Кошмарим Мороу!

Номер Хисоки. Утро. Хисока проснулся с ощущением, что его кто-то рассматривает. Это чувство — знакомое, почти приятное — обычно возникало, когда на арене соперник сканировал его в поисках уязвимостей. Но сейчас... сейчас оно было другим. Мягче, что ли. Он сел на кровати, растрепанный, без грима — бледный, с темными кругами под глазами. Ноутбук так и лежал на журнальном столике, открытый на блоге Мику-Мику. Он читал до утра. — У нее талант, — пробормотал он, проводя рукой по лицу. — Талант к... безумию. Он встал, потянулся — позвонки хрустнули — и направился в душ, стягивая по пути одежду и бросая её на пол. --- Вода была горячей. Пар клубился, оседая на зеркалах. Хисока стоял под струями, позволяя мышцам расслабиться. Мысли все равно возвращались к девчонке. Мику-Мику. Он мотнул головой, смывая пену с волос. Ладно. Найду её сегодня. Заставлю рассказать. Он выключил воду, откинул мокрые волосы назад и вышел из душа. Голый. Абсолютно. Без полотенца. Как делал всегда. Ему нечего было скрывать — его тело было оружием, инструментом, произведением искусства. Пусть смотрят. Пусть завидуют. Пусть боятся. — Хисока-саан! Доброе уууутро! 💚💛 Голос. В номере. Он повернул голову. Микури Мику стояла посреди его гостиной. В его номере. С подносом в руках. — А я тебе завтрак принесла! — объявила она счастливым голосом. — Ты вчера почти ничего не ел! Только виски пил! А Мику волнуется! Утром надо завтракать! Мику сама готовила! Ну, не совсем сама — Мику купила в ресторане внизу, но Мику выбирала сама! Это почти то же самое! Она улыбалась. Смотрела прямо на него. На абсолютно голого. И ничего. Вообще ничего. Ни визга. Ни смущения. Ни попытки отвернуться, прикрыть глаза руками, сделать вид, что она ничего не видит. Она просто... смотрела. Как смотрела на него вчера в баре. Как смотрела бы на новый костюм или интересную карту. С интересом. С восхищением. Без капли смущения. Стоп. Хисока моргнул. Почему она не... Он привык к реакции нормальных людей. Даже мужчины отводили взгляд, если видели. Не потому, что им было стыдно — потому что инстинкты шептали «опасно», «не смотри на хищника», «ты слабее». А эта... — Хисока-сан, — Мику наклонила голову, и её длинные волосы перекатились набок. — Ты чего замер? Мику же сказала — завтрак! Садись кушать, пока не остыло! Она поставила поднос на стол и... сделала шаг к нему. Шаг. Вплотную. Она была где-то на уровне его груди. Подняла голову, заглядывая в лицо. — Ты мокрый, — констатировала она как очевидный факт. — И без макияжа. Ты очень красивый без макияжа, Хисока-сан. Мику всегда знала, но теперь Мику видит. И Мику счастлива! Её взгляд скользнул вниз. По груди. По животу. — И пропорции... — мечтательно протянула она. — 187 на 91... Мику видела цифры, но реальное — это совсем другое! У тебя очень красивые мышцы, Хисока-сан. Не перекачанные, как у тех качков с первого этажа. А такие... Мику нравится. Очень нравится. 💚 Она сказала это так, будто оценивала экзотическое блюдо в ресторане. Без тени смущения. Вот тут Хисока впервые за долгое время ощутил неловкость. Не от того, что он голый. Ему было плевать. А от того, что эту девчонку вообще не смущал его голый вид. Будто она каждый день видела голых мужчин. Будто он для неё был не угрозой, а... экспонатом в музее. Это неправильно. Я должен пугать. Я должен заставлять людей отводить взгляд. А она... — Как... — его голос звучал непривычно. — Как ты попала сюда? — О! — Мику радостно захлопала в ладоши, даже не думая отворачиваться. — Это секрет! У Мику есть свои маленькие хитрости! Ну, не совсем маленькие — большие хитрости! Огромные! — Замки, — выдавил он. — Три замка. Сигнализация. — А Мику не заметила никаких замков! — она искренне удивилась. — Дверь была открыта! Дверь не была открыта. — Мику-тян, — его голос стал ниже. Не угрожающим. Скорее... растерянным. — Ты могла бы... дать мне одеться? — Зачем? — она моргнула большими зелеными глазами. — Мику всё равно уже видела всё. Ну, почти всё. Но Мику же не против! Ты чего стесняешься, Хисока-сан? Мику думала, тебя такие вещи не смущают! Она попала в точку. Его — и правда — не смущали такие вещи. Но он привык, что другие смущались. Привык к власти над их реакциями. Привык, что его голое тело заставляло людей чувствовать себя уязвимыми. А тут... Маленькая. Хрупкая. Безоружная. И ей плевать. Она смотрит на него так же, как смотрела бы на... на банку с конфетами. С радостью. С интересом. Кто ты... Он сделал шаг к ней. Не для того, чтобы напугать — чтобы понять. Она не отступила. Даже не моргнула. Просто смотрела снизу вверх, улыбаясь во весь рот. — Ты не боишься? — спросил он, нависая над ней. — А чего бояться? — она искренне удивилась. — Мику же ничего плохого не делает! Мику завтрак принесла! — Я голый, — сказал он, проверяя. — Мику заметила, — кивнула она. — Тебе холодно? Хочешь, Мику принесет полотенце? Ой, оно вон там висит, прямо за тобой! Она указала пальцем куда-то ему за спину. Хисока медленно закрыл глаза. Сделал вдох. Выдох. Я. Её. Не. Убью. Пока. Он развернулся, спиной чувствуя её взгляд — всё такой же спокойный, без тени смущения, — и снял полотенце с крючка. Повязал на бедрах. Повернулся обратно. Мику стояла на том же месте, чуть склонив голову набок, и улыбалась. — Ну вот, — сказала она удовлетворенно. — Так даже лучше. А то Мику начинала переживать, что ты простудишься. Еда остывает, Хисока-сан! Иди кушать! Она развернулась и упорхнула к столу, напевая что-то себе под нос. Хисока стоял, глядя ей в спину. Почему она... Он не мог подобрать слова. Потому что впервые в жизни его смутило то, что кому-то было всё равно. — Мику-Мику, — позвал он, проходя в гостиную и садясь напротив неё. — Нам нужно поговорить. — Ага! — она кивнула, продолжая болтать ногами (она забралась на диван с ногами, как маленький ребенок). — Мику тоже хочет поговорить! Мику хочет спросить, что ты думаешь о блоге! Ты читал? Правда читал? Мику заметила, что ноутбук открыт на Мику-Мику! Он подавился чаем. — Ты... заметила? — Конечно! — она гордо вскинула подбородок. — Мику заходила ещё час назад! Но ты спал, и Мику не стала тебя будить. Мику сходила за завтраком, вернулась. Она подалась вперед, глаза сияют. — Расскажи! Что понравилось? Что не понравилось? Мику будет исправляться! А ещё — как тебе завтрак? А пропорции Мику правильно оценила? Ты правда 91 килограмм? Ты выглядишь легче! Мику думала, у тебя процентов 8 жира, не больше! Хисока медленно положил палочки. — Мику-Мику. — Да? — Ты видела меня голым. — Ага. — И тебя... это не смутило? Она замерла. Наклонила голову. Подумала секунду. — А должно было? — спросила она искренне. — Мику не понимает, Хисока-сан. Это же просто тело. Твоё тело. А Мику любит всё, что связано с тобой. Так почему Мику должно быть стыдно? Она улыбнулась. Такую улыбку нельзя было подделать. Хисока смотрел на неё секунду. Две. Пять. А потом уголок его губ пополз вверх. — Ты — странная, Мику-Мику, — сказал он, беря палочки обратно. — Очень странная. — Мику знает! 💚 Он начал есть.