Дорога

Альдо обожает путешествия. Робер вечно говорит, что это от того, что он почти не водит сам: дескать, когда сидишь на пассажирском, всегда проще любоваться видами и, подпевая дурацким попсовым песням, романтизировать дерьмовые дороги и стрёмные спуски. Вероятно, он прав: за всю их совместную жизнь Робер ошибался, может, раза два или три. Но всё-таки… — В этом есть особый шарм! — объясняет он в трубку, вытянув длинные ноги к лобовому стеклу и безуспешно пытаясь сложить бумажную карту одной рукой, — Колесить по городам, не имея никаких конкретных планов, останавливаться в дешёвых мотелях… О, да с чего ты взяла, что нас непременно должны убить?! Робер, не отвлекаясь от дороги, негромко усмехается. — Напомни уважаемой родственнице, что у меня есть пистолет. — Точно! — обрадованно соглашается Альдо, — У Робера есть пистолет. Кто это ещё тут кого убьёт, а? Что значит «не захочет сесть в тюрьму»? Не надо сомневаться в моем Робере, нечего тут… Ой, а это там не заправка? Робер, присмотревшись, медленно кивает. — Она самая. Хочешь зайти в магазин? — Хочу взять сигарет. Ой, то есть… Да нет, ты не так услышала. Точнее я не так сказал. Точнее… Знаешь, что-то связь пропадает, я ещё перезвоню!

***

Обедают они в дешёвой забегаловке посреди нигде. Во всяком случае, так такие места называет уставший Робер. Альдо же, будучи молодым и оптимистичным юношей, выражается немного иначе. — Смотри, какое атмосферное местечко! В «атмосферном местечке» пахнет табаком сильнее, чем в туалете универа после самых трудных экзаменов, а под полом, кажется, шурудит настоящая крыса. Робер пожимает плечами. — Ничего, да. Ты только рюкзак на стул положи, прежде чем сам садиться. Запачкаешь белые брюки. Но Альдо, конечно, их запачкает всё равно. И даже это его волшебный образ отнюдь не испортит. В скудном меню он выбирает себе ядовито-розовый (действительно ли он таким должен быть или туда случайно капнули чистящим средством?) коктейль со взбитыми сливками и, хлопая ресницами, нарочито медленно сосет его через трубочку. Робер глядит, не отводя глаз, и даже не притрагивается к своему бургеру. — Гаийфцы, — раздраженно говорит мужик за соседним столиком, закатывая глаза. Робер не успевает удержать Альдо до того, как он расцарапает этому типу морду.

***

В их номере в мотеле можно снимать фильм ужасов. Облупившаяся краска, скрипучая двуспальная кровать и подозрительное пятно на ковре, которое Альдо благоразумно прикрывает своим брендовым пиджаком. — Роскошно, — отмечает Робер, бросая ключи на тумбочку, — Душ работает через раз, а из окна дует так, будто мы спим на улице. Походные условия. — Зато мы вместе. Альдо притягивает его к себе, утыкаясь носом в шею. Хотя Робер не курит, пахнет от него вишневыми сигаретами. — Вместе. И никто не сможет нам помешать… Они любят друг друга всю ночь на этой дешевой кровати, отчаянно и громко, не заботясь о тонких стенах мотеля. И стоны Робера кажутся слаще, чем самая вкусная газировка…

***

Иногда с Робером случается что-то странное. Это даже рационально не объяснить: всё может точь в точь, как минуту до этого. Вот они сидят теплым вечером в каком-то сквере, вот держат друг друга за руки, вот смеются над глупыми шутками… И внезапно он замирает, глядя куда-то в пустоту, и напряженно выпрямляет спину. — Ты уверен, что этого хочешь? Альдо, даже не успевший осознать резкую перемену, удивленно округляет глаза. — Чего «этого»? — Тратить свою жизнь так. Ведь у тебя, знаешь, могло бы быть большое будущее… Это он про универ так, наверное: Альдо неплохо учился до того, как решил, что ему это всё вообще неинтересно. Или про то, что с его семьёй он мог бы быть хорошим таким золотым мальчиком. Ходить по бутикам, веселиться в клубах… — Мог бы встречаться с кем-то нормальным, — нелогично заканчивает Робер, вздыхая, — С ровесником без проблем с головой. У Альдо от тоски в его голосе больно щемит сердце. — Ты – нормальный. Точнее, нет, даже не так. Ты – лучший! — Но ведь ты мог бы… Альдо делает шаг навстречу. Запускает пальцы в волосы Робера, целует мягкие губы – отчаянно, долго. Прижимается всем телом. — Не говори большей такой чуши. У меня будет очень большое будущее, да. С тобой. Мы обязательно захватим мир, но только вдвоем. Потому что без тебя… — внимательно, долго смотрит в глаза, — Без тебя меня вся эта лабуда вовсе не интересует.

***

Колоритную парочку у обочины Альдо примечает сразу. Светленький мальчишка с тяжеленным рюкзаком за плечами и мужчина постарше в пафосном черном пальто, лениво разглядывающий всё вокруг своими внимательными синими глазами. — Смотри, парни явно из наших. — В смысле, из Агариса? — поднимает бровь Робер. — В смысле, парочка из двух мужчин с разницей в возрасте, — фыркает Альдо, — И что-то я не вижу их тачки… Может, подвезём? Робер тяжело вздыхает, будто задаваясь вопросом, за какие такие дела ему всё это досталось. Нелепый, надо сказать, вопрос: Робер бывший военный, а у них всегда уйма проступков, за которые приходится расплачиваться. — Если это окажутся бандиты, это будет твоя вина. Альдо опускает стекло. — Эй, парни, куда держите путь?!