мой дружелюбный соперник

      Зажатый со всех сторон людскими телами, Петя трясется в вагоне метро. Утренний час пик. Душный вязкий воздух. Паршивое настроение.        Кто-то прямо сейчас наступает ему на ногу и заодно толкает локтем в левый бок. Петя вздыхает и достает из заднего кармана телефон — жалкая попытка немного абстрагироваться от окружающего мира и спокойно доехать до своей станции.        Заходит в телеграм полистать новости. Первым в списке чатов висит какой-то около фигурный новостник. Его и открывает. Честно говоря, Петя подписался на канал только потому, что устал от шутливых — и не очень — упреков сестры. Она постоянно смеялась над тем, что Петя, будучи непосредственным участником всех событий, тем не менее не был в курсе почти никаких новостей.       «Владислав Дикиджи феноменально начинает новый сезон 24/25 с победы на этапе Гран-при в Казани…»        Петя улыбается этой новости. Сезон у Влада и правда складывается просто великолепно.       — Streets will remember me, ю ноу?        — Конечно, will remember, Влад.        — Я серьезно! Я хочу, чтобы меня запомнили… хочу стать особенным.        — Ты уже особенный, Влад. Потому что ты — это ты.       В Петиной голове почему-то всплывает этот их ночной разговор на летних сборах. Влад тогда на его последнюю реплику ничего не ответил, лишь больно пихнул в плечо и заглянул прямо в глаза.        Бездумно полистав еще немного, Петя закрывает канал о фигурке — кроме новости о Владе, его уже ничего не цепляет.       До нужной станции ехать еще несколько минут, поэтому он переключается на канал с новостями о Петербурге.        «Человек-паук предотвратил крупное ограбление в центре города. Герой снова смог…»       Петя сдерживается, чтобы тут же не закатить глаза. Опять один человек-паук в инфополе.        — Человек-паук — герой? — бормочет он себе под нос.        Только если герой пиар-ходов: всегда в нужное время в нужном месте. Но Петя скептик и совсем не верит в совпадения.        Он листает еще несколько постов, но вскоре сдается и, раздраженно фыркая, убирает телефон обратно в задний карман. Петя прислоняется лбом к прохладному поручню и невольно задумается о том, что его мама за свою долгую врачебную практику спасла в сто раз больше жизней. Но о ней, в отличие от человека-паука, в новостях не пишут и к героям не причисляют. А следовало бы. Жгучее чувство несправедливости появляется у Пети в груди.       Петя совсем не разделяет всеобщей любви к этому человеку-пауку. Это чувство слепого обожания захватило их город всего за несколько месяцев — распространилось слишком быстро, словно остро заразное заболевание. Хорошо, что у Пети крепкий иммунитет.       Чем больше новостного безумия он читает, тем больше убеждает себя в том, что человек-паук просто чей-то медиа-проект. Петин мозг отчаянно отказывается принимать факт наличия в их городе супергероя.        Наконец монотонный голос диктора в динамиках объявляет Петину станцию, вырывая его из размышлений о сущности человека-паука.

Станция Спортивная

      Петя проталкивается к выходу. Через десять минут он уже будет на арене.       Петя плотно шнурует коньки. Завязывает волосы в высокий хвост. Выходит из раздевалки. Снимает чехлы. Свежезалитый лед приятно скрипит под острыми лезвиями.        Тренировка проходит как обычно — не хорошо, но и не плохо. У Пети в последнее время всегда получается что-то среднее. Свой лутц в этом сезоне Петя постоянно валит, и это бесит его неимоверно.       Вот и сейчас, сделав с прыжка грязный выезд, ему остается только раздраженно вскинуть руками. Он готов закончить тренировку прямо на этом моменте. Но Вероника Анатольевна своим суровым взглядом раз за разом призывает Петю к смирению и терпению — он делает глубокий вдох-выдох и не позволяет эмоциям взять вверх. Петя поднимается и снова идет на прыжок.        И снова у него ничего не выходит. Отталкивается слишком слабо, заход получается каким-то неуверенным и низким. А где был плохой заход, там не будет хорошего выезда.        — Петя, переходи к вращениям! — кричит с бортика Вероника Анатольевна, сменяя гнев на милость.        Петя слушает и повинуется. Скользит крутиться.       Тридцать минут за вращениями пролетают незаметно. Только когда дверьми раздевалки активно начинают хлопать спортсмены из следующей группы, Петя едет наконец к бортику, оставляя за собой на льду бесчисленные розочки.        Девочки и мальчики из «Звездного льда» и вправду заполняют арену, словно маленькие звездочки, пока Петя спешит к выходу.       В дверях раздевалки он на жалкие пять минут пересекается с Владом. Они успевают хлопнуть друг друга по рукам, обняться и перекинуться парой слов о том, как проходит подготовка к следующему этапу Гран-при. И вот уже тренер Влада, до этого занятый организацией малышей, переключает свое внимание на взрослую группу.        — Дикиджи, хватит болтать! На лед!        И Влад, виновато пожимая плечами, убегает тренироваться.        Петя еще несколько минут наблюдает за его разминкой. В голове всплывает заголовок той утренней новости про Влада и его феноменальный сезон.        Влад правда сейчас в своей лучшей форме. Петя невольно засматривается на него. Все движения у Влада четкие и собранные, будто доведенные до идеала тысячей тренировок. Взгляд не отвести. Его вращения теперь с идеальной центровкой, а все прыжки стали будто в два раза выше. На контрасте с Петиной разваливающейся программой, Влад на льду по-настоящему сверкает. Он всегда катался чудесно — Петя готов это подтвердить с рукой на сердце, но в этом году что-то в нем изменилось. Катание Влада стало увереннее и динамичнее, при этом не потеряв плавности и хрупкой легкости. Петя уже несколько раз с начала сезона пытался выяснить у друга, что стало причиной такой разительной перемены, но Влад лишь отшучивался и смущенно, будто его поймали на добродушной шалости, улыбался. Пете оставалось лишь недоумевать.        Заходя в раздевалку, он закрывает глаза и трет виски холодными руками — это давно вошло в привычку и помогает переключиться со льда на другие дела насущные.        Петя склоняется над скамейкой. В глазах немного темнеет после долгой тренировки. Открывает молнию на, как ему кажется, своей сумке — все спортивные сумки фигуристов удивительно похожи друг на друга.       Флакон духов, шоколадный батончик, потрепанная кепка и… маска человека-паука?        Петя дергается, будто его ударили током. Разряд проходит от кончиков пальцев до солнечного сплетения за секунду.        Сумкой он явно ошибся.        Переборов первое инстинктивное желание закинуть маску подальше вглубь чужих вещей, Петя с любопытством начинает ее рассматривать. Маска выглядит впечатляюще: качественные реалистичные линзы с мелкой сеточкой, плотная шершавая ткань с черной строчкой. Он быстро проводит пальцами по поверхности маски, ощупывая ее со всех сторон, и окончательно убеждается, что это не дешевая игрушка, а что-то дорогое и… настоящее.       В голове закономерно рождается простой вопрос: чья это сумка, в которую он по собственной неосторожности залез? Петя снова переводит взгляд на ее раскрытые внутренности. 

      Флакон духов.

Шоколадный батончик. 

Потрепанная кепка.

      Стоило Пете больше пяти секунд задержать свой взгляд на этих предметах, и он понял, что знаком с каждым из них. Теперь он точно узнает эти духи. Более того, он даже помнит их ноты. Кепка тоже оказывается удивительно знакомой — он тысячу раз видел ее кое у кого на голове. Шоколадный батончик, являясь третьим совпадением, окончательно развеивает Петины сомнения. Все эти вещи указывают своим существованием на одного и того же человека.        И вот теперь Пете становится по-настоящему не по себе. Липкий холодный пот проступает на спине. Пете, привыкшему вечно все рационализировать, ситуация кажется абсурдной и сюрреалистичной до невозможности.        Петя боится даже шепотом произнести то, что только что осознал. Но в какой-то книге по психологии он вычитал: если достать мысль из головы и облечь ее в слова, а слова выстроить в предложения, должно стать легче.       Поэтому, стоя посредине раздевалки в великом смятении, Петя шепчет себе под нос три слова.        — Влад — человек-паук?        Легче почему-то не становится.