Восьмые

Все молчат. Пока ещё никто ни слова не проронил. Время близилось к 11. — Бля, я как будто в морге. Скажите хоть что-нибудь — вдруг прервал тишину Джисон. Чонин как обычно медленно отпил чай. И заговорил, что тоже было огромным событием: — Я думаю, это жопа. Полнейший пиздец. Я вахуе. Большинство парней сидели с глазами под 5 рублей, а кто-то даже открыл рот от разговорчивости Яна. — Так. Нужно во всё разобраться. — Чан выглядел уверенно, пока в голове переполох. — Хёнджин, как я знаю, твои отношения с отцом не очень. Но, может, ты попробуешь что-то разузнать? Или ты уже что-то знаешь? — Я.. Не уверен. — Хван активно дёргал ступнёй, сидя на старом кресле. На улице полил дождь. Не грибной, прям ливень. Под такой звук можно легко заснуть, но сейчас было не до сна. Нужно было как-то решать эту ситуацию, но у всех в голове каша. Что делать - никто не знал. Раздался резкий звонок телефона. На рингтоне стояла какая-то девчачья кпоп песенка, значит точно Хёнджин. — Чё за поебота у тебя на звонке стоит? — заявил Чанбин, всё также поглаживая свинку. — Это отец. Все мигом замолкли. Снова та гробовая тишина, в которой все понимают, что пиздец. Она бывает не часто, но от неё сразу хочется бежать. — Ребят, так чё нам делать-то с тем сыром, который уже к стенке холодильника примёрз? — Замер в дверном проёме Феликс, который разбирался с тем, что пару прядей легли на его лицо не так, как нужно и появился только сейчас. — Я что-то пропустил? Чан показал жестом, что нужно быть тише, и все устремились на Хвана, что поднял трубку. — Что? Зачем? Пап, хватит. Нет. Нет. Почему? Ничего не было понятно из кратких ответов Хёнджина, но было понятно, что что-то не так, ведь обычно он любил поболтать. После того, как Хён положил трубку, в его сторону сразу полетели вопросы. — Ну? Что он сказал? — Спросил Бан. — Встретиться с ним завтра вечером. Всем вместе. В ресторане. — Пизда. — Одновременно сказали Хан и Минхо, из-за чего переглянулись, но быстро отвели взгляды. — А сыр? — Влез Феликс, от слов которого Джисон снова заржал. Минхо немедленно дал подзатыльник Ликсу, от чего тот поморщился. Обстановка в комнате была всё ещё напряжённой. — В ресторан? — Спросил Чанбин. — У нас даже одежды нормальной не найдётся! — Ему насрать, как вы выглядите, просто придите. — Хван выглядел расстроеным, но старался не подавать виду. — Можно я приду в костюме динозавра? — С надеждой в голосе спросил Джисон. — Ты долбаёб? — произнёс Хо. — Я не приду. — Сказал Сынмин, не отрывая глаза от ноутбука. — У меня дела. — Знаю я твои дела, опять в майнкрафт играешь? — Чан заглянул в экран и убедился в сказанных словах. — Пойдёшь. Не обсуждается. — Так.. Ребят. — Начал Феликс, чем смог привлечь внимание друзей. — А сыр? И в этот раз Хан заржал так громко, что упал с дивана, а затем ещё и захрюкал, чем привлёк внимание морской свинки, а потом вообще взорвался. *** 12 сентября. Листья подозрительно кучами падали с деревьев, хотя это только начало сентября. В это время школьники возвращались домой, а наша команда наоборот, только выходила. — Ну ёптвою мать, Феликс! — обратился к нему Чанбин. — Давай быстрее, всем посрать на твои волосы! — Да ща! — Дебилы. — Сказал Чан. Чан имел только одну более-менее приличную тёмно-синюю рубашку, мятая, потому что висела на стуле около двух недель. Для красоты он закатал рукава до локтей и надел чёрный браслет без надписей. Чёрные джинсы с дырками на коленах, что выглядели как стиль. Минхо с Чанбином, Джисоном (еле уговорили) и Сынмином одели обычные спортивки, чем отличались от Чана, и было не особо понятно что они одна команда. Феликс и Хёнджин пошли в обычных белых рубашках и брюках, как будто собирались в школу, но Хён даже галстук накинул (откуда?) — Почему её нельзя взять с собой?! — Вскрикнул Чанбин. — Нахуй брать свинью в шестизвёздочный ресторан? — Спросил Сынмин. — А нахуй твой ноутбук брать? — Надо. — И её тоже надо! — продолжал Чанбин. — Ой блять, успокойтесь. Свинью оставим, вдруг там ещё захрюкает. — решил Чан. — ноутбук возьми, вдруг пригодится. Без любимой морской свинки Со выглядел потерянным. — Блять, а вечером-то это во сколько?— спросил Джисон. — Он в переписке уточнил. 8 вечера. — ответил Хёнджин. — А никого не смущает, что щас 20:13? — сказал Джисон, и все мигом полетели до остановки. — Ты раньше не мог, сука, сказать?! — кричал Чан на бегу поправляя рубашку, что вылезала из джинс. Сынмин бежал с ноутбуком, прижатым к груди, словно бомбу. Чанбин без свинки чувстовал себя голым и бежал неловко. Феликс поправлял причёску на бегу и это было как-то абсурдно. — Успеем! — крикнул Хёнджин. — Мы как долбаёбы! — засмеялся Джисон. — Так и есть. — сказал Минхо. Хан заметил, что Ли еле сдерживает улыбку, и от этого стало легче бежать. Они запрыгнули в автобус в последний момент и Чан протянул мятую купюру водителю. Автобус пах сыростью и старым пластиком. Все расселись кто куда и пытались отдышаться. Молчат, не знают что сказать. Джисон пытается пошутить, но не может. Слова не лезут. Минхо молча сидит. Чонин с Хёнджином смотрят в окно. Чанбин грустит без свинки. Феликс снова поправляет причёску. Чан пытается собраться, но не получается. Сынмин выглядит напряжённым. Спустя десяток остановок команда наконец-то выходят из автобуса. Перед ними роскошный ресторан, и все молчат. Ещё никто не проронил ни слова. — Ну бля, идём или нет? — разбавил тишину Джисон. — Идём, идём. — с грустью сказал Чан и положил руку на плечо Хёнджина.