Но прошлое я нахожу в тебе...

В её отсутствие в комнате кто-то был. Оставляющий ей послания никогда не пытался скрыть следы своего присутствия, но это, пожалуй, было даже хорошо. Не приходилось гадать и опасаться, не случится ли чего, стоит закрыть глаза, как однажды уже произошло. Сначала Райли подумала, что на кровати, поверх слегка смятого одеяла, лежит новая записка. В комнате было сумрачно – закатное солнце едва пробивалось сквозь неплотно задёрнутые шторы, создавая лёгкую дымку. Райли подошла к кровати и уже протянула руку, чтобы прочесть очередное послание от Л. Называть её (или его?) «Лили» она избегала. Во-первых, было откровенно страшно, во-вторых, это порождало чувство вины, от которого негде было спрятаться. Но листок был больше, чем обычно. Подняв находку, Райли поняла, что это книжная страница, аккуратно до педантичности сложенная вчетверо. В полумраке читать было неприятно – уставшие за день глаза, как насыпанные песком, не хотели нормально фокусироваться. Первой мыслью было – отбросить от себя страницу, будто она могла укусить. Но Райли сдержала порыв, всё-таки развернув находку. Строки были ровными, явно написанными не от руки. Сама не зная почему, Райли старалась не шуметь и двигаться максимально плавно. Будто её преследователь ещё где-то здесь. Она надавила на ручку и выскользнула в коридор. Застыла у двери, не зная, как правильнее поступить. В коридоре было светлее. Листок в руках слегка подрагивал, но теперь стало совершенно очевидно, что на нём напечатано стихотворение. Райли повертела лист в руках, ища подсказки, и почти сразу нашла. Видимо, загадочный визитёр хотел, чтобы внимание было обращено только на один сонет, хотя на листе ещё был текст. Более того, нужный отрывок был аккуратно обведён, а ниже узнаваемым почерком Лили было написано: Всё грустишь по мне? Не перетрудись, я рядом, по ту сторону зеркала. Райли почувствовала, как холодеют кончики пальцев. Зашевелила губами, читая выделенную строфу: Веду я счёт потерянному мной И ужасаюсь вновь потере каждой, И вновь плачу я дорогой ценой За то, за что платил уже однажды. Но прошлое я нахожу в тебе И всё готов простить своей судьбе. — Шекспир, — шепнула Райли, и шумно выдохнула. Раньше Лили (или кто бы там ни был) не оставляла такие послания. Записки, цветы, но стихи?.. — Ладно, я не одна в этом кошмаре, — напомнила она себе, и решительно зашагала в сторону спальни Эммы. Но на стук подруга не ответила. Райли подождала немного, постучала снова. Или Эмма так крепко спала, что не услышала, как ей барабанят в дверь, или за дверью её не было. Выругавшись вполголоса, Райли вновь пересекла коридор и занесла руку над дверью Деклана. Затем снова опустила, беспомощно развернулась с мыслью снова попытать счастья с Эммой. — Да брось, это глупо, — укорила она сама себя, и всё-таки стукнула в дверь пару раз. Деклан открыл не сразу, Райли уже решила было, что и он лёг спать пораньше или где-то пропадает, но спустя долгую минуту дверь всё-таки открылась. Деклан уставился на Райли так, будто призрака увидел. — Что? — нервно уточнила она, заметив замешательство Деклана. — Пирс, ты чего? Что случилось? — Почему сразу «случилось»? — Потому, что время позднее, а ты в моей комнате. — А вот и нет, я в коридоре, — Райли недовольно скрестила руки на груди. Деклан закатил глаза. — Не цепляйся к словам. — Впустишь? Секунды три Деклан смотрел на неё подозрительно, затем немного посторонился, пропуская Райли в комнату. — Не знаешь, где Эмма? — Райли старалась не слишком пялиться по сторонам. Большинство комнат этого дома были ей знакомы, да и в этой она наверняка бывала. Но сейчас это была не просто комната. — Откуда бы? Деклан выглядел усталым и недовольным. Сегодня они практически не пересекались, только утром. В целом, это устраивало обоих, но Райли не могла избавиться от навязчивого любопытства – где и как он провёл этот день? — Я стучала, но она не открывает. Мало ли, может, ты в курсе. — Пирс, день был долгим, если это всё, что ты хо… — Смотри, — Райли перебила его, решив, что терять уже нечего. Она протянула сложенный обратно лист и невольно затаила дыхание. — Вы обещали, что я не буду в этом одна. Я хотела поговорить с Эммой, но… — Помолчи минуту, — буркнул Романо, вчитываясь в текст. Он хмурил аккуратные брови и быстро бегал глазами по строчкам. Перевернул лист, прочитал обратную сторону. — Когда ты это нашла? — Вот только что, когда вернулась. — А где была? Райли поморщилась. — Какое тебе дело? — Ох, не начинай. Ты хотя бы была не одна? — Нет, с Луной. Деклан помолчал, по-прежнему сжимая в руках листок с посланием. — Шекспир, — наконец заключил он. Райли закатила глаза, как он недавно, снова принимая закрытую позу. — Спасибо, Шерлок. Лучше скажи, что думаешь. И отдай, его мне подкинули. Деклан нехотя вернул листок, прошёлся по комнате, засунув руки в карманы светлых брюк. — Это Кинг обещал. — Что? — не поняла Райли. — Кинг... Ксавье обещал, что впутается во всё это. Райли открыла и закрыла рот, решая, возмутился ей или обидеться. — А ты? — сухо уточнила наконец. — А я считаю, что тебе надо пойти спать. Обдумаем завтра на свежую голову. Райли поджала губы. Спорить не хотелось – да и смысла не имело. — Пожалуй, тогда обращусь к Ксавье, — процедила она и развернулась к выходу. — Пирс… Райли, я не это имел в виду… — Спокойной ночи, Романо. Увидимся завтра, на свежую голову. Было обидно, но больше непонятно. То он заявляется за ней на байкерскую тусу, где были Фабиан и Луна, а значит – безопасно. То отталкивает сейчас, когда от безопасности она совсем далека. Райли отправилась к себе, чтобы вложить листок в блокнот, к другим посланиям, а заодно позвонить Эмме. Если Деклан не хочет помогать, это ничего. У неё есть человек, который точно не отвернётся. Но Эмма и на звонок не ответила. Длинные гудки в трубке нервировали и удручали. Райли уселась на кровать, обдумывая дальнейшие действия. И выход на ум пришёл только один. Для начала, убирать новую «улику» к предыдущим она передумала. Было что-то не так, она отличалась. Когда поместье Фейрчайлд погрузилось в сон, а у Райли его не было ни в одном глазу, она аккуратно, сливаясь с зелёными стенами коридоров (хотелось бы думать, что только цветом платья. Не лица), пробралась в библиотеку. Помещение было обширным и гулким. Пол, покрытый ковром, скрадывал шаги, но в полной тишине Райли казалась самой себе слоном в посудной лавке. Фейрчайлды, как любые уважающие себя богачи, стремились подчеркнуть свой статус. Библиотека собиралась годами, бережно. Каждая книга имела своё место и свою историю. В юности Райли просиживала здесь часами, к вящему неудовольствию Лили. Она ворчала, что подруга книжки любит больше, чем её. В книжку Райли может смотреть не отрываясь, а на неё, Лили, иногда и вовсе не смотрит. Райли улыбалась и заверяла, что всё не так, но, конечно, всерьёз эти укоры не воспринимала. Знала, что подруга так шутит. Райли зажгла настольную лампу. Здесь был и верхний свет, заливавший помещение неярко, но достаточно для поисков нужной книги. Но на улице давно стояла ночь, поэтому зажигать люстру казалось святотатством. Райли запоздало вспомнила, что оставила телефон на тумбочке в комнате, и подумала уже вернуться – без фонарика будет непросто, но передумала. Отчего-то проделывать этот путь заново не захотелось до мурашек, поднимающих волоски на руках. — Ладно, справлюсь и так, — шёпотом подбодрила она сама себя. Искать нужную книгу оказалось непросто. На определении стеллажа, на котором стояло собрание сочинений Шекспира, успехи закончились. Вивьен, выпячивая образованность и высокий статус своей семьи, собрала разные издания, даже на разных языках. Райли знала, что ищет. Сонет был ей знаком, но приходилось снимать книги с полки и подносить к лампе, чтобы рассмотреть. Изрядно устав от прыжков по лестнице, приставленной к книжном шкафу, Райли наконец была вознаграждена. Она держала в руках том сонетов на английском. Райли споро спустилась по ступенькам и раскрыла книгу на оглавлении. Лихорадочно скользя взглядом по тексту, чуть не села мимо стула. Увлечённая поисками, она не сразу заметила еле-слышный шорох. В библиотеке был кто-то ещё. Она замерла, прислушиваясь. Собственное дыхание сейчас казалось невероятно громким, поэтому Райли прикрыла рот рукой, обратившись в слух. Шорох стал отчётливее – превратился в размеренные шаги. Идущий никуда не торопился, иногда останавливаясь. Он приближался, и Райли постепенно охватывало странное состояние. Говорят, у человека есть три реакции: бей, беги или замри. Пожалуй, накатившее оцепенение было больше всего похоже на последнюю. Но вместе с тем Райли вся подобралась, крепко стиснула книгу и перехватила поудобнее. А, нет. Наверно, её реакция, всё-таки «бей». Переборов страх и ватность во всём теле, она как могла аккуратно выбралась из-за стола и прижалась спиной к шкафу, занесла книгу над головой, зажмурилась, и... — Господи, ты с ума сошла?! Выбитая из рук книга пролетела с полметра и звучно шлёпнулась об пол. — Какого дьявола, Пирс? Напротив перепуганной Райли, у которой сердце колотилось где-то в горле, стоял такой же перепуганный Деклан. Всегда аккуратный и стильный, сейчас он был немного растрёпан. Видеть его таким было непривычно, но это последнее, о чём сейчас хотелось думать. — Что ты здесь делаешь?! — Не ори, — шикнул Романо, смахивая чёлку со лба. Он уже взял себя в руки и вернул лицу невозмутимое выражение. — Ты в библиотеке. Лучше скажи, что ты здесь делаешь? Я же веле... Просил тебя лечь спать. — Велел, Деклан, именно велел, — едко улыбнулась Райли. — Что здесь делаю? Почитать пришла, не поверишь. Она уже тоже пришла в себя и сейчас сердито протиснулась мимо застывшего собеседника к стеллажу, рядом с которым валялась книга, добытая с таким трудом. Подняв её, Райли, намеренно игнорируя чужое присутствие, вернулась за стол и снова открыла оглавление. — Это тридцатый сонет. Она смерила Деклана взглядом и не ответила. — Тридцатый, Пирс, куда ты в конец листаешь? Дай-ка. Мужская ладонь легла на стол рядом с раскрытой книгой, а её обладатель навис сверху, заглядывая через плечо. Он осторожно высвободил том из пальцев Райли и пролистал назад, без труда отыскав нужную страницу. От затылка вниз пробежали непрошенные, куда более приятные, чем раньше, мурашки, когда прямо над ухом Райли раздалось: Когда на суд безмолвных, тайных дум Я вызываю голоса былого, Утраты все приходят мне на ум, И старой болью я болею снова. Из глаз, не знавших слез, я слезы лью О тех, кого во тьме таит могила, Ищу любовь погибшую мою И все, что в жизни мне казалось мило. — Да, я был прав, — Деклан выпрямился, и мурашки тут же пропали. — Я бы и сама нашла, — огрызнулась Райли. — О, конечно. Гуглить все умеют. — Хочешь сказать, ты сразу понял, что это за сонет? Деклан пожал плечами и вдруг улыбнулся. — Ты, как обычно, пропускаешь мои слова мимо ушей. Я же сказал – все. Райли тоже улыбнулась бы шутке, не будь она сейчас так напряжена. — Может, всё-таки поведаешь, зачем ты пришёл в библиотеку посреди ночи? — Подозреваю, за тем же, за чем и ты – найти книгу. — Я её уже нашла, в твоей помощи не нуждаюсь. Ах, точно, ты и не собирался мне помогать. Деклан отошёл от стола и привалился спиной к книжному шкафу, утопающему в полумраке. Выражение его лица теперь едва угадывалось, и Райли поймала себя на том, что старательно его разглядывает. Разумеется, её собеседник это тоже заметил. — Ты неправильно меня поняла, — заговорил он с неохотой, будто признаваясь в том, чего стыдился. — Я просто хотел, чтобы ты не забивала себе голову и отдохнула. А завтра, уже найдя книгу и сделав выводы, мог бы помочь во всём разобраться. — Я не беспомощная! Выбери что-то одно – ты или изображаешь из себя отстранённого наблюдателя, или лезешь куда тебя не просят, лишь бы не пустить меня туда, куда мне нужно! — Изображаю? — он оставался за пределами круга света от настольной лампы, но Райли была совершенно уверена, иронично вскинул брови. — Если я наблюдаю со стороны – тебе не нравится. Если пытаюсь уберечь тебя от себя самой – тоже не нравится. Это тебе надо определиться. Райли быстро теряла терпение. Диалог отдавал абсурдом, учитывая обстановку и обстоятельства. Она нашла то, что хотела, и дольше здесь оставаться не собиралась. Как несколько минут назад, она сжала книгу в руке и решительно встала. — Я спать. Деклан отлепился наконец от шкафа и вышел вперёд. Его невозмутимость граничила с откровенным издевательством. — Ну, нашла ты книгу. И дальше что? — В смысле? — Да в прямом. То, что это тридцатый сонет Шекспира, можно было понять и не прокрадываясь в библиотеку под покровом ночи. Разве что ты просто хотела стащить что-то, пока Вивьен не хватилась? Райли недовольно скривилась. Своим появлением и раздражающим поведением Деклан совсем сбил её с мысли. А вот разозлиться она успела. — Давай же, гений, поведай о своих выводах, которыми ты планировал поделиться только завтра! Расскажи, что понял! — А то, что наш листок был вырван явно не из этой книги, — Деклан тоже перешёл на сердитое шипение. — С каких это пор он наш? — Райли напустилась на него, совершенно не замечая, что противник с места не двигается, но расстояние между ними стремительно сокращается. — С этих самых. Я здесь, а Кинга, который так хотел помогать, что-то не видно. Что, заставил тебя в одиночку искать ответы? Или ты к нему так и не пошла? А почему? — Нет, он определённо издевался. — Дай угадаю – тебе же всё это нравится. Нравится бояться, щекотать себе нервы, рисковать, совершенно не задумываясь о последствиях. Нравится быть в центре внимания? Ты магнит для неприятностей и головная боль для окружающих. Почему так трудно хоть раз послушаться доброго совета и не кидаться очертя голову в ночь глухую шарахаться по дому, в котором опасно? Деклан резко выдохнул, глядя на обиженное лицо Райли. Он сразу пожалел, что наговорил лишнего, но было поздно. — Раз здесь опасно, что ты здесь забыл, почему пошёл один и даже не подумал кого-то позвать? — Кого-то – это тебя? — маска невозмутимости дала явную трещину. Деклан сжал зубы и буквально цедил слова. — Да, например, меня. — Ты меня вообще не слушаешь. Если честно, Пирс, я ужасно устал. Я тебе в охранники не нанимался, делай, что хочешь. А книга эта совершенно бесполезна, если ты ещё не заметила. Райли заметила. Вывод был очевиден – найденный в комнате лист был выдран не отсюда. Ниточка оборвалась. Но сердилась Райли вовсе не на это. Романо был прав. Не дозвонившись до Эммы, она даже не подумала зайти к Ксавье, позвонить Фабиану или хотя бы Луне написать. Да, она в этот дом не пойдёт, но хоть поддержала бы. — И прошу, не шуми. Мы всё-таки в библиотеке, — бросил Деклан, отодвигая стул. Он бесцеремонно отобрал книгу, которую Райли всё ещё держала, и открыл. — Страница ведь при тебе? Дай сюда. — Ты же устал, — Райли тоже села. Нахала хотелось ударить. — С чего ты решил, что при мне? — С того, что знаю, ты не пришла бы сюда с пустыми руками. Если бы нашла книгу с вырванной страницей, захотела бы сопоставить. Не корчи рожи, я бы тоже так сделал. Райли недовольно фыркнула, а потом сделала то, чего Деклан никак не ожидал: приподняла подол платья и вытащила листок, заправленный за резинку чулка. Вот теперь светлые брови поползли вверх очень явственно, рискуя скрыться под чёлкой. — Что? В платьях обычно карманов нет, — буркнула Райли, стараясь скрыть смущение. Не получилось. — Я не жалуюсь. И часто ты так делаешь? — Замолчи. Просил страницу – на. Райли протянула листок и отвернулась, чтобы не смотреть Деклану в глаза и не чувствовать себя глупо. Он хмыкнул, но от дальнейших комментариев воздержался. Наконец снова воцарилась тишина. Райли искоса наблюдала за тем, как сосредоточенно Деклан рассматривает вырванный лист, трёт его между пальцами, а затем проделывает то же со страницей в книге. — Они очень похожи, — наконец пробормотал он, не отрывая глаз от книги. — Но наша немного новее. Он открыл первый форзац в поисках года издания, но он отсутствовал. — А вот это интересно. Иди сюда, смотри. — Книга не выглядит новой, — Райли обошла стол, теперь настала её очередь заглядывать через плечо. Было не очень удобно, Деклан был выше, поэтому она пихнула его в бок, заставляя подвинуться. — Я не сказал «новая», я сказал «новее», — недовольно буркнул он, вынужденно сдвигаясь на стуле. Хоть Райли и осталась стоять, она была так близко, что Деклан почувствовал едва уловимый аромат волос, струящихся вниз от наклона её головы. — Но наша «Лили» здесь точно была, и не оставила нам шанса понять, когда книга была издана. — Что бы нам это дало? — Казалось, Райли полностью поглощена разглядыванием не такого уж примечательного тома. — Пока не знаю. Но книгу подменили, и сделали это недавно. Значит, она была куплена или в Уиндроуз-Бей, или где-то неподалёку. Думаю, стоит начать с антикварных лавок в городе. Всё-таки этот экземпляр издан не вчера. Скорее всего, даже не в этом веке. Райли наконец посмотрела на него. То, что Романо говорил дело, одновременно раздражало и завораживало. — Почему ты мне помогаешь? Ты же не нанимался?.. — она говорила тихо, и то, что он был так близко, сбивало дыхание. — Ты всё равно не оставишь это дело. А так я хотя бы буду знать, что ты в безопасности. Они замолчали. Всё ещё так близко. Слишком долго глядя друг на друга. Холодные голубые глаза, так похожие на её собственные, смотрели неотрывно. Деклан медленно протянул руку и заправил за ухо выбившийся локон. Пальцы задержались не дольше секунды, кратко и практически неощутимо, но Райли как будто прошило током. Она резко отстранилась, неуклюже задев бедром стол и зашипела от боли. — Ай, чёрт. Зачем ты?.. — Волосы пушистые, щекотят… Они заговорили почти одновременно. И так же одновременно замолчали. Снова повисла тишина, только на этот раз она была такой густой, что буквально оседала на коже осязаемым слоем. — Ладно, теперь и правда пора спать. Идём, провожу тебя до комнаты, — Деклан поднялся, немного неловко засунул руки в карманы. Райли избегала на него смотреть и ругала себя на чём свет стоит. То, что в юности ей нравился Фабиан, никак не помогало избавиться от мысли, что люди взрослеют и меняются. И их симпатии тоже. Деклан всегда был симпатичным. И, что намного страшнее, умным. Шестнадцатилетние девчонки падки на красивых парней, умеющих играть на гитаре. Взрослые же женщины, коей мнила себя Райли, больше ценят именно ум. И то, как быстро Деклан разобрался с проклятой книгой и выстроил дальнейшую цепочку действий, было чертовски горячо. — Сама дойду, — процедила Райли, всё ещё мечтая провалиться на месте. — Не дойдёшь, — он достал из кармана смартфон, мельком глянув на время. — Почти два ночи. Оставлю тебя одну – и ты точно найдёшь себе приключений на… голову. Не дожидаясь ответа, он взял со стола том сонетов и погасил лампу. Помещение тут же погрузилось во мрак. Райли резко втянула воздух и двинулась вперёд, чтобы не отстать. Темноты она не боялась, да и когда шла сюда не испытывала тревоги. Сейчас же, пережив за каких-то полчаса спектр самых разных эмоций, в темноте зябко поёжилась, стараясь держаться к Деклану поближе. А он молча протянул руку, беря её ладонь в плен. Пояснил, не оборачиваясь: — Ты при свете-то умудряешься на предметы натыкаться. Он светил смартфоном под ноги, да и идти было недалеко. Обойдя самый ближний к выходу шкаф, они оказались в пятне света, падающего из окна. Ночь больше не казалась такой тёмной, и тревожные мысли потихоньку покидали голову. Романо толкнул дверь, всё ещё держа Райли за руку. Его пальцы ощутимо напряглись, когда это не возымело никакого эффекта. Он толкнул ещё раз, уже сильнее. — Да какого… — На ручку нажимать не пробовал? — весело уточнила Райли, выходя вперёд. Она высвободила ладонь и схватилась ею за ручку. Веселиться желание отпало, как только она поняла, что нажать не получается. — Заклинило, что ли?.. Деклан сделал судорожный вдох и попятился обратно к стеллажам. Луч света от фонарика на телефоне в его руке мелко задрожал. Райли налегла на дверь плечом, и затем забарабанила по ней, но всё было тщетно. — Эй, есть там кто? — крикнула она, прижавшись к двери щекой. Дерево гасило звуки, да и людей в такой час здесь быть не могло. Дом спал. Не спал только тот, кто их здесь запер. — Деклан, ты можешь?.. Она обернулась и увидела, что лицо Романо приобрело мертвенную бледность. Он почти до скрипа сжимал зубы и дышал поверхностно и шумно. — Что с тобой? — опешила Райли. — Это же просто дверь. Деклан посмотрел на неё так злобно, что Райли отшатнулась. — Это не просто дверь, Пирс. Это закрытая дверь. Я оставил её открытой, когда пришёл, я не мог... Не мог... До Райли наконец дошло. Верилось с трудом, что у идеального ледяного принца Деклана Романо вообще были слабости. Но вот она, прямо перед ней. Райли медленно, как к дикому зверю, подошла и забрала из нервно сжавшихся пальцев так и не погашенный смартфон. Произнесла преувеличенно спокойно: — Всё в порядке, просто ручку заклинило, — она сама прекрасно знала, что это не так, но сейчас это было неважно. — Мы позвоним кому-нибудь из ребят, библиотеку откроют. Здесь просторно, ты не зажат в четырёх стенах. Она прошлась ладонями по его предплечьям, поднимаясь выше. — Смотри, тут просто ку-у-уча места. Если бы не все эти шкафы, можно было бы в футбол играть. Райли поднялась кончиками пальцев выше, скользнула по шее. Дыхание Деклана постепенно становилось более глубоким, руки перестали подрагивать. Он прикрыл глаза, слушая размеренную речь. Ему было почти неважно, что она там говорит. Сам факт того, что что-то успокаивающее, уже делал ситуацию не такой катастрофической. Опомнился Деклан только когда почувствовал её ладони на своём лице. — Я уже в порядке, — произнёс он чуть хрипло. — Просто небольшая паническая атака. Не люблю… замкнутые пространства. — Я уже поняла, — она почти шептала. Снова так близко, слишком близко. Его дыхание всё ещё было неровным, но страха в глазах больше не читалось. Только что-то другое, затаённое и выжидающее. Райли не успела испугаться этого взгляда, потому что её собственное тело действовало быстрее разума. Она потянулась к нему обманчиво робко. Деклан не отстранился. Он замер, словно боясь спугнуть – или, наоборот, надеясь, что она не остановится. Райли поцеловала его. Это вышло неуклюже, отчаянно, немного по-детски – она просто прижалась губами к его губам, не зная, что делать дальше. Секунда, другая. Тишина, в которой даже их дыхание, казалось, затаилось. А потом Деклан отшатнулся, будто его ударило током. — Ты… — он провёл тыльной стороной ладони по губам, глядя на неё так, словно увидел впервые. — Ты что, с ума сошла? Голос его звучал глухо, срывался. Он отступил на шаг, потом на второй, пока не упёрся лопатками в книжный шкаф. — Зачем? — выдохнул он зло. — Пожалела? Решила, что раз я сломался на секунду, можно меня… — он не договорил, сжав челюсти так, что желваки заходили ходуном. Райли открыла рот, чтобы ответить, но не нашла слов. Потому что он был прав? Потому что не был? Она сама не понимала, что это было – благодарность, порыв, страх остаться одной в этой темноте? Или то, что она так долго не хотела в себе признавать? — Я не… — начала она, но Деклан не дал договорить. — Ты всегда всё портишь, Пирс. Всегда. Я пытаюсь держать дистанцию, ведь кто-то из нас должен быть взрослым, — он резко замолчал, провёл рукой по лицу, выдыхая сквозь зубы. — Ходячая катастрофа. Он произнёс это зло и весело. А потом шагнул к ней сам. Райли не успела ни испугаться, ни обрадоваться – Деклан просто оказался рядом, стиснул её лицо ладонями и поцеловал. Грубо, жадно, совсем не так, как она минуту назад. В этом поцелуе не было ничего неуверенного. Он требовал, наказывал, брал то, на что, как ему казалось, имеет право. Его пальцы вжались в её скулы, а потом ослабли, и он отстранился ровно настолько, чтобы коснуться лбом её лба. — Чёрт бы тебя побрал, — прошептал Деклан хрипло. — И меня заодно. Райли не могла дышать. Сердце колотилось оглушительно, а губы горели. Она смотрела в его глаза – такие светлые, словно не было за окном никакой ночи – и понимала, что только что они оба переступили какую-то черту. Смартфон выпал из её ослабевшей руки и, ударившись о ковёр, осветил трещиной света дверь. Которая, разумеется, так и не открылась. От резкого звука упавшего телефона они оба будто опомнилась, едва не отскочив друг от друга. — У тебя клаустрофобия? — очевидный, глупый вопрос, нужный лишь для того, чтобы не молчать. Но Деклан ответил: — Расскажешь кому-нибудь – я буду всё отрицать. — Не расскажу. Позвони, пожалуйста, Эмме. Вдруг на этот раз ответит. Райли подняла смартфон и протянула ему, избегая пристального взгляда. — Не ответит. Если от тебя трубку не взяла, от меня точно не станет. Наберу Кинга. Он отошёл к окну, рассматривая далёкое море, которое было хорошо видно с третьего этажа особняка Фейрчайлдов. Лунный свет красиво очерчивал его профиль, так, что Райли против воли залюбовалась. — Я всегда всё порчу, — пробормотала она и обняла себя за плечи. Самым лучшим было сейчас делать вид, что ничего не произошло. Судя по всему, именно так Романо и собирался поступить, когда сквозь зубы констатировал: — Ксавье трубку тоже не берёт. — Значит, позвони Фабиану. — Вот ещё. Этому сама звони. Райли прикусила губу и всё-таки заставила себя снова посмотреть Деклану в лицо. Призналась: — Не могу. Телефон в комнате оставила. Деклан издал страдальческий стон и запустил пальцы в волосы. — Ты точно ненормальная. А если бы одна оказалась здесь заперта? Райли пожала плечами: — Утром кто-нибудь бы меня нашёл. Не испытываю предубеждений к закрытым помещениям. Деклан смерил её мрачным взглядом. — Издеваешься? — Прости, прости, — поспешно залепетала она. — Неудачно пошутила. — Юмор – не твоё. Рейесу я позвонить не могу, даже если захочу – а я не хочу. У меня нет его номера. — Луне? — Давай попробуем. На этот раз он остался на месте и включил громкую связь. Но и здесь их ждало разочарование. Видимо, никто из друзей именно сегодня не горел желанием общаться. — Ну, и что делать будем? Деклан, бросив неприязненный взгляд на закрытую дверь, прошёл вглубь помещения. Поддернул брюки на бёдрах и вдруг уселся прямо на ковёр. — Как ты и сказала, ждать утра. Зажги свет, что мы как дураки в темноте сидим. Здесь хотя бы есть, что почитать. Но люстру Райли снова зажигать не стала. Потянулась к ближайшей настольной лампе, дёрнула за шнурок. — Тебя не учили, что читать при таком свете вредно – без глаз останешься? — съязвил Деклан, но раскрыл многострадальный томик, каким-то чудом ещё не потерянный. — Ты будешь читать это? — Да. Только не «это», Райли, а жемчужину английской литературы. Почитать тебе? И сядь уже, непривычно смотреть на тебя снизу вверх. Она опустилась рядом, сохраняя приличное расстояние. Юбка распустилась веером по ворсу. Романо странно посмотрел на неё, затем снова перевёл взгляд в книгу. Начал читать. Его низкий голос в оглушительной тишине звучал вкрадчиво, даже интимно. Атмосферу портили только временами неверно расставленные ударения и запинки. Райли его не поправляла. Ей нравилось, что он вовсе не такой идеальный, каким кажется со стороны. На тридцатом сонете он сбился, замолчал на середине строфы, уставившись в страницу невидящим взглядом. — То есть, — начал он медленно, — ты действительно меня поцеловала. Райли была захвачена врасплох. Деклан теперь смотрел на неё в упор, не давая возможности уйти от ответа. — Ты тоже меня поцеловал. — В ответ. Это другая история. Райли неловко поджала под себя ноги, разглаживая ткань на коленях. — Это какая? Будешь делать вид, что ничего не случилось? — Буду. Если ты будешь. Райли молчала. Достаточно долго для того, чтобы Деклан принял её молчание за ответ. Он отвернулся, безразлично глядя куда-то в темноту. — Но прошлое я нахожу в тебе… — Райли произнесла это так тихо, едва различимо. Затем прибавила уже громче: — Я не мастерица подобных разговоров, но, знаешь, нет. Я не буду делать вид. В юности я была влюблена в Фабиана, похоже, это уже всем очевидно. Потому, что это была юность и я дальше собственного носа не видела. Я не собиралась больше влюбляться. Ни в него, ни в кого бы то ни было. А ты мне мешаешь. — Что? — опешил Деклан. Райли произнесла это так буднично и привычно, словно они снова спорили о смысле литературного произведения. — Мешаю? Да если бы не я… — Если бы не ты, я бы провела это лето спокойнее. Я тебя раздражаю? Так и ты меня. Я большая девочка и не нуждаюсь ни в твоей опеке, ни в беспокойстве, ни в ответных поцелуях. Я тебя поцеловала потому, что хотела. А ты почему? Мы не дети, а ведём себя так, будто нам всё ещё по шестнадцать. Теперь молчал Деклан, понятия не имея, нужно ли ему вообще что-то говорить. Вместо этого он подался вперёд, сокращая расстояние между ними до минимума. На миг застыл, давая ей возможность отстраниться. Но Райли не стала. Она снова поцеловала его первой, только больше не было робости или неуверенности. Райли что-то для себя решила, и сама отрезала пути к отступлению. Книга, всё ещё лежавшая на коленях Деклана, съехала куда-то в сторону, но сейчас до неё больше не было дела. Он положил ладонь на затылок Райли, притягивая её ближе, усадил к себе на бёдра, углубляя поцелуй. Нетерпеливо скользнул ладонями по спине, нащупывая застёжку. Райли, не разрывая поцелуя, переместила его руку правее, на бок. Молния издала короткое жужжание, и уже через несколько секунд из преград осталось только бельё. Деклан провёл кончиками пальцев по резинкам чулок к внутренней стороне бёдер, развёл их шире. Райли рвано выдохнула, отстранилась. — Ты слишком одет. Настала её очередь сражаться с застёжками. Ненужные, пижонские подтяжки были безжалостно содраны, а пуговицы на рубашке поддались так легко, словно сами хотели быть расстёгнутыми. — Не торопись так. Вряд ли тот, кто нас запер, внезапно передумает. Мы здесь надолго, Пирс. Деклан снова поймал её губы нарочито медленным поцелуем, осторожно, но крепко взял за запястья, заводя ей за спину. Райли оказалась в плену его хватки. Не болезненной, но не допускающей возражений. Другой рукой Деклан скользнул по её шее, большим пальцем провёл по нижней губе, а затем приподнял подбородок, вынуждая запрокинуть голову. Линия шеи, ключицы, край бюстгальтера – его губы прокладывали неспешную дорожку. Дыхание Райли участилось, она сама выгнулась навстречу, открываясь сильнее. Она глухо застонала, когда кружевная ткань поползла вниз. Такая уязвимая сейчас, Райли чувствовала жар кожи Деклана через расстёгнутую рубашку. Его язык обвёл сосок, дразня, распаляя сильнее. Бёдра непроизвольно двинулись вперёд. Деклан определённо был готов, и от этого низ живота Райли сладко затянуло. Она повторила движение, вызывая стон уже у него. Деклан отпустил её руки, но только для того, чтобы одним властным движением уложить на спину и избавиться от рубашки. Он навис сверху, в неверном свете лампы разглядывая её светлую, нежную кожу. Наблюдая, как она кусает губу, как часто вздымается грудь. — Всегда мечтал пошуметь в библиотеке. Он плавно провёл ладонью по её животу и забрался пальцами под резинку белья. Аккуратно погладил между ног, наслаждаясь тем, как быстро стали влажными кончики пальцев. Райли чуть выгнулась, призывая его к действию, и Деклан проник в неё, ощущая как от возбуждения кружится голова. Райли снова закусила губу, сдерживая стон. — Я хочу слышать тебя. Он надавил большим пальцем на клитор, не переставая плавно двигать пальцами, и был вознаграждён протяжным стоном. Райли нетерпеливо потянулась к пуговице на его брюках. Затуманенным взглядом ловя мельчайшие изменения выражения лица напротив. Когда с брюками было покончено, Деклан сдвинул в сторону возбуждающе-мокрую ткань трусов и нарочито медленно вошёл до конца. Так же плавно качнулся назад, почти выходя из неё, и повторил ещё несколько раз, пока Райли не вцепилась ему в бёдра, вынуждая толкнуться сильнее. — Чёрт бы… тебя побрал… Романо, — сбивчиво проговорила она, стараясь ускорить мучительный темп. Деклан искривил губы в победной усмешке, крепко взял её за бедро, и толкнулся так, что Райли снова застонала, запрокидывая голову. Он больше не стал её мучить, наконец задавая быстрый ровный ритм. Она приподнимала бёдра навстречу, словно боясь, что он остановится, но он и не собирался. Постепенно редкие томные стоны становились чаще и выше. Райли закрыла глаза, полностью отключаясь от окружающей действительности. Её больше не волновало ни загадочное послание, ни его отправитель, ни даже то, что они находятся в запертой кем-то комнате. Кем-то, кто явно ожидал другого развития событий этой ночи. Райли самозабвенно отдавалась процессу, вовсе перестав соображать. Когда темнота под веками начала сгущаться ещё сильнее, она ощутила, как тело Деклана напряглось. О, нет, он так с ней не поступит. Он не кончит первым. Она несколько даже отчаянно вскинула бёдра, вцепляясь ногтями в широкие лопатки. Раз, другой, и наконец долгожданная яркая вспышка, сносящая всё на своём пути, заставила тело содрогнуться сладостной волной. Деклан глухо зарычал, уткнувшись лицом ей в шею, и несколько резких, уже неконтролируемых движений спустя замер, прижимая Райли к себе с такой силой, будто боялся, что она исчезнет. Они лежали в полумраке, тяжело дыша. Наступившая тишина больше не давила, она не была полной. Райли слышала, как быстро бьётся его сердце и понимала, что её собственное колотится не медленнее. — Ты права, — выдохнул Деклан ей в плечо, не поднимая головы. — Мы не дети. Райли провела пальцами по его влажным волосам и ничего не ответила. Она вдруг подумала, что кошмар, в который она попала в этом доме, имеет и обратную сторону. — Утром всё равно придётся делать вид, что ничего не было. Не думаю, что Вивьен будет в восторге, если узнает, чем мы занимались на её ковре. Деклан поднялся, застегнул брюки. Когда он повернулся спиной в поисках предметов своего гардероба, Райли поджала губы, сдерживая улыбку. Произнесла, стараясь звучать невозмутимо: — Тогда не ходи на пляж в ближайшие несколько дней. Хотя, конечно, можешь придумать какое-нибудь правдоподобное объяснение, откуда на спине царапины. — А ты и рада, да? — недовольно буркнул он. — Одеться не хочешь? Райли тоже встала, небрежно подтянула чулки, поправила бельё. Деклан смотрел на неё неотрывно, даже не стараясь скрыть откровенного разглядывания. Когда она застегнула платье, его дыхание стало ровнее и глубже, а зрачки постепенно сужались, больше не заполняя радужку почти полностью. — Доволен? — О чём именно ты спрашиваешь, Пирс? Она пожала плечом, делая вид, что не закладывала никакой двусмысленности в вопрос. К ответу на вопрос, что происходит в этом доме, они не стали ближе ни на шаг. Но стали чуть ближе друг к другу. Самую малость.