About V

Неро не совсем понимает, что Ви такое и с чем его едят. Вначале, когда они только встретились, времени думать особо не было. Ему перед лицом помахали конфеткой в золотой обертке, злобная пульсация в отсутствующей руке заставила вслед за ней потянуться, и вот он уже стоит на пороге огромного дерева, разглядывая мясистые корни. Потом пришлось идти искать Данте, а дальше в срочном порядке оттуда делать ноги под тревожные карканья Грифона и собственную ярость. Рука тогда пульсировала больнее обычного, а сердце противно ныло под ребрами. Единственное, что Неро тогда, да и сейчас тоже, знал — это что Ви потребовал от Данте демоническую морду на серебряном блюдце. И в итоге эта демоническая морда вполне могла с порога выкатить им блюдце уже с Дантевой башкой. А остальные мелочи, вроде кто такой Ви, какие у него счеты с этим демонюгой, откуда он его такого откопал и на какие шиши заключал сделку с вплетенными ему в кожу фамильярами, так и оставались загадкой. Он в принципе на речь был скуп. Говорил только временами и по делу, иногда расщедриваясь на сухую шутку и цитирование своей книжки. Поэтому сейчас, смотря на его шаркающую походку, сутулую спину и нездоровую бледность лица, Неро стало как-то не по себе. Ви будто за те пару часов, что они продвигались к плоду дерева, постарел на несколько десятков лет, вместе с тем заработав анемию и потихоньку начав разлагаться. Последнее сравнение заставило Неро неловко поежиться. Когда Ви заваливается навзничь, он автоматически дергается за ним, подхватывая под руку. На лицо тот оказывается даже хуже, чем Неро изначально казалось. Кожа будто пошла трещинами, как после затяжного мороза, рассекая неровными линиями его изнеможенную физиономию. Фамильяры перестали справляться. Неро собственными глазами видел, как чернила расплескивались, не успев принять внятную форму. Его сила тлела на глазах. Таким Ви едва ли сможет дойти до Уризена, сражаться — тем более. Но… «Это моя последняя просьба» Хмурая складка между бровями залегла глубже. Неро поудобнее перехватил костлявую руку Ви, который с трудом волочил ноги. — Это фамильяры? Ви медленно моргнул, будто не совсем понимая, что должны значить буквы. Взгляд у него теперь был расфокусирован, дыхание выходило из горла напряженными спазмами. — Что? — голос оказался не лучше. — Фамильяры. Это они из тебя силу высосали? — Неро старательно крутил в голове мантру, напоминающую не сжимать чужое запястье сильнее нужного. Боялся, что случайно сломает. Неро не то чтобы много знал о фамильярах, но демоны на то и демоны. Они словно паразиты: цепляются за обладателя и выпивают из него все соки, даже зная, что только эти самые соки их питают, позволяют существовать. Кусают руку дающего, а потом скулят, что некому теперь протягивать им еды. И человек, которым Ви точно был, никогда от сделки с демоном, неважно, как именно она была сформулирована, не выигрывал. Неро мог даже относительную картину составить. Возможно, раньше Ви был значительно здоровее, но стоило на горизонте замаячить Уризену, так ему пришлось метаться в поисках чего-то, что могло дать ему силы. Так и появились у него фамильяры: сила в ответ на жизненную энергию. И, видимо, обмен не равноценный, ведь высосали её из него за месяц с лишним. Неро кривит губы. Демоны. Со стороны Ви доносится короткий хрип. Прислушавшись, становится понятно, что хрип оказался фырканьем. На лице у него болезненная усмешка, которая быстро идёт трещинами усталости. — Нет.. нет, фамильяры, как раз таки, душки, — он прерывается на сухой кашель. говорит Ви медленно, будто язык отказывается его слушать, — всегда отдавали больше, чем требовали. Имей Грифон форму, он бы наверняка начал прихорашиваться. Неро при этом всё равно не отпускает хмурой физиономии. Если он, будучи человеком на три четверти, знает об их физиологии достаточно, то может смело предположить, что люди не должны начинать трескаться и слабеть без видимых на то причин. — Тогда что с тобой? — Уризен. Это имя встало у Неро поперек горла противной горсткой пепла. Будто змей обвивает пустоту на месте руки, поднимаясь выше, к сердцу, оплетая его отравленными лозами. Видимо, у демона особая страсть —рушить определенным людям жизнь определенными способами. Руку Неро он сцапал из-за Ямато, а вот Ви.. Неро запнулся, нахмурившись. В голове внезапно зародился закономерный вопрос, который раньше, почему то, не возникал. А что Ви? Что могло Уризену понадобиться у человека, чьими немногочисленными достоинствами могли похвастаться разве что фамильяры? Какая история их так связала, что теперь Ви по его вине распадается, а земля имеет все шансы расколоться надвое? Неро рассеянно скашивает взгляд в сторону свесившего голову Ви. — Почему ты так упрямо идешь за Уризеном? Ви хмыкнул. Вышло это больше похожим на короткий приступ кашля. — Он, — тяжелая пауза, — убил кучу людей и собирается убить больше. Не сидеть ведь мне на ровном месте, верно? Неро тихо фыркнул. — Ладно, понял. Неправильная формулировка. Почему ты в…, — Он неловко замолчал. Ему хотелось сказать "в предсмертном состоянии", но вряд ли Ви захочет слышать такое критическое определение собственного вида. Да и, оглядываясь на него, шуткой это кажется совсем немного. Неро поежился, — в таком виде всё равно рвешься к нему? Драться ты, даже если придется, не сможешь. Сомневаюсь, что тебя даже на бегство хватит. — Я должен быть там, — неожиданно твёрдо ответил Ви, — Он.. забрал кое-что важное. Кое-что, без чего я… не смогу жить. — Паузы он делал неестественные, будто подбирая слова. Культя, которую теперь обрамлял металл, мерзко заныла. Неро не стал настаивать на подробностях. Вдалеке начали прослеживаться очертания одинокой фигуры. И для Уризена она была больно компактной. Неро сглотнул вязкую слюну, почувствовав как расслабляются невольно напряженные плечи. Он оглянулся на вскинувшегося Ви, который наоборот, попытался встать прямее, натягивая уставшие мышцы. — А если заберёшь это кое-что обратно, вернёшься в норму? — напоследок уточнил Неро. Ви пару секунд молчал, всматриваясь вдаль, а потом на лице у него растянулось уставшее, но при этом почти триумфальное ликование. — Я стану целым. И Неро не уверен почему, но именно эта фраза заставила его напрячься