Усталость

      Эндмин не знала, что ею движет. Ардашир обаятелен, спокоен, уверен в себе, явно знает что-то о прошлом Эндминистратора, и хотя бы расспросить его было бы вполне рационально, но ему будто вожжа под хвост попала… Откуда, кстати, это выражение оказалось в ее голове?       После запечатывания себя с Ардаширом, Премудрость они вытащили, но говорят, ее противник успел уйти до того, как в его наглую сторону даже дернутся, но с неизменным пафосом.       Может, Эндмин бесит в нем именно пафос и наглость? Премудрость до сих пор не очнулась, но была жива, пусть и побеждена очевидно часы назад. Судя по всему, Ардашир как-то извернулся и вырубил девушку весьма аккуратно.       Почему? И отчего он не добил противницу?       И вот, прошло уже несколько дней, и Эндмин задумчиво шагала по роще скитальцев, пожелав развеяться вдали ото всех. Спасибо хотя бы Неферит больше никого не побеспокоит…       Спустя несколько часов блужданий, девушка решила остановиться на одной из тропинок, где очень удобно стояла какая-то каменная то ли статуя, то ли еще что. Эндмин поправила рукава, которые сбились на фоне энергичной ходьбы туда-сюда по всей бамбуковой роще, одернула юбку и оперлась спиной на этот камень. Выдохнула.       Все еще бесит.       Девушка тихо зарычала, сжав кулаки от бешенства. Как же этот пафосный!..       Размышления прервал знакомый до боли смешок откуда-то из-за спины. Все тело будто проморозили, остановив все процессы.       — Интересное у вас времяпрепровождение, Эндминистратор. Ходите по бамбуковой роще и рычите. Неужели ваше окружение заставило вас одичать? — этот голос.       Ардашир.       Как же хочется ему врезать!       Выдох, прикрыть глаза на секунду и спокойно обернуться.       — А ты все так же на пафосе, верно, Ардашир? — будучи готовой к атаке, парировала Эндмин. Сейчас нет никаких сил на спокойное игнорирование, этот фидиа (хотя, если честно, верить, что он — фидиа, тяжеловато) пришел ровно в момент бешенства, и даже любопытство, толкавшее узнать — что знает этот враг, как они связаны… ничто не могло перебить ярость.       Только осознание, что ярость родилась из тревоги и напряжения, от боли во всем теле после битвы и перенапряжения.       Стоило этим мыслям мелькнуть в голове, как Эндмин тяжело вздохнула и осмотрела внимательно мужчину напротив себя.       Все такой же идеально-элегантный внешне, Ардашир снова улыбался этой своей странной улыбкой, за которую хотелось запустить ему ориджинием в лицо.       Хотя бы по той простой причине, что эта улыбка вызывала подсознательное расслабление, будто Ардашир — тот, кому можно подставить спину, будто рядом с ним безопасно, будто он не враг, не чужой…       Это было странно и страшно, потому как даже Перлика такого не вызывала.       Тем временем Ардашир улыбнулся еще слаще и наклонил голову чуть в сторону, всем видом выражая недоумение и задумчивость. Эндмин бы поверила, если бы не улыбка и довольный прищур. Нашел дурочку, никто ему верить не собирается!       (Она ни за что не скажет никому, как в комнате, которую ей предоставили в Улине, рассматривала тот самый динар, проводя кончиками пальцев по узорам, еще не стертым временем. И как ее держала за сердце мысль, что эта монета дорога Ардаширу…)       — Ну почему бы и не быть галантным и вежливым с тобой, Эндмин? Или для своих союзников ты просто строитель очередной области АПК, а не подруга или просто приятная девушка? — каждое слово бьет по больному, откуда он знает про сомнения главы Эндфилда?..       Эндминистратор растерянно выдыхает, не зная что сказать в ответ. Ее уважают, но отношение зачастую такое покровительственное, что становится ужасно неловко… а уж то, что Эндмин носится ради всех вокруг как обезумевшая, просто чтобы помочь тем, кто к ней небезразличен.       Вот только доступа к информации у Эндмина меньше, чем у ее же подчиненных на Дицзяне. И это, наверное, разбило ей сердце? Она давно подозревала, но получить подтверждение своим подозрениям — тяжело и больно.       Да, та же Чжуан Фаньи доверяет Эндмину, но… она — глава Улина, совершенно другой организации, если можно так сказать. Эндминистратор уйдет дальше, а Чжуан останется в Улине. Лэватейн приязненно общается со своей подругой-по-амнезии. В остальном разумные вокруг нее весьма фильтруют любую информацию, отрезая главу организации от самой организации.       Ремонт Дицзян и работа с производственными линиями, добыча нужных ископаемых и прочее-прочее-прочее отдаляли Эндмина от подчиненных еще больше хотя бы за счет постоянной усталости от беготни туда-сюда.       И теперь Ардашир бьет в эти уязвимые места связи Эндминистратора и Эндфилда.       — Уходи, Ардашир, — усталые до безумия слова. Девушка помахала ему рукой.       И, как ни странно… Ардашир ушел.       Что ж, хотя бы кто-то оставил ее в покое вовремя.