«Нарушенный протокол»

Его губы накрыли её, и последняя фраза утонула в глухом стоне, который Стас поглотил, не оставив ей ни единого шанса на отступление. Это не был нежный поцелуй — это было столкновение, битва, в которой не было ни победителей, ни проигравших. Ира ответила с той же яростной, голодной страстью, впиваясь пальцами в его плечи, притягивая его ещё ближе, хотя ближе было уже некуда. Стас подхватил её под бёдра, и она с готовностью обвила его ногами, позволяя нести себя. Диван был в двух шагах, но эти два шага показались вечностью. Он опустил её на смятые подушки, наваливаясь сверху, не разрывая поцелуя. Его руки были везде: зарывались в её волосы, скользили по рёбрам, задирали ткань блузки. — Чёртова форма... — прорычал он ей в шею, прикусывая нежную кожу. Его пальцы уже возились с мелкими пуговицами, которые никак не хотели поддаваться. — Расстегни или оторви, мне плевать! — выдохнула Ира, выгибаясь ему навстречу. Она вцепилась в его футболку и рванула её вверх. Стас на секунду отстранился, чтобы стянуть мешающую тряпку через голову и отбросить её в сторону. В тусклом свете комнаты его тело казалось высеченным из камня. Ира провела ногтями по его груди, спускаясь к ремню. Он перехватил её руку. — Не спеши, полковник, — хрипло прошептал он, накрывая её ладонь своей. — Я слишком долго об этом думал, чтобы всё испортить за минуту. Он отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза. В них больше не было ни насмешки, ни колкости. Только тёмное, первобытное желание. Он медленно провёл большим пальцем по её нижней губе. — Ты ведь пришла меня дразнить? — его голос был низким, вибрирующим. — Думала, я не посмею? Ира усмехнулась, но улыбка получилась хищной. — Я пришла по делу. Но ты... ты всегда нарушаешь протоколы, Карпов. Он наклонился к самому её уху. — Тогда давай нарушим ещё один. Его губы снова нашли её, но теперь движения были медленными, мучительно дразнящими. Он проложил дорожку из поцелуев по её скуле к уху, затем вниз по шее к ключице. Пуговицы на блузке наконец сдались под его напором. Он распахнул ткань, и его взгляд потемнел ещё сильнее при виде кружевного белья. — Зимина... — это было почти рычание. Он отодвинул кружево в сторону и прижался губами к её груди. Ира запрокинула голову, запуская пальцы в его волосы уже не для того, чтобы оттолкнуть, а чтобы удержать. Комната наполнилась её прерывистым дыханием и его глухим рыком. Все маски были сброшены. Остались только он и она. И желание, которое наконец вырвалось на свободу.