Крем-сода

Феликс лёгким движением руки распахнул окно своего кабинета настежь. Прохладный вечерний воздух ворвался внутрь, разбавляя и унося с собой тяжёлые феромоны ушедшего пациента. Оперевшись на подоконник, он прикрыл глаза и глубоко вздохнул, позволяя ветру запутаться в волосах. Когда-то его светлых локонов касались ласковые руки любимого, но эти воспоминания со временем всё больше казались отражением его снов. Сильный порыв ветра заставил его вздрогнуть и очнуться от наваждения. Сморгнув непрошеные слезы, он услышал приглушённые спорящие голоса, доносящиеся из коридора. — Хёнджин, говорю тебе, он классный специалист, ему можно довериться! — ... — Я имею в виду он не... Хочешь, я с тобой побуду в кабинете? — Мне не пять лет, Хани, с ума не сходи! — Я уже схожу с ума, придурок! Ты почему сразу не обратился в травму? — Потому что у меня нет страховки, умный ты мой! — Чёрт! Прости, я... Ты же знаешь, что я бы оплатил все счета. — Знаю и очень ценю это, правда. Но я не хочу быть в долгу перед... — Альфой. — Тобой. — Да, понимаю. Но пара походов к физиотерапевту уже включена в мой ДМС, так что это для тебя безвозмездно, понял, дурья твоя башка? Голоса стихли. Раздался осторожный стук в дверь. — Тук-тук, тут добрые врачи обитают? — Хан, Боже... — Детка, не бойся, я рядом. — Проходите пожалуйста, — подал свой низкий голос Феликс и, надев свою рабочую улыбку, вышел из-за ширмы навстречу непрошеным гостям. — Просим прощения за беспокойство, — громкий дерзкий голос зазвучал из уст симпатичного молодого человека, скорее всего альфы. Без сомнения, никакого смущения за беспокойство он не испытывал. — Очень нужно записать на приём к специалисту вот этого красавчика, — он прижался головой к плечу безмолвного товарища, не отпуская его руку. — Вы сейчас свободны? Феликс скользнул взглядом сквозь тонкие линзы очков по хорошо сложенному (действительно красавчику), судя по одежде, механику. Силуэт длинных ног был спрятан за рабочими штанами с множеством карманов, на бёдрах крепилась сумка с инструментами, а вот на подтянутом торсе была только чёрная облегающая майка. Обнажённые руки и ключицы блестели от смеси пота и машинного масла. — Свободен ли я?, — хрипло переспросил он, с трудом оторвав взгляд от блестящего масляного пятнышка на щеке незнакомца, и посмотрев наконец в глаза собеседника в смятении. — Ну да, я знаю, что у Вас по записи, но прошу сделать исключение вне очереди! Я обязательно всё оформлю официально! Моё имя — Хан Джисон, и на приёме у физиотерапевта в этом году ещё не был — осмотрите пожалуйста моего Хёнджина! — быстро затараторил альфа, глядя на Феликса огромными оленьими глазами, в которых казалось блестели искорки от его энергии. Хёнджин наклонил голову, стараясь стереть со щеки масло, но грубая ткань перчатки только сильнее размазала пятно по раскрасневшейся от трения коже. — Наглость — второе счастье, да, Джисон? — усмехнулся Феликс и с улыбкой продолжил, — Хорошо, запишитесь у моего медбрата Сынмина на повторный приём. Следующий пациент у меня только завтра, поэтому Хёнджин может спокойно располагаться на кушетке. Услышав своё имя, слетевшее с губ альфы, он едва заметно напрягся. Почувствовав это, Хан сильнее сжал его руку. — А можно мне побыть рядом? Я не буду мешать, обещаю, могу даже помолчать! — Хани, пожалуйста, хватит. Подожди меня в коридоре, — наконец подал голос Хёнджин, мягко освобождаясь из захвата чужих пальцев. — Детка, — обиженно протянул Хан, послушно убирая загребущие руки, — Хорошо, как скажешь, — скрывшись за дверью, он оставил омегу и альфу наедине.  — Проходите за ширму и располагайтесь на кушетке, сняв одежду на том участке, который беспокоит, — не глядя на новоиспечённого пациента, Феликс направился к раковине. Горячая вода, смешиваясь с жидким мылом, заструилась по рукам, тщательно подготавливающих друг друга к работе больше на автомате, чем осознанно. Подняв глаза, Феликс обнаружил в отражении небольшого зеркала отбрасываемую тень Хёнджина на ширме, которая будто подсвечивалась в закатных золотых лучах. Его руки подцепили майку и медленно стянули без особого труда. Феликс резко отвернулся, чувствуя как быстрее забилось его сердце. Прикусив щеку изнутри, смещая фокус внимания на источник боли, он закрыл кран и тщательно вытер руки. — Готовы? — приблизившись к ширме, хрипло спросил он. — Да, — приглушенно прозвучал ответ. Феликс обнаружил на кушетке обнажённого по пояс пациента — положив голову на сложенные руки, он отвернулся к окну. На кресле рядом лежали аккуратно сложенная майка и сумка с инструментами. Правда, один её кармашек был пустым — металлический ключ поблескивал в правой руке Хёнджина. — Чинить здесь буду я, Хёнджин, — прокомментировал увиденное Феликс, закрывая окно. — Я протюнингую твою мордашку, если будешь руки распускать. Опыт у меня есть, поверь, — криво усмехнулся омега. — Понял, — стараясь не выдать свои эмоции ни взглядом ни мимикой, ответил Феликс. — Теперь рассказывай, что беспокоит, — осматривая мускулистую, но такую беззащитную в данный момент спину. — Да рассказывать нечего, просто неудачно потянул мышцы, пока шины менял, вот здесь, — Хёнджин кистью левой руки провёл по области поясницы. Феликс легко надавил ладонью в указанном месте. Хёнджин дёрнулся от неожиданности и мышцы под пальцами альфы мгновенно напряглись. — Так болит? — Не особо. — А вот так? — в этот раз давление было сильнее и ответом стал сдавленный стон боли. — Терпимо, — выдавил сквозь зубы Хёнджин. Феликс отошёл к стеллажу, доставая своё излюбленное массажное ванильное масло. Этот нейтральный сладкий аромат успокаивал его и большинство пациентов. — Я сейчас сделаю тебе экспресс массаж, на мгновенный результат не надейся — сам понимаешь, что нужно несколько сеансов для восстановления, — Феликс включил колонку и неудобная тяжёлая тишина кабинета растворилась в фоновой музыке. Закатав рукава и разогрев масло между ладоней, он вернулся к Хёнджину. — Если будет больно или неприятно — дай знать. — Договорились, док, — пробормотал Хёнджин, пряча лицо между своих сложенных рук. Феликс склонился над омегой и приступил к работе: его сильные руки изучали широкую спину, снимая напряжение не только в болезненной пояснице, но по всей открытой перед ним поверхности. Первые прикосновения сопровождались вздрагиваниями и зажатостью, но постепенно тело Хёнджина привыкало к новым ощущениям. Легко скользя по загорелой коже, Феликс растирал, растягивал, разминал забитые мыщцы. Его движения были плавными и уверенными. Несмотря на небольшие для типичного альфы ладони, пользовался он ими крайне умело, продвигаясь от основания спины к основанию шеи. Ванильное масло таяло от тепла, раскрывая свой аромат и подавляя собой запах машинного масла. Когда Феликс начал оглаживать плечи, Хёнджин впервые сдавленно застонал. Альфа тут же остановился. — Ты как? — Всё путём, продолжай, — в полудрёме пробормотал Хёнджин, выпустив из крепкой хватки правой руки холодный инструмент, но не отпуская его окончательно. Феликс улыбнулся и продолжил прикасаться к разгорячённой коже омеги. Осторожно проведя пальцами по его шее, он почувствовал ответную лёгкую дрожь. Надавив глубже и под другим углом, чувствуя напряжённые мышцы, он услышал всхлип. — Ах-х, что за... Мгмхм, — тело Хёнджина плавилось под чужими горячими руками. Сквозь пелену аромата ванили начала пробиваться новая нота, но какая именно было сложно разобрать. Феликс инстинктивно вдохнул воздух поглубже и почувствовал как в носу защипало, как будто пузырьки сладкой газировки наполнили его лёгкие, его кровь, всё его тело, а в мозгу взрывались яркие фейерверки — это было настолько сильным ощущением, что он замер, вцепившись в плечи Хёнджина, неосознанно вдавливая того в кушетку. — У тебя течка? — удивлённо предположил Феликс, медленно разжимая пальцы и возвращая контроль над своим разумом. Хёнджин начал едва заметно дрожать. — Нет, не может быть, я принимаю блокаторы, — зашептал он, мотая головой. — Какие именно? — приложив ладонь ко лбу Хёнджина, он ожидаемо почувствовал пышащую жаром кожу. — Кейс 341, — сипло ответил омега, неосознанно потеревшись лбом о прижавшуюся масляную ладонь как маленький котёнок. Феликс слышал от коллег об этом довольно сильно действующем препарате, с внушительным списком побочных эффектов.  — Он у тебя с собой? Или может позвать твоего альфу? Его феромоны успокоят тебя, — убирая прилипшие пряди со лба омеги, Феликс невольно залюбовался: на фоне порозовевшей кожи особенно ярко выделялись пронзительные тёмные глаза, а непролитые навернувшиеся слёзы поблескивали как звёзды. — Он мой друг, а не мой альфа, — процедил сквозь зубы Хёнджин, — А таблетки всегда с собой, сейчас, — постанывая, он потянулся к боковому карману на брюках, но вспотевшие мокрые пальцы не справлялись с застёжкой. — Давай я помогу их достать, хорошо? Всё нормально, не переживай, ты в безопасности, — омега кивнул и от этого движения капли слёз ручейками устремились вниз по щекам. Феликс без труда проник вглубь кармана и обнаружил наполовину использованный блистер с крошечными таблетками. — Вот, держи. Сейчас принесу воды, — протянув упаковку Хёнджину, Феликс вернулся к стеллажу в поисках бутылки с водой. Найдя наконец одну и обернувшись, он столкнулся с изменившимся взглядом омеги — тяжёлым, цепким и прожигающим насквозь — и им собственной персоной прямо перед собой. — Нашёл, что искал? — неожиданно игривый тон слетел с губ Хёнджина. — Кто ищет, тот всегда найдёт, — пробасил Феликс. Широкая ладонь, покрытая мозолями и ссадинами, накрыла масляные пальцы альфы, забирая и сжимая до хруста протянутую пластиковую бутылку. Откинув голову назад и закрыв глаза, Хёнджин начал пить так, как будто это был божественный нектар: медленно и явно наслаждаясь процессом. Феликс на мгновение забыл как дышать, снова чувствуя необъяснимое покалывание. Вид приоткрытых влажных губ, обхвативших горлышко, вновь прилипших волос ко лбу, движения кадыка в такт глоткам — сознание альфы мгновенно прорезала мысль, каково бы было оказаться на месте этой несчастной бутылки в ласках этих губ. Едва слышно простонав, он отвёл взгляд и зацепился за брошенный блистер, в котором осталось совсем немного таблеток. — Хёнджин, сколько ты принял? Ты знаешь что при передозировке, — Док, ты такой миленький в этих своих очках, знаешь об этом? Вот и я знаю о передозировке намного больше, чем ты можешь себе представить. Не альфе мне говорить об этом. Не волнуйся, я и не такое пережил, — Хёнджин с грустью ухмыльнулся, задержав взгляд на пухлых губах напротив. — Спасибо, что уделил время. С этими словами Хёнджин похлопал по плечу Феликса в качестве прощания. Пальцы скользнули по открытой шее альфы, задев чувствительную железу. Воздух мгновенно заполнился кисло-горькими феромонами. — Ох, чёрт, чёрт, чёрт, прости, я не хотел, — омега отшатнулся назад. Зрачки Феликса расширились. — Хёнджин, — только и смог хрипло ответить альфа, зажимая место прикосновения и стараясь справиться с бурлением гормонов в крови. Зрение обострилось, и только сейчас он заметил рваные шрамы на груди и животе омеги. — Кто это сделал с тобой? — спросил он быстрее, чем понял что лучше было не спрашивать. Яростный взгляд послужил молчаливым ответом. Быстро натянув майку и схватив сумку с инструментами, Хёнджин задержался в шаге от двери. — Лимонный биттер... Тебе очень подходит, — с лёгкой улыбкой и кивком головы, он исчез вместе с солнечными лучами, оставив Феликса в сгущающихся сумерках вечера.