тэ кьеро, айщтерю, милуйи те

      Спасибо за комплименты розовой гелевой ручкой с блесточками — это было мило. И глаза у тебя красивые, и ты, когда зачесываешь рыжие кудри за исколотые пирсингом уши, выглядишь прелестно. Могу представить, сколько мужчин умерли бы за твои зеленые кошачьи глаза.       Ты звенишь! Сияешь. Невозможно тобой напиться, наесться — ты бесконечная и самая лучшая.       Ты опираешься о косяк двери в мое логово и манишь меня пальцем, приговаривая:       — Блин, ты такой сексуальный, оппа, — и знаешь, что этого достаточно, чтобы заползали у тебя в ногах в надежде получить «И пресс у тебя обалденный» сверху. У тебя власть над людьми нескончаемая — и ты об этом знаешь, и я знаю, и Он знает.       У Него нет твоих ярких изумрудных радужек, у Него — круглые черные бездны, в которых я могу насчитать минимум три штуки сверхновых. Он целует мои руки от кончиков пальцев до ушей, чтобы шепнуть очередную слащавую гадость, от которой у меня за спиной крылья вырастают.       Я обычный человек — мне до тебя еще эволюционировать в нескольких поколениях, но Он делает меня серафимом прямиком из библии. Берет галактики из своих глаз и вручает мне в руки, а я буду их беречь и носить с собой, и не дам ни одной из них разбиться.       Он зовет меня «Чимини», а я ведь старше на два года; ты мне всегда «оппа», а Он «дорогой»; вы такие нескончаемо разные — как две полярности.       Он нашел во мне ласку, цветы и нежность; ты во мне нашла тело.       Такие разные, да? Сиди и слушай.       До Него я никогда не был сентиментален — был прост и туполоб, как осел. Не задумывался о великом и трогательном, не хотел руками продираться сквозь чужие грудные клетки и зарываться в сердца, чтобы согреть их.       Он делает меня лучше. Он делает меня лучшим.       А ты смеешься, запрокидывая голову, и золото в твоих ушах звенит, как колокольчики на ветру. Ты вообще вся состоишь из звона, света и надежд. Тебе бы быть чьей-нибудь первой любовью, последней любовью, музой для стихов и бессонниц.       А Он смотрит на меня так, словно я уже стал всем. Ты видишь меня и говоришь: «Какой красивый». Он видит меня и говорит: «Какой любимый». Между этими словами — огромная пропасть размером с бесконечность.       Ты гладишь мое самолюбие, как бездомную кошку. Он же гладит мою душу так бережно, будто держит в ладонях птенца с переломанным крылом.       Иногда я думаю, что вселенная специально поставила вас рядом, чтобы я наконец научился различать вещи — не все прекрасное становится родным. Не все яркое согревает.       Ты научила меня смотреть.       Он научил меня видеть.       Ты показала мне восхищение.       Он показал мне любовь.       Каждый раз, когда ты улыбаешься мне, я вспоминаю, как Он однажды прижал мой лоб к своему и сказал: «Мои атомы всегда любили твои атомы».       Когда мир выворачивает меня наизнанку, я снова становлюсь грубым, злым и маленьким человеком, забываю все свои высокие слова и красивые обещания, Он берет меня за руку и говорит:       — Я воплотился, только чтобы прожить земную жизнь рядом с тобой.       Так что спасибо за комплименты розовой гелевой ручкой с блесточками — это было правда мило, но у тебя не было ни шанса.