Ёж

      Изуна зашел в кабинет брата как всегда без стука, он знал, что в этом доме ему везде будут рады, так что не особо волнуясь о приличиях, он довольно скалясь подошел к столу главы клана. Мадара, на отсутствие личного пространства не жаловался, привык уже к выходкам брата, который мог даже вовремя принятия водных процедур беспринципно ворваться в комнату, чтобы уточнить детали миссии.       – Мадара, ты не поверишь что я нашел у Яманака! – певуче крикнул тот, вырывая старшего из раздумий, пока брат был на миссии Мадара работал с документацией клана, которую к шестому часу работы хотелось уже просто сжечь.       – Если это не саке, то мне не интересно, – пробурчал тот, хмуро разглядывая кривые иероглифы, уже не особо разбирая написанное. Казалось кисть держал неумелый ребенок, а не профессиональный шиноби, смело отбивший нападение бандитов.       – Нии-сан, не стоит искать поводов для выпивки! – Усмехнулся Изуна. – Но нет, у меня кое-что интереснее. Это новая техника! – младший, довольный собой радостно положил на стол увесистый свиток.       Мадара закатил глаза, ворча под нос о том, что бумажной волокиты и без Изуновской находки хватает. Хотя, было действительно интересно, техники Яманака не особо сильны, однако крайне полезны, особенно во время миссий по шпионажу или краже. У Мадары никогда не было желания побывать в чужой шкуре, слишком много терпения и навыков нужно чтобы выдавать себя за другого, но вот Изуна по владению речами был мастером. Маленький лис мог заговорить любого и даже Мадара не уловил бы сути в полной мере.       – Ты, может для начала, расшифруешь его? – поинтересовался глава клана, в очередной раз приходясь взглядом по непонятным каракулям. Похоже их писал тот же криворукий бездарь, что и отчёт по бандитам.       – Дара, не тупи, пожалуйста, – тяжело выдохнул Изуна, забирая свиток обратно. – Вот вечно ты так, если у тебя плохое настроение, то это не повод для занудства! Смотри, тут все просто!       Младший Учиха активировал шаринган, после чего прошелся взглядом по записям. Копаться в чужих секретах он любил, так что расшифровывать сложные свитки он считал своим хобби, проводя спокойные вечера за прочитыванием старых клановых писаний. Прочистив горло, Изуна наконец начал.       – Эта новая техника, не просто перемещает душу обладателя, она в корне меняет всю твою суть! Как я понял, она меняет внешний облик пользователя в зависимости от его души!       – Меняет? Что-то типа маскировки? – уточнил Мадара уже более заинтересованно.       – Хе-хе, всё намного интереснее дорогой нии-сан, она превращает тебя в животное! – загадочно взмахнув руками, объяснил Изуна, однако заметив скептичный взгляд старшего выдохнул. – Ну, мы немного побаловались после задания. Шото превратился в голубя, Асуи – в кошку, Сато вообще осьминогом стал! – Мадара все еще не мог поверить в слова брата, вопросительно подняв бровь и начав осматривать того на следы ушибов. Потому младший, нахмурившись, всучил брату свиток, тяжело выдохнув. – Ну если не веришь попробуй сам!       – Ага еще чего, не хватало соколом на всю оставшуюся жизнь остаться! – возмутился Мадара.       – Да не волнуйся ты так, техника легко отменяется, к тому же с чего ты взял, что ты сокол? Характером настоящая жаба! – усмехнулся Изуна, уворачиваясь от удара увесистым свитком. Старший, не сумев огреть брата его же находкой, тяжело выдохнул и развернул пергамент, чтобы наконец увидеть печати для злосчастной техники.       Она действительно не была такой сложной, три печати и легкий хлопок с внушительным облаком дыма. Мадара думал, что он исчез со свету, потерявшись в пространстве. Весь мир для Учиха перевернулся, его окружало множество запахов, зрение на удивление осталось прежним, руки и ноги сильно укоротились, на лапах появились коготки, нос удлинился, а спина ощущалась совсем… иначе.       Когда облако дыма спало, Изуна удивлённо стал озираться по сторонам, не увидев никакого огромного злобного зверя. Насторожившись, младший Учиха не торопясь подошёл к столику, чтобы заглянуть за него и увидеть как из под одежды брата на дзабутоне вылезает… ёж… огромный ёж... с челкой...       – ...Пх... ха-ха-ха! – Изуна старался сдержать смех как мог, однако бросив еще один взгляд на брата, не смог удержаться и расхохотался, покатившись по полу и держась за живот. – Ха-ха-ха, н... ниса… Дара, о Ками!       Наконец придя в себя Мадара осмотрелся, все вокруг казалось невероятно огромным! Смех Изуны и вовсе был ужасно громким. В панике, старший Учиха действительно подумал, что превратился в жабу и попытался прыгнуть, однако огромного прыжка не получилось. Скорее наоборот, он неловко приподнялся и кубарем полетел вниз по подушечке, вызвав у брата еще больший взрыв смеха.       – О, Дара! Ты такой милый! – хохотал Изуна, разглядывая ежа перед собой через пелену слёз. – Ооо, ты должен это увидеть, сейчас!       Младший Учиха не смотря, на попытки Мадары его остановить, убежал. Глава клана просто не понимал, что происходит, он посмотрел на свои лапки, однако никак не мог понять, кем же он стал. Вытянутый нос, короткие лапы и писки вместо нормальной речи! Неужели он стал крысой? От одной мысли об этом Мадаре стало плохо, но к счастью, к этому моменту вернулся Изуна, принеся с собой зеркальце, в котором обращенный наконец смог разглядеть себя во всей красе.       В зеркале был большой ёжик, беленькое тельце, коротенькие лапки, и сероватая мордашка с двумя бусинами блестящих глаз. Ёжик удивлённо дернул носиком, рассматривая свое отражение. Черные иголки на спине слегка надыбились. Мадара не мог поверить собственным глазам, он стал ежом!       Даже его фирменная челка на лице осталось на своем месте, став небольшой кучкой иголок, которые по какой-то причине росли на левый бок. Что уже говорить о размерах, в руках худощавого Изуны такой еж в одной руке точно не поместится.       – О-о-оу, Дара, честно сказать, я думал ты станешь каким-ни будь медведем или коршуном… но ты превзошел все мои ожидания! Черт, надо сделать маленький гунбай! – прокричал Изуна, старательно сдерживая смех. Ёжик же юмора не оценил, угрожающе потопав в сторону брата, попутно бурча оскорбления на ежином. – Ладно-ладно! Не бурчи! Просто перенаправь чакру и отмени технику, как с гендзюцу!       Снова хлопок и облако дыма из которого вырвался голый и разъяренный Учиха Мадара.       – Изуна, что это еще за шутки!? С кого, Сенджу, я ежом стал?! – схватив брата за юкату, спросил тот, на что Изуна усмехнулся:       – Ну я же говорил, отражение твоей души! Ты вот оказался ежом! Я что, знал, что ты им станешь? – Изуна опасливо выставил руки вперед, мало ли чего удумает разъяренный Учиха, особенно Мадара, улететь в пруд с кои сегодня желания не было.       – Отражение души? чушь какая-то!       – Дара, ну представь сколько возможностей тебе открыто! Ты ёжик, маленький, миленький, никто даже не заподозрит, что это создание – опаснейший человек нашего времени! Ты сможешь разгуливать в любом клане и нигде на тебя не обратят такого большого внимания, ежи есть везде! Да ты идеальный разведчик! – Иузна старательно думал над аргументами, чтобы как можно быстрее задобрить брата, что, похоже, получилось. Ведь Мадара отпустил брата, задумавшись над его словами, попутно отходя обратно к столу за одеждой.       – Хм, а ведь идея не так плоха… – накинув юкату, пробормотал старший. Это действительно звучало разумно, Мадаре не придется выставлять себя кем-либо, придумывать предысторию, манипулировать словами и сдерживать характер. К тому же ежи действительно небольшие, проникнуть в дом не такая уж проблема. Изуна довольно кивнул.       – Вот-вот, думаю, даже Хаширама тебя не узнает!       – Хм, а это мысль, было бы не плохо узнать у кого Сенджу планируют закупать оружие? – заинтересованно начал Мадара, Иузна же посмотрел на него с опаской.       – Мадара, тебе не кажется, что не стоит так рисковать?       – Почему же? Ты же сам сказал "даже Хаширама не узнает!"       – Ну я... как бы...       – Ну вот и проверим, если что, придешь на подмогу! – Изуна с силой прикусил собственный язык, коря себя за необдуманность. Хотел, как лучше, а получилось, как всегда.

***

      Кланы Сенджу и Учиха вот уже не сколько лет не вели серьезных боёв. Новый дайме сосредоточившись на налаживании связей среди высокопоставленных людей, не особо следил за происходящим в мире шиноби. Заказов стало меньше, феодалы старательно выслуживались перед новым правителем, оставив тёрки между собой, но на долго ли?       Хаширама уже несколько раз говорил о том, как благоприятны нынешние времена для заключения мира. Мадара невольно задавался вопросом – так ли это? Кто знает когда новый правитель наконец обратит внимание на кланы шиноби, начав новые распри. Учиха не знал на это ответа, дел и без того хватало, однако не задуматься о мире не мог. Хаширама отчасти был прав, как бы не хотелось это признавать. Не хватало лишь надёжного фундамента на котором можно было построить хоть какой то мост. В любом случае сейчас это было не так важно. Идти в клан врага было ужасно волнительно. О собственной безопасности Учиха совершенно не переживал, прекрасно зная, что если что-то пойдет не так, он запросто выйдет из передряги.       Селение Сенджу встретило Мадару круговоротом запахов, вокруг было множество растений, около каждого дома стояли клумбы с цветами или ягодным кустарником, дети бегали по улицам, перекидывая мяч, шиноби проходили мимо, даже не замечая небольшого ёжика под ногами. Учиха не мог поверить в то, что он действительно спокойно разгуливает по главной улице вражеского селения, пока все вокруг даже не догадываются о нем. Но спешить Учиха не торопился, блуждая между клумбами и домами, чтобы наверняка не попасться. Благо, бегать на четырёх лапках получалось достаточно быстро, не смотря на их габариты, иглы на спине никак не мешали, а нос помогал уловить мельчайшие изменения вокруг. Однако в этом обличии были и свои проблемы, как оказалось ежи ужасные древолазы, так что поднятие по ступенькам оказалось ужасной преградой.       Учиха стало стыдно за то как долго ему пришлось провозится с парой деревянных ступеней. Но усилия того стоили, он наконец смог попасть в поместье, по которому расплывался нежный запах сладкого-соевого соуса. Радостно подергав носиком, ёж побежал по деревянным половицам в глубь дома, различая и другие ароматы за сиропом, к примеру легкий запах пыли, свежесрубленной древесины и даже нота мяты вдалеке.       Шагая по коридору, забавно постукивая коготками. С каждым новым шагом Мадара дивился все больше. В отличии от его собственного поместья, убежище Сенджу оказалось очень светлым, окна были открыты в каждой комнате, что уже говорить про количество цветов и растений в них. Сёдзи были не просто бледными тканевыми полотнами, а изящно разрисованными пейзажами, которые Учиха рассматривал с большим интересом, подмечая каждую деталь. С его нынешним ростом простые пейзажи казались колоссальными и будь Мадара человеком, он бы не смог оценить их по-достоинству, это глава клана знал точно. Может подошел бы посмотреть и восхититься, выразив пару приятных слов, но не более. Но сейчас он видел не только, как старательно вырисовывались линии, но даже как пахнет краска. Аромат конечно не самый благоухающий, но чувствуется, что рисовали отнюдь не простой тушью.       Шагая все дальше и дальше, он вдруг осекся, ведь после четвертой двери, рисунки прекратились, остальные седзи, оказались такими же унылыми, как и в доме Учиха. Это... огорчало, даже Мадара подметил какая колоссальная работа была проделана, хотя он никогда не был поклонником высоко искусства, лишь зная формальный этикет.       Остановившись и уставившись на пустую дверь, ёжик заинтересованно дернул носиком, осмотревшись, Учиха понял, что за все время нахождения в доме, ни разу никого не встретил. Это казалось абсурдным. В поместье Учиха всегда кипела жизнь, слуги бродили туда-сюда, убирались, готовили, шиноби заглядывали, что бы принять донесения, принести отчеты и послания, но у Сенджу… Никого, лишь бонсаи расставленные вдоль коридора.       Чутье шиноби тут же навострилось, тишина часто была предвестником опасности, к тому же его могли раскрыть и уже готовили облаву на маленького ёжика. Слегка навострив иголки, Учиха прошел дальше, наконец услышав заветное шуршание в одной из комнат. Заглянув в приоткрытые фусума, Мадара наконец увидел желанного человека.       Хаширама, напевая что-то себе под нос и качая головой в такт не спешной мелодии что-то аккуратно вычерчивал на свитке, иногда останавливаясь. Сенджу с легкой нервозностью начинал покусывать кончик кисточки и напевать еще громче. Он совсем не изменился, сидя в широких хакама и легком дзюбане, рукава которого были подвязаны к плечам. Хаширама был все таким же смуглым пареньком, однако вместо когда-то глупого «горшка» на голове, по плечам свободно струились длинные каштановые волосы, блеску которых Изуна ужасно завидовал. Но, что самое главное – на лице Сенджу была легкая, непринужденная улыбка, которую Учиха не видел очень давно. Нет, Сенджу часто улыбался в бою с Мадарой, продолжая тихо вспоминать былые деньки, надеясь пробудить забытую мечту, но то всегда была грустная улыбка с сожалением в глазах.       Сама комната была не такой уж просторной, но благодаря открытым сёдзи все еще казалась ужасно светлой, оказалось переборщить с солнечным светом все же можно, и в отличии от других комнат – эта, просто утопала в растительности, не просто бонсаями, а растениями, которые Мадара в жизни не видал. Они были повсюду, на полу, на тумбах и комоде и даже под потолком создавая неописуемый коктейль ароматов, который неприятно ударил в нос.       Довольно проурчав, ёж протиснулся в проем и побрел по татами к главе клана Сенджу, что, задумавшись в очередной раз, совершенно не заметил гостя. Это не особо понравилось Учиха, хотелось уже как можно быстрее продемонстрировать ему свое существо, чтобы раз и на всегда понять насколько хороша маскировка. Мадара понимал, что это может обернутся провалом его основной миссии, однако ему было ужасно интересно, узнает ли его старый друг, и как он отреагирует. Ёжик уже морально готовился к тому, что его схватят на руки, начав тискать, зная характер Хаширамы.       Протопав чуть дальше, еж шмыгнул под невысокий столик, уверенно направившись к сидящему прямо на татами Хашираме. Мелочиться Учиха не стал, потому, резво запрыгнул на ноги человека. Вернее, как запрыгнул?.. Он попытался, но получилось лишь закинуть на чужую ногу передние лапки.       Сенджу замер, Учиха прочувствовал волну легкой дрожи окатившую чужое тело. Сглотнув, Хаширама медленно опустил голову вниз, уставившись на две бусинки чёрных глаз, что смотрели на него с не скрываемым интересом. Тяжело вдохнув воздух, Сенджу вернул свой взгляд на свиток. Его лицо посветлело на несколько тонов, руки слегка задрожали, воцарилась мёртвая тишина.       Наконец выдохов, он вскочил так резко, что Мадара не успел среагировать, упав на спину.       – То-о-орью!! – жалобно прокричал Хаширама, опасливо посматривая на ежа, что неловко дергал лапками, безуспешно пытаясь перевернуться обратно. – То-о-оби! Прошу быстрее!!       Мадара услышав крики Хаширамы, стал быстрее дёргать лапками, проклиная весь белый свет и глупую идею Изуны. Он был уверен, что белая поганка, именуемая Тобирамой Сенджу, точно раскроет обман и придется Учиха убегать с места преступления нагим, попутно прикрывая причинные места. Да и какой же позор. Учиха Мадара – ёж! Сенджу точно не упустят шанса как следует высмеять врага!       – Что ты разорался аники? Опять про свой фикус? – раздражённо раздалось со стороны скрипнувших фусума. Учиха замер, вот он, его момент позора, сейчас все раскроется и не видать никакой информации как собственных задних лап! Ёжик затих, смиренно ожидая своей участи.       – Там… – промычал Хаширама указывая куда-то за стол. Тобирама скептично осмотрел брата, видеть главу клана в подобном состоянии ему уже не раз доводилось. Он лишь приподнял одну из бровей наклоняя голову в бок, чтобы наконец увидеть ёжика, что всеми силами пытался притворится мертвым.       – Хаши... Это просто ёж, – выдохнул младший Сенджу подходя к бедному животному, чтобы посмотреть на него сверху вниз, чужое розовое пузико даже умиляло, но ни один мускул на лице альбиноса не выдал этого факта.       – Да, но у него лапки! - проныл Хаши, жалобно переводя взгляд то на ежа, то на брата, что молча пытался понять смысл сказанного, – Ну они таки мелкие и ещё вот так быстро двигаются, – в молчании Тобирамы даже Мадаре стало неловко от услышанного, – Ну То-о-орью...       – Хаши, это не крыса, просто выпни его в сад! – буркнул Тобирама, потерев переносицу.       – Ну отото... он же такой мелкий, и так быстро бегает! К тому же ты видел его глаза? Я уверен еще чуть-чуть и у него бы пробудился шаринган, он такой пугающий! И он точно хотел меня укусить! – Тобирама снова осмотрел старшего брата, после чего наконец протянув руку, поднял бедного ежа взяв того за шкирку. Мадара запаниковав, снова начал перебирать лапками, пока наконец его тушка не оказалась на одном уровне с бледным лицом. -Я бы не назвал ЭТО мелким.       Тобирама смотрел на него очень устало, однако не было ни намека на какое-либо узнавание. Белый Сенджу его не узнал! Понял Учиха, наконец успокоившись и обратив свое внимание на белую поганку. На удивление висеть схваченным за шкирку больно не было, некомфортно, конечно, но терпимо. Да и поднявший его человек привлекал больше внимания – без меха и брони Тобирама казался меньше, хотя цвет лица явно был здоровее. От чего красные линии на щеках и подбородке не казались такими вычурными, даже глаза будто были ярче, став скорее цвета рубина, нежели крови.       – Знаешь, я очень сомневаюсь, что это пузо способно пробудить шаринган, – выдохнул Тобирама, взяв ежа под пузико, чтобы бедолага не висел пыхтящей игольчатой тряпкой. Мадара удивлённо моргнул пару раз, он был уверен, что ещё мгновение и белый Сенджу свернёт его шею, – По-моему, ты напугал его больше, чем он тебя.       – Если бы он меня испугался, он бы стал шариком, – буркнул Хаширама, аккуратно слезая со стола и отходя на пару шагов от Тобирамы.       – Хм, не знаю, я за ежами не слежу, – Тобирама огладил животное по иголкам, от чего старший Сенджу поёжился.       – Жуть какая… и что тебе, прямо не страшно? А вдруг он сейчас как встанет и побежит по твоему телу, залезет под юкату, прямо по животу и...       – Хаши, это Ёж, не крыса, – прервал того Тобирама, наконец направившись к открытым фусума, что похоже вели в небольшой задний дворик.       – И всё же! Ты же не интересуешься ежами, от куда тебе знать? Может он тоже так может! – с легкой обидой в голосе проголосил Хаширама, внимательно следя со стороны, как брат аккуратно ставит еж на землю.       – Вот так, беги давай, пока Хаширама не придумал тебе способность летать, – фыркнул альбинос, слегка подталкивая ежа к побегу.       – Всё может быть! – раздалось из комнаты, из-за чего Тобирама в очередной раз закатил глаза. Ёжик наконец, осознав произошедшее спешно скрылся в густой растительности сада, а Тобирама вернулся в комнату, чтобы наконец успокоить старшего брата, пообещав, что ежей тот больше не увидит.

***

      Для первой миссии этого вполне было достаточно, однако было ужасно обидно, что ничего дельного узнать не получилось. Сидя на своём футоне и размышляя о произошедшем, Учиха всё никак не мог поверить в увиденное. Хаширама, светлейший, по меркам шиноби, человек. Дом, которого – олицетворение густого леса… боится мелкой живности? Мадара выдохнул, такого он от друга не ожидал, но что ещё больше удивляло, так это отношение Тобирама. По рассказам брата и соклановцев, Учиха знал, что дьявол с красными глазами холодный и расчётливый человек, готовой сделать всё для выполнения миссии. И Мадара скорее ожидал, что тот убьёт мелкое животное, не раздумывая, как виновника шума, а не выпустит на волю аккуратно придерживая.       Наконец, не выдержав веса собственных раздумий, Учиха тяжело поднялся. Даже будучи животным приходится изучать подменный объект, так что зайдя в домашнюю библиотеку, он стал спешно искать любую информацию о ежах, но единственное, что он смог найти, это упоминание того, что морские ежи — это невероятный деликатес.       Разочарованный результатам, Мадара отложил последний свиток на место и угрюмо пошёл обратно к своей комнате. Как быть ежом он не знал, однако вернуться в селение Сенджу и наконец попытаться найти хоть какую-то полезную информацию, хотелось. Поразмыслив с минуту, Учиха спешно выбежал из дома, рванув в лес. На нём была простая ночная юката, однако это не имело значения, обращался он в любом случае без одежды.       Когда ежиная мордочка наконец добралась до вражеского селения, где-то за горизонтом начали виднеться первые лучи солнца, земля была слегка влажноватой, лишних запахов вокруг не было, только легкий аромат уличных цветов и влажной земли.       Стоило, конечно, обойти чужую территорию, чтобы после составить примерный план селения, но сейчас не это волновало главу Учиха. Он, спешно перебирая лапками, пробрался в чужой сад, откуда было намного легче пробраться в дом, ведь никаких ступеней на счастье ежа не было. Но была другая преграда в виде закрытых фусума.       Тихо шурша кончиком носа, Мадара начал ходить по порогу из стороны в сторону, чтобы найти хоть какую-то дырку, но ничего. Тогда он попытался открыть двери носом, однако ничего кроме ноющей морды он не получил. Тогда совсем надыбив иголки, животное начало яростно вгрызаться в ткань. Чтобы наконец, поджав хвостик пробраться в уже знакомую комнату, которая оказалось личной комнатой Хаширамы, а не его кабинетом, как изначально думал Учиха.       Сенджу спал, разбросив свои конечности по футону, выбросив тонкое одеяло куда-то в угол комнаты, вместе с юкатой, оставшись в одних лишь фундоси. Мадара, конечно понимал друга, лето в этом году выдалось особенно жарким, но такого он не ожидал.       Аккуратно перебравшись через лежащее тело, Мадара снова столкнулся с закрытыми седзи, с которыми он справился намного легче, чем с внешними сёдзи.       Не смотря на уже встающее солнце, дом Сенджу все так же оставался пуст, а из-за закрытых окон ещё и тёмен. Все двери были плотно закрыты, вгрызаться в каждую Мадара не решился, боясь выдать себя. Потому стал безмолвно бродить по помещению, пока не заметил открытый люк в самом дальнем углу коридора.       Подобравшись к нему, Учиха принюхался, из подвала доносилось множество странных запахов. Мадара чувствовал, что там, у Сенджу хранится что-то необычное, он был уверен, что сможет раскрыть для себя несколько тайн, однако идти было рискованно, из-за достаточно крутой лестницы на которую, ёжик точно не сможет взобраться собственными силами.       Вглядываясь в пустоту помещения внизу, Мадара смог разглядеть в подвале небольшой коридор, уводящий куда-то дальше от поместья, пытаясь вглядеться в темноту и понять куда-же ведет тайное место, Учиха встал на самый край, принюхиваясь к запаху. Яблоки, мята, бараний жир и множество других, менее различимых ароматов намекали на безобидную кладовую. Шагнув еще немного Учиха прикрыл глаза, чтобы разобраться в других ароматах различая ещё несколько более странных. Всё это можно было легко списать на какой-нибудь склеп для хранения еды, если бы не отчетливый аромат пепла.       Когда Учиха снова открыл глаза, он заметил, что в подвале появилось свечение, которое неспеша разрасталось. Кто-то приближался к нему! Мадара уже было развернулся, чтобы отступить, но одна из задних лап промахнулась по краю, и ежик кубарем полетел вниз по лестнице, инстинктивно сжавшись в игольчатый шар.       Летел Учиха не долго, однако он прочувствовал каждую ступеньку на своём пути, спина ужасно болела, хотя лапы и мордочка не пострадали. Но всё это меркло на фоне того, что кто-то, поднял прикатившийся клубок в воздух, предварительно огладив того по иголкам. Мадара затаил дыхание, он не торопился вылезать из своего «укрытия» хоть в воздухе сохранить позу было сложнее.       – Опять ты? – буркнул знакомый, но ужасно уставший голос звучавший сверху. – О Хаши, если ты снова забыл закрыть фусума, я тебе устрою! – уже более злобно продолжил человек, начав подниматься по ступенькам. Мадара, не торопясь расслабляться, вытащил свою мордочку, чтобы оглядеться и наткнуться на бледную грудь, выглядывающую из-под открытой юкаты. Тобирама с явным недовольством шагал дальше по коридору, аккуратно держа ежа двумя руками.       – Хаширама! – прокричал Сенджу, открыв фусума брата ногой. Страший от такого крика, тут же очнулся, вскочив и выставив руки, готовый отбиваться от нападения. Из-за темноты в комнате силуэт вошедшего пугал, Хаширама с радостью бы применил на нем пару своих дзюцу, но голос брата останавливал его на подсознательном уровне.       – Что такое Торью?! – откликнулся в ответ Хаширама, оглядываясь, ожидая пожара или нападения.       – Что вот это такое? – ответил младший выставив руки с ежом вперед. Заметив виновника торжества, Хаширама снова отскочил подальше от брата, куда-то за комод.       – Это не я!       – Ну конечно не ты! – недовольно закатив глаза, Тобирама прошел вглубь комнаты, заметив, что сёдзи комнаты закрыты. – Ты опять забыл закрыть фусума?              – Нет, конечно! У меня синяк с прошлого раза не сошёл! – с обидой пробурчал Хаширама не сводя взгляда с игольчатого шарика, когда зрение наконец привыкло к темноте.       – Он тогда откуда? – Тобирама стал осматривать комнату пытаясь найти какую-нибудь нору или дырку из которой могло вылезти игольчатое чудовище.              – А от куда ты его взял?              – Он ко мне в подвал упал, – спокойно объяснил Тобирама повернув голову на брата.              – Вот бедолага! Он не ранен? – с искренней тревогой в голосе спросил Хаширама, на что Тобирама протянул ему ежа, от чего старший брат вздрогнув прижался к стене.              – Если хочешь – проверь! – Великодушно предложил младший.       – Тори! – Тобирама довольно усмехнувшись прижал ежа обратно к себе. – И это не смешно, почему ты такой жестокий? Я же ничего плохого не сделал...       – Это тебе урок на будущее, чтобы сёдзи перед сном закрывал, – фыркнул Тобирама, немного поменяв положение рук над животным, чтобы наконец раскрыть клубок и осмотреть маленькое тельце на видимые повреждения. Мадара немного посопротивлялся для вида, но сильно возражать не стал, наоборот эта ситуация показалась ему достаточно выгодной, ведь стоило Сенджу слегка задеть переднюю лапку, как тот запищал словно ему её отрывают.       – Торью!       – Я ничего не делал! – тут же среагировал младший, спешно убрав палец от лапки. – Учиха тебя дери, похоже он лапку поранил.       – Не выражайся! – буркнул Хаширама. – И что делать?       – Я не знаю, ты же ирьёнин, может ты его... – начал было Тобирама, но Хаширама прервал его:       – Я не знаю анатомию ежей, к тому же сам знаешь, если там перелом я вряд ли смогу помочь!       – Тц, ну и что с ним делать теперь? Может просто оставим в саду и...       – Торью!       – Ну что Торью? Не оставлять же его в доме, и чего ему в лесу не сиделось? – недовольно пробурчал Тобирама, удобнее уложив ежа на руку и начав слегка поглаживать по иголочкам.       – Наверное он искал укрытие от жары, или еду… слушай, а это не опасно, вдруг он заразный? – Хаширама держась за стену аккуратно перебрался на другую сторону комнаты, чтобы достать из небольшого шкафчика в углу бинты и бросить их брату.       – Ну, он меня пока ещё не кусал и если аккуратно держать то, даже не уколешься, хочешь? – Тобирама из врожденной вредности снова протянул ежа брату, от чего тот снова вздрогнул.       – Торью!       – Ладно-ладно, я просто его перебинтую и…       – Не здесь! Иди в свою комнату, вдруг он вырвется и побежит на меня? – Тобирама в ответ лишь скептично посмотрел на брата. – Ну а что? Я красивый, аппетитный, а по нему прямо видно, что хочет меня укусить и заразить какой-нибудь заразой!       Мадара недовольно дернул носом, ему даже в голову не приходило кусать кого-либо из Сенджу, хотя теперь ужасно хотелось побежать к Хашираме, злобно перебирая лапками, чтобы впиться клыками в смугловатую кожу.       Учиха ожидал, что именно этот Сенджу с детским восторгом будет возится с милым ёжиком, без умолку болтая о своих проблемах, выдавая Мадаре всё больше информации. А не то, что он будет кататься на руках недовольного Тобирамы, который периодически оглаживал иголочки.       – Да-да, аппетитный и красивый. – устало повторил Тобирама, выходя из комнаты. – И проверь комнату, не хватало ещё какой живности в дом пустить.       От слов младшего Хаширама побледнел и спешно накинув юкату, стал опасливо осматривать комнату. Тобирама же неторопясь пошел в соседнюю комнату.       В отличии от предыдущей, растительности в ней не было от слова совсем. Вместо них по обе стороны стены возвышались деревянные полки, наполненные свитками и редкими книгами разной величины, такого количества писаний даже в личной библиотеке Учиха нет. Тобирама закрыв за собой фусума и придерживая ежа, подошел к своим сёдзи, чтобы приоткрыть их и впустить свежий воздух вместе с яркими лучами утреннего солнца. Сев на пол, он уложил ёжика на спину, чтобы снова осмотреть чужое туловище.       Мадара, будучи не самым хорошим актером, начал громко пищать и вырываться, изображая вселенскую боль. Тобирама, испугавшись, тут же отпустил бедное животное, внимательно наблюдая как тот ёрзает лапками жалобно поскуливая.       – Ну... вроде не перелом, давай-ка... – Тобирама потянулся к одному из шкафов, нижние полки которого оказались шкафчиками. Открыв дверцу, Сенджу вместе с лежащим ежом внимательно осмотрел аккуратно лежавшие в нем баночки. После чего взял одну и открыв принюхался, – Ладно, попробую эту... Сейчас придется потерпеть! – строго сообщил Тобирама на секунду остановившись, – О Ками, теперь я разговариваю с ежами, будто проблем мало.       Качая головой из-за собственных мыслей, Сенджу зачерпнул немного мази, после чего очень аккуратно, едва касаясь лапки, стал размазывать её. Мадара, для вида, похныкал, дергая носиком, но в остальном старался следить за чужими действиями. Тобирама действительно волновался боясь причинить маленькому созданию вред. Закончив с мазью, он взял бинты и кунаем отхватив небольшой кусочек, стал перевязывать лапку.       – Ну вот, будем надеется, что это ушиб, - Тобирама тяжело выдохнул, осматривая проделанную работу. Ёжик удивленно смотрел на него в ответ. Тишина казалось неловкой, потому Сенджу поспешил её разбавить:       – Биджу, как же я устал…наверное, это все же моя вина, стоило закрыть дверцу...       Ёжик, недовольно побурчав в ответ, задергал лапками в надежде перевернутся. Мадара до сих пор не понимал, как это сделать, чувствуя себя скорее черепахой, чем ежом. Усмехнувшись забавной картине Тобирама аккуратно поддел малыша и помог встать на ноги, после чего Учиха, хромая на одну ногу, забегал по комнате, осматривая каждый угол. Сенджу не мешал, лишь смотрел как забавное создание бегает, перебирая лапками.       – На улицу тебе нельзя, в коридор тебя не выпустишь, а в комнате нагадишь и тогда убираться…или не нагадишь. – Тобирама задумчиво потер подбородок, после чего шумно зевнул. – Ёкай, я хотел поспать пару часов, ну раз ты здесь... Ладно, бегай, я спать, все равно убираться.       Тобирама наконец приняв решение, положил мазь обратно в шкафчик плотно его закрыв, после чего проверил остальные и плотно запер сёдзи. Далее взял сложенный в углу футон, начиная расстилать себе постель.       Работы на день намечалось много, так что поспать хотя бы два или три часа стоило, да и на уставшую голову было сложно придумать, что делать с раненным ёжиком, которого ещё надо чем-то кормить.       Мадара же остановился от осмотра, обратив всё своё внимание на человека, когда постель была полностью расстелена, наглое существо шустро запрыгнуло на чужую подушку, устраиваясь в самом центре мягкой поверхности. Учиха и сам ужасно устал от целого дня побегушек от селения к селению, потому, довольный словно кот, он, не обращая внимания на чужое ворчание, зарыл свою мордочку под лапку. Пока Сенджу с тяжёлым выдохом и проклятием на игольчатое существо, переложил подушку в сторону, решив спать без неё.