Пристальный взгляд

      На него смотрели. Внимательно, изучая каждую деталь в поисках слабого места. Вот, он повернулся спиной и, кажется, отвлёкся на разговор с Диланом, а теперь — и вовсе спустился и гуляет беззаботно с Шерон по парку. И иногда, когда девушка не видела, оглядывался, пытаясь найти глазами того, кто за ним следил.       Лололошка знал, что за ним наблюдают, что нападут в любой момент и уничтожат весь его сумасшедший, но такой хрупкий мир. Он знал это, просто не мог доказать.       И дело было даже не в подозрительном Саймоне Солусе, который плёл какие-то непонятные интриги и появлялся как нельзя кстати, чтобы отвлечь от очередного расследования.       Нет. Его взгляд исчезал и появлялся, как и взгляды однокурсников, соседей, знакомых. Он мог прекрасно их видеть и знал, что от них опасности нет. Или же почти нет… Но против этого он мог, хотя бы, защититься.       Этот же был другим. Липким, постоянным. Дышащим в затылок несуществующим дыханием. Следящим за ним издалека, где бы он не находился. В шахтах или на занятиях, в компании или в одиночестве.       Он всегда следил за ним и источал одно — желание пролить кровь.       Вот и сейчас, сидя вечером пятницы в их общей гостинной, Лололошка пытался не смотреть в окно и не выискивать его. Не показывать свою странность, и просто слушать чужой диалог, пока в руках то и дело крутится листик бамбука, затерявшийся в кармане толстовки.       — Земля вызывает Лололошку, ответьте, — безразлично протянул Дилан. — Да боги, Карл, всё с ним в порядке. Сам его тормоши, если тебе так надо…       — Ну он же весь бледный! — возмутился последний, поправляя очки. — Лололошка, ты как?       Только вот взгляд парня упал на окно, и всё его тело напряглось, готовое резко встать и вытащить заточку из внутреннего кармана. Хоть что-нибудь, чтобы защититься. Но… Никого не было. Только птицы за окном щебетали, и солнце согревало своими последними лучами. Слишком мирно и красиво для того, что он чувствовал.       — Реально, чё случилось-то? — поинтересовался Брендон, толкая его в плечо.       Не ожидавший этого, Ло метнулся к двери, переводя взгляд на соседа. После опять на окно и свои руки. Дрожащие руки, которые нуждались в том, чтобы сжать меч. И сердце. Бешено бьющееся сердце, словно он не в общежитии, а опять отбивается от забредшего на территорию общежития медведя.       — Да что с тобой не так? — послышалось смазанное на фоне.       — Ой, это на паническую атаку похоже! Я воды принесу!       — Братан, ну ты это! Мужики панике поддаваться не должны, ты сильнее!       Но на него смотрели и, казалось, уже были рядом. Близко, очень близко. Настолько, что он шеей ощутил сталь лезвия и чертыхнувшись, схватился за шею. Только вот касание оказалось таким же фантомным, как и взгляд…       Но вот горло сжалось, а в ушах было одно “беги! беги! беги!” Опасность! Но… Всё было в порядке и какой-то частью себя Лололошка это понимал. Только вот не мог остановиться, продолжая сосредоточенно ожидать нападения и поглядывать то на окно, то на дверь.       Слишком уж они были подозрительными, чтобы быть безопасными. И вместе с тем, самыми обычными, чтобы он привык к ним за всё то время, что живёт здесь.       — Лололошка, послушай меня… Всё хорошо.       К нему медленно подошёл Карл с лёгкой, но немного обеспокоенной улыбкой и протянул аккуратно воду. После показал и вторую, абсолютно пустую ладонь. Заметив, что парень даже не думает тянуться к стакану, аккуратно поставил его на пол между ними и сам сел аккуратно, теперь смотря снизу вверх.       — Лололошка, что случилось? — попробовал он опять.       — Нет, я…       Его взгляд опять скользнул к окну и он плотнее задвинул солнцезащитные очки на переносицу. Так, что перегородка впилась в нос, явно оставив там вмятину полумесяцем. Это действие не осталось незамеченным и Карл кивнул понимающе.       А после начал дышать. Громко, медленно, нарочито положив руку себе на грудь и открыв рот.       Мгновенье, два. Лололошка не знал, когда понял, что сам почти не дышит, но моргая, подстроился под чужое дыхание. Плечи расслабились, потом и руки, ноги. Съехав по стене на пол, осознал, что всего пару мгновений назад готов был любому выглядящему опасно незнакомцу вскрыть живот, ну или хотя бы ударить по голове так, чтобы он провалялся в отключке до последующих выяснений обстоятельств.       Кровь, гулко отбивающая ритм в ушах тоже начала затихать. Парень постепенно приходил в себя.       — Ты со мной? — уточнил Карл через время, со слабой улыбкой.       — А… Да… — несколько потерянно согласился Ло, опуская взгляд на свои ладони.       — Что случилось? — всё так же мягко и тревожно поинтересовался парень.       — Я…       Лололошка взглянул на соседа и тут же посмотрел на дверь туалета. Его и так считают странным и усугублять ситуацию своей тревожностью и очевидной манией преследования…       — Лололошка, я всё пойму, когда я учился в школе у меня тоже постоянно панические атаки были…       — Да отстань ты от него. Захочет — расскажет, — фыркнул Дилан, заваривая чай.       — Дилан, это серьёзно! — возмутился Карл в ответ.       — Дилян, эфо сельёсно, — перекривлял его айтишник, скрываясь в комнате.       И пока Карл надувал губы, Лололошка всё же прыснул со смеху. Закрывая рот ладонью и тихо посмеиваясь, смотрел на них. На воду. Но ни в коем случае на окно.       Аккуратно взяв стакан, отпил и зажмурился. Потом, поблагодарив парня, поднялся и на мгновение представил, как разбивает стекло, чтобы вооружиться осколком.       Вздрогнув и прогнав мысли прочь, пошёл помыл стакан и после этого отправился в комнату. Уже там, в привычном полумраке и свете от экрана компьютера, упал на кровать.       Даже не раздеваясь, подтянул к себе ноги и тяжело выдохнул.       — Ну и что это было? — поинтересовался Дилан, снимая наушники.       — Ничего, — выдохнул Лололошка. — Просто казалось, что вот-вот, и кто-то разрушит всё, что у меня есть…       Хмыкнув, айтишник вернулся к экрану, а Лололошка лениво стянул обувь и очки и забрался под одеяло с головой. Он почти ничего не помнит о своём прошлом, а всё что помнит — беспорядочные галлюцинации и отрывки, которые ему ничего не дают. Но он всегда знал только одно — то, что было раньше, было выживанием и борьбой за свою жизнь и следующий день. Ведь если не так, то он просто не в силах объяснить то, почему ему так комфортно от того, от чего у других людей волосы встают дыбом. И почему он всегда готов к тому, что его убьют. Вот вот и…       Липкий изучающий взгляд всё ещё смотрел сквозь окно, изучая каждую деталь в поисках слабого места. Вот-вот и он нападёт. Просто это случится не сегодня…