Трамвай до конечной

Было теплое лето, за окном дул ласковый ветерок, а на улице Зеленограда уже опускались закатные лучи солнца. Две девушки, гуляя, шли под ручку и ели мороженое, находясь в противоположной стороне от своего дома. Неожиданно в светлую голову Горе, пришла гениальная мысль, которую она поспешила озвучить. — Са-а-ш, а давай до дома на трамвае доедем, как в детстве, — радуясь своей же фантазии и подпрыгивая, произнесла Сычёва, чуть не измазав рожком свою партнершу. — Детка, мы на другом конце города, ты представляешь, сколько мы будем добираться до дома? — вопросительно изогнув бровь, спросила блондинка. — Ну пожалуйста, Сашенька, я так хочу! — хлопая глазками и переминаясь с ноги на ногу, продолжала упрашивать Лиза. — Ты и мертвого уговоришь, только обещай без дополнительных приключений, — протянула старшая. — Конечно, конечно, обещаю, — хитро сверкнув взглядом и ухмыльнувшись, произнесла в ответ брюнетка. — Наверное... — с тихой умешкой добавила Лиза,но Саша не услышала этих слов На дворе стоял июль, и приятное тепло разливалось по всему телу, ведь было не так жарко, как днем, но и не так холодно, как ночью. Судя по погоде, девушки оделись легко: Горе в своём привычном стиле: лёгкие чёрные шорты и белая футболка, а Александра шла в серых джинсовых штанах и голубой майке. Подходя уже к остановке, Мироненко немного замедлилась. — Не замерзла? Холодает уже, — обвивая руками талию спутницы, спросила она. — Пока ты рядом, совсем не холодно, Са-шу-ля — сладко протянула младшая, и, заметив трамвай, приближающийся к ним, она направилась к остановке, мягко перехватив ладони своей девушки, чтобы ласково сомкнуть пальцы на бледноватом запястье и повести вперед. Заваливаясь в старый и обшарпанный трамвай, девушки оплатили проезд и сразу же огляделись в поиске места. Проходя в самый конец вагона, они уселись, заглядывая в серое окно, что рисовало прекрасный вид на парк городка, который освещали новые лампы. Народу в вагоне было не так много: было уже почти полночь, да и, остановившись возле улицы Рождественской, толпа людей, что так спешили домой, вывалилась из душного транспорта, ничего не подозревая. До дома оставалось около пяти остановок, и Горели, оглядевшись, поняла, что они остались одни, кроме водителя. Сычёва молча потянула руку под футболку своей девушки и провела ноготками по подтянотуму животу поднимаясь выше к топу, прикрывавшему грудь. — Лиз, ты что творишь, мы же договаривались..— ошарашено спросила Мироненко у своей непоседливой девушки. — Играюсь, — ухмыльнувшись, произнесла та в ответ. Дальше, заводя руки под топик и сминая полушарие левой груди, она обвела пальцем ореолу соска, несильно сжав. Саша же, обалдев от столь неожиданных действий, зависла на секунду и глубоко вздохнула, перехватывая руку Горе. — Мы не будем заниматься сексом в трамвае, — злостно прошипела блондинка, — и тем более ты обещала мне без глупостей. — Саш-ка, какие же это глупости? Разве тебе не было приятно и разве тебе не хочется добавить огня в наши отношения? Тем более я все равно тебя не спрашиваю, — стрельнув светло-карими омутами, проговорила девушка с фиолетовыми волосами. Продолжая свою игру, Лиаз полезла рукой в шатны старшей, расстегивая ширинку, и сразу же проникла под белье, чувствуя влагу на своих пальцах. — Оу, а ты говорила, что мы не будем трахаться здесь, а сама потекла только от одного моего касания, — ехидно протянула младшая. — Прекрати, Горе... — ели слышно простонав, произнесла блондинка, так как пальцы девушки уже начали массировать клитор, кружась около входа. — Чем больше ты просишь остановиться, тем больше я буду продолжать. Просто откинься и наслаждайся. Рука Сычёвой начала ускоренно массировать головку клитора, и тут же, утягивая в поцелуй блондинку, провела языком по нижней губе старшей, играясь с нижними зубами. Саша уже не могла сдерживать стоны от такой экстремальной ситуации с сумасшедшей Елизаветой, и от того, что два пальца резко вошли в нее, выбивая стоны. — Тише, ты же не хочешь, чтобы нас обнаружили, — произнесла Горели, которая сама уже изрядно возбудилась от вида разморенной блондинки. Грубые толчки, ели слышные стоны в поцелуй и остановка, на которой заходит женщина — глаза Мироненко тут же округлились от осознания того, что их могут застать врасплох в такой по-блядски неправильной позе, а Горе же будто бы, наоборот, вошла в азарт и начала остервенело давить на переднюю стенку, при этом продолжая большим пальцем массировать клитор. Блондинка задохнулась в немом стоне и сжала пальцы своей девушки. В этот же момент младшая закрыла рукой рот своей партнерше, чтобы женщина, севшая впереди девушек, в самом начале вагона, ни за что бы не догадалась, чем они занимаются. Выходя из девушки и пошло облизывая два своих пальца, кареглазая хитро прищурилась и поцеловала в уголок губы напротив. Блондинка же, злостно стрельнув взглядом и решив отомстить, резко уселась на колени перед Сычёвой и сразу, грубо проникла в шорты, надавила на чувствительное место через нижнее белье. — Са-а-а-аш, а если она увидит, что ты передо мной сидишь, — задохнувшись в стоне, шепотом произнесла Лиза. — Заткнись, — коротко и лаконично ответила блондинка. Грубые пальцы тут же отодвинули нижнее белье, а длинный язык Мироненко прошелся по бедру девушки, вызвав короткий стон. Саша же, зная как девушку возбуждает ее язык, не могла не продолжить: облизывая бедра, она поднималась к животу, благо уже опущенные шорты позволяло, а рукой же проникая под майку потянулась к груди младшей, что была скрыта одними лишь бретельками. Одновременно, взяв сосок и прокрутив его, Мироненко прикоснулась к половым губам и сделала несколько мазков на пробу, поднимая глаза и рассматривая партнершу снизу вверх. Еще больше возбудившись от такого томного взгляда, шатенка зажала свой рот рукой, чтобы не выдать вырывающиеся стоны, а Саша же продолжала лизать и оттягивать большие половые губы, посасывая клитор, чтобы после сразу же проникнуть разрезанным языком в нутро девушки. Горе ахнула от такого напора. Старшая не останавливалась: войдя одним пальцем, присосалась к головке клитора губами. Набирая темп, девушка надавила на точку внутри, от прикосновения к которой у фиолето волосой посыпались искры из глаз, а ноги пробило дрожью так, что по щекам скатились несколько слезинок. — О Боже, — тихо прошептала она, Саша всё также зажимая рот рукой. Мироненко, ухмыльнувшись, сделала еще пару движений и вышла из обездвиженного тела, которое все еще пробирало дрожь от близости. Тем временем трамвай беззвучно подъехал к конечной остановке, двери в вагонах открылись, и девушки вышли. Дома же Елизавета, тихонько посмеиваясь, спросила: — Ну как тебе дополнительные приключения?) — Это был первый и последний раз когда я соглашаюсь на такое. Так что я надеюсь, что тебе не взбредёт в голову повторить такое.