та милая беззубая улыбка дракона, это был оскал, оскал создания который был готов защитить свою семью от любой опасности. Иккинг замер с остльными, не сразу решаясь говорить: — братец, ты что делаешь?...- тихо произнес он и его дракон повернулся к нему опустив ушки. Зелёные драконьи глаза встретились с непониманием в человеческих. Это был сигнал: "прекрати, мне страшно". Беззубик втянул клыки и виновато опустил морду, но оборону не сменил — кажется он тебя защищает - проговорил Рыбьеног, что-то ища в своих записях - когда самцы драконов признают свою самку с ребенком, то они готовы защищать ее или его любой ценой — погоди... Ее или его? Разве не все драконы типо, ну нормальные? - вновь подала голос Сморкала. Остальные же вновь впали в шок — да, драконы способны создать и однополую пару, но там будет одно но - не редко пара из самцов и самок воруют яйца чтоб вместе со своим партнёром растить малыша. Сам видел - улыбнулся тучный мужчина и посмотрел на друзей — и сколько это продлиться? - спросила Астрид смотря на Беззубика — вероятно всю жизнь. Драконы моногамны и создают пары раз и на всю жизнь - от этих слов Рыбьенога девушке не стало легче. Она неспеша сделала шаг назад смотря на Иккинга и ощущая пустоту — Астрид... Я не знал... Я... - попытался хоть что-то выдать Хэддок и в этот момент увидел лишь холод в глазах уже бывшей девушки. Она не плакала, нет. Она выглядела так что способна была ушатать его прям сейчас, но почему-то не делала этого. Блондинка сделала ещё шаг, а после убежала в свою хижину, не желая чтоб кто-то видел её слезы и ее гнев. Забияка побежала за ней. Сморкала и Задирака неодобрительно покачал головами и только Рыбьеног казалось был рад этой ситуации его волновал только малыш на руках Иккинга — можно его осмотреть? - спросил Рыбьеног и Иккинг нахмурившись зашёл домой хлопнув дверью. По его щекам стекали слезы отчаянья и обиды на эту ситуацию, на Беззубика, на этого малыша, на всех. Пробежав вверх по лестнице парень зашёл в свою комнату и без колебаний швырнул Оливку на кровать — это все ты виноват! - вдруг вырвалось у него и он увидел растерянность и ужас на глазах малыша. Кроха не понимал, что он такого сделал, что его винят во всех делах мира. Дверь тихо скрипнула, в комнату вошла Валка — Иккинг? Что-то случилось?... - подала голос женщина — случился он! - сказал парень стирая слезы и указав на малыша на своей кровати. Оливка дрожал. Иккинг для него сейчас был самым близким, который по непонятной причине стал повышать на него голос. В глазах дракончика мелькнули слезы и Иккинг вдруг осознал, что это существо вовсе не виновато что появилось в его руках, это наоборот было чудом. Валка стояла в дверях смотря на малыша и тихо говоря: — никто из вас не виноват. - она сказала это будто отрезала. Подойдя к крохе она взяла его на руки, прижимая к себе и поглаживая, пытаясь успокоить - никто не рождается с ролью матери. Все учатся, все бояться. Парой хочется сорваться, но даже когда вся твоя жизнь идёт по одному месту ты должен помнить: это на твоём веку не случайно. Эта маленькая душа, она выбрала тебя и она нуждается в тебе Иккинг встретился глазами со взглядом матери и ему стало стыдно. Стыдно за этот "концерт". За всю эту ситуацию. Стыдно перед друзьями, Беззубиком, перед этим малышом. Это все было напрасно. Все эти психи и все остальное. Судьба послала ему и его дракону такой "подарок". Да, этот призент не был желанным, и до сих пор теплиться в груди неожиданностью, но парень вспомнил как он был счастлив когда держал дракошу на руках по пути домой и на душе сейчас стало ещё более тоскливо. Иккинг подошёл к кровати и встав на колени перед дракончиком сказал — ты... Сможешь простить меня?... - малыш вряд-ли его понял, но выбравшись из объятий валки подошёл к своей "маме" и провел по его носу языком. Даже этого жеста хватило чтоб будущий вождь уловил это не скрываемое "да, я прошу тебя". Взяв малыша на руки парень улёгся на кровати. Валка тихо ушла из комнаты, понимая, что не помощь тут уже не нужна. Иккинг лежал на кровати и думал смотря на Оливку. Он вдруг пришел к мысли что счастье, оно ведь бывает разное, не только от чепалахов Астрид. Дверь его комнаты вновь скрипнула: виновато опуская голову вошёл Беззубик. Он неспеша подошёл к кровати и опустил голову на матрас у самых ног наездника. Иккинг усмехнулся. Когда Беззубик испытывает вину он выглядит очень мило — я не сержусь, братец... Ты не виноват - парень похлопал на место рядом с собой и с улыбкой стал наблюдать за тем, как дракон с довольным видом пристраивает голову на его кровати рядом с телом викинга. Возможно викинги и грубые, и слегка долбонутые, но им не чуждо такое чувство как счастье, и сейчас юный Хэддок знал, если это счастье есть - оно в этой комнате, рядом с этими двумя драконами