Второй шанс: Исправление судьбы

Все его жизни было все: императорский трон, безграничная власть, и трепет поданных но ведь именно к этому он никогда не стремился. Корона тяготила его, а вынужденный брак с Ёнхвой казался настоящим проклятием. Единственным его желанием было назвать своей женой любимую Су. Однако судьба распорядилась иначе. Сама Су, разрывая сердце, уговорила его пойти на эту политическую сделку. Он уступил её мольбам, о чём горько сожалеет по сей день. Эта жертва принесла ему лишь глубокое отчаяние и тоску, которая не утихает в его душе ни на миг. Смерть Хэ Су выжгла в его душе всё человеческое на троне Корё сидел Кванджон — ледяной, беспощадный правитель, чье сердце превратилось в камень. В народе его шепотом все звали «кровавым тираном», но Со было плевать на чужой страх и проклятия одиночество правителя питалось его собственной яростью. Больше всего эту ядовитую свою ярость он изливал на императрицу Ёнхву и её сына, он открыто презирал жену, а к рожденному ею наследнику относился с леденящей жестокостью. Каждое воспоминание о той единственной ночи, которую он был вынужден провести с Ёнхвой ради политического союза, вызывало у него удушающую мерзость. Со тошнило от самого себя, от своего компромисса, который в итоге и разрушил его жизнь и он знал: это он, и только он виноват в том, что потерял свою дикую, нежную волчицу. Единственным лучиком света в этом персональном аду была Сеуль — их общая дочь с Хэ Су, маленькая принцесса стала для Кванджона единственным островком спокойствия и безусловной любви. Ради её безопасности он заключил тайный союз с заклятым врагом — четырнадцатым принцем и они вместе они шли на любые ухищрения, делая невозможное, лишь бы Ёнхва и влиятельный клан Хванбо никогда не прознали о существовании девочки. Умирая в золотой клетке своего величия, Со молил небеса лишь об одном — о шансе всё исправить. Если бы он только мог вернуться назад и всё было бы иначе и он помнил день своего возвращения в Сонгак до мельчайших деталей. Окажись он там снова, он ни за что не сбросил бы Хэ Су с лошади на той пыльной дороге. Он бы крепко удержал её, прижал к себе и сам отвез во дворец, под свою защиту. Ван Со пошел бы против всего мира, но сделал бы её своей законной супругой сразу, минуя годы боли. Тогда клан Хэ не посмел бы выдать её за старого правителя. Ей не пришлось бы в отчаянии разбивать фарфоровую вазу и резать собственное запястье, калеча себя ради свободы. Он исправил бы каждую катастрофу и он спас бы брата Му от яда и он укрыл бы от стрел доверчивого Ына, и он обязательно уберег бы даму О, которая защищала Хэ Су как родную дочь и пожертвовала собой на виселице. Но главное, что Ван Со вырвал бы из своего сердца — это жалкое, унизительное желание заслужить любовь матери. Он больше не проронил бы ни единой слезы перед королевой Ю. Он не стал бы послушным псом ради её фальшивой улыбки и не пытался бы завоевать её признание кровью. Небеса услышали его безмолвный крик. На перекрестке времен Кванджон закрыл глаза во дворце Кёнбок… и открыл их от бешеного стука копыт. Под ним был его верный конь, в лицо дул ветер Сонгака, а впереди, на краю обрыва, испуганно оборачивалась Хэ Су история началась заново. Но теперь правила диктовал Волк. — Ваше высочество уже скоро мы прибудем в Сонгак! Ветер Сонгака пах пылью, свободой и кровью, которую Со еще не успел ещё пролить в этой жизни, но явственно помнил на своих руках. Слова слуги ворвались в сознание, словно удар хлыста и резко распахнул глаза под ним тяжело, размеренно дышал конь пальцы в кожаных перчатках мертвой хваткой сжимали поводья. На плечах тяжелела волчья шкура, а половину лица скрывала холодная маска. Он вернулся это не было предсмертным бредом, безумного волка а реальностью. Но разум остался прежним — ледяным, расчетливым и бесконечно уставшим от потерь, Со бросил на скачущего рядом слугу такой пронзительный, мертвенный взгляд, что тот мгновенно осекся и едва не выронил поводья. В глазах четвертого принца больше не было дикого, затравленного зверя, который отчаянно жаждал крохи материнского тепла. В них читалась абсолютная, зловещая власть человека, который уже держал эту империю у своих ног. «Сонгак…» — мысленно повторил Со, и губы под маской тронула жесткая усмешка. Город, ставший для него когда-то началом конца место, где он пресмыкался перед королевой Ю, надеясь на один ласковый взгляд матери, которой он позволил втянуть себя в интриги, сожравшие его братьев Му и Ына и место, где он согласился на омерзительный, удушающий брак с Ёнхвой, от которого его до сих пор тошнило. Но главное — Сонгак был местом, где прямо сейчас, ничего не подозревая о своей судьбе, жила она. Его Хэ Су, маленькая дикая волчица, чье сердце когда-то разбил своим недоверием и троном. Где-то там, в будущем, осталась их маленькая Сеуль — его единственное утешение, его хрупкая принцесса, которую он так отчаянно прятал от ядовитых когтей клана Хванбо. — Назад дороги нет, — глухо, почти беззвучно произнес Со и голос, отвыкший от молодого звучания, прозвучал непривычно хрипло. Он пришпорил коня, заставляя животное рвануть вперед, оставляя охрану далеко позади на этот раз всё будет по-другому. И не станет послушным орудием в чужих руках, он не прольет ни одной лишней капли крови ради трона, если эта кровь отдалит его от неё. Впереди показался знакомый поворот дороги у обрыва тот самый, где в его прошлом Су едва не сорвалась вниз, испугавшись, погони. В прошлый раз он грубо рванул её на лошадь, а потом выбросил в пыль, как надоедливую вещь, заставив возненавидеть себя с первой секунды. Со сжал зубы лошадь неслась галопом из-за поворота уже доносились испуганные крики служанок и девичий голос, который он узнал бы из тысяч. «- Я иду, Су-я, в этот раз я тебя удержу». Со осадил коня у ворот дворца, в этот раз он не лишит жизни лошади, однако эти мысли уже были потом. Все его мысли были далеко отсюда память его четко подсказывала хронологию: именно сейчас Су только что очнулась после своего загадочного перемещения в купальнях, устроила переполох, сбежала и лишилась чувств. В той, прошлой жизни, в этот момент её на руках принес Ук и именно восьмой принц тогда стал для неё спасителем, забрав её первое доверие. «Больше этого не случится», — ледяная решимость обожгла сознание. Он проигнорировал условности, приветствия слуг и даже обязательный визит к матери, та же все равно не примет его и даже больше она будет относится и дальше так. Даже умирая она будет видеть Ё, и не попросит прощение у него за то что она сделала с его лицом и никогда об этом не жалела. Для неё он был уродом и проклятым принцем, что причиняла адскую и такую неприятную боль в душе и сейчас ему было плевать на гнев императрицы Ю, и плевать на приличия. Он развернул коня и на пределе скорости помчался к поместью Ука и волк не собирался ждать официального приема. Каждая секунда, пока Су оставалась напуганной и беззащитной в чужом для неё мире, казалась ему преступлением. Ворвавшись на территорию поместья Хванбо, он спешился, не дожидаясь, пока перепуганные слуги перегородят ему путь. Навстречу уже спешили стражники, но один лишь бешеный, волчьий взгляд четвертого принца заставил их застыть на месте. Со безошибочно направился к отдаленному крылу — в те самые покои, где Су должна была прийти в себя навстречу ему выбежала испуганная служанка Чхэ Рён, та собиралась войти внутрь, но Со грубо оттолкнул её с дороги. С виду преданная служанка, добрая и послушная но на самом деле она предательница и предала свою госпожу из-за любви к Вону, она была предательницей и он приказал казнить её. Хотя после этого она не простила его, и злилась на него из-за этого, но он не мог поступить иначе. Ведь именно Чхэ Рён, травила воду где был Му, ей приказывал Вон, искусно управлял ею зная что та влюблена в него. Он помнил то что Су, заперлась вечером в покоях из-за своего страха, её звали в настоящем мире не Су а Ха Джын, она однажды об этом рассказала. И он верил ей, не принимал даже за сумасшедшую, и ему нравилось слушать то что та рассказывала ему о том какая там жизнь. Дверь в комнату была заперта изнутри, она закрылась с наружи, пытаясь так спрятаться от пугающей реальности X века. В прошлый раз Ук, выбил дверь и вошел, в этот раз теперь он это сделает и появится перед ней первым, ни тогда когда не дал ей упасть а потом на землю сбросил а сейчас. Со уговаривать не собирался одним мощным ударом ноги он буквально снес деревянную дверь с петель. Раздался громкий треск ломающихся досок замки отлетели, и четвертый принц стремительно шагнул внутрь, заполняя собой все пространство маленькой комнаты. Опустив голову и спрятав лицо в колени, она пыталась отгородиться от всего мира, даже не подозревая, что её главный спаситель — и её главное любовь — уже здесь. И он мгновенно оказался рядом с ней, опустив на колени и касается рукой её плеча, осторожно не грубо. И та поднимает свой взгляд. — Не бойся меня, Су-я… — выдохнул он. Хэ Су замерла, пораженная тем, что этот страшный человек знает её имя Со наклонился еще ближе, почти к самому её уху, чтобы эти его слова не услышал никто за пределами этих разрушенных дверей. — Я знаю, что ты не из этой эпохи, — тихо, но отчетливо произнес он. — Я знаю, кто ты и я здесь, чтобы защитить тебя от этого мира. Су резко округлила глаза, перестав дышать весь её страх в секунду сменился абсолютным, оглушающим шоком. Перед ней стоял человек из далекого прошлого, который только что озвучил её самую страшную, невозможную тайну в этот момент в проеме разбитых дверей показался запыхавшийся Ук, верно слуги уже доложили ему обо всем. Его хотелось порвать на части, но с него хватило того что он с матерью был далеко от дворца, эта плата за то что Ёнхва, выбрала власть и трон а не клан. - Со? Что ты здесь делаешь? - Услышал что кузина моей невестки спряталась в покоях после того как потеряла сознание! И увидел что моя невестка переживает и ей плохо а ты вместо того чтобы следить все это время за здоровьем своей супруги непонятно где ходишь. Но мне подсказывает что-то то чем ты занимаешь! Су, уже встала и вцепилась за его рукав и тихо прошептала: - Со... Он улыбнулся а затем посмотрел на девушку, та уже не выглядела испуганной, и он увидел в её глазах то что видел тогда когда он добился её чувств. В этот момент до него медленно и постепенно дошло, он не один здесь оказался вернувшимся. Неужели его Су, вновь смогла вернутся в прошлое? Видимо так и есть, этот взгляд её и то как она смотрела на него, он все верно понял и на устах появилась улыбка. - Мэн Хи...прости что напугала тебя! Видимо из-за падения я немного была десантирована! - Все хорошо главное ты в порядке! - Ук, ты все слышал думаю тебе пора пойти а дамам - он улыбнулся. - Выпить чаю и вдвоем погорить! Ук, хотел было что-то сказать но промолчал все же и ушел, посмотрев на Су, вол улыбнулся и наклонившись шепнул ей в ухо: - Поговорим позже! Тонкие пальцы Су бессильно соскользнули с его рукава в тот же миг к ней подошла Мён Хи, и осматривать её а потом обняла. Со, напротив не стал медлить ни секунды словно не замечая происходящего, он мертвой хваткой вцепился в руку опешившей Чхэ Рён и силой потащил её за собой прочь из комнаты. — Она вернется, — бросил он на ходу, и его голос прозвучал как непререкаемый приказ. — А нам нужно поговорить! Он потащил её за собой уже через минуту они оказались в тихом месте, он посмотрел на неё холодно и свирепо. Убивать сейчас будет глупо, но ведь она сейчас уже влюблена давно в Вона, и он постепенно и медленно вьет из неё веревки и он верил то что Су, тогда потеряла сознание в купальне было её дело рук. — Говори! Что еще приказал тебе сделать принц Вон?! — его голос, тихий и вибрирующий от сдерживаемой ярости, резанул по ушам сильнее любого крика. — О чем... о чем вы говорите, ваше высочество? — испуганно затрепетала она, пятясь назад и судорожно глотая слезы. — Я не понимаю... — Не строй из себя дуру! — Со резко подался вперед, буквально прижимая её к стене своим леденящим взглядом. — Правду говори! - Ваше высочество помилуйте но я ничего не делала! Со сделал к ней медленный, пугающе спокойный шаг напряжение в комнате можно было резать ножом. — До меня дошли разговоры, что здоровье принца Му стремительно ухудшается, — тихо, но с явной угрозой произнес Со. — Совсем недавно птица, склевавшая еду с его стола, замертво упала на землю. А теперь с его кожей происходит нечто ужасное. Отвечай: это Вон или клан императрицы приказали тебе медленно травить наследника? Чхэ Рён судорожно глотнула воздух, не в силах вымолвить ни слова, но принц не дал ей опомниться. Он наклонился к самому её лицу, и его глаза превратились в две ледяные щели: — И это еще не всё почему кузина Мён Хи упала в воду в купальне? Что именно ты сделала, Чхэ Рён? - Я госпоже не причиняла вреда клянусь семьей, что правда ничего не делала ей! - Кто травит Му? Тут Чхэ Рён, видимо из-за страха рассказала все как есть, он ухмыльнулся, теперь у него все в руках была. Ей он отдал приказ молчать об этом разговоре, быть послушной и верной для Су, служанкой иначе он может лишить её жизни и тогда она пожалеет если предаст её. А он теперь решил собрать при помощи своих верных людей доказательства и предоставить его величеству, с императрицей и Ё, и Уком он как-то иначе разберется. Самое важное он не даст причинить вреда близким своим людям, ведь Ын, не должен погибнуть с любимой в будущем супругой. Теперь все будет совершенно иначе он уничтожит всех и тем более покажет императору то на что он способен и самым важным он решил что нужно добиться брака с любимой Су, ведь она же вернулась назад тоже а значит их браку быть.

***

Ха Джын, по началу даже верить совершенно не хотела что вернулась назад, думала это был жестокий и коварный сон. Ведь она вновь бросилась спасать ребенка и пошла к одну, теперь же все было действительно все за правду и как оказалось он тоже вернулся назад в прошлое. Любимый мужчина, волк, принц который готов был готов порвать на части любого за неё и искал способы не дать случится казни её. И одна глупая ошибка в юности разбила их счастье но тогда она родила дочку, от него будучи женой Чжона, мысли о Сеуль, пугали её, их дочка росла не познав любви матери и из-за этого она готова была пойти на все лишь бы ничего не случилось. Она вела себя иначе теперь, так как положено аристократке, даже вела себя вежливо с теми кто был выше её статуса. Избегала любых контактов с Уком, заботилась о Мэн Хи, и делала все лишь бы та чувствовала себя лучше и Со, он искал лекарей и лекарства дабы она хотя бы пожила чуть дольше. Чхэ Рён, вела себя чуть иначе, она тряслась от страха видя Со, и явно он что-то сделал, что та вела себя так, но она понимала что та из-за любви была готова на все пойти но теперь видя Вона, она даже не смотрела в его сторону и теперь даже мило уже воркует сыном одной из служанок и видимо пошло на пользу то что сделал четвертый принц. Один из теплых дней Мэн Хи, сказала что четвертый принц попросил у неё её руки и та дала согласия несмотря на то что многие видели в нём волка, проклятого принца который был для всех монстром, но она видела в нём человека все же. Её любимый, прекрасный и нежный волк, женится на ней, никакого брака с Ёнхвой, никаких детей с ней, только они вдвоем и их будущее. Если уж судьба решила такой шанс им подарить то они должны делать все дабы быть вдвоем счастливыми всегда. Су отчетливо видела, как дико злилась Ёнхва, и принцесса даже не пыталась скрывать свой гнев — её буквально трясло от мысли, что Со выбрал не её но как бы сильно ни полыхала от ярости Ёнхва, изменить происходящее она была не в силах. Сам император благословил этот союз теперь их свадьба с Со была решенным делом, открывающим дверь в долгожданное и заслуженное счастье. Прошло время и наступил день когда состоится церемония, уже готов церемонный ханбок, и она успела его примерит и не верила своим глазам то что она выйдет замуж за любимого человека, и то что не будет тех слез и страданий как раньше. Она не будет чувствовать к себе унизительное отношение, оскорбление, Ёнхва, теперь вынуждена выйди замуж за того кого не любит и брак её состоится через какое-то время. Здоровье Мэн Хи, чуть лучше, хотя она с Со, понимала то что та не проживет дольше, по крайнее мере сможет увидеть то как она выйдет замуж и они оба надеялись то что ребенка она тоже увидит. Ук, вел себя лучше, возможно до него дошло наконец-то что он любит Мэн Хи, в это хотелось верить. И вот день настал, она немного переживала сильно из-за этого, но понимала то что это был не сон и реально. Дворцовый двор тонул в торжественных звуках флейт и каягыма, но для Ван Со этот шум казался далеким гулом всё его внимание было приковано к ней. Хэ Су шла по ковровой дорожке медленно, с истинно королевским достоинством, которое так долго пытались сломать стены Сонгака, тяжелые многослойные шелка алого и зеленого цветов шуршали при каждом шаге, а золотые украшения в её волосах тихо звенели, ловя лучи предзакатного солнца. На её щеках и лбу алели ритуальные точки, призванные отгонять злых духов, но Со знал: ни один злой дух не осмелился бы подойти к ней, пока он дышит. Они встали друг напротив друга у свадебного стола восток принадлежал ему, запад — ей и в Коре так женились веками, но только сейчас этот ритуал казался наполненным настоящей, живой кровью, а не просто сухими правилами. Омыв руки в чаше с чистой водой, Су подняла на него глаза в их глубине больше не было страха перед четвертым принцем, не было той обреченности, что терзала её долгие годы. Там была только бесконечная, звенящая нежность Она опустилась в глубоком, низком поклоне, касаясь рукавами пола дважды как предписывал обычай для невесты, отдающей свою судьбу в руки мужа. Со ответил ей одним глубоким поклоном — поклоном мужчины, который клялся перед Небом стать её щитом и мечом. Когда пришло время обряда Хапкынне, служанки поднесли им чаши, вырезанные из двух половин одной тыквы-горлянки. Со взял свою чашу, и его пальцы на мгновение коснулись пальцев Су. Одно это мимолетное тепло заставило его сердце забиться сильнее. Они синхронно поднесли вино к губам. Горьковато-сладкий вкус обжег горло, скрепляя их негласный уговор: делить и трон, и плаху, и радость, и боль и это было навечно и пополам. Служанки соединили две половинки тыквы вместе, превращая их обратно в единый сосуд, и объявили союз заключенным. Со, все же не выдержал плевать на этикет, плевать на сотни глаз придворных, замерших в благоговейном молчании он сделал шаг вперед и крепко, до боли сжал её ладонь в своей. Его губы тронула редкая, искренняя улыбка, предназначенная только для неё одной. — Теперь ты моя, Су, — тихо, одними губами произнес он. — Вопреки всему миру. А в паре десятков шагов от них, среди нарядной толпы гостей, стояла Ёнхва, но она не была счастлива, её всегда показывало лживые эмоции, сладко приторные, но сейчас лицо даже не напоминало ничего о фальшивости, оно превратилось в ледяную, застывшую маску холеные ногти до крови впивались в дорогие шелка собственных рукавов, а в глазах стояли слезы бессильной, выжигающей изнутри ярости. Она проиграла проиграла девчонке из будущего, проиграла собственному брату. Со даже не взглянул в её сторону для него в этом огромном, дышащем заговорами дворце теперь существовала только одна женщина его жена и больше ни каких жен не будет больше. Спустя несколько месяцев Су узнала, что носит под сердцем ребенка эта весть принесла им с Со непередаваемое счастье, но вместе с ним — и леденящий душу страх дворец оставался змеиным гневом, и четвертый принц прекрасно понимал: если Ёнхва узнает о наследнике, её уязвленное самолюбие и жажда власти толкнут её на самое страшное. Ради её безопасности любимой и их будущего малыша Со принял тяжелое решение — скрывать беременность Су от чужих глаз до самого последнего момента. Су не спорила она прекрасно понимала, какими жестокими могут быть законы Корё, и безропотно позволила мужу спрятать себя от всего мира за глухими стенами отдаленного, тщательно охраняемого павильона. С принцем Воном всё вышло в точности так, как предсказывал Со, жажда наживы и глупость заставили Вона совершить роковые ошибки, Со тайно, шаг за шагом, собрал неопровержимые доказательства его шпионажа, махинаций и покушений на жизнь членов королевской семьи. И перед позже все доказательства против него императору и следом за этим безжалостный механизм дворцового правосудия пришел в действие. Правитель пришел в неописуемую ярость от предательства собственного сына судьба Вона была решена в одно мгновение: лишенный титула, земель и имени, он был приговорен к смертной казни через принятие яда. Никакие былые заслуги клана не смогли смягчить сердце разгневанного отца. Со лично следил за исполнением приговора, заставляя брата до последней капли испить чашу, которую тот так долго готовил для других. Он поспешил туда, где билось сердце его собственной вселенной каждую свободную минуту он проводил в уединенном павильоне Су, скрытом от глаз завистников высокими каменными стенами и преданной стражей. Ворвавшись в комнату, он мгновенно сбросил с себя маску грозного четвертого принца Су сидела у окна, кутаясь в теплые шелковые накидки, и стоило ей увидеть мужа, как её лицо озарилось мягким светом. Со опустился перед ней на колени, бережно, словно к величайшей ценности, прижимаясь щекой к её уже заметно округлившемуся животу. Здесь, в тишине и покое, он наконец-то мог дышать. — Всё кончено, Су, — тихо прошептал он, накрывая её ладонь своей. — Одним врагом меньше больше никто не посмеет угрожать нашей семье! Су ласково перебирала темные пряди его волос, чувствуя, как внутри неё тихонько толкается новая жизнь они знали, что впереди еще много трудностей, а Ёнхва всё еще затаилась в своих покоях, выискивая их слабые места. Но сейчас, в объятиях друг друга, они были абсолютно счастливы и готовы защищать свою тайну до самого конца. Вскоре небо окончательно повернулось к ним лицом чтобы навсегда лишить Ёнхву, всей той возможности влиять на государственные дела, император принял решение выдать её замуж за влиятельного чиновника из далекой южной провинции. И принцессе пришлось покинуть столицу Сон악. Оказавшись вдали от центра власти, лишенная поддержки союзников и влияния, она больше не смела даже помышлять о былых интригах. Её амбициям пришел конец. Конечно, Со понимал, что расслабляться рано дворец всё ещё оставался опасным местом, и ему по-прежнему предстояло внимательно следить за каждым шагом коварной императрицы Ю и её амбициозного сына Ё. Но все эти политические шахматы отошли на второй план. Сейчас для Четвертого принца не было ничего важнее, чем быть рядом со своей любимой Су, оберегать её покой и заботиться о зарождающейся внутри неё новой жизни. Каждый раз, глядя на Су, Со мысленно давал одну и ту же нерушимую клятву когда придет время, и он исполнит своё предназначение, взойдя на императорский трон Корё, рядом с ним в золотых одеждах правительницы будет сидеть она. Его Су и никто другой на всём белом свете.