Можно

Неоновый свет растянутой под потолком ленты мягко окутывает помещение, давая возможность глазам хоть немного привыкнуть к господствующему полумраку. Звуки клацающих мышек и механических клавиатур смешиваются в единое целое, отражаясь от темных стен эхом в ушах.  — Блять! — хриплое ругательство вылетело изо рта так же быстро, как и пуля из оружия соперника на экране монитора. Темные наушники с грохотом сползают с осветленной макушки, а руки тянутся потирать уставшие глаза. Шумный и раздраженный выдох следует за громким «Проебали! Тимейт гандон» от Гориллыча. Яростно зажав сочетание клавиш «Alt + F4», блондин откидывается на спинку игрового кресла.  — Бля, если бы не сужение зоны, я бы успел захилиться, — раздраженно бросает Александр, обращая взгляд в потолок, а следом прикрывает уставшие глаза.  — Саныч, потом отыграемся, — подбадривающе звучит голос Ермолаева с правого бока. — Всегда такие ебланы в это время попадаются. Школота на серваки заходит, — поддерживает диалог Данила.  — Пиздюки, домой пора, — хриплый голос прямо над светлой головой заставляет забыть о недавнем проигрыше. — Час поздний, мамки пиздюлей пропишут, — на спину кресла ложатся скрещенные руки, одна из которых плавно вплетается в отросшие светлые локоны на затылке.  У Саши пробегается толпа мурашек где-то около низа живота, а ресницы предательски подрагивают.  — У вас работа закончилась, Алексей? — подкалывает в ответ Фрама, с характерным звуком поднимаясь со своего места. — Всех пиздюков уже по домам разогнали?   — Вы последние, — доносится сверху, и Парадеев размыкает веки, встречаясь с темными, пока что трезвыми, зрачками Алексея.  Ясное дело, что посетителей в клубе хоть жопой жуй, потому что сегодня пятница, а у Леши просто закончилась смена. Саша поднимается с игрового места, разминая затекшую спину.  Шоколадные глаза шатена смотрят прямо в изумрудные напротив, внимательно изучая их состояние после долгой игры за ярким экраном.  — За каплями зайдем, — констатирует факт Деревяшкин, на что блондин кивает, пару раз моргая, пытаясь согнать сухость красных глаз. — Вы идете? — зовет их Яцкевич у входа.  — Идем, — откликается Александр, хватает Лешу за край зипки у запястья и тянет в сторону выхода из компьютерного клуба. 

*** 

Закапанные пару часов назад глаза вновь неприятно жжет от яркого экрана, слишком часто меняющего изображения. Зрачки стали шире и темнее, почти полностью заполнив изумрудную радужку. Их скрывает темно-коричневая оправа прозрачных очков, смягчая воздействие излучения монитора. Лицо постепенно расслабляется, прогоняя хмурость, а пальцы жмут кнопку старта игры.  Неприятное клацание мышки уступило место мягкому зажатию кнопок геймпада, которое усиливается на каждом прыжке крохотного Марио. Губы саднит едкий дым зажатого между ними косяка, а по комнате плавно растекается жженый запах сативы и спирта. — Залпом, Владос! — где-то сбоку кричит Ермолаев, звонко поставив почти пустую бутылку водки на деревянный столик.  Влад слушается наставления, опустошая очередную рюмку. Горилыч уже мирно дает храпу, распластавшись на мягком диване, периодически даже обходя по громкости играющую на фоне музыку, наверняка раздражающую соседей. Илья сидит рядом на пуфике, также резво зажимая стик L3 левой и периодически крестик правой рукой на джойстике.  Александр нервно прикусывает щеки изнутри, пока из хвата губ холодные пальцы Алексея забирают тлеющий блант.  — Блять, да сука! — шипит блондин, выдыхая остатки белесого дыма через ноздри. — Ебаную звезду пропустил.  — А я подобрал! — весело отзывается Илья, обгоняя Сашиного персонажа.  — Задроты, — усмехается шатен, пристраиваясь на полу по правую сторону от кресла-мешка Парадеева. Александр лишь тихо цокает, локтем толкая Лешу в плечо.   Пальцы блондина яростно зажимают кнопки, пока Марио головой разбивает кирпичи, перед этим ухватив на своем пути супергриб. Персонаж увеличивает скорость, превышая даже значения движения Соника, собирая разбросанные монеты. Подбирает огненный цветок, очищает путь от монстров с дальнего расстояния. А к губам вновь плавно прилипают холодные пальцы Алексея, передавая почти стлевший до конца окурок.  Луиджи, управляемый Ильей, не отстает, резво перепрыгивает Гумба и собирает монеты на верхних блоках. Подбирает сотую монету, но тут же теряет ее ценность, падая в яму, а у персонажа отнимается одна жизнь. Зажимает зеленый треугольник на геймпаде, продолжая бег. Однако не успевает дойти до финиша, теряя последнюю жизнь от удара врагов.  Марио, владельцем которого в игре сейчас является Парадеев, наконец-то подхватывает звезду, открыв способность временной неуязвимости, и добирается до главного босса.  После активного сражения и уклонения от атак герой наконец-то одерживает победу над Броузером, а на экране в сопровождении яркой анимации появляется текст: «Спасибо, Марио! Наша принцесса в другом замке!». — Сосать! — под победную мелодию из телевизора выдает Александр, выпуская из рук геймпад. — В управлении джойстиком меня никто еще не переплюнул, — дразня, показывает язык Яцкевичу, пока тот закатывает глаза, проигрышно скатываясь с кресла-мешка на пол.  А Парадеев, ощущая на себе изучающий взгляд Деревяшкина, переводит глаза на него, изгибая бровь в вопросительном жесте. Шатен лишь улыбается краешками губ.  — Поговорим потом кое о чем, — похлопав Сашу по коленке, поднимается с пола, вальяжной походкой направляясь в сторону выпивающих Влада и Фрамы.  А блондин лишь пару раз хлопает глазами, пытаясь сообразить, что произошло. И пока ему в руки вручают бокал с холодным виски, он с ног до головы осматривает образ разговаривающего с Ильей Деревяшкина.  Когда оба встречаются глазами, Саша замечает подозрительный огонек в расширенных зрачках шатена. Растягивает на лице улыбку и понимает, что Алексей не оставил без внимания излишнюю, обычно не присущую активность, резкость в движениях и томный взгляд, дольше обычного задерживающийся на его силуэте весь сегодняшний день. 

*** 

Комната окутана тяжелым дымом, оседающим в легких и отдающим кислинкой на языке. Полумрак съедает четкость силуэтов тел, размазывая их контуры.  Душно, будто в пустыне.  Губы колют шишки сквозь тонкую бумагу самокрутки, пальцы бьет мелкой дрожью, а в животе завязывается узел предвкушения. Звенящая в ушах тишина разбавляется шуршанием скомканного постельного белья под задницей Александра и трущимися о пол джинсами Алексея.  Расфокусированные зеленые глаза с трудом замечают алый, блестящий даже в тусклом помещении, след на щеке шатена. А следом блондин ощущает металлический привкус на языке. Обводит мягкие губы, слизывая стекающую из носа струйку крови, которая уже успела замарать не только Деревяшкина, но и белую футболку на Сашином теле.  — Придурок, — томно выдыхает Леша, оголяя ряд белых зубов в оскале.  Александр сильнее разводит ноги в коленях, делает очередную затяжку и впившись в густую копну волос шатена, притягивает его ближе к себе.  Расталкивает языком губы Алексея, выдыхает горький дым прямо в рот. Изучает ряд зубов, сталкивается с ними своими. Деревяшкин перемещает ладони на талию блондина, впивается пальцами в тазовые косточки, от чего Саша едва дергается, шипя.  — Фарфоровый, — выдыхает прямо в ухо шатен, обдает его горячим дыханием, чем пускает табун мурашек по спине Парадеева. Тот, в свою очередь, проводит языком по щеке, слизывая подсохшее пятно собственной крови.  Голова кругом, пальцы начинают трястись сильнее, не ясно — от поднявшегося давления из-за третьего косяка или от нарастающего возбуждения. Сердце бьется как бешеное, пульсацией отдавая где-то под кадык, на который плавно переместились пальцы правой руки Алексея. Второй он отнимает докуренный блант, мелькающий крохотным огоньком на кончике, и языком проводит мокрую дорожку от уха до ключиц.  Саша сглатывает вязкую слюну, пытаясь выхватить каплю воздуха в легкие.  Леша сжимает пальцы на шее сильнее и плавно спускается вниз, фиксируя положение около пресса блондина. Задирает тонкую ткань футболки холодными пальцами. От контраста Парадеев вздрагивает, втягивая подтянутый живот.  — Спокойно, Саня, — слишком сладко звучит из уст Леши в таком положении.  Шершавый язык шатена проскальзывает около пупка, оставляя после себя влажный след. Его владелец поднимает глаза, спрашивая разрешение, а у Саши на миг зрачки становятся еще шире. Мысли не связываются в единое целое, полноценные предложения в голове обрываются, а язык мямлит еле слышное: — Можно.  Губы Деревяшкина расплываются в широкой улыбке, значащей гораздо больше, чем просто удовольствие от разрешения. Он сейчас довольствуется всем: начиная от позы, в которой стоит между ног блондина, заканчивая его бегающими от возбуждения зрачками.   Аккуратным движением подносит кисть к белоснежной коже, сам склоняется чуть ближе к горячему телу и тушит бычок о заранее смоченное слюной место.  Александр зажмуривает глаза и закидывает беловолосую голову назад, закусывая нижнюю губу в попытке заглушить громкий вздох. Рукой, все это время не выскальзывающей из мягких локон шатена, сжимает его волос крепче, на что Леша в примирительном жесте дует на оставшийся след от бланта.  Разомкнув веки, Саша опускает голову вниз, обращая взгляд на Лешу. Пытается проморгаться и прогнать цветные пятна перед глазами. Шатен продолжает терзать футболку, медленно поднимая ее, параллельно изучая губами рельефы тела Парадеева.  Проходится горячим языком под выпирающими ребрами, делает пробный укус. Блондин сжимает пальцы на затылке, издает тихий стон.  — Леш… предупреждай, — с трудом произносит, пока Деревяшкин обдает горячим дыханием правый сосок, левый сжимает между пальцами.  — Мне повторить твою фразу о «эффекте неожиданности»? — издевательски усмехается так близко, что Саша кожей чувствует, в каком блядском оскале шатен развел свои потресканные губы.  Мокрыми поцелуями Алексей поднимается выше, заостряя особое внимание на шее: проводит от подбородка до яремной ямки отросшими ногтями, оставляя за собой белые полосы. Замечает, как при сглатывании липкой слюны дергается острый кадык блондина.  — Ты ебаное произведение искусства, — шепчет прямо в губы.  Парадеев выражает благодарность в жадном поцелуе, контроль в котором через пару секунд переходит к Леше. Он перемещает обе руки на щеки блондина, фиксируя положение его головы. Сквозь длинные светлые ресницы полуприкрытых глаз замечает искорку в темном зрачке. И ему нравится, что все, происходящее между ними, — это определено большее, чем понятие слова «любовь».  Отлипает от истерзанных губ и более активным жестом опускается на колени. Длинными пальцами поддевает пряжку ремня на черных джинсах Саши, а тот окончательно размякает под касаниями, доверяя себя на все сто процентов.  Джинсы с нижним бельем и испачканной футболкой летят в противоположный угол комнаты.  Леша отстраняется на пару мгновений, осматривая результаты своих действий: блондин сидит на краю кровати, широко раздвинув ноги, колом стоящий член сочится естественной смазкой, руки опираются на мягкое белье за спиной, шею красят несколько засовов, перетекающих в укусы ближе к нижним ребрам, а сам Саша смотрит сверху вниз прямо в глаза своим кошачьим прищуром и облизывает опухшие губы.  — Просто блядь, — озвучивает свои мысли вслух шатен, взяв мокрый член блондина в руку.  — Свои ораторские навыки, будьте добры, Але… — предложение обрывается ровно в тот момент, когда Леша берет в рот на всю длину. — Сука, — вместе с громким стоном врывается изо рта Парадеева.  Алексей вынимает член изо рта, придерживает у основания рукой. А у Саши узел в животе сильнее стягивается, когда он замечает блестящую густую слюну, тянущуюся от головки его члена до щетинистого подбородка шатена.  — Тебя по-другому не заткнешь, — обдает жарким дыханием плоть, и блондин шумно выдыхает: — Еблан.  — Я могу прекратить, — опирается руками на кровать по обе стороны Сашиных бедер, имитируя подъем.  — Не смей, — почти рычит, резко нагибая Лешу ближе к паху.  «Как скажешь», — брошенное перед тем, как Деревяшкин снова взял в рот, блондин уже пропустил мимо ушей.  Будучи сейчас полностью обнаженным, Саша не чувствовал ничего, кроме жаркой страсти. В горле пересохло, из-за чего стоны перешли на хрип и почти гортанное мычание. Выброс тестостерона и взлетевший ввысь адреналин били пульсацией в виски. Светлый волос противно лип ко лбу, а мокрые ладони сжимались до побеления костяшек.  Шатен внимательно следил за реакцией блондина на каждое его действие. Активно изучал языком взбухшие вены, периодически посасывал только головку, вынимая член изо рта, иногда помогал себе руками, надрачивая у основания. Он замечал все: как в букве «о» раскрывались алые губы Александра, как ярко проявлялись его ключицы, когда тот закидывал голову вбок, как дрожали его бедра, которые Леша периодически сжимал, и как же искусно он закатывал свои невозможные зеленые глаза.  Комната словно утонула в лаве.  Воздуха категорически не хватало ни Саше, пытающемуся произносить какой-то небрежный лепет в виде комплиментов, ни Леше, внимающему член между щек, словно философский камень.  Напряжение между ними нарастало с каждой секундой, липло к возбужденным телам и требовало скорой разрядки.  Мозги плавились от скуренных до этого косяков и выпитого алкоголя. Оба потеряли счет времени, плевали на то, что их может быть слышно, и просто отдавались моменту. Дышали раскаленным между ними воздухом, встречались взглядами, лыбились друг другу как влюбленные придурки.  Чувствуя пульсацию органа в полости своего рта, Алексей стал ощущать приближающийся финал и для блондина, чаще срывающегося в хриплых стонах, и для себя. Собственные пальцы стали трястись не слабее Сашиных, а член болезненно выл, желая высвободиться из плотных джинсов.  Не вынимая член изо рта, шатен растягивает ширинку и пытается подстроить темп руки на возбуждении с темпом своей головы.  — Ле..шшш, — самое интимное за весь вечер обращение, с, казалось бы, обычным сокращением имени, было сказано так подходяще, с тем нежным придыханием, в одно время и молящим о завершении, и предупреждающим о его приближении.  Еще пару толчков в запястье и столько же бедрами блондина в Лешин рот привели обоих к финалу.  Шатен излился в собственную руку, а Парадеев ему за щеку, пачкая семенем подбородок и измученные губы.  Все еще трясущиеся от оргазма руки Алексея потянулись к испорченной ранее футболке блондина, вытирая испачканную руку. Остатки собственной спермы с острого подбородка Деревяшкина Александр слизал перед их поцелуем, ощутив на языке легкую горечь.  — Хочу курить, — мурлычет после страстного поцелуя прямо в губы шатена.  — Пошли, — шепотом отвечает Алексей и отправляется к шкафу в поисках одежды для своего возлюбленного с зеркалом в пол, в которое Александр периодически заглядывал в процессе их страстного контакта, оценивая сложившийся сценарий вечера.

***

Зал неожиданно для обоих не встретил их разгромленной мебелью и сломанным телевизором. Тихие разговоры разбавляла фоновая музыка, а запах травы выветрился.  Гориллыч так и не поднимался с темного дивана, видя уже десятый сон. Влад что-то бубнил себе под нос в полусонном состоянии, докуривая сигарету. Рядом сидел Ермолаев, который в свою очередь был занят внимательным изучением какой-то статьи в Интернете.  И только Илья обратил внимание на их помятость, тактично сделав вид, что не заметил засохшее белое пятно у ворота коричневой Лешиной футболки.