Can I sleep with you?

Ослепительная вспышка света заставила Баттерса едва ли не вжаться в матрас. Он поспешно закрыл уши и приготовился к неизбежному взрыву. Хотя он и подготовился, всё равно стало не по себе, когда оконные рамы жалобно заскрипели под напором ветра. Он съёжился на кровати, обхватив колени руками. Этот раскат грома стал самым страшным из всех, что ему доводилось слышать. — Пройдёт. Всё пройдёт. Просто держись. Пройдёт… — шептал мальчик, свернувшись калачиком и уткнувшись лицом в подушку. Гроза в ту ночь была не похожа ни на что, что он когда-либо испытывал раньше. Следующий удар грома буквально отбросил его от кровати, и в панике он выскочил из комнаты. Охваченный животным страхом, Баттерс босиком пронёсся по тёмному коридору. Оказавшись перед дверью Картмана, он замолотил в неё кулаком, даже не задумываясь о времени или приличиях. Вскоре блондин услышал невнятное бормотание с другой стороны и увидел сонного Эрика. Тот стоял на пороге, щурясь усталыми глазами, его растрепанные волосы торчали в разные стороны. — Баттерс? Ты чего тут забыл в такое позднее время? — Картман потёр глаз ладонью, скривив недовольную физиономию. Баттерс открыл рот, чтобы ответить, но тут же захлопнул его, заливаясь краской стыда. Это было ужасно неловко. Он вдруг с ужасом осознал, что лёг спать в одной лишь свободной пижаме и крошечных шортах, которые едва просвечивали сквозь край длинной рубашки. И он прибежал сюда, потому что боялся грозы. Как же неловко. Картман быстро моргнул, его веки затрепетали, лоб нахмурился, а затем он посмотрел на гостя широко распахнутыми глазами. — Эй, тупица, ты чего вылупился? Блондин прикусил губу и перевёл взгляд на свои ноги, поджимая пальцы от холода и смущения. — Не могу уснуть. — просто сказал он. Честно говоря, он сам не понимал, зачем пришёл именно к Эрику, когда вокруг было полно вариантов получше. Он отчаянно хотел, чтобы его обняли, но Картман ни за что бы не стал этим заниматься. Шатен нахмурился. Он хотел спросить, почему, но, хотя он и был груб в общении, он при этом хорошо понимал, когда кто-то чувствует себя не в своей тарелке. Баттерс явно не хотел об этом говорить. Он тяжело вздохнул. — …Хочешь поспать со мной, что ли? Блондин поднял глаза, потрясённый, и, заикаясь, спросил. — Правда? — Не задавай вопросов, педик, пока я не передумал. — буркнул Эрик. Он отошёл в сторону, пропуская Баттерса внутрь. Мальчик замер на мгновение, и в этот момент с неба донёсся глубокий, рокочущий гул. — Хорошо. — выдохнул он, проскальзывая мимо Эрика в его спальню. Мягкий свет ночника рассеивал тени, позволяя Баттерсу различать очертания комнаты, пока они подходили к кровати шатена. Блондин нерешительно ждал у края, пока Картман закрывал дверь. — С какой стороны хочешь? — спросил старший, подходя ближе. — Э-э… Как тебе удобнее? Мне без разницы. Эрик кивнул и лёг, приподняв край одеяла в приглашающем жесте. В этот момент раздался новый раскат грома, и Баттерс вздрогнул всем телом, быстро забираясь под одеяло. Он отвернулся от Картмана и крепко зажмурил глаза, пытаясь осознать, что они здесь вообще делают. Эрик внезапно понял, почему блондин так встревожен, и это заставило его улыбнуться — он прикрыл рот рукой, чтобы скрыть усмешку. Он частенько видел Баттерса таким… это было одновременно и мило, и смешно. Он бы с удовольствием посмеялся вместе с друзьями над тем, что Баттерс решил обратиться за помощью именно к нему. Но что же ему теперь делать? Он должен был обнять его и сказать, что всё будет хорошо. Он должен убедиться, что с ним всё в порядке. Эрик повернулся на бок. Будет ли Баттерс чувствовать себя в безопасности… с ним? Словно в ответ, следующий раскат грома прогремел прямо над домом, и мальчик задрожал под одеялом. Картман решил, что должен попробовать. Он медленно подвинулся ближе к младшему, чувствуя, как внутри всё сжалось от нервозности. Стыд сдавил горло. — Эй. — прохрипел он. Блондин повернулся, и теперь они оказались лицом к лицу. Эрик инстинктивно обнял его. Затем шатен почувствовал, как Баттерс напрягся, и тут же пожалел о своём порыве, застыв на месте. — С-спасибо… — голос Баттерса был настолько тихим, что Картман его почти не расслышал. — Да без проблем. Мне не сложно. — отозвался Эрик, стараясь, чтобы голос звучал как можно более беззаботно. Баттерс расслабился и прижался к Картману, уткнувшись головой ему в грудь. Сейчас ему было так уютно и тепло. Эрик осторожно, почти нежно начал поглаживать его по спине, и Баттерс улыбнулся, ещё крепче прижимаясь к его груди. Шатен буквально чувствовал, как бешено бьётся сердце мальчика. Он никогда раньше не был так близок с кем-то, кто ему действительно нравился. Впрочем, раньше его интересы были поверхностными, пока он не подружился с Баттерсом. На самом деле, раньше ему никто по-настоящему не нравился. Осознание этого заставило его крепче обнять мальчика. Вскоре он убедился, что Баттерс уснул. Глубокие, ровные вдохи сопровождались лёгким теплом — дыхание мальчика обдувало кожу Эрика. От этого по его спине пробегали приятные мурашки. Неужели такой, как он, заслуживает того, чтобы вот так обнимать этого человека? Может быть, помогать ему и было хорошо, но сейчас Баттерс был спокоен, крепко спал, и обнимать его дальше казалось Эрику лишь эгоизмом. Эрик двигался как можно медленнее, чтобы не разбудить младшего. Когда он полностью разжал руки, то отодвинулся на некоторое расстояние и лёг на спину. Шатен не сводил глаз с Баттерса, наблюдая, как простыни плавно поднимаются и опускаются в такт его дыханию. Он заснул с мыслью о том, что жаль, если это нельзя будет повторить вечно.