Подопытный для Владыки

Семь тысяч лет прошло с тех пор, как Изначальный лишил власти Повелителей стихий. Эпоха владычества драконов давно забылась в череде войн, а правление миром перешло к Семерым. Тело Дендро Владыки Сумеру сгорало от безумия запретных знаний. Каждое дыхание давалось ему тяжело, выжигая лёгкие. Чёрная кровь Бездны отравляла разум. Яд медленно, но верно лишал Апепа рассудка, вытягивая последние силы. Принятый им некогда человеческий облик долго помогал сдерживать заразу, но теперь и эта оболочка разрушалась. В подземном гроте под пустыней Хадрамавет, на холодном песке, неподвижно лежал высокий смуглый мужчина. Длинные изумрудные волосы спутались, по всему телу пульсировали фиолетовые вены, а сквозь трещины в блёклой зелёной чешуе проступала чернильно-чёрная гниющая кровь. Шаги. В абсолютной тишине пустынного оазиса этот звук казался святотатством. Кто из смертных посмел нарушить покой Дендро Дракона? Апеп неохотно разомкнул тяжёлые веки. Зрачки мужчины с трудом сфокусировались на незнакомом силуэте. Перед ним стоял человек. Белое меховое пальто, столь неподходящее для местного климата, маска, скрывающая верхнюю половину лица, взъерошенные голубые волосы и неестественная леденящая улыбка, вселяющая ужас в сердца смертных. Но она не могла испугать древнего дракона. — Какое величественное… и какое жалкое зрелище, — раздался бархатный, лишённый сочувствия голос Второго Предвестника. — Великий Дендро Владыка, бывший хозяин Сумеру, теперь корчится в грязи, словно ничтожный червь под ногами. Дотторе остановился в нескольких шагах от Апепа и опустился на корточки. Его рука в чёрной кожаной перчатке грубо схватила дракона за спутанные волосы и потянула вверх. Ему пришлось подчиниться чужой силе и посмотреть прямо в скрытое маской лицо человека, который нарушил его уединение. — Убирайся... ничтожество! — прорычал Апеп. Даже в таком ослабленном состоянии его голос заставил своды пещеры задрожать, и с них посыпался песок вперемешку с каменной крошкой. Но в конце концов Апеп зашёлся в удушающем кашле, и из его рта брызнула чёрная кровь. — Ах, какие дерзкие слова для того, кто едва жив. Разве Великий Повелитель Сумеру не хочет исцелиться? Я тот, кто может избавить тебя от этих страданий. Тебе нужно лишь принять мою помощь. — Ты? Смертная тля? Исцелишь меня? Запретные знания не подвластны жалким людишкам. — Твои представления о людях безнадёжно устарели за те тысячи лет, что ты провёл в изоляции в этой норе. И я могу тебе помочь. Но взамен ты окажешь мне маленькую услугу. — Услугу?.. Презренный земной червь возомнил себя равным богам? — Когти Апепа вонзились в плечи мужчины, и по его руке начали стекать капельки крови Доктора. Дракон, даже будучи при смерти, мог за долю секунды сломать шею Предвестника, но Дотторе был на удивление хладнокровен. — Ошибаешься. Я здесь как раз потому, что тоже искренне ненавижу Небесный порядок. Ты слаб, и твоя ярость не способна пробить фальшивое небо. Но я очищу твой разум и верну былое величие. — Каковы твои условия, смертный? — Стань моим союзником и помоги мне свергнуть Селестию. Апеп долго смотрел на Доктора пустым, немигающим взглядом. В его древнем сознании проносились картины прошлого. Сделка с царём Дешрета, которая пошла не по плану, из-за чего следующие несколько тысячелетий дракон мучился от яда запретных знаний. Апеп хотел отказаться, но ненависть к Небесному Порядку была сильнее, чем драконья гордость. — Я согласен. Дотторе тихо, безумно рассмеялся. Этот звук эхом разошёлся по пещере. Сильные руки мужчины подняли тело дракона так, словно оно ничего не весило. А дальше начался ад. Пока Апеп корчился на лабораторном столе, Дотторе вскрывал заражённые участки кожи на теле дракона, вычищая скверну. Предвестник буквально резал его наживую, и человеческая форма Апепа едва выдерживала тянущую острую боль. Крики разрывали операционную, а когда всё кончилось, наступила оглушающая тишина. Белый халат Доктора был залит драконьей кровью. Апеп лежал на спине, тяжело дыша. На груди и руках остались глубокие, но аккуратно зашитые шрамы, а кожа вернула здоровый медный оттенок. Некогда потухшие глаза цвета лесов Сумеру сияли чистым изумрудным светом. Предвестник выполнил свою часть сделки. Он выглядел уставшим, но бесконечно довольным. — Как ощущения, Владыка Апеп? Дракон поднялся во весь рост, расправляя широкие мускулистые плечи и возвышаясь над Доктором. Его змеиные зрачки сверкнули опасным золотом. Апеп чувствовал приток истинной первозданной силы Дендро, а Дотторе, видя результат своей работы, удовлетворённо улыбнулся и снял окровавленные перчатки. — Твой скальпель творит чудеса, смертный, — по помещению раздался раскатистый драконий смех. — Рад нашему сотрудничеству. Своё слово я сдержал. Наш контракт скреплён кровью. Отдыхайте и ждите сигнала, Владыка. Предвестник развернулся и пошёл к выходу. Апеп посмотрел на свои руки, на шрамы, оставленные безумным доктором, и впервые за тысячи лет зловеще улыбнулся. Небесный Порядок должен быть уничтожен. Но сначала… Дотторе не успел сделать и шага. Толстые зелёные лозы бесшумно проросли сквозь каменный пол и ринулись к Доктору, намертво перехватывая его запястья и лодыжки и впечатывая в стену. Предвестник удивлённо приподнял брови под маской. — Владыка Апеп? Не думал, что твоя реабилитация включает в себя связывание лечащего врача. Дотторе даже не дрогнул, когда крепкие лианы швырнули его на окровавленный лабораторный стол. В его голосе не было и тени страха. В мыслях сквозила ирония, смешанная с чистым научным любопытством: что Апеп собирается делать дальше? — Заткнись, жалкий смертный. Апеп взобрался на стол, всем весом придавливая Доктора к твёрдой поверхности. Даже в своём человеческом обличии дракон был огромен. Его широкие плечи перекрывали холодный свет ламп, а смуглая кожа под искусственным освещением отливала золотом. Мужчина уселся на колени по обе стороны от бёдер связанного Дотторе и наклонился прямо к его уху. Тёмно-зелёные пряди опустились вдоль лица и щекотнули бледную кожу Зандика. Из-под густой чёлки мелькнули змеиные зрачки, впившиеся в маску Предвестника. Дракон бесцеремонно сорвал этот мешающий предмет с лица Зандика и швырнул в дальний угол. — Ты сказал, что наш контракт скреплён кровью. Но я хочу большего, — обжигая кожу Доктора горячим дыханием, пророкотал дракон. — И что же великий дракон намерен делать с «ничтожной смертной тлёй»? — вызывающе спросил Дотторе, специально подзуживая Владыку. — Ты дерзнул перекроить моё тело, Доктор, возомнив себя творцом. Теперь же я заявляю свои права на твоё. Дотторе сощурил алые глаза. В его голове за долю секунды пронеслись варианты побега или обороны, но извращённый научный интерес к доминантной драконьей природе оказался куда сильнее банального инстинкта выживания. Апеп наклонился к лицу Доктора и запечатлел собственнический поцелуй. Раздвоенный язык рептилии скользнул внутрь, лишая возможности вдохнуть. Безумный учёный простонал прямо в губы Апепу. Ему оставалось лишь принять эти новые правила игры, которую он сам же затеял, и подчиниться чужой силе. Одной рукой дракон заломил руки Дотторе над его головой, а второй принялся за его одеяние. Острые когти с треском рванули белый халат, а затем точно так же разорвали портупею и синюю рубашку, обнажая белоснежную кожу мужчины. Обрывки ткани полетели на пол, а лозы ещё сильнее затянулись вокруг тела Зандика. Доктор привык всегда быть главным. Тем, кто руководит экспериментом и контролирует всё вокруг себя. Но впервые за сотни лет его жизни подопытным стал он сам. И Зандику этот научный опыт определённо пришёлся по вкусу. Каково это — великому Второму Номеру чувствовать себя совершенно беззащитным под мощным телом исконного повелителя Дендро стихии? Лишь только Апеп отстранился от губ Зандика, лицо Второго озарилось улыбкой сумасшедшего. Голубые пряди прилипли к вспотевшему лбу, а в алых глазах горел безумный коктейль из страха и одержимости учёного. Хвалёная выдержка Дотторе дала сбой, и мужчина шумно выдохнул, когда Апеп окончательно разделался с остатками его одежды. Человеческий сосуд едва ли мог выдержать бушующую драконью пылкость, скопившуюся за тысячелетия изоляции. — Твоё жалкое безумие, именуемое наукой, ослепило тебя, ничтожный докторишка. Ты совершенно не подумал, что и сам рано или поздно можешь стать подопытной крысой. — Разве я сказал, что я против? — Замолчи, букашка, и внемли моей воле. Я покажу тебе, какова на вкус ярость, которую ты пробудил. Дотторе ничего не ответил. Его взор плавно, не без научного любопытства, скользил по обнажённому телу Апепа. Дракон резко дёрнул остатки собственной рубашки, обнажая крепкий торс. Швы, наложенные Доктором, пульсировали травянистым зелёным светом. Даже в человеческом облике анатомия Апепа подчинялась законам рептилий. В паху древнего владыки, окружённом плотной изумрудной чешуёй, скрывалось его главное отличие от смертных мужчин — два тяжёлых, налитых кровью члена. Их головки вызывающе нацелились на Доктора. Оба ствола отливали багрово-зелёными венами, источая густой запах сумерских джунглей, от которого у Дотторе мгновенно закружилась голова. — Невероятно... — сорвалось с губ Предвестника. Даже в таком положении его безумный разум учёного фиксировал детали. — Гемипенис... — Великий Доктор так увлёкся своими жалкими амбициями, что забыл изучить, как устроены драконы? Ничего... Сейчас я лично вобью в тебя основы нашей анатомии. — М-м... Меньшего от Дендро Владыки я и не ждал… — Тебе мало одного, Доктор? Не переживай, у меня для тебя припасено сразу два. Твоя человеческая дырочка надолго запомнит этот эксперимент. — О... Двойной объём? Как восхитительно. Но довольно болтовни. Давай, вбей же в меня урок драконьей анатомии, — Дотторе рассмеялся прямо в лицо Апепу. Зрачки его алых глаз сузились в безумии, на которое был способен только Зандик. Губы Апепа растянулись в предвкушающей улыбке. Дракон не собирался уподобляться жалким людишкам и быть нежным. Мужчина грубо развёл бёдра Дотторе и закинул его ноги себе на плечи, оставляя Предвестника в уязвимом положении. Пальцы Апепа, смоченные маслянистым соком, который выделяли его лозы, скользнули внутрь, смазывая узкое колечко Доктора. От обжигающего холода неизвестной субстанции Зандик вздрогнул всем телом, готовясь к неизбежному. К тому, что другой смертный на его месте вряд ли смог бы пережить. Апеп ввёл второй, а затем третий палец в податливое лоно учёного, растягивая и подготавливая его для себя. — Скажи мне, учёный. До того, как ты вторгся в мои владения, раздвигал ли ты ноги перед кем-то ещё? Трахал ли тебя кто-то из твоих жалких смертных друзей? — О нет, Владыка. Люди слишком предсказуемы, а… плотские утехи всегда казались мне пустой тратой времени. Моё тело принадлежит только науке. — Значит, твоя дырочка ещё никем не тронута? Так даже лучше. Я буду первым и единственным, кто лишит тебя девственности. — Тогда не заставляй меня ждать, — вызывающе простонал Дотторе, подталкивая бёдра навстречу. — Покажи мне, как трахаются драконы. Апеп поддался провокации и вошёл. Одним мощным, тяжёлым толчком дракон вогнал оба члена в нетронутую попку Предвестника, заставляя того выгнуться дугой. Из горла Дотторе вырвался судорожный крик боли и странного удовольствия. В первые секунды он чуть не потерял сознание. Учёный чувствовал себя так, словно его внутренности режут раскалённым металлом. Два члена Апепа двигались бок о бок, занимая собой всё свободное пространство и растягивая нежные стеночки Доктора. Спасением от болевого шока стала дендро-смазка дракона. Светящийся тусклым зелёным светом сок действовал как мощнейший наркотик, мгновенно впитываясь в ткани. Резкая боль перегруженных нервных окончаний сменилась диким удовольствием, которое Доктор был не в состоянии контролировать. Из глаз Предвестника брызнули слёзы, но в то же время по всему телу, от макушки до кончиков пальцев, пробежала волна блаженного наслаждения, будто по венам Зандика пустили жидкий электрический ток. — А-а-ах… Апеп! — прохрипел Дотторе, кусая губы до крови. — Заткнись! Горячие губы дракона накрыли его собственные в пьянящем властном поцелуе, заглушая стоны и крики Доктора. Апеп жадно слизал кровь с губ мужчины и провёл гладким, влажным раздвоенным языком по щеке, спускаясь к чувствительной шее. Члены внутри Дотторе тёрлись друг о друга. Острая стимуляция изнутри заставляла Предвестника выгибаться в прерывистых судорогах. Каждое глубокое движение выбивало из него глухие стоны, которые вместе с резкими, влажными звуками эхом разносились по кафельным стенам. Это был не акт человеческой нежности, а слияние двух чудовищ. Апеп, движимый эгоистичной драконьей природой, трахал Доктора так грубо, словно хищник заявлял свои права на добычу. Владыка начал двигаться быстрее и жёстче. Зандик, оказавшись во власти древнего ящера, превратился в хрупкую марионетку, способную лишь покорно принимать власть Дендро Дракона. Двойное проникновение доводило Дотторе до пика без единого прикосновения к его собственному достоинству. Усмиряя свою хищную натуру, Владыка сжалился. Его крупная ладонь накрыла орган Второго Предвестника, уверенно двигаясь во всю длину. Почувствовав близкую разрядку учёного, Апеп сделал последний глубокий толчок, вдавив его в металл стола. Двойная порция густого семени, смешанная с элементальным соком Дендро, заполнила Предвестника. Дотторе обмяк, его голова бессильно опустилась на поверхность стола. По руке Апепа стекала белая жидкость. Дракон жадно слизнул её, присваивая результат своего труда. Зелёные путы мгновенно растворились в воздухе, оставив на теле Дотторе багровые полосы. Алые глаза Доктора устало закатились, пока он пытался восстановить дыхание. Второй лежал неподвижно и едва ли мог сфокусироваться от усталости. Владыка бесцеремонно сгрёб его измождённое тело в свои объятия. — Вот теперь наш контракт скреплён полностью. Отныне ты окончательно принадлежишь мне… Доктор.