Рассвет после долгой ночи

            Темнота медленно поглощала всё на своём пути. На поле, слабо видневшемся вдали, не дул даже самый слабый поток летнего ветерка. Эта ночь отличалась странным штилем. Высокое здание возвышалось над длинными пшеничными полями. Оно было тёмным и тихим. Словно человек, давно потерявший смысл своей жизни. Серые, грязные окна, долгими рядами, тянулись по периметру всей постройки. Одно из них было чуть приоткрыто. На подоконнике в небольшой комнате сидел человек. У него было худое телосложение и плохая осанка. Он сидел там, прижав коленки к груди, и наблюдал. Наблюдал за замеревшими пшеничными колосками. Наблюдал за лисами, шныряющими по полю, в надежде найти еду. Наблюдал за небом, которое не хотело выпускать луну из-за туч. В этом месте была закономерность. Как бы ярко не светила луна — она всегда будет спрятана за тучами. Даже если днём небо было чище белого холста. Даже если дул сильнейший ветер. Возможно, это место было обречено на вечную темноту. Было уже долго за полночь, но сон не шёл. Холод пробирался под кожу, заставляя мальчика ёжиться. Тонкий слой одежды не спасал. Запястья, скрытые длинным рукавом рубашки, побаливали из-за дневного наказания. Так несправедливо. Дэмиан ведь не виноват. Это ведь в него влетели и разлили порцию отвратительного супа. Посмотрев на поле, мальчик заметил фигуру высокого человека, идущую сквозь высокую траву. Он заканчивал свою смену и возвращался в здание ровно в три. Это означало, что пора ложиться в постель. В три, воспитатели обязательно проверяют комнаты детей. Тихо слезая с подоконника, Дэмиан сглотнул. Длинные, тёмные кудри беспорядочно лезли в лицо. Он не мог пересчитать сколько раз над ним смеялись из-за "девчачих" волос. Или сколько раз он пытался их срезать. Резкий, громкий скрип раздался по коридору. За ним последовали быстрые и тяжёлые шаги. Они направлялись прямо к комнате мальчишки. В панике оглядевшись, он бросился на кровать. Половицы предательски застонали под босыми ногами. В секунду, когда он прыгнул на кровать, дверь открылась. Она с грохотом распахнулась, наверняка разбудив большинство сирот. Замерев на кровати, мальчик не смел даже вдохнуть. По его наблюдениям, это не помогало. -Наш особенный Харт снова не спит как я вижу! — резкий и довольно грубый голос воспитательницы раздался прямо над его ухом. Зажмурив глаза, мальчик перестал двигаться, в надежде, что смотрительница забьёт на него. Это происходило в большинстве случаев. Но не в этот. -Отвечай мне чёртов мальчишка — тяжёлая хватка легла на затылок Дэмиана, поднимая его в сидячее положение. -Завтра без завтрака. Даже не думай спускаться утром. — женщина бросила мальчика обратно на кровать, оставляя жгучую боль в затылке. Желудок неприятно сжался. Зажмурившись, Дэмиан свернулся в углу кровати, готовясь к худшему. На его удивление, дверь захлопнулась и надзирательница ушла. Он остался утопать в несправедливости. Совсем один.

***

Следующее утро он провёл в постели. Желание вставать отсутствовало, также как и силы. Никаких раздумий не требовалось, чтобы понять, что он заперт. Это было довольно банально если учитывать предыдущие наказания. Несмотря на это, чувство несправедливости бурлило и заполняло Дэмиана до краёв. Это было странно. Очень странно. Солнце висело прямо над полем, когда мальчик поднялся с кровати. Его комната находилась прямо под навесом, преграждая путь тёплым лучам света. Выглянув в окно, он увидел девочек, бегающих по полю. Он их видел. Раньше в столовой. На вид им было лет по пять. Они беззаботно прятались за высокими колосьями и громко смеялись. Дэмиан бы хотел себе такое детство. Такое спокойное, наполненное весельем и счастьем. Не то, что было у него. Он помнил как его толкали с лестницы, а потом говорили, что он споткнулся о своё платье. Разве Дэмиан был виноват в том, что выглядел "по-девчачьи"? Тем более платья там не носили даже девочки. Лишь воспитательницы. Их жадность не позволяла им спустить даже пенни на платья для подопечных. При этом, им хватало денег на то, чтобы расселить мальчиков и девочек по разным корпусам. Это было глупо. Говорят, что девушки из старшего корпуса по ночам сбегали в комнаты их возлюбленных и никто их не останавливал. Ходят слухи, что пару раз одну из таких поймали, но наказания не было. Иногда, мальчику казалось, что наказания получает только он. Столько раз его "случайно" толкали и каждый раз никто, кроме его самого, не получал наказание. Несправедливо. Хотя может это была его участь. Он читал в книжках, что если в прошлой жизни у человека была плохая карма, то в следующей ему придётся платить. Дэмиану всегда было интересно, что же такого он сделал в прошлой жизни. Может он над кем-то издевался, как сейчас издевались над ним. Может он совершал плохие поступки. Несправедливо.

***

Кромешная тьма поглощала комнату, когда замок тихонько щёлкнул и дверь приоткрылась. Это было очень снисходительно со стороны воспитателей. Значит его всё-таки пускали на ужин и он не останется голодать. Спускаться не хотелось. Там другие дети, что будут бросать на него осуждающие взгляды и перешёптываться за спиной. Там будут воспитатели, что как всегда будут следить только за ним. Только для того, чтобы дать очередное наказание. Его с детства учили быть как все. Таким же серым и скучным. Каждый день на протяжении четырёх лет к нему заходили и пытались отстричь его волосы. Он всегда отказывался. Когда ему исполнилось девять, смотрительницам это надоело. Они больше не приходили к нему. И не давали ножниц. Или любых других острых объектов. Тогда, он обрадовался, но его радость не продлилась больше трёх дней. Волосы, отрощенные за четыре года, начали считаться девчачьими, а подстричь их он не мог. В первый и последний раз, он посчитал, что решение воспитательниц было правильным. В первый и последний раз. Когда желудок начал неприятно сжиматься, мальчик наконец-то встал. Снизу слышался смех и громкие голоса детей. Таких счастливых и беззаботных. Медленно выйдя из комнаты, Дэмиан тихо направился вниз. Его целью было не издавать ни единого звука. Так, чтобы когда он спустился, его не заметили. Встав прямо перед лестницей, мальчик замер. Он видел чьи-то волосы справа от лестничного пролёта. Чьи-то очень знакомые волосы. Встряхнув головой, он направился вниз. Тихо ходить он научился ещё давно. Тогда, когда ему не давали есть неделю и приходилось воровать. -Ой посмотрите наша принцесса соизволила явиться — язвительный голос раздался справа от лестницы. Дэмиан замер. Все остальные тоже. Воспитателей в столовой не было. Только дети. Только дети его корпуса. Десять пар глаз презрительно обвели мальчика взглядом. -Неужели ты проглотила язык принцессочка? — выйдя из-за лестницы, мальчик наклонился прямо к Дэмиану. Его светлые волосы падали на лицо, скрывая холодную ухмылку. Светлая рубашка подчёркивала худое телосложение. Он не был красивым. Возможно он был уродливее, чем Дэмиан. Почему тогда над ним не смеялись? -Крис она не ответит. Небось испугалась — насмешливый голос раздался из глубины столовой. Дэмиан знал этого мальчика. Он пришёл совсем недавно. Воспитатели говорили, что его родители бросили его тут. В какой-то степени, мальчику было его жалко. Он бы не хотел, чтобы его родители сдали его в детский дом. Он ведь даже не знал своих родителей. Не помнил как они выглядели или как они говорили. Издевались ли над ними также как издевались над мальчиком? Смешки стихли и, кажется, все вернулись к своим прежним занятиям. Опустив голову, Дэмиан пошёл вперёд. Непослушные пряди волос беспорядочно ложились на плечи. Глаза Криса загорелись. Тихо идя за мальчиком, он безостановочно шарил рукой в карманах. Словно искал что-то очень важное. Приложив палец к губам, он резко дёрнулся, оказываясь в нескольких дюймах от Дэмиана. Тот, казалось, даже не заметил. Всё произошло меньше чем за пять секунд. Затылок пронзила острая боль от натяжения волос. Она продлилась пару секунд и исчезла. Всё замерло. Шея покрылась мурашками от непривычной наготы. Стоп. Дэмиан медленно поднял руку к волосам. Они больше не лежали на его плечах. На секунду, он понадеялся, что их срезали. Лишь на секунду. Правда оказалась куда страшнее. На его голове, всего лишь за несколько секунд, появился хвост. Он был красивым, аккуратным. Перевязанным тонкой, синей ленточкой. Глаза Дэмиана резко распахнулись. Столовая наполнилась смехом. Кто-то падал и чуть ли не рыдал от смеха. Кто-то без конца тыкал пальцами. Кто-то просто смотрел. Так презрительно. Так высоко. -Вот какая красавица — поставив руки на бока, Крис удовлетворённо оглядел своё творение. -Наша принцесса наконец готова выходить в свет! — Дэмиан мог чувствовать как краснеют кончики его ушей. Как дрожат колени. -Может ей ещё бантик? — крикнул кто-то из толпы. Тогда-то посыпались идеи. Кто-то предлагал платья. Кто-то — стащить у директрисы каблуки. У кого-то, не пойми откуда, появился макияж. Всё смешивалось воедино. В этот момент Дэмиан заметил её. На входе в столовую. Миссис Стоункрафт. Директриса. Женщина средних лет. Стояла и смотрела прямо в глаза Дэмиана. Она ведь могла помочь. Нет. Отвернувшись, та лишь прикрыла рот рукой и тихо засмеялась. Никакой поддержки. Никакой помощи. Это было последней каплей. Срывая ленточку и пару прядей вместе с ней, Дэмиан бросился наверх. Слёзы начинали быстро и безостановочно течь по щекам. Несправедливо.

***

Капли ледяной воды стекали по лицу мальчика. Волосы прилипали ко лбу и тут же отлетали назад. Грязная, дождевая вода, смешивалась с солёными слезами. Когда-то Дэмиан любил это место. Прибегал по утрам и проводил весь день, сидя на тёплом полу. Он помнил как крал книжки из библиотеки только, чтобы почитать их там. На одну книгу уходило пару дней. Они занимали большую часть в сердце мальчика. Там всегда было тепло. Месту было плевать на погоду или время года. Или на тонкие стены. Оно просто существовало в тепле и уюте. По стеклянным окнам всегда бегали насекомые. Они были вечно заляпаны. Даже после мытья. Никто не мог открыть их. Потому что Дэмиан запирал. Потому что Дэмиан хранил ключ. Потому что Дэмиан открывал. Всё помещение было завалено хламом. Возможно он и сохранял тепло. Мальчик никогда не обращал на это внимания. Хлам да хлам. В правом углу лежали дырявые одеяла. На них было комфортно лежать и читать. До одного момента. Тот день остался, навечно выргавированным, в памяти Дэмиана. При каждой удобной возможности он всплывал и заставлял мальчика почти плакать. Это было невыносимо. Он всегда оставлял книги разбросанными по полу. Они бесприкосновенно лежали на деревянных половицых неделями. Так заманчиво для уничтожения. Для всех. Для крыс, пробравшихся в здание и погрызших всю бумагу. Для воспитателей, что нашли новую причину наказания. Для Криса, что выставит книги как что-то плохое. Это ведь не плохо. И не смешно. И книги точно не стоит скидывать в бочку с бензином. Однако, склад ума Криса ведь отличался. Дэмиан не смог достать их. Пытался до последнего. Даже сам застрял. И вылез сам. После двух дней бездействия. После этого он не ходил туда. И не читал. Даже на книги не смотрел. Боялся. И за себя и за них. Капли ледяной воды стекали по лицу мальчика. Волосы прилипали ко лбу и тут же отлетали назад. Грязная, дождевая вода, смешивалась с солёными слезами. Он стоял на подоконнике старой кладовки. Той, которую когда-то называл домом. Дождь яростно влетал в открытые окна, с ног до головы обливая Дэмиана. Синяя ленточка давно улетела куда-то на поле. Запачканная и порванная, она лежала под пшеницой. Грэйси Блэквуд третий час рыдала из-за потерянной ленточки. Взгляд Дэмиана то и дело метался к лесу. Лишь слабые очертания елей виднелись за длинными полями, растягивающимися на километры. Что там, за ними? Может там живёт большая, добрая семья со своей фермой? Или там деревенские девушки собирают грибы. Дэмиан слышал. За лесом была большая деревня. Иногда оттуда приходили люди и приносили одежду. Или еду. Или — в редких случаях — кто-то забирал детей. Однако чаще всего детей отдавали. Дэмиана всегда наблюдал за этими семьями. Некоторые дети кричали на своих родителей и говорили, что предпочтут жить в детском доме. Мальчик никогда не понимал таких детей. Всё, о чём он мог мечтать была лишь семья. Любящие родители, может братья и сёстры. Разве это не мечта? Сейчас не было ничего. Даже того места, что он когда-то называл домом. Всё словно стёрлось. Навсегда.

***

Постепенно, слёзы высыхали. Они оставляли сухие, блестящие дорожки, что неприятно сдавливали кожу. В какой-то момент это стало невыносимым. За окном всё ещё лил дождь. Теперь там была глубокая ночь. Все уже спали крепким сном. Удовлетворённые после "новой причёски" Дэмиана. Это убивало. Морально и физически. Голова раскалывалась от множества попыток сорвать скальп с головы. Возможно, это бы помогло. Тогда у него бы пропали волосы. Перед мальчиком бегали крысы. Толстые и большие. Дэмиан не боялся, что его покусают. Крысы никогда его не трогали. Когда-то давно он считал их лучшими друзьями. Жаловался на издёвки, рассказывал про книги. Иногда, некоторые садились и подолгу слушали мальчика. Словно понимали. Это было приятно. Крыс ведь тоже ненавидели. Также как и Дэмиана. Однако, если бы они его понимали, то не съедали бы его книги. Но крысы всегда сбегали. Совершали что-то ужасное и скрывались, оставляя все улики. Часто, Дэмиан представлял как он делал то же самое. В какие-то моменты ему это хотелось. Каждый раз он осознавал, что не сможет. Не сможет оставить всех. Не сможет сбежать, совершив что-то ужасное. Не сможет сделать ничего. Как бы сильно он их не ненавидел. Хотя сбежать ему хотелось. Скитаться по просторам ночи и спать на стогах сена. Возможно, он бы пришёл куда-то и его бы полюбили. Разве это не мечта?

***

Момент настал. Момент когда всё бы решилось. Момент когда жизнь Дэмиана бы досконально изменилась. Солнце медленно поднималось над горизонтом. За дверью кладовки были слышны тихие голоса смотрительниц и маленьких детей. Дэмиан мог бы оставаться в кладовке до конца дня. Мог бы остаться там навсегда. Там была еда. Её было много. Крупы, хлеб, семена. Даже бочки воды стояли в углу. Всё, что нужно для счастливой жизни. Однако, через время, кто-то всё-таки зайдёт туда. Тогда будет плохо. Если это будет воспитатель, то его сильно накажут. Неважно то, что во время его отсутствия никто даже не вспомнит про худого мальчика с длинными волосами. Хотя если зайдёт другой мальчик, то будет ещё хуже. Его всю оставшуюся жизнь будут называть подвальной крысой. Может даже будут запирать в других кладовках. Другие кладовки были страшнее, чем эта. В них не было окон. Они были тёмными и холодными. Когда-то давно, по детскому дому ходил слух, что какую-то девочку заперли в одной из кладовок и никогда не выпускали. Кто-то даже говорил, что видел её призрак. Дэмиан боялся её. Хотя в какой-то степени, ему хотелось быть таким же. Стаь призраком. Ничего не чувствовать. Пугать остальных. Это было бы интересно. Но не надолго. Быть призраком тоже скучно. Мальчик читал, что они не могут брать предметы. Тогда он даже книжку почитать не сможет. Проведя не больше тридцати минут за раздумьями, он не заметил как встало солнце. Наверное, на дворе уже шесть утра. Сон быстро и заманчиво захватывал тело мальчика. Он не спал всю ночь и половину прошлой ночь. Сонливость быстро взяла верх. Через пять минут, Дэмиан уснул. Его положение не было самым лучшим для сна. Физически и морально. Дверь в кладовку не была заперта. Окна тоже. Любой ребенок, решивший, что кладовка — лучшее место для пряток, мог с лёгкостью найти его. Вряд-ли этот ребёнок был бы с ним знаком. Обычно, дети его корпуса не играют в прятки. Этот маленький мальчик бы просто сообщил воспитателям и тогда настал бы конец. Тем не менее, сон Дэмиана получался крепким и здоровым. Он спокойно мог бы проспать весь день. Потом проснуться ночью и поесть. Потом проспать весь следующий день. Это звучало хорошо. Он бы не пересекался с Крисом и другими ребятами. Воровать еду стало бы намного легче. Жизнь стала бы намного легче. Нет. Наивно было предпологать, что всё окажется так просто. Кто-то бы вошёл в кладовку. Рано или поздно. И кто-то вошёл. Слишком рано. Были шаги. Неукуклюжие, детские. Совсем не похожие на Криса или кого-то из корпуса Дэмиана. Маленький мальчик с каштановыми волосами. Пухленький. Счастливый. Кто бы не был счастливым, когда твоя мать директор детского дома. Он вошёл тихо. На носочках. Не издавая и звука. Идя лицом к двери, он совсем не замечал Дэмиана. Зря. С громким стуком, он запнулся о спящего мальчика. Вскрикнув, он пополз к двери. -Это призрак! — визжа и дёргаясь, он выбежал за дверь. То, что было позже, Дэмиан плохо запомнил. Он проснулся из-за больной хватке на голове. Его куда-то тащили. Он слышал смех. Чувствовал презрительные взгляды. В ушах звенели крики смотрительницы. Всё смешалось воедино. В какой-то момент это стало тише, чем шёпот парочек, целующихся в пшеничном поле под наивным взглядом Дэмиана. Он не слышал ничего. От слова совсем. Его куда-то бросили. На твёрдый, холодный пол. Он слышал щелчок замка. Он был заперт. Совершенно один. В полной темноте. Провалившись в глубокую бездну сна, мальчик пролежал больше двенадцати часов. Когда он наконец очнулся, первым его чувством был животный страх. Комната была погружена в кромешную тьму. Тут не было ламп или фонарей. Лишь слабый, совсем мутный свет луны из небольшого окна. Смотря туда, Дэмиан чувствовал себя как в тюрьме. Окно было и вправду маленькое. Хотя если подумать, он бы смог туда вместиться. Надо лишь найти способ до него добраться. В помещении должны были быть стулья. Или столы. Или мешки. Или что-то, на что можно встать. Не может комната быть полностью пустой. Он не ошибся. Комната не была пустой. Однако то, что он нашёл было далеко не стулья или столы. Это были книги. Большие стопки толстых книг. Они были совсем разные. Каждую из них Дэмиан уже читал. Ему говорили, что все они были погрызаны крысами. Он хотел расплакаться и обнимать свои книжки, пока не умрёт. Но времени не было. Ему стоило торопиться, если он хотел вылезти из этого окошка до рассвета. Хотя кто знает. Ему ведь даже время не известно. Может сейчас только стемнело и никто ещё не спит. Или сейчас уже почти утро и через минуту начнётся рассвет. Всё было возможно. Собрав большую лестницу из книг, Дэмиан поднялся к окну. В момент, когда он хотел выглянуть, резкое осознание пришло к нему в голову. Он не мог быть в самом доме. Там не было таких комнат. Даже кладовок таких не было. Сама идея била под дых. Зажмурившись, он выглянул в окно. Широкие просторы полей и лесов открывались ему. Он не видел этого со второго этажа своего корпуса. Такое можно было увидеть только с десятого этажа северной башни. Любые разговоры про башню сопровождались страхом и тихой дрожбю в голосе. Казалось, что даже смотрители боятся этого места. Странно. Посмотрев вниз, мальчик ужаснулся. Высота пугала. Минимум метров двадцать, а то и тридцать. План побега быстро отошёл на второй план. Даже спускаться вниз по книгам стало страшно. Но ведь он не должен сдаваться. Никто из его любимых книг не сдавался. Чем он хуже их? Может когда-нибудь и про него напишут книгу. Снова выглянув в окошко, Дэмиан заметил старый водопровод ведущий вниз к земле. Он выглядел скользким. И мальчик никогда не умел спускаться по круглым предметом. Однако попытаться стоило. Это был единственный шанс на побег. Побег. Это слово звучало так по-новому на языке Дэмиана. Так красиво и заманчиво, но в то же время так пугающе. Зажмурив глаза, мальчик вылез. В панике вцепившись в трубу, он завис в воздухе. А потом полетел. Быстро. Чуть-ли не со свистом. В какой-то момент это стало весело. Скользить вниз по водопроводу. Потом, труба начала скрипеть и шататься. Дэмиан посчитал, что это нормально. Он бы тоже начал скрипеть после минуты с человеком на спине. Потом что-то щёлкнуло. И Дэмиан полетел. Быстро. Со свистом. По воздуху. Под ним были длинные десять метров и ровная земля. Где-то там темнели телеги с сеном. Но ведь это всего лишь галлюцинация. За спиной был водопровод, что так безжалостно скинул мальчика вниз. Вот и настал конец. В последний раз зажмурив глаза, Дэмиан отдался полёту. Ему нравилось чувствовать себя так. Словно он птица, летающая по безграничному небу. Такой свободный и независимый. А потом что-то больно ударило мальчика по ногам. И спине. И рукам. И лицу. Он не чувствовал себя мёртвым. Он мог спокойно шевелить пальцами. Мог крутить головой. Открыв глаза, он почти закричал. Прямо под его босыми ногами лежал густой стог сена. Мальчик мог поклясться, что раньше его не видел. Когда летел. Когда смотрел из окошка. Словно чудо. Такое сладкое и приятное. Он посмотрел наверх. Это был первый раз, когда он видел детский дом снаружи. Он посмотрел вперёд. На поля и леса. И почувствовал себя таким свободным. Словно снял железные оковы, удерживающие его всю свою жизнь. Словно научился летать. Поднявшись со стога, мальчик побежал. Быстро. Без оглядки. Долго и далеко. Когда он впервые обернулся, место, где он провёл всю свою жизнь, стало жалкой тчокой на горизонте. Это было так абсурдно. Не выдержав, Дэмиан рассмеялся, падая на мягкую траву. Ноги слабо покалывало от долгого бега без обуви, однако его это не волновало. Он остался сам с собой. Не в маленькой, пыльной комнатке, а в широком поле. В просторах ночи. Мальчик не знал, что будет делать дальше. Не знал куда пойдёт или где будет жить. Он знал одно. Никогда в жизни, он больше не вернётся в тот детский дом. Впервые, эта мысль его не пугала.