Библиотека твоей матери

Техен был вредным и нетерпеливым, но не глупым. Он знал всё наперёд, он любил себя — но больше всего на свете хотел, чтобы любили его. И его мечты были самыми обычными, но такими сложными для Чонгука. Глубоко в душе он тоже этого хотел, но, кажется, забыл об этом. Следующий день выдался совсем глупым и бесполезным. Чонгук был глубоко в себе, пытался анализировать сказанное Техеном в библиотеке. Его глаза всегда искали того беловолосого парня в надежде на его улыбку, от его голоса ему становилось почему-то тепло. — Этот парень невыносим!!! — Чимин рычал и брыкался, лёжа на кровати Чона, пока тот думал, как построить новый погреб. В основной вино уже не влезало, хоть Чимин и пытался всеми силами его в себя влить. Но с приездом Намджуна бизнес шёл в гору, заказов становилось всё больше, а здание — всё меньше. — Ким Техен? И почему он подумал сразу про него? — Как ты узнал? — лицо Чимина было удивлённым и заинтересованным. — Нетрудно догадаться. — Он ворует моё самое любимое вино из погреба! Этого сорта совсем немного! — Радуйся, у него определённо есть вкус. Может, станет твоим дегустатором, а то слоняется без дела. Чонгуку было смешно. Чимину, судя по лицу, — нет. — Он бесит меня всем. С какого перепуга я должен радоваться? — А я думаю, что вы подружитесь. Вы чем-то похожи. Всегда говорите что думаете. — В нашем мире это далеко не плюс. — Никто и не говорил про плюсы. — Единственное, что мне в нём нравится, — так это внешность. Слишком красив, чтобы быть реальным… Чонгук думал абсолютно так же. — Но всё же он дьявол. — Ты говорил так обо мне. --- Шли дни, а Чимин погряз в токсичности Техена. Они вечно спорили, но вечно почему-то оказывались в одном месте. Чонгук, привыкший к компании Чимина, пытался скрывать свою неприязнь к этому тандему. Ведь он сам защищал его. А теперь тот забирает лучшего друга. Кажется, ревности у Чонгука ещё не было никогда. Он на самом деле хотел вернуть ту былую, одинокую дружбу — но пытался найти в себе силы понять, что у лучшего друга могут быть и другие друзья. Чимин, кажется, ушёл в завязку. Больше не доставал Чонгука просьбами о новой бутылке вина, да и вообще был всегда трезв. Чонгук не мог понять, что так повлияло на его отстранённость от выпивки. Но ему это нравилось — трезвость делала Чимина тем самым мальчиком из детства, который лелеял новые идеи. Чимин начал снова писать стихи и искать новые романы, которые часто советовал. — Кажется, ты в добром здравии и, главное, трезвом, — заметил Чонгук, не в силах игнорировать перемены в друге. — Техен на тебя хорошо влияет. Как бы Чонгук ни пытался, он не мог заставить Чимина бросить пить. А теперь у того горели глаза, и он был, кажется, счастлив. — Тот парень… ты был прав, мы и правда очень схожи… он меняет меня, сам того не замечая… — голос Чимина был слишком мягок. — Я рад за тебя. Но Чонгук пытался скрыть печаль — оттого, что не смог сделать этого сам. Сделать своего лучшего друга счастливым. --- Чонгук по-прежнему был один и просто ждал, когда Чимину надоест новый друг, но они сближались всё больше. Чимин вечно пропадал с Техеном. Однажды вечером Чонгук мирно сопел в своей библиотеке, пока его покой не нарушили. — Чонгук… Слова слышались сквозь сон — приятные и глубокие, так что просыпаться совсем не хотелось. И снова тот же разряд от чьих-то рук. Кажется, эти тёплые руки принадлежали Техену. Он коснулся его, и Чонгук вскочил, ещё не совсем понимая, где явь, а где сон. — Что? Что такое? Голова кружилась, а сидящего рядом он не мог разглядеть. — Ты весь горишь. Техен встал и подошёл к Чонгуку, пытаясь усадить его на диван. — Кажется, ты приболел. Я проходил мимо, решил заглянуть, но твой вид ужасный… Чонгук рухнул обратно на диван и уснул. --- Холодно. Кошмарно холодно. Камин потух, совсем пусто в библиотеке, но что-то давит на Чона со спины — что-то очень тёплое и мягкое. Окончательно проснувшись, Чонгук понял: со спины его обнимает Техен. Его запах… он был другим. Ни с чем не сравнить — запах клубники и ванили всегда был при нём. Странно, ведь таких духов нигде не продавали. Чон хотел было вырваться и убежать, но он оказался прикован к постели. Как Ким Техен позволил себе такое? Так Чонгука обнимала только мать. Чёрт, это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Со всей осторожностью Чонгук перелёг на другой бок, увидев перед собой спящего Тэ. Во сне тот казался ещё красивее — насколько это вообще возможно. Техен мирно сопел и даже не думал, что сейчас какой-то там Чон Чонгук сходит с ума, не зная, куда себя деть. Но хочет ли он уйти? От осознания, что Чонгук не один и рядом есть Техен, ему стало тепло. Да что там тепло — жарко. Тело совершенно не слушалось и выдавало оглушительные ритмы. Сердце билось слишком сильно и не могло успокоиться. Чонгук всё-таки встал в попытке взять себя в руки. На него так влияет красота Техена? Или уже сам Техен? — Тебе лучше? Вдруг заговорил Техен. У Чонгука потерялась ориентация в пространстве — он не знал, куда смотреть, только бы не на Техена. Иначе всё станет с ним ясно. Нет. Он не влюблён. Он просто очарован действиями странного мальчика напротив. — Уже да. Камин потух… — На улице был ливень. Я даже носа не мог показать, да и дрова все промокли, а сухие кончились. Я подумал, что если так лягу, то согрею тебя… прости, если… — Нет, ты всё сделал правильно, спасибо тебе. Кажется, дождя уже нет. Тебе пора идти. — Гонишь меня? — Я тебя заражу. Так что лучше тебе уйти. Чонгук не знал, почему гнал его прочь. Он просто хотел остаться совсем один. Не хотел, чтобы его жалели или помогали. Он всегда привык быть один. — Мне всё равно. Я сильный, не умру, даже если заболею. Не хочу, чтобы ты оставался один. Ты болен и нуждаешься в помощи. — Я её не просил! Чонгук ответил так резко и грубо, что сам того не ожидал — и обидел Техена. — Как скажешь. — Со злостью и обидой Техен набросил куртку и вышел, не прощаясь. Кажется, Чон перегнул палку. Но его, наверное, можно было понять. --- Вечером через сутки Чонгук выздоровел и сидел в главном зале с Намджуном, читая планы расстановки земли для погребов. Голова ещё знатно раскалывалась, но это пустяк. — Как ты, Чон? Намджун редко спрашивал его о чём-то, кроме работы. Старался не лезть в закрытые двери и потому боялся вообще заговаривать не по делу. — Уже намного лучше. Если бы твой брат не помог мне тогда, я бы проболел ещё очень долго. — Мой брат? — Намджун изогнул бровь. — Именно. — Странный парень… — Почему это? — Он обычно холоден ко всем и никому бы не помог. Даже мне. — Да брось. — Нет, это правда. Ты, наверное, первый, кому он помог или пришёл на помощь. Ему тяжело после смерти нашей сестры. Она умирала долгое время, каждый раз он сидел с ней вместо нянек, ухаживал за ней круглые сутки и никогда не бросал, пока она не умерла. — Я не знал… Чонгуку резко стало жаль своего поведения с Техеном. Теперь он очень сильно хотел вернуться в прошлое и не прогонять Кима. Но что тут теперь сделаешь? Он резко вышел из комнаты, чтобы найти Техена и сказать, что был не прав, что Техен нужен ему больше всех… Но, зайдя в зал для танцев, он застыл на пороге. Его лучший друг и Ким Техен стояли и смеялись так, как Чимин никогда не смеялся с ним. Чонгук стоял за дверью и не мог войти. Защемило где-то внутри — и что с этим делать? --- Прошли недели, а Чонгук так и не мог понять, как в таком невинном акте двух друзей может быть для него столько боли. Он просто пытался всё это время избегать и Чимина, и Техена. Чимин пытался поговорить, но каждый раз Чонгук, ссылаясь на дела, уходил. Каждый вечер он запирался в библиотеке в надежде, что туда не придёт Техен. Или в надежде, что тот постучит — хотя бы раз. Но его так и не было. Однажды утром он застал их гуляющими в парке и быстро свернул на другую тропу. Но Чимин догнал его. — Эй, Чонгук! Что ты делаешь сегодня? Мы с Техеном… — Я занят. — Он даже не дал договорить. — Слушай, Чон Чонгук! — Чимин закричал что есть мочи, чтобы остановить его. — Какого ты орёшь? — Почему ты избегаешь меня всё это время? Что я тебе сделал? — Абсолютно ничего. Но он сделал. Бросил его одного, да ещё и забрал источник вдохновения себе. Правда, Чонгук никогда не признавал своих привязанностей. Техен — весьма тяжёлый для него человек, но каждый раз он ждёт его в библиотеке. Как назвать это чувство? Любовь или ненависть? Когда хочешь, чтобы он был рядом, но не хочешь одновременно. — Тогда объяснись. Я каждый день пытался быть рядом, пытался поговорить, но ты уходишь, не дав мне и шанса. — Я думаю, Техен тебе больше подойдёт как человек, с которым можно поговорить. — Чон, ты ревнуешь? — Чимин не выглядел удивлённым, лишь подавленным. Если бы Чонгук сказал правду… — Совсем нет. Просто хочу побыть один. — Ты никогда не будешь один, пока есть я. — Тогда ты мне не нужен. Чонгук бросил фразу, о которой сразу же пожалел. — Ну тогда и будь всегда в одиночестве. Ты прогнал от себя всех. Даже парня, который пытался заботиться о тебе… ты знаешь, как он переживал? Конечно нет, тебе не интересно. Эгоист. Чимин развернулся и ушёл — быстрым шагом удалился прочь из сада, оставив Чонгука наедине со своими мыслями. Единственное, что его волновало: «Техен переживал?» Разве этот парень мог переживать из-за Чонгука? И почему Чимин говорит это ему? Мысленно катясь в ад за свои слова, Чонгук не знал, как теперь поступить. Извиниться? Или забыть и делать вид, что ничего не было? Он не знал — ведь впервые за пятнадцать лет они с Чимином поссорились. --- Вечер того же дня. Чонгук вновь заперся в библиотеке и пытался читать, но мысли путались, а сердце, каждый раз вспоминая дневной инцидент, предательски постукивало, отбивая неровные ритмы. Чонгук даже пару раз ударил себя кулаком в грудь — в надежде, что это прекратится. Но не прекращалось. Стук в дверь отозвался во всём теле. Мурашки вдруг заиграли на коже. Открыв дверь, он не знал, какие слова подобрать, — перед ним стоял Техен. Сонный и измученный, он ждал приглашения войти. Его взгляд выражал спокойствие, но Чонгук не мог успокоиться, видя его перед собой. Спустя все эти недели он видел его лишь издалека, а теперь Техен стоял рядом и смотрел на него. Или сквозь него. Чонгук просто оставил дверь открытой и ушёл вглубь зала. Техен помедлил несколько секунд, прежде чем войти. Наверное, ждал слов, которых так и не прозвучало. Но всё же зашёл в библиотеку. Чонгук сел за книгу и попытался прочесть хоть одно слово. Не мог. Это было слишком сложно. — У тебя тут холодно. Почти лето наступило, а тут холодно… — Камин почти потух. — Разожги снова. Дéлов-то. Хочешь, я схожу за дровами? Техен пытался быть чуть более дружелюбным — как в тот день, когда Чонгук заболел. Будто выбирал, что и как сказать, шагая по минному полю. — Не нужно, позже я сам это сделаю. — Чимин расстроен! — не выдержал Техен. — Я знаю. И мне жаль. — Тогда извинись перед ним. — А ты что, мать Тереза? Всем готов помочь… Может, мы сами разберёмся? Чонгук не хотел быть таким грубым, но стал — сам поражаясь собственной токсичности. Это не Техен был злым и обиженным, а он, Чонгук. Но на что он обижался? На самого себя? — Не вини меня в своих же ошибках. Это не очень хорошо показывает тебя как человека. — Я и не был хорошим. — Но будь им для друзей. И для меня. Слова Техена прозвучали тихо и искренне. Он уставился на Чонгука прямым взглядом, в ожидании, что его сейчас прогонят. Чонгуку казалось, что над ним издеваются. Фраза застряла где-то в горле, он не мог выдохнуть от напряжения во всём теле. Молча наблюдал, как Техен подходит ближе. Тёплые руки снова взяли его холодные ладони, согрели своим теплом. Техен находился слишком близко — Чон хотел вырваться, но не мог. — Прости… — выдохнул он как можно тише. — За что? Ты ничего не сделал. — Я думаю, это из-за меня. Я забирал твоего друга раз за разом, и ты ненавидишь меня. Если бы Техен знал, что это совсем не так. — Чимин добрый. И он любит тебя всем сердцем. Прости, что забрал его. ---