Петли тоски

Драко был возбужден. Родители много рассказывали ему о Хогвартсе. В основном, конечно, они говорили о том, как следует себя вести, с кем нужно общаться и заводить дружбу, а с кем не стоит, но были и интересные моменты. Мать рассказывала о потайных ходах и летающих привидениях, о секретной двери, ведущей на кухню, а отец — о том, как пробираться в спальни девчонок. Брр, ему не хотелось думать об этом. Стоя на перроне, он предвкушал, как наконец-то вырвется из скучного огромного поместья с вечными раутами и этикетом, будет развлекаться с друзьями и изучать магию. Где-то вдалеке он сразу заметил девочку. Не потому, что она показалась ему красивой или привлекательной, а потому, что её копна волос занимала огромную площадь станции. Он тихо усмехнулся про себя и решил, что она не местная, ведь он не встречал её на балах Священных Двадцати Восьми. Возможно, она была из другой страны, а это значило, что стоит с ней познакомиться, как велел ему отец, — налаживать связи. Поезд прибыл с громким гудком, и все дети ринулись внутрь словно сумасшедшие. Драко закатил глаза и обернулся, чтобы попрощаться со своим единственным провожающим. — Спасибо, Тилли, дальше я сам, — сказал он, забирая у домовика чемодан и клетку с совой. — О, мастер, будьте осторожны и одевайтесь теплее, — заплакал домовик. — Пишите вашим родителям каждую неделю, чтобы они не беспокоились, и ваш отец просил передать... — Я знаю, знаю, Тилли. Он уже прочитал мне лекцию перед выездом. Увидимся на каникулах, — небрежно махнув рукой, он пошёл в сторону входа в поезд, распихивая по пути зевак. Краем глаза он заметил Крэбба и Гойла и двинулся быстрее. Если честно, ему уже надоели эти двое. Они были глупыми и прилипчивыми. Найдя свободное купе, он закрыл дверь поплотнее и сел, ведя себя тихо, как мышь, лишь бы эти дураки его не нашли. За всё своё детство он видел не так много детей, но этих двоих встречал настолько часто, что хотел бы поскорее от них избавиться. В дверь постучали, и Драко обернулся. Только бы не они, только бы не они, подумал он про себя. И тут вошла та самая девочка, которую он видел на платформе. Оказалось, спереди она выглядела так же нелепо, как и сзади. Огромная копна волос, выпирающие передние зубы, а на ней уже была школьная форма, хоть они ещё и не приехали. — Привет, меня зовут Гермиона Грейнджер, можно присесть сюда? — сказала она гордо. Грейнджер — незнакомая ему фамилия, но звучала как что-то иностранное, хотя он не слышал в её голосе акцента. — Проходи. Меня зовут Драко. Драко Малфой, — он протянул ей руку, смотря на неё с прищуром. Гермиона ответила на рукопожатие и присела напротив него. И тут, к его удивлению, она начала с воодушевлением рассказывать обо всём на свете: — Очень приятно. Я так взволнована тем, что буду учиться в Хогвартсе, а ты? Я прочла уже, наверное, сотни книг. «История Хогвартса» — моя любимая. Ты знал, что если пощекотать грушу, нарисованную на одной из стен, то откроется проход на кухню? — Я... эм... да, я знал, конечно. Драко был удивлён такой подачей. Но она показалась ему очень интересной, начитанной, судя по всему. И с ней было намного увлекательнее, чем с любым, кто до этого ему встречался. — Я читала, что на этой кухне работают по меньшей мере сто двадцать эльфов. Ты себе представляешь? Я ещё никогда их не видела, а ты видел эльфов? — Да, меня сюда провожал один из них. Это мой личный эльф. — Мне кажется немного странным, что таких умных существ используют в качестве рабов. Ты не находишь это несправедливым? — Может, и так, но разве не в этом их сущность — прислуживать другим? Однажды я пытался подарить Тилли рубашку, так он плакал и умолял меня не выгонять его. Я тогда ещё не знал, что одежда дарует им свободу, просто надоело видеть, как он ходит повсюду в простыне, — пожал плечами Драко. Гермиона рассмеялась: — А ты смешной, Драко Малфой. У тебя очень интересное имя. Что оно обозначает? — В моей семье всех принято называть в честь созвездий, это что-то вроде традиции. Драко — от созвездия Дракона, а Малфои — французская фамилия. Ты ни разу её не слышала? — он удивился. Их семья была довольно популярной, ещё ни разу он не встречал человека, который бы о них не знал. Но, возможно, это из-за того, что она иностранка, хотя и за границей их всегда узнавали. — Нет, извини. А меня мама назвала Гермионой, потому что очень любила «Зимнюю сказку» Шекспира. Ты читал? — К сожалению, нет. Не слышал о таком писателе. — О, жаль. Как-нибудь покажу тебе его книги, они очень занятные. И тут она достала из кармана какую-то нитку и странную коробочку, скреплённые друг с другом. — Извини меня, но я так волновалась перед этим днём, что совсем мало спала. Ты не против? Драко мотнул головой, и она улеглась на сиденье в полный рост, использовав кофту как подушку, вставила неизвестного происхождения нитки себе в уши и закрыла глаза. А ему оставалось только гадать, что это за нитки, что за странная девочка и почему ему так интересно общение с ней. Он достал из своей сумки книгу и принялся читать, но вскоре стук колёс заставил его глаза потихоньку закрываться, и он сам не заметил, как заснул.

***

— Драко? Драко, просыпайся, мы почти приехали. Тихий голос вырвал его из сна, и он нехотя открыл глаза. Перед ним была Гермиона, уже собравшая свои вещи обратно и неотрывно наблюдающая в окно за красотами Хогвартса. Драко и сам засмотрелся на них. Раньше он видел эту школу лишь на картинках из книг или газет, но вживую она смотрелась куда лучше. Ночной пейзаж был украшен фонарями и огнями из окон школы, что показалось ему поистине волшебным. Они вышли из поезда вместе. На станции их встретил великан, указывавший дорогу к озеру, через которое они будут переправляться на лодках. Гермиона шепнула ему по пути, что уже читала об этой традиции для первокурсников. Позади них шли Крэбб и Гойл, о чём-то шепчась и хихикая, отчего Гермионе стало неуютно, как ему показалось, и он поспешил её утешить: — Не переживай, они всегда такие придурки. Видя, как она улыбнулась, он понял, что не пожалел о сказанном. Драко подал ей руку, чтобы помочь пройти в лодку, и она улыбнулась так, словно никто никогда в жизни так для неё не делал, чему он удивился, ведь для него это было обычным делом и частью этикета. Приближаясь всё ближе к Хогвартсу, он начинал ощущать многовековую магию, хранящуюся здесь. По телу пошли мурашки. Гермиона, как он видел, была в восторге от происходящего и не знала, куда деть глаза. Она глядела то на Хогвартс, то в тёмные воды озера, то на великана, плывущего впереди них. Не хотелось нарушать красоту момента разговорами, но внезапно он подумал о том, как хорошо было бы учиться с ней на одном факультете, и задал вопрос: — А на какой факультет ты хотела бы попасть? Сначала она молчала, словно не услышала или просто обдумывала ответ, но потом заговорила: — Кажется, мне больше всего подходит Когтевран. Говорят, там прямо в гостиной есть библиотека, а чтобы пройти внутрь, нужно сначала отгадать загадку. Говоря эти слова, её глаза светились, что было видно даже в темноте. И Драко подумал о том, что если её так восхищают книги, то этот факультет точно для неё. Он же сам планировал поступить на Слизерин, как и требовалось наследнику Малфоев. Видимо, её родители были свободных нравов, раз разрешали ей самой выбрать факультет. Войдя в школу, он увидел архитектуру необычайной красоты. Место искрилось магией, и ему казалось, будто он мог вдыхать её вместе с воздухом. Колонны и камни были старыми, но до сих пор вызывали восхищение, а статуи и железные доспехи повсюду добавляли шарма. Их встретила учитель трансфигурации. Представившись, она повела первокурсников в Большой зал, по пути объясняя некоторые правила школы. Её тон напомнил ему Гермиону, которую он потерял из виду. Пытаясь найти её взглядом, он проиграл — настолько много было детей, что он ничего не видел из-за голов впереди идущих. Пытаясь протиснуться вперёд, он запнулся и ухватился за чью-то мантию. Подняв глаза, он увидел перед собой Гарри Поттера — мальчишку, с которым уже встречался в магазине мадам Малкин. — Драко, ты здесь, я тебя потеряла! Смотри, с кем я познакомилась, это же сам Гарри Поттер! Из ниоткуда появилась Гермиона и нарушила немую сцену между ним и мальчиком, который выжил. — Мы знакомы, — сквозь зубы сказал Драко. Когда-то он думал, что смог бы подружиться с Поттером, но, как оказалось, тот не желал его дружбы. — Ох, как замечательно. Кажется, мы отстали от группы, идём скорее. Она потащила Поттера за рукав мантии вперёд, и его охватила мгновенная ярость. Когда она успела так сдружиться с ним? Почему бросила его и ушла в толпу к этому выскочке? Ну конечно, он же избранный. Драко закатил глаза и зашагал вперёд. Настроение его испортилось, щёки надулись, и больше ничего не радовало: ни старинный замок, ни волшебный потолок с созвездиями, ни парящие свечи. Заходя в Большой зал, все только и делали, что смотрели наверх, восхищаясь. Он даже слышал голос Гермионы вдалеке, рассказывающей про это звёздное небо. Кажется, он стал злиться ещё сильнее, и, когда огласили, что сейчас будут распределять на факультеты, он первым пролез сквозь толпу к шляпе. Но это не помогло, ведь Макгонагалл называла имена по списку. Ожидая своей очереди, он узнал нескольких детей, включая ненавистных ему Крэбба и Гойла, которые, конечно же, отправились на Слизерин. Вот бы он посмеялся, если бы они попали на Пуффендуй. И родители точно не погладили бы их по головке. Гарри Поттер отправился на Гриффиндор, чего и следовало ожидать, как и оборванец Уизли. Но что его удивило, так это то, что Гермиона попала туда же. Как эта умная девушка могла оказаться на факультете всех глупцов и отчаянных? Может быть, он в ней ошибся. Настала очередь Драко, и шляпа, едва коснувшись его головы, отправила его за змеиный стол. Со своего места он видел поддерживающую улыбку Гермионы и не знал, что чувствовать. Просто ухмыльнувшись в ответ, он прошёл к своему столу и нехотя сел рядом с Гойлом. Здесь уже были Забини и Пэнси. — Куда ты пропал, друг? — Мы искали тебя по всему поезду вообще-то! Как обычно, ты не думаешь о друзьях! Мы решили, что ты проспал или что-то случилось! — Успокойся, Пэнс, всё нормально. Просто хотел побыть один, плохо спалось ночью. — Кому ты заливаешь? Если не хочешь говорить — не говори, — закатил глаза Забини. Откуда ни возьмись появился Нотт: — Ух, пронесло. Представьте себе, шляпа хотела распределить меня на Когтевран, я еле её уговорил! Представьте, что бы сделал отец с этой школой и со мной! Запыхавшись, он уселся рядом и стал жадно поглощать еду и напитки. — О, твой отец точно порвал бы эту шляпу на кусочки и под угрозой пыток заставил бы её признать, что ты истинный слизеринец, — засмеялся Блейз. Пэнси в это время сидела удивительно тихо и ковырялась в тарелке. Видимо, она всё ещё сильно обижалась. Драко подумал, что обязательно попросит у неё прощения, но позже. Крэбб и Гойл скрылись из виду, и слава Мерлину. Но, как оказалось, скрылись они не просто так.