В тайне от семейства Малфой

      Когда Гермиона ступила на первую ступень в Малфой-мэнор, перед ней возник сам хозяин поместья. Люциус Малфой, с присущим им прямым станом и легкой надменностью на лице, окинул чуть ленивым взором ее платье. Сегодня она выбрала шелковое платье в пол винного оттенка, на тонких бретелях, с небольшим вырезом на груди, чуть большим вырезом на лопатках и почти что не приличным разрезом на бедре. Тонкий каблук черных лаковых туфель слегка стучал, пока она подымалась.              - Добрый вечер, Люциус, - мягко кивнув и слегка улыбнувшись, сказала девушка.       И после этих слов с Малфоя будто спали оковы. Он внезапно, словно по-детски, ухмыльнулся ей, подмигнул и расставил руки в приветственном объятии.       - Ну же, милая, к чему такой пафос?       Гермиона рассмеялась и обняла его.       - Конечно, не чужие же люди, да, Люциус? – с такой же задорной искринкой ответила ему она.       Люциус взял ее за руку, покрутил вокруг своей оси, рассматривая ее образ, и , будучи довольным, мягко улыбнулся ей.       - Ты запозднилась, милая. Проходи, Нарцисса уже ожидает тебя.       - Ох, работа, Люциус, все эта работа, - картинно вздохнула Гермиона и, под смех Малфоя, двинулась в глубь мэнора.       По пути успела поздороваться с Абракасом и переговорить с парой портретов, прежде чем войти в гостиную, где, казалось, ждали только ее.       - Добрый вечер, прошу прощения, припозднилась. Работа все никак не хотела отпускать меня.       - Ох, деточка, - встала ей на встречу Нарцисса, - что же там у тебя за работа такая, что так задерживает тебя?       Нарцисса поцеловала Гермиону в щеку. Вопрос был задан с улыбкой, которая значила только одно – а не мужчина ли задержал ее обожаемую Гермиону?       - Вы же знаете, что я не могу говорить ничего про нее, согласно своим контрактам?       А в работе Гермионы было что скрывать. Много чего было. Например, что опоздала она лишь по тому, что заказчик попался хоть и надежный, но вот информаторы – нет. Так что ей пришлось после задания еще час отмывать кровь с волос и лица и перевязывать и заживлять свое бедро еще час. Головы бы отрывать таким информатором, думала Гермиона, пока на скорую руку зачищала помещение от своих следов.       Сам же Драко уже сидел тут, улыбался ярко, словно начищенный галлеон, и смотрел с такой хитринкой в глазах, что Гермиона подумала будто все уже знают какую-то информацию и только она тут белая ворона.       Драко встал со стула, и, обогнув стол, предстал перед девушкой.       - Здравствуй, милая, - тепло улыбается ей, берет за руку и целует в запястье. Все уже давно к этому привыкли – это был их жест проявления чувств на публике. – Как твоя работа, были затруднения?       Он завуалировано спрашивал ее о том, случилось ли что на задании.       - Дорогой, почти ничего особенного, - что в переводе на язык Драко означало «небольшой казус, пришлось зачищать», - информационный отдел слегка подвел, - «информаторы прислали ложные данные», - все хорошо.       И Драко знал, что если она говорит, что все хорошо, то значит нихера хорошего.       - Присядем за стол?       - Будет чудесно, ноги просто не держат уже, - улыбается она ему.       За три года работы вместе, и еще семи лет дружбы перед этим, у них уже давно был свой язык. Они могли говорить улыбками, взглядами, комбинировать все это, легкими жестами или слегка заметным движением брови и даже прокручиванием кольца. И именно та улыбка, которой Гермиона улыбнулась ему, говорила о том, что случился какой-то сильный форс-мажор, сильнее, чем крысы-информаторы, но она ее решила и до конца ужина это терпит.       Ужин прошел за неформальными разговорами, бокалами с Шардене и вкусными блюдами. Закончился этот теплый вечер на веранде, Гермиона сидела в объятиях Драко, допивала свой бокал с ужина и неспешно рассказывала, как прошло дело, накрывшись куполом муфлиато.       - Значит, захожу я на тот склад, перед входом сразу накинула на себя бессушмное конечно же, а там вместо встречи три на три – двадцать человек. Из них причем человек семь – магглы. Стоят они, обсуждают что-то, один бесцеремонно палочкой в зубах ковыряет – так и хотелось бесконтрольную магию из его палочки вызвать – и тут двое начинают перешептываться и один кричит «Засада, нас предали».       - У нас что, в отделе «крыса» завелась? – неиронично завелся Малфой, чуть теснее прижимая девушку к себе.       - И знаешь кто кричал? Наш, мать его за ногу и через голову в тугой узел завернуть, информатор. Ну, я дезилюмианционку на себя и в лоб ему нож меж глаз всадила.       - Моя ты девочка, - легко целует ее в висок Драко.       -Еще двоих беспалочковым экспелемиармусом и по пули в лоб. Сохрани Мерлин жизнь тому, кто придумал глушак. Пока они пытались что-то понять и среагировать – еще минус троих уложила «спать». Колыбельную спеть не успела, сочувствую.       - А я ему завидую. Милая, не пойми не правильно, но русалки на твоем фоне – это церковный хор, - смеется тепло парень.       - Сейчас в лоб получишь. Так вот, разобрались они, что происходит, и давай разбегаться кто куда, словно пикси. А я по времени уже опаздывала, так что просто встала посреди этого ангара и давай направо-налево по ним, как по ходячим мишеням. Ну и минут через десять нас в лодке блять трое, не считая собаки.       - Что…?, - слегка недоуменно спросил Драко.        - Маггловское произведение. Я тебе как-нибудь дам почитать его. Я, значит, этих двоих связываю, быстро вытаскиваю инфу и по колбочкам, и по пуле в лоб и сердце. И вот только я собираюсь поднять этот ебучий флажок, как чувствую острую боль в бедре и чувствую, что что-то теплое течет. Смотрю – а этот пес мне бедро прострелил.       - ГЕРМИОНА БЛЯТЬ, - чуть ли не кричит парень, бесцеремонно проталкивая свою руку ей в разрез и прощупывая бедро. – Какое? Где? Болит? Показывай.       Последнее было сказано таким властным тоном, что Гермиона поневоле выпрямила спину и почти безвольно чуть не начала задирать платье, но вовремя отдернула и свою, и его руку.       - Драко!, - воскликнула девушка, - что ты себе позволяешь? Ничего не болит, я зелья выпила, ты дослушай. Я ему нож в горло и, пока он захлебываясь кровью смотрел на меня в ужасе, я подходила ближе. А после влила в него через дырку в шее магией зелье живого гниения. И, когда он почти сдох, зачистила помещение, сжигая его адским. Контролируемым, конечно же, не смотри так хмуро.       Драко нежно улыбнулся на ее рассказ, а потом действительно нахмурился. Но нахмурился играючи.       - Поехали домой? – спустя некоторое время спросил Драко, когда заметил, что Гермиона начала по=тихоньку клевать носом.       - Да, конечно, - мягко и сонно улыбнулась она.       Они встали и парень, придерживая девушку за талию, повел ее к своему автомобилю.       - Надеюсь, сегодня он чист, - напоследок пошутила она перед тем, как они тронулись.