Электроды

Ярик и Кира встречались уже четыре года, а вместе жили - два. За это время успеваешь узнать привычки друг друга и перестаёшь скрывать собственные. Совместная жизнь здорово учит искать компромиссы, иначе люди просто долго вместе не проживут. Эта парочка справлялась с трудностями на твёрдое «хорошо» с большим плюсом, ведь они давно научились обходить острые углы. Один пил чай, другой - кофе. Один засиживался за играми, второй просто устраивался рядом, опираясь спиной о его спину. Они не мешали друг другу. Им было достаточно быть рядом. И всё же был у ребят один-единственный камень преткновения, когда в квартире начиналась настоящая третья мировая. Атомные снаряды - на деле все, что под руку попадётся - летали с юга просторной студии на север и с запада на восток. Воздух накалялся так, что одной искры хватило бы, чтобы вся квартира взлетела на воздух. К счастью, Ярослав обставил квартиру исключительно изделиями из натуральных материалов, многие из которых - диэлектрики. Всё упиралось в одно: Кирилл был совой, а Ярик - жаворонком. Особенно острой проблема становилась, когда их выходные совпадали. Оба целиком отдавались работе. Плотные графики не позволяли уделять партнёру достаточно времени. Ярослав скучал, и Кира тоже успевал соскучиться. Для обоих выходные означали редкую возможность наконец побыть вместе. Только Ярик мечтал провести день вдвоём, а Кирилл - сначала хорошенько выспаться. Очередной выходной начался довольно типично. Ярик, проснулся чуть свет. Настроение было приподнятым, вставать не торопился: хотелось просто полежать, слушая приятную тишину раннего утра, которую совсем скоро сменит шум до конца пробудившегося города - сегодня он мог себе это позволить. Тишину нарушало лишь едва слышное, умиротворённое сопение любимого. Этот звук и тепло тела под боком делали утро Ярослава ещё прекраснее. Он улыбался. Утру. Собственным ощущениям. Мысли уже перебирали десятки вариантов, как провести сегодняшний день... Когда примерный план действий был готов, в голове мелькнула ещё одна любопытная идея. Ярик взял телефон своего парня, нашёл в органайзере будильник и, закусив губу, замер на секунду, затем кивнув себе, настроил приложение и вернул гаджет на место. Сигнал будильника должен был зазвучать через полчаса и повторяться каждые десять минут. Ярослав бодро встал с постели и направился в ванную. Времени как раз должно хватить, чтобы принять душ. Обернув полотенце вокруг бёдер, парень вернулся в комнату. Кирилл всё так же мирно спал, вот только телефон лежал не на том месте, где его оставлял Ярик. Значит, первый сигнал Кира отключил не просыпаясь. Второй - тоже. Третий звучал дольше… но в итоге был так же безжалостно отключён. Разочарование хмурой тучкой нависло над Ярославом. Он подошёл к постели и мягко, но уверенно стянул одеяло с тела спящего парня - тот продолжил невозмутимо сопеть. Лицо Ярослава помрачнело. Подойдя к окну, он рывком сдвинул тёмные шторы и открыл створку нараспашку. Бодрящая утренняя свежесть потихоньку заполнила квартиру, а часть ярких солнечных лучей удачно упала на лицо упрямого сони. Кирилл проиграл битву с солнцем и спрятал лицо в подушке. Пятый сигнал тоже не стал исключением. Кира нырнул с головой под подушку, попутно беспорядочно хлопая ладонью по поверхности кровати в поисках орудия зла. Поиски успехом не увенчались, однако, этот раунд настойчивому приложению он не проиграл. Шестой сигнал отключил сам Ярослав. Челюсть сжалась так, что проступили желваки. - Каждый. Раз. Одно. И то же. - Выдохнул парень потухшим голосом. Злился один и злил второго - наступало время маленькой войны. Вспоминая прошлые случаи, Ярик закипал ещё сильнее. Терпение лопнуло. Решительным шагом Ярослав подошёл к постели, взял свою подушку, ловко взобрался на бёдра парня и от всей души пару раз хорошенько ударил ею по подушке упрямого засранца, под которой всё ещё покоилась голова Кирилла. Кирил резко дернулся и замер. Третий, лишённый всякого милосердия удар, окончательно разбудил парня. Скинув с головы подушку, он встретился с горящим взглядом Ярослава. Лицо Ярика отражало много эмоций, но ни одна из них не предвещала ничего хорошего. Тот набрал в грудь побольше воздуха. «Сейчас взорвется», - промелькнуло в уме Кирилла, едва их взгляды встретились. Блондин отреагировал молниеносно. Ярик совершенно не ожидал, что его рывком опрокинут на бок. Матрас мягко качнулся под чужим весом. Кира навис сверху, удерживая его скорее уверенностью, чем силой. Ярослав машинально упёрся ладонями ему в грудь. - Даже не думай, - буркнул он зло. Кира ничего не ответил. Только смотрел. Спокойно. Внимательно. Так, словно за раздражением видел что-то ещё. Потом наклонился и легко коснулся губами его лба. Ярик замер. Все приготовленные слова рассыпались раньше, чем успели сорваться с языка. Он ждал совсем другого: шутливой борьбы, оправданий, перепалки. Кирилл отстранился ровно настолько, чтобы встретиться с ним взглядом. - Всё ещё злишься? - голос мягкий, взгляд такой же. Ярослав не ответил. Не потому, что хотел помучить, а потому что не смог. Обиду словно выключили одним движением. Кира едва заметно улыбнулся. Не торжествующе, а с облегчением. Он снова наклонился. На этот раз губы лишь на мгновение коснулись виска Ярика, потом щеки. Каждое короткое прикосновение оставляло после себя неожиданно много тепла. Ярослав больше не сопротивлялся, ладони всё ещё лежали на груди Киры, только теперь не отталкивали. Просто чувствовали размеренное биение сердца. - Вот так уже больше похоже на моего Ярика, - тихо сказал Кирилл. - Не зазнавайся. - Фыркнул Ярик. - Значит, всё-таки разговариваешь. - Усмехнулся Кирилл и оставил еще один короткий поцелуй в щеку. Уголки губ Ярослава дрогнули. Он очень старался сохранить серьёзное лицо, но не получилось. Кира заметил это и чуть улыбнулся в ответ. - Я ведь знаю, почему ты злишься. Кончик носа прошелся по скуле… - Правда? - Ярик с вызовом посмотрел на парня. - Конечно. Ты проснулся с кучей планов. А я опять всё проспал. Кирил коснулся лба Ярика своим и заглянул тому в глаза. Ярослав отвёл взгляд и погрузился в свои мысли: вот именно это самое обидное, не будильники, не сон, а ощущение, что ещё один общий выходной снова ускользает. Кирилл осторожно коснулся большим пальцем его щеки. - Прости. Одно слово. Без оправданий. Без привычного «ну ещё пять минут». Просто «прости». Оно оказалось сильнее всех поцелуев. Ярик молчал… а потом шумно выдохнул. - Ты невозможный. - Простонал парень и прикрыл глаза. - Знаю. - Спокойно согласился Кира. - И ужасно меня бесишь. Ярик метнул сердитый взгляд, Кирил его поймал, отбивать не стал. - Это уже ближе к правде. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом Ярослав сам сократил расстояние между ними. Совсем чуть-чуть. Настолько, чтобы их лбы еще раз соприкоснулись. - Но выходной ты мне всё равно должен. Кира тихо рассмеялся. - Договорились. - Скрепил поцелуем в уголок рта. - И кофе приготовишь. - Даже чай пить не заставишь? - Сегодня - нет. - Значит, действительно простил. - Довольно просиял Кира. Ярик только закатил глаза и тихо добавил: - Не испытывай судьбу. Кирилл улыбнулся ещё шире и наконец поцеловал его по-настоящему - спокойно, без спешки, словно не выигрывал спор, а возвращался домой. Поцелуй стал длиннее… уже не похожим на извинения. Ладонью левой руки Кирилл легко сжимал темный затылок. Правая ладонь безостановочно скользила по чужому бедру, задирая край полотенца всё выше, оголяя кожу, временами опускаясь к внутренней стороне, а Ярик мелко вздрагивал под ним. Кира чуть сместился, устраиваясь удобнее, и накрыл Ярослава собой, прижимая к постели. Не давил - но и не оставлял пространства для манёвра. Одно колено аккуратно раздвинуло бёдра брюнета, заставляя Ярослава принять его вес и близость. Ярик попробовал было дёрнуться, но Кира только качнул головой и прижался губами к его уху: - Тшш. Сейчас я главный. У Ярослава от этого шёпота внутри что-то оборвалось и снова связалось - уже по-другому. Он замер. А Кира продолжил. Он стянул с бёдер Ярика полотенце - то самое, что и так едва держалось, - и отбросил в сторону. Теперь между ними не осталось никаких преград, только горячая кожа к горячей коже. Кирилл на мгновение отстранился, чтобы стащить с себя домашние штаны. На несколько секунд между ними появилось расстояние и Ярослав стал жадно рассматривать парня - разворот плеч, влажные после сна светлые волосы, уже полностью возбуждённый член. Кира заметил его взгляд. Улыбнулся уголком губ и снова опустился сверху, теперь уже совсем без одежды. Коснулся губами шеи Ярослава - провёл языком от ключицы до уха, прикусил мочку, тут же зализал. Спустился ниже. Задержался у соска, обвёл языком, втянул в рот - Ярик выгнулся навстречу, застонал громче, чем хотел. Кира удовлетворённо выдохнул и переключился на второй, не оставляя без внимания и его. Пальцы Ярослава зарылись в светлые волосы, то ли притягивая ближе. Губами Кирил прошёлся по животу, языком обвёл пупок, почувствовал, как мышцы под кожей напряглись в ответ. Задержался на тазовых косточках, поочерёдно прикусывая выступающие контуры, обводя их языком. Кира мягко, но уверенно перевернул Ярика на живот. Тот послушно подчинился, уткнулся лицом в подушку. Холодноватое и влажное прикосновение заставило его вздрогнуть, но пальцы Кирилла уже осторожно, бережно проникали внутрь, растягивая, подготавливая. Два пальца, три. Кирилл наблюдал, как Ярослав под ним постепенно отдается ощущениям, как его дыхание становится рваным, а бёдра сами начинают двигаться навстречу. Вошел медленно - давая время привыкнуть, чувствуя, как горячие стенки обхватывают его, сжимаются, принимая. Ярослав застонал в подушку, пальцы вцепились в простыню. Кира замер на несколько секунд, давая им обоим прочувствовать этот момент - момент абсолютного единения, когда нет ни обид, ни будильников, ни утра, ни вечера, а есть только они, сплетённые в одно целое. А затем начал двигаться. Каждое движение - продуманное, выверенное, ни капли спешки. Он знал тело Ярика наизусть. Знал, где задержаться. Где сменить угол. Где достаточно просто замереть. С губ срывались стоны - с каждым толчком всё громче и откровеннее. Ярослав уже не контролировал ничего: ни голос, ни тело, которое само подавалось навстречу. - Кир... Кир, я... - предупреждение сорвалось раньше, чем он успел его осознать. - Давай, - выдохнул Кира, ускоряясь, чувствуя, как и сам уже на грани. Ярослава накрыло первым - он кончил с громким, сорванным стоном, выгнувшись дугой, сжимаясь вокруг Киры. Кирилл провалился в оргазм почти сразу за ним, чувствуя, как горячая волна разливается по всему телу, как отпускает почти искрящее напряжение, копившееся с самого утра. Он рухнул на Ярика, но тут же скатился вбок, увлекая его за собой, прижимая к груди. Оба тяжело дышали. Сердце колотилось где-то у горла. Простыни сбились в ком. Солнце заливало комнату, высвечивая пылинки в воздухе, но им было всё равно. И вот когда Ярик уже почти поплыл в сонную негу, когда дыхание выровнялось, а мышцы приятно расслабились, Кира - будто бы между делом, не разжимая объятий, - выдохнул ему в макушку: - Обожаю, когда ты такой покладистый. Сразу видно, кто в доме генерал. Ярослав моргнул. Раз. Второй. Смысл сказанного дошёл до него с задержкой в пару секунд - ровно настолько, чтобы Кира успел заметить, как напряглись плечи парня, и растянуть губы в совершенно невыносимой, довольной ухмылке победителя. - Вот же ж… засранец, - прошептал себе под нос Ярик. Из глубин временно притихшего самолюбия Ярослава поднялась волна возмущения пополам с азартом. Он проиграл войну? Принимает условия капитуляции? Покладистый?! Ну уж нет! Собрав остатки воли - а это было чертовски сложно, учитывая, что тело всё ещё плавилось от пережитого удовольствия, - он упёрся ладонями в плечи Киры и надавил. Не резко, но достаточно уверенно, чтобы тот понял: расклад меняется. Кира, всё ещё улыбаясь, позволил себя направить, уступая ровно настолько, насколько хотел уступить сам, - и через мгновение уже оказался чуть ниже, а ладонь Ярика легла ему на затылок. Кирилл усмехнулся уголком губ, не разрывая зрительного контакта, и медленно, ни на секунду не теряя достоинства, опустился вниз. Губами прошёлся по животу - мышцы под кожей привычно напряглись, - ниже, к паху, туда, где Ярик снова начинал оживать. На этот раз Кира не дразнил - он выполнял приказ. Взял член Ярослава в рот глубоко, полностью, и начал работать языком уже без игр, без пауз, с полной отдачей. Одна рука легла на основание, двигаясь в такт рту, вторая скользнула ниже, массируя чувствительную точку. Ярик шумно выдохнул и схватился за волосы Киры, задавая ритм. Он вёл. Впервые за это утро - он вёл. И Кире это нравилось. Он чувствовал, как его парень теряет контроль, как бёдра толкаются навстречу, как пальцы сжимаются на затылке почти до боли. Он принял это и двигался ровно так, как Ярик хотел: быстро, глубоко, безжалостно к ним обоим. Ярослав кончил во второй раз - с громким, сорванным стоном, выгнувшись дугой и до побелевших пальцев сжимая волосы Киры. Волна оргазма накрыла его целиком, Ярослав больше не помнил, из-за чего злился. Кира мягко поднялся обратно, вытер губы тыльной стороной ладони и посмотрел на него сверху вниз. Ярослав лежал раскинувшись, всё ещё пытаясь восстановить дыхание, волосы растрёпаны, на щеках румянец, губы припухли. - Знаешь, - проговорил Кира, растягивая слова с явным удовольствием, - я, кажется, обожаю тебя ещё больше, когда ты такой… властный и решительный. Ярик, всё ещё не открывая глаз, сначала недоумённо хмыкнул, а потом рассмеялся - хрипло, обессиленно, но искренне: - Вот с этого и надо было начинать. Глядишь, и будильник бы не понадобился. Кира фыркнул и рухнул рядом, притягивая смеющегося Ярослава к себе под бок. Тот уткнулся носом в его плечо, чувствуя, как всё ещё колотится сердце - то ли его собственное, то ли Кирино, теперь уже не разобрать. - Завтра, - деловито начал Кира, зарываясь носом в темные волосы и пристраивая ладонь на чужом бедре, - я сплю до обеда. И можешь хоть роту барабанщиков вызывать - не встану. - Завтра я просто окачу тебя холодной водой, - пообещал Ярик, устраиваясь поудобнее и чувствуя, как накатывает приятная сонливость. - Не посмеешь. Кира покачал головой и оставил короткий поцелуй на плече парня. - Проверим? - тут же отозвался Ярик, еще удобнее устраиваясь в руках блондина. Лёгкое напряжение ещё искрило между ними, но объятия Кирилла давно служили лучшим заземлением. Их маленькая война закончилась ровно до следующего выходного.