Я заставлю тебя грешить

      Ноги ватные, взгляд туманный.       Поиски так и не увенчались успехом. Нечисть исчезла так же неожиданно, как и появилась. Гию пришлось бродить ещё три часа, чтобы понять – он просто исчез.       Раз за разом брюнет шёл по одинаковому маршруту, чтобы быть измотанным. Позволил он себе уйти только тогда, когда наконец наступил рассвет.       Сжав в руках сумку с вещами для борьбы с вампирами, он вернулся в деревню. На улицах было безлюдно, но оно и неудивительно – многие ещё спали. И не Томиоке их винить. Совсем скоро они встанут и пойдут на утреннюю молитву, просить у Господа благословение на этот день.       Перед тем, как уснуть, святой отец должен помолиться и попросить помощи у святых. Новая угроза нависла над деревней и кто, как не он должен с ней справиться?       Церковь и монастырь, который совсем рядом с ней, расположены на берегу моря, из-за чего можно увидеть прекрасный вид. Гию улыбается. Он складывает руки в молитве и благодарит Господа Бога за то, что он видит такую красоту. Внезапно он слышит шаги. Торопливые. Быстрые. Кто не спит в такое ранне утро? Можно было бы подумать, что это мать Канаэ, которая уже начала работу, но она встаёт только через час от настоящего времени.       Долго гадать не приходится. Этот таинственный человек открывает калитку заднего двора монастыря и идёт вдоль забора, прямо к Гию. ”Сестра Канао!“       Его глаза расширяются в удивление, когда он видит молодую девушке в тунике и вуали. В её руках поднос с свечкой, которая ещё горит. Глаза расширяются в радости при виде мужчины. — отец, вы пришли! Какое счастье! Спасибо господу богу! — видно, что та хочет обнять священника, но не позволяет себе такое грубое нарушение. — сестра Канао, отчего же ты не спишь в такую рань? И тебе не стоило покидать территорию монастыря без разрешения. — его голос спокойный, без осуждения. Он не кричит на юную девушку, не замахивается для удара, лишь спокойно встречает её радость, делая замечания. — прошу прощения за такой грех, отец. Я обязательно помлюсь и попрошу прощения у господа Бога, но я боялась, что вы не придёте. Тогда бы я подняла старших сестер и мы отправились вам на помощь или спасать! Я не хотела осквернить это священное место, святой отец — она перекрестилась и покорно склонила голову. Её улыбка осталось такой же радостной, но чуть уменьшилась. Тон монахини был искренним и чистым. При всём желании и глухоте, Томиока не смог бы поверить, что та сейчас врёт ему. Да и незачем. Никто не станет пороть её, лишать еды и заставлять сидеть на холодном мраморе, пока кто-то не решит, что она достаточно молилась, чтобы Господь простил такой грех. Она не стала бы оправдывать грех грехом, ведь ложь один из самых гнусных из грехов. — большое спасибо за милость и доброту, сестра Канао. Однако мне сейчас не до сна. Я должен помолиться и попросить у Господь бога благословение и счастья на этот день. — он повернулся в топору церкви, не отрывая взгляда от монахини. — святой отец, можно мне пойти с вами? Хочу тоже помолиться с утра и попросить прощения у Господа за грех — Канао пошла за ним — конечно, сестра Канао. Я не имею право запрещать тебе молиться, ибо я священник, должен просвящать людей молитвами и Верой. Пойдём же. — они пошли в сторону церкви.       Перед тем как зайти, они перекрестились. Зайдя внутрь, служители церкви увидели стены, которые были полностью расписаны яркими фресками. При их росписи использовались насыщенные минеральные краски: охра, киноварь, лазурит. Епископ не скупился на украшения такого священного места. Скамейки, которые стояли в ряд. Кафедра, на которой сидел его преосвященство Доума в особенные мессы. Он украшен золотом и камнями, показывая всё величие и значимость епископа. На алтаре стоят иконы святых, свеча из воска, который сделан из мёда и духи из ладана. Сюда должны приносить вино и хлеб для ритуала.       Утрення молитва ещё не скоро, где-то через два часа, но Томиока поспать хоть немного, чтобы суметь прочитать её.       Канал садится на переднюю скамейку, так как женщины не могут подходить к алтарю, тем более молиться у него. Брюнет же начинает читать молитву на латыни. — Domine Deus omnipotens, qui ad principium huius diei nos pervenire fecisti: tua nos hodie salva virtute; — он вдохнул в лёгкие воздуха — ut in hac die ad nullum declinemus peccatum, sed semper ad tuam iustitiam faciendam nostra procedant eloquia, dirigantur cogitationes et opera. Per Dominum nostrum Iesum Christum Filium tuum.       Монахиня молча слушала, понимая большинство слов и следы за мыслью священника. Когда он сказал «аминь», она поднялась и подождала, пока мужчина подойдёт. — я передам матери, что вы пришли. И старшей сестре тоже. Вам стоит сейчас отдохнуть, святой отец, мы обо всём позаботится — она мило улыбнулась и в сопровождении Гию вернулась обратно в монастырь.       Томиока вышел из церкви и сразу направился в свой маленький дом. Это было маленькое строение, мало чем отличающиеся от домишки крестьянина. Но он был в два этажа. В первом была приёмная, где священник встречал гостей. Чаще всего это был диакон Зеницу, мать Канаэ, старшая сестра Шинобу и сестра Канпо. Иногда к нему заглядывал и Урокадаки, проверяющий состояние ученика. Господин епископ редко сюда заходил, скорее Томиока сам к нему шёл.       А на втором этаже обычная спальня с иконами. Сняв с себя вуаль, священник лёг на постель и закрыл глаза. Сон забрал его почти сразу..

***

      Сквозь пелену темноты, Гию услышал громкий женский голос и долбёжку в дверь. Сосредоточившись, он расслышал слова. — святой отец! Святой оте-ец! Вставайте! С минуты на минуту начнётся утренняя молитва! Мать Канаэ и сестра Канао уже там, отец диакон тоже там! Горожане уже расселись по местам! Только вас ждём!       Подняв голову, Гию открыл глаза. Выспаться не удалось, поэтому он чувствовал себя как женщина после родов. Спустившись на первый этаж и открыв дверь, он увидел Шинобу. Она выглядела грозно и даже разозлённо. — чего вы так долго, святой отец!? Молитва с минуты на минуту! — прошу прощения, сестра Шинобу, я уже иду..       Возле стены стояли Канаэ, Шинобу, Канао и Аой. Глаза были закрыты, а на лицах было виден покой и покорность. Томиока был им благодарен, потому что именно они подготовили утварь и алтарь. По бокам от священника стояли диаконы – Зеницу Агцума и Иноске Хашибира.       Горожане сидели на лавках, склонив свои головы, пока брюнет читал утреннюю молитву. Было рано, пришли только крестьяне да ремесленники, ибо работают они с самого утра. Синие глаза смотрели на небо, будто на бога, пока язык читал молитву на латыни. Многие даже не понимали всех слов, но всё равно просили у господа Бога благословеня на день.       Потом завершив ритуал возле алтаря, Зеницу вместе с Иноске начали убираться. — молитва окончена, идите — люди медленно покинули церковь. — святой отец! — радостно сказала Канаэ, подбежав к нему — рада видеть вас в добром здравии! Как вы себя чувствуете? — удалось немного выспаться, сестра Канаэ. А вы как? — помолились, всё подготовили. Сейчас собираемся завтракать! — это хорошо, позовите меня пожалуйста — ах да, господин Епископ хочет вас видеть.. — конечно, я сейчас же к нему пойду.

***

      Красивое здание из мрамора, с маленьким фонтаном и цветами, что росли вдоль ограждения. Это было наверное самое красивое и богатое здание на территории церкви.. но точно не Гию лезть в кошелек господина и оценивать его поступки. Если так надо, значит надо.       Он шёл уже по известному маршруту, на второй этаж, в сторону кабинета. Слуги уже с обыденностью встречали священника, пока разносили посуду и подготавливали еду. Красный ковёр, цветные окна и иконы встречались почти на каждом шагу. Подойдя к двери из тёмного дуба, синеглазый постучал два раза.       «Войдите»       Раздалось внутри.       Дверь без проблем открылась и Томиока оказался в кабинете епископа Доумы. Блондин читал какую-то бумагу, не прекращая улыбаться, он даже не обратил внимания на вошедшего подчинённого, продолжая чтение. — доброе утро, господин Епископ. — и тебе. Я тебя вызвал по важным вопросам. — да, конечно, я внимательно слушаю..       Епископ наконец перевёл глаза и с хитрой улыбкой уставился на абсолютно равнодушное лицо. — совсем скоро в наш город приедут торговцы из далёкой страны. Представляешь? Привезут пряности, ткани, украшения, руды.. и не перечислить — да.. это достаточно хорошо.. — так вот.. приезжают они в тот день когда у нас главная мессия и сбор налогов. Ты должен обдумать как мы будем их встречать, организовать встречу, найти им жилища, подготовить трапезу и тому подобное. Ну ты сам понял, организуешь. Плюс ты же должен как раз собрать налоги и заодно пересчитай деньги в нашей казне. Нудно отложить немного, купить немного товаров, ты же понимаешь? — да.. конечно.. — подготовь сестёр, диаконов, горожан предупреди. Плюс поступила новая жалоба, в городе какое-то преступление произошло. Ну ты разберёшься, а то у меня дела поважнее — ... Конечно, господин Доума — вот и замечательно. Давай, у тебя ещё служба. Организуй себя как всегда, чтобы везде успеть. Всё, давай, сестрам передай мою благодарность — благословит вас господь бог..       Гию вышел из кабинета, позволяя своему рту выдать ту самую небольшую искру раздражения. Почему-то вся самая сложная работа вывалилась в один день. Подготовить встречу с купцами? Собрать налоги? Разобраться с ситуацией в городе? Ещё новый вампир..       Господи, за что?