Закончится навсегда

***

31 мая 2025 год.

      Дженнифер ритмично отстукивает каблуком по асфальту, поправляя солнцезащитные очки и ремешок часов. Вся она снаружи копошится и торопится, а внутри ещё сильнее захлёстывает эмоциями пограничными, необъяснимыми.       В холле гостиницы слегка приглушённое освещение и тонкий запах ванили, или чего-то с ней схожего.       Дженнифер слабо усмехается. Даже денег на хорошее место не пожалела.       Девушка на ресепшене вежливо ей улыбается, нарочито медленно называет номер комнаты и глазами уставше-скучающими едва провожает. Таких людей полно: медленных, скучающих и глубоко уставших от жизни. Дженнифер им не завидует. Хоть и понимает отчасти.       Порой ей кажется, что она тоже так устала. От своего образа жизни, рутины и планов на будущее. Просто совсем-совсем от всего.       Дверь лифта открывается с характерным звоном, пропуская её в длинный коридор из дверей и поворотов. Найдя нужный номер, она невольно задерживает дыхание, прежде чем коротко постучать.       Не проходит и пары секунд, как перед ней открывается дверь её встречает мягкая Варина улыбка. Она сразу же тянется её приобнять и одним махом руки пропустить внутрь.       Сам номер выглядит свежо и совсем недурно. Дженнифер невольно засматривается на широкие окна и пейзаж ночного города вдали. Проходит, осматривается по сторонам и взгляд обратно к Варе возвращает.       – Боюсь представить цену за такой район.       – Не спрашивай. Не хочу снова вспоминать этот пиздец. – едва морщится девушка и плюхается на край кровати. – Кстати, тебе налить?       Она указывает пальцем на бутылку вина на маленьком столике меж кресел и как-то хитро-весело Дженнифер ухмыляется.       – Споить меня решила? – усмехается и берёт бутылку в руки. Хорошее вино, очень хорошее.       – Добавить атмосферы. – смеётся она в ответ и ловко перехватывает бутылку, разливая по бокалам.       Дженнифер вдруг ловит себя на мысли, что просто улыбается и наблюдает за этим. И все прошлые мысли, вся грязь суровой реальности отходят на второй план лишь при виде этой взбалмошной девчушки. Безрассудство какое-то.       – Держи. – она протягивает ей один из бокалов и уже тянется сделать глоток из своего, как на телефон приходит уведомление.       Варя с неохотой берёт телефон в руки и коротко хмыкает. Мозолистые пальцы быстро набирают ответ и отбрасывают его на край кровать.       – Кто пишет? – интересуется Дженнифер скорее на автомате, чем из реального любопытства.       Она садится на кровать и делает первый глоток – горло приятно обжигает.       – Сёма. Предложил съездить куда-нибудь летом отдохнуть. – Варя говорит бесстрастно, но с теплотой.       Это неожиданно путает, наводит на различные догадки и их же друг о друга разбивает. Дженнифер в жалкой растерянности смеётся до слабого жжения в грудной клетке.       – Жестокая ты, Варюш.       Варя в ответ лишь тянется к ней ближе, руками обвивая осторожно за талию. У Вари руки всегда горячие, словно из ядер звёзд собраны. И глаза – глубоко бездонные, Вселенского масштаба необъятные – изучают её лицо бережно, с каким-то детским трепетом.       – А ты несправедливая. И кто же из нас больше в минусе, кошка?       Она шепчет тихо-тихо, срываясь на лёгкую хрипотцу; голос у Вари колючий со всех сторон, Дженнифер насквозь пронзающий, ведь один-единственный такой на всём белом свете.       И эта мысль простая заставляет сердце больно сжаться. Потому что в последний раз. Сегодня и, скорее всего, навсегда.       Дженнифер отставляет бокал в сторону и обнимает Варю в ответ, гладит по волосам заботливо. Сжимает в своих руках покрепче, будто если отпустит – мир весь разлетится на сотни осколков бредовых. И Дженнифер никогда их собрать воедино не сможет. Не захочет просто напросто.       – Ты знала, что наша галактика летит навстречу соседней галактике Андромеды? – Варя поднимает голову и заглядывает ей в глаза внимательно. Дженнифер невольно вздрагивает. – Спустя множество лет они рано или поздно сольются воедино, став одним гигантским целым.       – И как скоро это случится?       – Считай, перед концом всего человечества. – горько она усмехается и заправляет чужую прядь, вечно выпадающую, за ухо.       Варя же, похоже, всё-всё понимает сразу и расплывается в улыбке мягкой-мягкой, тёплой, как полуденное солнце. Она утыкается носом в шею Дженнифер, хихикает по-детски глупо и слегка губами касается линии ключиц.       – Хочу увидеть это вживую. Ты со мной?       И всё внутри Дженнифер в который раз за вечер замирает и двойным кульбитом переворачивается, что не остаётся никаких мер защиты, возможности спрятаться и скрыться от глаз этих добрых, таких глубоко преданных. Перед Варей рассудок свой трезвым держать не получается: та словно подковыривает его в нескольких местах беззлобно, прежде чем проникнуть внутрь резко и отпечататься там навсегда.       Дженнифер в Варе по-настоящему вязнет, вся пачкается и пятнами едкими, кроваво-красными, покрывается без остатка. Это губительное тепло рук её звёздных Дженнифер разрушает до основания, словно по маленьким крупицам пересобирает самовольно. Под Вариными руками, губами, взглядами хочется прощенья просить отчаянно и раны, собственноручно нанесённые, зацеловывать до боли.       Ведь из-за Дженнифер тут, по сути, всё и рушится, ломается. Ей же Варя именно что верит, словно слепец на голос идёт добровольно – и в огонь, и в стужу ледяную.       А Дженнифер оглядывается на свою жизнь: парень-почти-что-муж, планы на будущее, выстроенный годами образ. Ей плакать хочется отчего-то и закурить впервые в жизни.       Вместо этого она лишь Варю в макушку целует, прикрывая глаза.       – Конечно с тобой, кот.       И всё вот так просто затихает, оставляя лишь короткое эхо слов и гудящий за окном ветер. Они сидят осторожно, вцепившись друг в друга как можно крепче, и лишь в дыхание своё вслушиваются, вместо сотен речей одними касаниями отчаянными всё высказывают. Варя ещё несколько раз целует чужую шею, ключицы, едва заметные паутинки вен и тянется выше, в глаза Дженнифер заглядывая; синева небесная её отражает, словно звезда яркая-яркая во время сумерек.       Варя ничего не говорит, не может. В ней эмоций бурлящих впервые так много, что заговори она сейчас и больше никогда остановиться не сможет. И Дженнифер отпускать никуда утром не захочет. Да и сейчас, признаться честно, не очень хочет. Ничего не хочет. Это кажется несправедливым совсем: что место, что время их встречи – всё совсем не вовремя и как-то неправильно. Может, встреться они по-другому, всё бы и получилось гораздо лучше. А сейчас, а сейчас… Мысли все лишь об упущенных возможностях и счастливых “если” в каких-нибудь других параллельных Вселенных. И в них бы, может, Варя оказалась первее, важнее, любимее.       В коридоре скрипят половицы, на улице играет майский ветерок. Варя впервые в жизни чувствует, что любовь в ней именно что пылает. Жжётся, обжигает повсюду безбожно.       – Я люблю тебя. – выплёвывает она как-то слишком стремительно и нетерпеливо. Но от слов своих не отказывается и в подтверждение ищет глазами чужую реакцию.       Дженнифер на секунду ослабляет объятия, задумчиво уставившись в окно, прежде чем улыбнуться со слезами подступающими и Варю легонько в уголок губ поцеловать.       – И я тебя. – “люблю” она не договаривает, но впервые открывается полностью, смотря робко и с сожалением. – И я тебя, моя звёздочка.       Но вместо обиды у Вари глаза загораются ещё ярче. Она улыбается довольно, прижимается опять всем телом и бубнит что-то Дженнифер в кожу, словно заговаривая или причитая не пойми на что. Но Дженнифер хорошо, по-настоящему хорошо. Она сдаётся окончательно под этой лаской трепетной, казавшейся ей такой недостижимой.       Они вновь замолкают. Ночь продолжает окутывать город, оставляя все тревоги позади. Сейчас только быстрые поцелуи и тихий шёпот. Дженнифер словно застывает в этом “сейчас” всецело, не желая завершения этого неземного момента.       Она с Варей. Она…счастлива. Пускай снаружи и роняет несколько горьких слезинок.       – Ну ты чего, Дженни? Не плачь. – Варя осторожно дорожки солёные рукавом вытирает и тянет бережно полноценно лечь. – Давай ложиться уже, у тебя рейс рано утром.       Варя будто знает, что чем дольше они так сидят, тем больше Дженнифер начнёт прорывать. Что это липкое и необъяснимое чувство вины за себя продолжит лезть изнутри и всё сильнее терзать клыкасто, старые раны жестоко ковыряя. Но в этой Вариной заботе любви так много, что Дженнифер сворачивается клубком, плачет лишь сильнее и просит прощения за всё, что только можно.       – Тише, ну чего ты опять. Не надумывай себе лишнего, кошка. Сама же сказала, ты со мной, помнишь? – Варя улыбается игриво, в противовес этому касаясь совсем-совсем осторожно, словно тот самый фарфор с верхней полки сервиза решила протереть.       Дженнифер думает только о том, что любви этой заслужить никогда не сможет. Как минимум потому, что выбирает не Варю. И будто даже не себя.       – Оставайся такой, Варь, пожалуйста. И будь горячо любимой. Всегда-всегда.       Даже если не мной.       Варя вдруг громко цокает и устраивается под боком.       – Я же говорю, слишком много думаешь. Просто спи. – её рука так естественно ложится Дженнифер на талию, что та едва вздрагивает. От колючего, ядовитого осознания.       Она без этого тепла погибнет. Медленно и катастрофически мучительно.       Но даже так в этих объятьях засыпает. С этим невозможным чувством безопасности, с этим обжигающим сердцем в груди.

***

      Утром её разбудят назойливые солнечные лучи и резкая прохлада от уже летнего сквозняка. Комната встретит непривычной пустотой и запиской на краю тумбочки.       Внутри Дженнифер проснётся тревожное и это больное чувство расставания, которое она так долго оттягивала. Бумага в руках слегка мятая, местами с расплывающимися от слёз буквами. ” Извини, не смогла бы тебя отпустить, если бы ты уехала первой. Слишком сильно люблю, не злись;(

Варя. ”

      И как бы невзначай, она оставит свою кофту на одном из кресел. Словно забыла.       Но Дженнифер всё поймёт. В конце концов, они обе всё это понимали ещё с самого начала.

***

*13 апреля 2029 год.

Неизвестный номер: Кошка привет, спишь? 00:23 Неизвестный номер: Я прилетаю. Завтра, в 12. Хочу посмотреть на Апофиса. С тобой. 00:25 Неизвестный номер: Встретишь? Пожалуйста. 00:31

Вы:

Встречу

07:56