Гражданская Война В Вилла Анна
3 июня 2026 г., 07:06
Вполне себе обычный день для Крита — ветер слегка упрощает жизнь под палящим солнцем на острове посреди Средиземноморья. На этом можно было бы и закончить, но у нас есть Ондрей, и его гениальный орешек. Именно этот орешек сказал ему купить три пистолета, с расчётом «будет весело»
Весело было. Пока 107-я комната тоже не купили себе пистолеты, как ответ на провокацию Ондрея. И провели вполне успешную операцию по зачистке 101-й комнаты, по итогам которой невредимым остался только Джавид, и то только потому что его не было в комнате. Но больше всех досталось Шанделю — попадание в глаз, грудь и живот, от Ариши и Соф.
Шандель, не в силах терпеть такое, «позаимствовал» у Ондрея два пистолета из трёх, дав им имена — Шпинель и Опал, потому что гениальность Ebony & Ivory уже занята. Когда вся группа в следующий раз собралась на улице, Шандель мстил постепенно — один за другим прилетали попадания в голову тем, кто в него стрелял в ту ночь — кара настигнет всех. И поэтому досталось всем — кому в зад, кому в ногу, кому в руку. Ему было всё равно, пробьёт ли вода в упор или нет, главное было отомстить — последнее слово всегда было за ним.
Возможно, это противостояние и было тем самым катализатором, что привёл к разразившейся вскоре гражданской войне в Вилла Анна. Ежедневные боестолкновения, десятки выстрелов, многочисленные ранения одежды — это лишь десятая часть от последствий операции «Чик-Чик».
Отдельной страницей в истории гражданской войны в Вилла Анна стоит Битва при Стиралках — стратегическому складу оборудования и материалов для поддержания сохранности рабочей формы Нана Голден Бич. Ондрей в одиночку выбрался держать этот стратегически важный пункт, а Шандель тем временем оккупировал более важный объект — холодильники, в которых не хранилась еда, но хранился алкоголь. Держать объект он посчитал задачей бессмысленной, посему принял решение после отбития очередной волны ограбить холодильники, дабы иметь рычаги давления.
Гражданская война в Вилла Анна продлилась пять дней. Закончилась она ввиду пропажи всего алкоголя с холодильников, а лишних денег на новый ни у кого до зарплаты уже не было. И хотя Шандель мог продолжать гнуть свою линию и расстреливать каждого встречного, когда ему в прицел попала Маритайм…он не стал стрелять. Сердце его в тот момент билось предательски быстро — и это был не адреналин от недавней стрельбы — а что-то, что он забыл, что он даже умеет чувствовать. И это стало точкой в этой войне, но первой строчкой в чём-то новом…
* * *
От лица Шанделя: Справедливости ради, у нас в группе целых 3 Марии, поэтому в целях избежания путаницы я отмечу кто есть кто: Маша - девушка Матвея, полу-блонд, полу-брюнетка(первоначальный вариант – крашеная рыжая) Маритайм - миловидной внешности миледи, в чьих глазах я который день теряю себя Павлова Мария - мне нечего сказать, мы ни разу не общались Мне было непросто отвести прицел в тот момент. Я знал, что должен был выстрелить, убрать разведчика и продолжить держать объект. Идеальный момент - она меня не видит, и она одна. Но даже сквозь очки на её лице, её взгляд в мою тень - её карие глаза, смотрящие мне прямо в прицел без единой мысли о том, что я там и палец у меня на крючке - заставили меня передумать и избрать новый план - избегать столкновений и забрать остатки припасов из холодильников. Даром что этот план оказался бессмысленным, потому что по итогам мирного соглашения, подписанного буквально на следующий день, нам пришлось всё распить в качестве примерения - литра 3-4 различного виски и водки на человек 15, ещё буквально вчера стрелявших друг в друга во имя собственных идей. Впрочем, атмосфера примерения продлилась недолго - Валера уже который раз пытался меня вывести и выставить идиотом. Это такой человек, которому говоришь "нет, нельзя", а он всё равно без спроса тянет руку и берёт орешки, которые ты купил за собственные деньги. Ценой таких орешков, которые всё равно оказались на земле, для него стало пиво, опрокинутое ему на штаны, а так же чья-то незадачливая чашка, которая вполне могла расфигачить мне череп будь я немножко невнимательнее. Я же отделался лёгким попаданием стула в свой пушистый зад и чувством выполненного долга - и надеждой, что хоть после этого люди вокруг меня будут умнеть. Впрочем, тик-ток головного мозга в терминальной стадии уже не лечится - жалкое зрелище: человек не может ничего, кроме как 20 часов залипать в телефон, а оставшееся время при общении с людьми вести себя соответствующе. Что самое печальное, это не единичный случай...
