Поймать сигнал

      Телевизор по прежнему работал, когда Пауль проснулся. В горле сухо, а на лбу выступил пот, несмотря на то, что из приоткрытого окна в гостиную проникал осенний ночной воздух. Пауль вдыхает глубже и улавливает едва слышный запах дождя. Телевизор мягко подсвечивает темноту комнаты, и Паулю это очень напоминает осознанный сон, тот самый редкий и безумный вид снов, которые он видел время от времени. А может когда просыпаешься посреди ночи без причины кажется будто это лишь продолжение сна, и по настоящему ты проснёшься только утром.       Пауль присел на диване, сбрасывая с себя жаркий плед. Где-то за окном проехала машина. Мысли текут медленно и сонно, но каких то бредовых образов перед глазами не возникает, в интерьере квартиры изменений не наблюдается, а ощущение остывающих босых ног вполне реально, и Пауль трёт глаза. Почему он уснул в гостиной? Мама Пауля работала в больнице и сегодня ушла на дежурство в ночь, оставив Пауля в долгожданном одиночестве. Пауль разумеется оккупировал мамин диван, после того как ему наскучило читать свои конспекты по истории немецкого телевидения. Взгляд Пауля упал на грязные тарелки на кофейном столике, которые определённо следовало бы убрать до возвращения мамы утром, но у Пауля не было сил встать и дойти до собственной комнаты, не то что донести тарелки до кухни. Пауль щурится и смотрит в мерцающий экран напротив. Засыпать под клипы и песни MTV было для него обыденным делом, разве что сейчас никого не было дома чтобы выключить телевизор. По экрану пробегает рябь, и вот уже под знакомые звуки Колыбельной, Роберт Смит также как и Пауль открывает глаза посреди ночи и тревожно окидывает пространство вокруг своим томным взглядом, не покидая постели. Пауль хмыкает, наблюдая, будто за чужим кошмарным сном. Крутить такие клипы в два часа ночи можно только с конкретным намерением сводить случайно проснувшихся с ума.       Словно в продолжение мыслей Пауля в коридоре звонит телефон, и Пауль едва не опрокидывает со столика пустые тарелки с остатками ужина и таблетки со стаканом воды. Шлепает по холодному линолеуму, завернувшись в плед и чувствуя странное волнение где-то на задворках сознания, вперемешку с остатками сна. Не включая свет, Пауль медленно снимает трубку и подносит к уху, ожидая услышать мамин голос или даже зловещую тишину, кого угодно, кроме Него. — Пауль? Ты не спишь? Пауль выдыхает, прижавшись лбом к зеркалу. Ему потребовалось несколько секунд чтобы узнать голос, обращающийся к нему по имени, но это открытие лишь озадачило его сильнее. — Ммм....Круспе? Это... — Конечно, я, - опережая вопрос, отвечает голос в трубке.       В сонной голове Пауля едва ли укладывается происходящее, а голос из трубки начинает неспешно что-то вещать. Рихард Круспе учился в одном институте вместе с Паулем, будучи на курс старше. Любимчик преподавателей, вся из себя важная персона, в каждой бочке затычка, а также обладатель запоминающегося, необъяснимо пробирающего низкого голоса. Единственное но. Пауль и Круспе не были даже приятелями.       В зеркале прихожей отражается голубое мерцание телевизора, а Рихард что-то рассказывает, то отстранённо, то с чуть дрожащим от волнения дыханием. И Паулю кажется, что он действительно спит, потому что он не может разобрать ни слова. Голос Круспе такой явный, а речь сливается в сплошной поток. Что-то про радио, видимо, он говорит про институт. А быть может делится чем-то личным? В полудрёме Пауль опускается на стул возле тумбочки, но не выпускает из рук трубку, слушая как мягкий голос Круспе перекрывает тихую музыку, доносящуюся из гостиной.       Совершенно точно Круспе не мог знать домашний номер Пауля. Они едва ли перекидывались парой слов в институте, повезёт если цензурными. Пересекались порою в общих компаниях, для совместных проектов, да только дольше минуты диалога у них двоих не клеилось. А сейчас же Круспе доверительно что-то втолковывал ему по телефону, словно они близкие друзья, а Пауль пытался понять о чём же речь, хоть голова и веки уже были тяжёлыми, а очертания коридора вдруг стали нечёткими. Пауль наконец выдохнул, перебивая: — Рихард, я...все свои деньги поставил бы на то, что я сейчас сплю.       В трубке на мгновение наступила тишина. А затем вопрос, простой, слегка укоризненный, и на удивление, абсолютно отчётливый: — Пауль, ты меня вообще слышишь?       Связь оборвалась длинным гудком. Пауль не помнил как вернулся обратно в гостиную, как его голова наконец-то коснулась подушки. Телевизор Пауль так и не выключил, и тот продолжил тихо вещать в никуда.