выпускницы

Несколько недель пролетели незаметно, и вот уже октябрь вступил в свои права. Родители Тойи уехали по делам, оставив дом на попечение старшего сына, а его младшие братья и сестра разбежались по своим друзьям и партнёрам. Воспользовавшись этим, Даби, недолго думая, пригласил Кейго к себе. А Таками, в свою очередь, решил собрать всю их дружную компанию: Тогу, Томуру и Хадо. Разослав им всем одно и то же сообщение: «Все приходим к Даби в 12:00! Давайте отметим, что мы пережили первый месяц учёбы!» Так и получилось, что вся компания, вооруженная множеством пакетов со вкусняшками, собралась в просторном доме Тодороки. Даби, который, по-видимому, рассчитывал на тихое уединение со своим парнем Таками, теперь одаривал всех присутствующих взглядом, полным праведного осуждения. Кейго, словно в насмешку, решил, что будет совсем наоборот. — Ну что, друзья! Поздравляю всех с успешно пережитым первым месяцем учёбы! И особенно нашу малышку Химико с тем, что ей удалось заполучить номер телефона её пассии! — радостно воскликнул Кейго, которого все в их компании называли Ястребом за его невероятно острый глаз и внимательность. Он тут же включил какой-то фильм на большом экране, но его никто не смотрел. Все были заняты тем, что оживленно общались, делясь новостями и событиями, произошедшими за прошедший месяц. — Оказывается, наш учитель истории встречается с математиком! — радостно воскликнула Неджире Хадо, прикрыв рот рукой от волнения и едва не подпрыгнув. На её слова все рассмеялись, а потом каждый стал что-то бормотать в ответ, но Химико не услышала деталей. — Кудо и Йоичи? — спросила блондинка, неловко оглядываясь на друзей. Именно в такие моменты ей казалось, что она чужая. Все в их компании были одиннадцатиклассниками, и у них были одни и те же преподаватели, в то время как Химико училась в девятом классе и имела совсем других учителей. Эта разница заставляла её чувствовать себя растерянной после новости о романе их преподавателей. — Да, верно говоришь! Именно они! — тут же разбавил обстановку Кейго, приобняв Тогу за плечи, чтобы та не чувствовала себя лишней. Это ведь он когда-то притащил её в свою компанию, заметив, что она всегда ходит одна. Кейго, в некотором смысле, увидел в ней себя, когда все сторонились его, зная о его родителях-алкоголиках. Именно Таками стал её первым настоящим другом, всегда поддерживающим и понимающим. Тога благодарно улыбнулась действиям старшего, а потом неловко оглянулась на лица друзей, которые, кажется, на мгновение забыли о разнице в их классах и вновь погрузились в свои беседы. Даби, не слишком заинтересованный в общих темах, демонстративно удалился на кухню, вероятно, в надежде на хоть какое-то уединение среди оставшихся там гостинцев. Младшая не знала, что делать, и просто слушала их разговоры об учителях одиннадцатых классов, пытаясь разобраться, кто есть кто из преподавателей. Только ученики 9А знали некоторых учителей старшей школы, так как их, за хорошую успеваемость и дисциплину, иногда перенаправляли к преподавателям 10-х и 11-х классов. Но Химико не была из 9А. Спустя некоторое время Химико обнаружила себя вдвоём с Шигараки и Неджире, которые продолжали оживлённо обсуждать преподавателей и их весьма специфические требования. Кейго и Тойя, видимо, решили, что их миссия по "развлечению" гостей завершена, и уединились в другой комнате, оставив остальных предоставленными самим себе. Чувствуя себя ещё более неловко, Тога встала и тихонько проскользнула в ванную комнату. Встав перед зеркалом, она несколько минут просто всматривалась в своё отражение, словно пытаясь найти что-то неуловимое. Наконец, нервно схватившись за волосы, она машинально поправила чёлку, вновь уставившись на себя. Проблемы с принятием себя преследовали её с самого детства, становясь неизменным фоном её жизни из-за бесконечных упрёков родителей, странных взглядов одноклассников и осуждающих слов знакомых. Все они твердили ей о её "странности", которую она научилась подавлять, но память о её маниакальной тяге к крови до сих пор жила в их головах. Девушка до сих пор вспоминала все гадкие слова, сказанные в её адрес, и порой они настигали её, подобно острым шипам. Неожиданно её телефон завибрировал. Очако написала ей, и Химико, с усилием, постаралась выдавить из себя улыбку. Урарака отправила простое: «Привет! Давай сходим погуляем, если ты не против, конечно!» Именно в этот момент на лице Тоги расцвела по-настоящему искренняя улыбка. Быстро написав Кейго короткое сообщение о том, что она уходит на прогулку с Чако, она поспешно надела куртку, натянула ботинки и, не прощаясь ни с кем, выскользнула из дома Тодороки. Она отправила своему "тортику" ответ: «Приветик! Отлично! Куда мне подойти?» Ответ пришёл моментально, и Химико, следуя указанному адресу, уже не шла, а почти бежала навстречу своей мечте, не в силах сдержать радостную улыбку. Сама Очако пригласила её погулять! Та, в кого она была так сильно влюблена! Это был самый лучший день в её жизни, превосходящий все ожидания. Наконец-то, увидев Урараку, Химико буквально бросилась ей навстречу, заключив в крепкие объятия и не скрывая счастливой улыбки. — Куда пойдем? — звонко спросила блондинка, сияя. — Давай в кафе зайдем? — предложила брюнетка. Получив радостный кивок, она взяла Химико за руку и повела в свою любимую кофейню, что была совсем недалеко. Придя туда, они заказали себе по кофе с десертом. Сначала повисла легкая неловкость, нарушаемая лишь тихим шумом кафе, пока Химико не решилась первой нарушить молчание. — Как тебе учебная неделя? Наверняка прошла отлично, да?С таким-то классом, — последнее Тога прошептала почти неслышно, скорее себе под нос, чем Очако. В её голосе звучала едва уловимая нотка зависти, смешанная с восхищением, но Урарака, увлечённая мыслями о своём энергичном классе, эту тонкость не уловила. Чако, не услышав последних слов, воодушевлённо заговорила о своём коллективном классе, о том, что там выделяется только Кацуки, да и тот скорее своей взрывной натурой, чем чем-то ещё. — Бакуго недавно на химии чуть не взорвал волосы Тодороки! — воскликнула Урарака, её глаза расширились от живых воспоминаний, а руки чуть раскинулись, чтобы изобразить тот самый взрыв, который Каччан умудрился создать на уроке. Звук её голоса звенел от волнения, и она даже слегка подпрыгнула на стуле, словно переживая инцидент заново. — Представляешь! Хорошо, что взрыв был не таким серьёзным, и все успели спрятаться под столы! — вздохнув, облегчённо произнесла Урарака, явно всё ещё находясь под впечатлением от произошедшего. Её взгляд смягчился, когда она перевела его на Химико. — А у тебя какой класс? — с искренним интересом спросила Очако, совершенно позабыв, что именно 9В был самым высокомерным и закрытым из всех классов, о чём ходили слухи по всей школе. Она просто хотела продолжить разговор, не подозревая, что задевает болезненную тему. Лицо Химико мгновенно помрачнело, словно на него опустилась тень. Она опустила глаза, уставившись на свой клубничный тортик, который ещё недавно казался таким аппетитным. Её улыбка исчезла, и на смену ей пришла какая-то отстранённость. Она медленно подцепила кусочек ягоды вилкой, но не сразу отправила его в рот. — Никак. Я ни с кем из класса не общаюсь... Они ужасные люди... — сказала Химико, наконец отправив ягоду в рот, но вкус её казался горьким. Слова прозвучали резко, почти злобно, резко контрастируя с недавним весёлым настроением. В её голосе сквозила боль и обида, накопившиеся за месяцы одиночества. После этих слов Тоги в кафе повисла долгая, давящая тишина. Она была настолько тяжёлой, что, казалось, заглушила даже обычный шум заведения. Очако, мгновенно осознавшая свою оплошность, почувствовала, как румянец заливает её щёки. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле. Как она могла забыть о репутации 9В? Обе девушки просто притворились, что едят свои десерты, хотя на самом деле их мысли были далеко от сладкого угощения. Очако обдумывала, как ей исправить ситуацию, как утешить Тогу, которая явно страдала. Химико же, вероятно, вновь погрузилась в свои болезненные воспоминания об одноклассниках, и атмосфера вокруг них стала почти осязаемой. Последующую часть прогулки они не стали разговаривать. Неловкость так и висела в воздухе, словно невидимая стена между ними. Они шли по улице в молчании, лишь изредка бросая друг на друга быстрые, неуверенные взгляды. Небо уже начало темнеть, окрашиваясь в оранжевые и фиолетовые тона заката. Каждой из них казалось, что эта тишина говорит больше, чем любые слова. Когда они наконец дошли до развилки, где им нужно было расходиться по домам, они лишь кивнули друг другу. — Пока, — тихо произнесла Очако, её голос был мягким, но в нём не было той былой легкости. — Пока, — так же тихо ответила Химико, не поднимая глаз. Попрощавшись, они разошлись по своим домам, каждый со своими мыслями, готовясь к завтрашнему учебному дню, который теперь казался немного мрачнее, чем всего час назад. Очако винила себя за свою бестактность, а Химико, возможно, вновь чувствовала себя той самой "странной", которая не вписывается даже в такие, казалось бы, простые отношения.