Мальчики

      Колина на острове удивляло всё и даже больше. Он, казалось, проникался его тропической атмосферой сильнее, чем он мог себе это представить до этого. Райли же, напротив, остров не нравился. Он был вовсе не таким, как мальчик его представлял, когда читал книгу о Питере Пэне. Одно дело читать, другое – попасть в совершенно незнакомый мир, полный смертельных опасностей. Хотя именно это он поначалу и хотел, но понарошку, в шутку. Не на самом деле!      Пройдя сквозь густые джунгли, мальчики добрались до общего лагеря. По дороге Питер рассказывал о том, что существует и отдельный лагерь – лагерь для Приближённых, и он был совершенно в другой стороне. Колин заинтересовался – почему кого-то считают элитой, ведь это просто такие же мальчишки, но расхаживающие по острову в чёрных развивающихся плащах. Надо будет разобраться, подумал он и отложил эту мысль на потом.      Общий лагерь представлял из себя большую поляну с шалашами, построенными вручную мальчиками. Постройки были немного кривоватыми, но прочными и защищающими от ветра и дождя. В центре поляны было кострище, которое, вероятно, разжигали к вечеру. Туда-сюда сновали мальчики разных возрастов, несколько из них были совсем малышами.      - Располагайтесь, братишки, - произнёс Пэн, вальяжно приглашая Колина и Райли в одну из хижин. Остальные мальчики-Приближённые в лагерь не последовали. – Будьте, как дома. А мне пора, до скорого.      Хлопок – и Пэн исчез, будто его и не было. Колин ошарашенно смотрел в пустоту, а Райли вздрогнул от неожиданности.      - В книге ничего не было сказано о подобных перемещениях… - промямлил Райли и взял Колина за руку. – Пойдём, посмотрим, что внутри?      Колин коротко кивнул и последовал за братом в хижину. Внутри сидело трое мальчиков, они играли в карты и почти не обратили на братьев никакого внимания. Один из них поднял голову и посмотрел на Колина. Потом секунду спустя продолжил свой ход.      В хижине было несколько постелей, лежавших не очень аккуратными рядами. Сразу было видно, что здесь жили только мальчики, и взрослых на острове не было. Райли присел на одну из них, которая была в отдалении.      - Колин, давай сюда, - предложил он и кивнул, приглашая, чтобы брат сел рядом.      - Ты что, решил спать завалиться среди бела дня? – рассмеялся Колин и покачал головой. – Может, давай осмотримся здесь, хотя бы? Новое место, новые люди. Красота же?      Райли повиновался и встал с матраца, набитого соломой. Ему совершенно не хотелось знакомиться с новыми людьми, но раз брат сказал, надо делать. Вместе с Колином они вышли из хижины и побрели в сторону других построек, где расположились мальчики – кто-то гонял пустой кокосовый орех, кто-то играл также в карты, кто-то просто сидел на солнце и не делал ничего.      Колин решительным шагом направился к тем ребятам, которые собирали ярко-жёлтые плоды в корзины. Райли плёлся сзади и изнывал от жары. Рубашка была всё ещё влажной от плавания в морской воде, но также он чувствовал, как её пропитывает пот, стекавший по телу. Снимать он её не собирался – как минимум при незнакомцах. Да и переодеться пока было не во что.      Незнакомые мальчики почти не обратили внимания на то, что к ним подошли. И Колин их окликнул:      - Эй, парни, чего это вы на деревьях сидите, как обезьяны?      - Полезай тоже, никак завидуешь? – шутливо отозвался мальчик и высунул голову из-под пальмового листа. – Я Кевин, кстати, а вы кто?      - Это мой брат, Райли, а я – Колин. Мы тут успели уже полетать со скалы…      - А, да, стандартная процедура на острове. Не многие, кстати, выживают. Вам ещё повезло.      - Как это – немногие? – Колин почувствовал, как нижняя челюсть тяжелеет, и рот немного приоткрылся от удивления.      - А вот как! – Кевин протянул руку в сторону зарослей и указал на большой высокий валун, виднеющийся в отдалении. Колин не сразу понял, что это за монумент, подошёл ближе и ужаснулся. На камне были острым предметом высечены имена, над каждым из которых была надпись: RIP. Так это могильный камень, осознал Колин и в ужасе отпрянул от него. Тема смерти его не очень-то привлекала.      Райли в этот момент спросил у Кевина, что это за желтые плоды. Кевин рассмеялся и спросил в ответ: неужели тот не знает? Райли покачал головой и сказал, что на острове они с братом совсем недавно, а так они из Лондона, из 1906 года.      -Всё с вами ясно, братишки, - усмехнулся Кевин и стал слазить с пальмы. Колин к тому моменту уже был рядом. – Тогда угощайтесь! Спелые, свежие – манго!      Мальчики взяли по экзотическому фрукту, Кевин достал из кармана перочинный ножик и быстро их порезал. Колин откусил кусочек и молча восхитился текстурой фрукта и вкусом сока, растекающегося по щекам и подбородку. Райли тоже оценил сочность манго, но он бы с бОльшим удовольствием поел бы полноценный английский обед…      Расправившись с манго, братья поблагодарили Кевина и отправились дальше изучать лагерь.      Колин вдруг предложил:      - Слушай, Райли, пойдем-ка поищем лагерь этих самопровозглашенных приближенных? Что скажешь?      Райли коротко кивнул и отправился вслед за братом. На остров потихоньку спускались сумерки, и время, действительно, шло здесь очень непривычно. Будто бы ничего не двигалось во временном пространстве, застыло навечно. Колин и Райли пока не знали о том, что стояло за этим. Им предстояло это выяснить, но очень, очень нескоро. ***      Лагерь Приближённых Колин с Райли так и не нашли, поскольку на остров опустилась тьма - было ни зги не видно. На небе зажглись первые звёзды, которые выглядели, как микро-фонарики на тёмно-синем фоне. Колин нашел где-то большую палку и ловко раздвигал ею плотные тропические листья. Всё это время они с Райли пытались запомнить тропинки, и у Колина промелькнула мысль, что неплохо бы раздобыть карту местности или составить её самому. Райли поддержал эту идею, поскольку каждая идея брата для него была неоспорима.      Почти не плутая, братья нашли дорогу обратно в общий лагерь, поскольку по пути Колин делал на пальмах небольшие засечки ножиком, который он любезно одолжил у Кевина. На всякий случай, подумал Колин. Мало ли – пригодится для обороны от кого-то из парней. Он ещё не сильно разбирался в местных правилах и законах, но пытался ухватить мыслями всё и сразу. Колин нарочито весело болтал с Райли, и тот пытался ему улыбаться, но в животе всё скрутило от желания быть где угодно, но не здесь. Единственное, что его по-настоящему радовало – брат был рядом. Райли не мыслил себя без него, как и не мог представить Колина без себя. Иногда он чувствовал себя так неотделимо от брата, что засыпал с его именем на устах.      Когда они нашли обратную дорогу до лагеря, спустилась уже глубокая ночь, и костёр посередине лагеря горел высоким пламенем. Вокруг круглой песчаной поляны были зажжены факелы, и некоторые мальчики стояли с ними рядом, будто охраняя. Колин и Райли спокойно присоединились к остальным мальчикам, сев рядом с Кевином и компанией других незнакомых ребят. Сейчас что-то будет, подумал в предвкушении Колин и шепнул это на ухо брату. Но Райли почувствовал нутром что-то неладное – интуиция его подводила редко.      Посередине двух больших факелов стоял плетёный трон, принадлежащий, по всей видимости, хозяину острова. Он пустовал, и рядом с ним выстроились уже знакомые братьям Приближённые. Феликс стоял чуть в отдалении, по правую сторону от пустующего трона, Кёрли сидел без плаща с обнажённым торсом и со скучающим видом играл с ножичком. Николас и остальные Приближённые были облачены в черные плащи и стояли с непроницаемыми лицами. Но это было лишь на первый взгляд. Все они чего-то ждали.      Колин заметил, как из густых тропических зарослей вышел кто-то, и гул голосов стал сильнее. Кто-то из мальчиков помладше крикнул: «Питер!», и в толпе послышались свистки и радостные приветственные вопли. Колин затаил дыхание: почему его все так чтят и уважают?      Питер вышел в центр круга и поднял левую руку, призывая к тишине. На губах – всё та же нахальная улыбка, которую Колин запомнил ещё на моменте, когда тот скинул его брата со скалы сегодня утром. Никогда не прощу ему этого, подумал Колин, и почувствовал, как сжимает кулаки со злости.      - Братья мои, - начал Пэн и дождался, пока станет тихо настолько, чтобы его было достаточно слышно. – Сегодня мы встречаем двух новеньких членов нашей общины, и на этот раз всё не так прозаично, хах! Это целая семья, братья-близнецы, собственной персоной! Выйдите в круг, давайте посмотрим на них поближе. Выходите же, не бойтесь! – произнёс Питер нараспев, приглашая к себе на импровизированную сцену.      Колин подавил смущённую улыбку и толкнул локтем брата. Обоим не очень-то сильно хотелось к себе повышенного внимания, но делать нечего, пришлось повиноваться приглашению. Оба поднялись с поваленного бревна и направились к Питеру. Райли ощущал, как подгибаются колени, настолько ему не хотелось становиться рядом со своим потенциальным убийцей. Колин же, наоборот, почувствовал небывалый прилив сил – настолько ему хотелось доказать этому задаваке, что ему всё ни по чём.      - Кто из вас кто? – спросил Питер обоих, когда те поравнялись с ним. – Хотя мне немного всё равно.      В толпе послышались смешки и присвистывания. Колин нахмурил брови и ответил:      - Пора бы запомнить, мы тут уже целый день. Я Колин. И мой брат Райли.      - Смотрите-ка, Райин и Колли! Или как вас там? – парировал Пэн и согнулся пополам от рвущегося наружу хохота. – Итак, правила острова вам уже известны? Впрочем, они сейчас не так важны. Главное, что здесь всегда есть игры, я их очень люблю. В играх, как известно, тоже есть свои правила! А я их чту и уважаю, хах! Всё понятно?      Колин коротко кивнул. Райли, казалось, сейчас потеряет сознание. Но сделал вид, что тоже всё понял, и кивнул вслед за братом.      - Чудно! – хлопнул в ладоши Пэн. – Тогда приступаем.      И он направился решительным шагом к своему бамбуковому трону. Но садиться Пэн не стал, лишь небрежно облокотился на него. Коротко кивнул в сторону Феликса, и тот взял пару длинных палок, приставленных к трону.      - Ну что, игра началась! – выкрикнул Пэн. – Надеюсь, правила объяснять не придётся, хах? Берём палки и хорошенько дубасим друг друга. До первой крови.      Толпа взорвалась громким воплем – идея была невероятно интересной. Шутка ли - братья-близнецы, которым приказано биться до крови? Только вот Колину и Райли было не до шуток.      Феликс подошёл вначале к Колину и дал ему палку. Тот нехотя взял её и повернулся к Райли. Райли тоже взял палку и оперся на неё, боясь, что собственные ноги его окончательно подведут. Так они стояли некоторое время, смотря друг на друга. Оба не знали, как на это реагировать. Время неумолимо шло.      В толпе наступила нависшая тишина. Слышно было только, как кузнечики стрекочут в джунглях. Мальчики в толпе напряжённо ждали. Колин мельком взглянул на Питера – тот улыбался слишком спокойно и тоже ждал – лениво подбрасывая яблоко в левой руке. Он что, левша, как и мой брат? – подумалось Колину внезапно, и он на секунду забыл, что стоит на арене, и ему нужно сейчас ударить палкой человека, кем он дорожит больше всего на свете.      Райли в эти долгие секунды думал совсем о другом. Он краем глаза следил за толпой, поскольку ему совершенно не хотелось быть в центре внимания. И с ужасом он обнаружил, что довольно большая часть мальчишек смотрят не в центр арены, а на Пэна. Вот где начинается настоящее шоу, подумал Райли и опёрся на свою палку, как на посох. Им гораздо важнее не сам бой, а реакция вождя на него!      Колин, в очередной раз оглядев толпу, ощутил невероятное чувство гнева. Его заставляют биться с родным братом-близнецом! Ни в коем случае, и Колин нарочито далеко отбросил от себя палку, после чего кинул злобный взгляд в сторону Пэна. Тот даже ухом не повёл и продолжал всё так же спокойно улыбаться.      - Подними, - одними губами произнёс Пэн, и напряжённо молчащая толпа мальчиков вдруг взорвалась улюлюканьем.      Колин всё продолжал смотреть на Пэна исподлобья и не двигался с места. Толпа снова стихла и перевела своё внимание на реакцию Питера. Он не отступит, с ужасом пронеслось в голове у Колина. Надо что-то делать. Но что?      Тогда Пэн едва заметно кивнул в сторону Феликса. Тот, с булавой на плече, нарочито медленно двинулся к арене. Колин попятился в сторону брата, заслоняя его собой. Феликс медленно снял булаву с плеча, подошёл к валяющейся на земле палке Колина и, подцепив её свои оружием, произнёс железным тоном:      - Тебе что, жить надоело? За отказ от боя вас обоих ждёт смерть. Мучительная смерть.      Колин побледнел. Если этот тип с булавой говорит правду, нужно повиноваться Пэну, чтобы спасти брата и себя. В какой-то следующий миг Колин подавил нервный смешок от мысли, что, если ему предстоит биться, пусть это будет лучше его собственный брат-близнец, чем Феликс. Иначе придётся смотреть на собственные мозги, растекающиеся на земле в луже крови…      Сам себя не помня, Колин поднял палку и резко развернулся – лицом к брату. Вмиг он позабыл о Феликсе с его булавой, о Пэне, нарочито лениво играющим с яблоком. Сейчас на арене был только он и его выбор – сражаться с братом по приказу Пэна, ради того, чтобы спасти их обоих.      И Колин напал первым. Этот замах палкой он будет помнить ещё долго, находясь на «острове бессмертных». Замах, удар по палке, неподдельный ужас в расширившихся глазах брата…      В толпе царила напряжённая тишина. Взгляды были прикованы к сцене, и Колин ощущал их всем своим нутром. Вновь удар. Райли, казалось, не сопротивлялся. Он только отступал и отступал, держа свою палку параллельно земле. А Колин всё наступал. Снова удар.      - Подыграй мне, идиот, - прошептал Колин сквозь зубы, когда подошёл к Райли вплотную и скрестил палки. Эти слова услышал только брат.      Райли едва заметно улыбнулся и вдруг осознал: Колин не просто нападает на него, он его защищает! Это был единственный выход – победить Пэна. Потому что семья сильнее всяких приказов. И Райли нанёс свой первый ответный удар – слабенько, но решительно. Поймав в глазах брата одобрительный блеск, он нанёс ещё один неуверенный удар по палке…      Колин отвечал на каждый удар с большей силой, чтобы показать Пэну, что всё по-настоящему. Дыхание у него сбилось, но он продолжал наступать, делая вид, что бьёт со всей силы.      Пэн наблюдал. Он уже не играл с яблоком, а сидел на своём троне, улыбаясь так, будто это лучший подарок на его день рождения. Он наслаждался безраздельной властью. Приближённые в чёрных плащах во главе с Феликсом стояли рядом с троном Пэна и тоже наблюдали. Кто-то открыто улыбался, наслаждаясь шоу, кто-то – недоуменно переглядывался.      Тем временем битва братьев продолжалась. Слышался треск палки Колина, песок под ногами… Наверное, это выглядит совершенно нелепо, пронеслось в голове у Колина. И он продолжил нападать, краем глаза наблюдая за поведением толпы. Он заметил, что на каждый его удар толпа взрывалась аплодисментами. На удары Райли почти никто не обращал внимания, и Колина это своеобразно раззадорило. Он уже позабыл о том, что этот бой всего лишь показное представление и «ради защиты брата», он уже наслаждался своим превосходством…      И вдруг бой обернулся совсем не так, как задумывалось изначально. Колин замахнулся палкой в очередной раз и… попал по брату – именно в тот момент, когда тот не успел парировать удар. Палка попала по нижней губе Райли, отчего та вмиг треснула, и показалась кровь. Райли в этот момент ощутил неподдельный ужас – а действительно ли это всё продуманная Колином игра? Колин торжествовал… и только секунду спустя понял, что натворил. Но виду не подал – он развернулся к Пэну и поднял над головой палку, на которой отпечаталась капелька крови.      - До первой крови было правило? Ну что, доволен? – выплюнул Колин в сторону Пэна. На брата он не смотрел – его голова не сильно соображала в этот момент. Бой был закончен, а это самое главное. Но так казалось лишь на первый взгляд.      По лицу Райли потекли непрошенные слёзы. Он не ожидал подобного от своего брата, он думал, что они подерутся для вида, но в момент решающего удара Райли заметил, как Колин поменялся в выражении лица: на нём промелькнуло желание победы во что бы то ни стало.      Оба, и Колин, и Райли, тяжело дышали, и никто из них не чувствовал никакого облегчения после окончания боя. Колин отбросил свою палку подальше, и, не дожидаясь приказа Пэна, направился на своё место на поваленном бревне. Райли сделал то же самое, но палку не отбрасывал, а держал её при себе – как напоминание, что любой может предать, даже если это твой родной брат…      Колин избегал встречаться с братом взглядом. Он не знал, что тот плачет, и даже не хотел об этом знать. Сейчас он чувствовал ярость, вызванную унижением и страхом.      Пэн остался доволен – это было заметно по тому, как он вальяжной походкой направился в центр сцены и объявил о том, что вокруг костра можно теперь прыгать и веселиться – всю ночь напролёт.      Райли, услышав эти слова, сжался внутри. Так вот, как здесь на острове без взрослых всё устроено – одно сплошное веселье, граничащее с реальной опасностью. Отношения с братом сегодня дали первую трещину – что-то надломилось внутри их обоих.      Спустя какое-то время братья направились в ту часть лагеря, где были хижины, но в полном молчании. Лишь один раз Колин едва слышно спросил Райли, как он, и получил скованный ответ: «Нормально». На этом они разошлись по разным постелям. Никто из них в эту ночь так и не смог уснуть.