Emergency Ring

Тейлз обеспокоенно глядел на точку, которая высветилась на карте Роботника — судя по всему, там они могли разыскать загадочного ежа, с которым пересеклись в Токио. Он уже несколько раз вбил координаты в своё карманное устройство и с каждым разом результат нравится ему всё меньше и меньше. — Там ведь горы, — с горечью наконец озвучил он. — К тому же, это на другой стороне земного шара, мы потеряем кучу времени, пока доберёмся. — Команда Соника никогда не теряет времени на дорогу, — заявил Соник, приосанившись, и достал мешочек с кольцами. Скептически оглядел корабль и махнул рукой, добавляя чуть громче: — Если постараться, даже такую груду хлама можно пропихнуть в портал. Его фраза достигла нужных ушей. Роботник, обернувшись, глянул на него уязвлённо и зло; растрёпанные усы словно бы ещё сильнее встопорщились. — Как ты посмел так говорить о… — медленно начал закипать он, однако осёкся, когда Соник вынул одно из колец. Оно блеснуло золотом и тут же приковало взгляд доктора. В его голове тут же созрел очередной план — Стоун хорошо знал эту коварную ухмылку, полную сознания собственной гениальности, которая расплывалась по лицу Роботника в такие моменты. — Эй, послушай… ёжик, — он постарался придать своему голосу дружелюбия, однако последнее слово далось ему с трудом. Медленно, шаг за шагом, он приблизился к Сонику, складывая и потирая руки. — Мы же ведь теперь работаем сообща, верно? Как команда. — Приходится, — неохотно признал тот и скривился, чтобы показать, как он не в восторге от такого сотрудничества. — Будет плохо, если кто-то из команды окажется в опасности, а друзья ему никак не помогут, правда? — Кончай юлить, чего тебе надо, Роботник? — Соник раздражённо застучал носком ботинка по полу. — Я тебя с твоей жировой подушкой точно вытаскивать из передряг не собираюсь. Улыбка Роботника едва не перешла в оскал, однако титаническим усилием он сдержал себя. Стоун протянул едва слышное «у-у-уф», поражаясь, каким стойким может быть доктор, добиваясь желаемого. — Больно надо мне, чтобы какой-то… ёжик спасал меня, — процедил он. — Впрочем, это и не потребуется, если вы поделитесь, — он указал пальцем на мешочек, — вашими колечками. — Ещё чего, ни за что! — тут же возмутился Соник и, прикрывая его рукой, сделал шаг назад. — Я не настолько идиот, чтобы доверять тебе нечто настолько ценное, Роботник! Даже если мы работаем в команде. — Всего одно кольцо. На чрезвычайный случай, — продолжил уговоры доктор. И едко напомнил: — Вы ворвались в мои личные покои, пользуетесь моим личным транспортом и вмешиваетесь в моё личное дело по дезинтегрированию самозванца, присвоившего себе моих крошек! Так что если уж ты не хочешь делиться, ёжик, я требую хотя бы минимальной компенсации. — Я тебе иголку выдрал, фрик. — Если я из-за тебя там подохну, я тебе вообще все иголки повыдираю, крысёнок. Соник было уже открыл рот, чтобы высмеять то, как абсурдно прозвучала угроза Роботника, однако Тейлз остановил его, положив руку на плечо; переглянулся с Соником и кивнул, прося больше не спорить и выполнить просьбу. — Только на чрезвычайный случай, — сдавшись, с нажимом произнёс тот, доставая одно золотое кольцо и вручая его доктору. Приняв его, тот почти сразу протянул руку ещё раз. — Ты издеваешься! Договорились же на одно! Куда тебе ещё, для тебя и твоей невесты?! — Для меня и агента Стоуна, — отрезал Роботник. — Он тоже в нашей команде, если ты вдруг не заметил. Взгляды всех присутствующих обратились на агента, который жутко смутился от внезапно полученного внимания. Страдальчески закатив глаза, Соник сдался без дальнейших препирательств. — На большее не рассчитывай, — предупредил он, передавая Роботнику ещё одно кольцо. Торжествующе усмехнувшись, тот гордой походкой удалился к приборной панели, чтобы подготовить корабль к полёту. Проходя мимо застывшего и затаившего дыхание Стоуна, он великодушно бросил: — Держи цацку, и только посмей потерять, — после чего сунул кольцо в нагрудный карман чужого пиджака, напоследок слегка хлопнув по нему — для надёжности. От этого жеста сердце Стоуна едва не проломило грудную клетку, так громко и отчаянно стукнулось о рёбра. Сглотнув, он кивнул, не в силах и слова вымолвить в благодарность, и долго ещё смотрел в затылок доктору, когда тот принялся настраивать системы корабля. Кажется, это был первый подарок за все годы, которые они работали вместе. Или хоть что-то, подарок напоминающее — с заботой о выживаемости Стоуна, даже если на деле Роботника, скорее всего, интересовало не это, а его способность прогнуть нахального ежа на уступки и выторговать побольше полезных артефактов. В любом случае, о сохранности кольца доктор мог не беспокоиться.

***

Стоун чувствовал, что ещё немного — и на глаза навернутся слёзы. Этого не могло быть. Всё не могло в итоге сложиться так безнадёжно. Доктор Роботник всегда находил способ выкрутиться из самой патовой ситуации — не без помощи верного агента порой, — однако сейчас… всё выглядело более чем обречённо. Роботник где-то на орбите. В космическом корабле, который вот-вот взорвётся. А Стоун — на Земле, способный лишь беспомощно смотреть прямой эфир, который доктор транслировал на широкоформатный экран одного из зданий. Способный лишь слушать его прощальные слова — и давить непрошеные слёзы от того, что под самый финал, готовясь пожертвовать собой ради целой планеты, он обращался к тому единственному, кто всегда был рядом, всегда считал его великим и достойным любви. Роботник обращался к агенту Стоуну так, как если бы и вправду мог видеть его оттуда — и это было совершенно невыносимо. После этих слов, зная, что он больше никогда и ничего от доктора не услышит, Стоуну хотелось и самому умереть. Это был триумф Роботника. Настоящий героический поступок. Неужели он и вправду должен поставить точку в жизни этого выдающегося человека?.. Сминая ткань пиджака напротив сердца, агент Стоун вдруг ощутил под пальцами что-то твёрдое, металлическое. И тут же его, словно молнией, прошило отчаянная идея. Он вынул золотое кольцо и глянул сквозь него на экран, который всё ещё показывал Роботника. Зажмурился, воспроизводя в воображении обстановку космического корабля, на котором находился доктор — благодаря той же трансляции он худо-бедно мог её представить. И бросил кольцо перед собой. Почти сразу же он чуть не оглох от рёва и грохота, которые вырвались из открывшегося портала. В лицо хлынул горячий, накалённый воздух с готовой разнестись в щепки станции. Открыв глаза, Стоун бросился вперёд — прямо к застывшему напротив него по ту сторону портала Роботнику, смирившемуся с неминуемой гибелью и до крайности ошарашенному, когда рядом с ним вспыхнул спасительный проход. Прерванный посреди речи, он умолк и замер, совершенно не способный хоть как-то отреагировать на это неожиданное обстоятельство; агент Стоун, преисполненный небывалой решимостью, которая толкает на самые безумные поступки во имя тех, кто ценнее собственной жизни, высунулся из портала и, схватив доктора за куртку, вытащил со станции, совершенно не чувствуя его веса. Прижал к себе, дыша глубоко и нервно, ещё не до конца осознавая, что он только что сотворил. Портал за ними захлопнулся, и в следующее мгновение где-то в вышине заревом «новой звезды» разгорелся колоссальный взрыв. Обломки корабля метеоритным дождём полетели сквозь атмосферу; зрелище это было завораживающим, если забыть, что одной из сгоревших частиц ещё секунду назад мог стать доктор Роботник. Агент Стоун не мог разжать руки, продолжая обхватывать его в подобии неуклюжих объятий. По его телу пробегала неконтролируемая дрожь, когда осознание чудом предотвращённой катастрофы накатывало на него волнами. Но — предотвращённой. Он успел. Он выполнил своё предназначение. Он спас доктора Роботника, даже если тот его об этом не просил. — Чёрт, Стоун, ты меня задушишь, — его пихнули в бок, заставляя наконец отпустить. Вспоминая о приличиях, агент поспешно убрал руки и готов был отступить на шаг, однако в следующее мгновение уже его самого поймали в охапку, стиснув почти что до боли в суставах — хватаясь, как за спасительную соломинку. — Идиот ты, Стоун, — несмотря на то, как он прижимался к нему, Роботник не прекратил ругать агента. — Ты всё испортил! Такую речь запорол, и я бы стал, мать его, героем, а ты… — Простите, сэр, — прошептал Стоун, утыкаясь ему в плечо — и пряча глупую, счастливую улыбку. Ему всё равно, что Роботник скажет. Главное, что тот остался в живых.