Часть 1
1 июня 2026 г., 20:44
Гулко звенели, преисполненные необычайно живой радостью, полные алой жидкости хрустальные бокалы, соприкасаясь друг с другом в весьма привычном непримечательном жесте, мимолëтно встречаясь дивным непродолжительным смехом. В помещении было много людей: довольные, нарядные, они проводили время, внимая занимательным беседам, словно пребывали на чудеснейшем празднестве самой жизни.
Ночь благородно вступила в свои права, разукрасив бусинами-звëздами дремлющий безоблачный небосвод, точно белой акварелью окропил художник тëмной краской выкрашенный холст. Крайне непростым выдался этот рабочий месяц: с целью в очередной раз напомнить специалистам об их значимости и невероятной важности проделываемой ими работы, было принято решение организовать для них шумное весëлое торжество. Бóльшая часть сотрудников СОБЕЗа присутствовала в огромной праздничной зале. Приглашены были также и члены группы особого реагирования уголовного розыска: скромнее, настороженне вели себя некотрые из них в столь беспечный вечер.
- Вы очаровательны, миледи, - тягуче прошелестел подошедший к столику незнакомый мужчина, обращаясь к обладательнице лазурных глаз с невинным испытывающим прищуром. Девушка улыбнулась, благодаря незваного гостя головы наклоном. Шумный, восхитительный банкет. Однако некоторым и для того, чтобы полностью расслабиться, недостаточно было и весьма весомого повода.
Дамы старательно подыскивали себе кавалеров, принимаясь вместе с ними кружиться в изящном медлительном танце. Почти все места за раздельными столами были заняты. Однако младшему офицеру Лоуэллу претерпевать пришлось пребывание в самой неоднозначной для самого себя компании. Свет хрустальных люстр невидимым поблëскиванием оседал на узорчатых меловых стенах. С нескрываемым любопытством взирала на людские развлечения беспризорная луна.
- Благодарю, - прошелестела Джейн, как бы весьма случайно полоснула ноготками стенку наполовину полного бокала, точно завлекая приятеля присоединиться к их скромной компании.
Севериан, что не появился на торжестве в положенный час по веской причине, был вынужден выбрать на тот момент никем не занятое место подле внештатной сотрудницы и собственного братца. Опустив ещё полную бутыль на цвета жемчуга скатерть, пригубил изысканный напиток из своего бокала, уведя куда-то в сторону, наблюдая, золото пронизывающих янтарных глаз.
Все присутствующие на один единственный вечер стали весьма статными и важными: мужчины приоделись в дорогие костюмы, дамы - в великолепные вечерние платья. По окончании тяжёлого периода позволить могли себе они, наконец, от череды нескончаемо сменяемых друг друга неблагоприятных событий передохнуть. Но младший Лоуэлл не разделял товарищей по столику предпочтения: не осушил ни один бокал и даже не притронулся ни разу к манящей терпкой выпивке. Всегда был трезв. Всегда при исполнении. Ровно стояли навострëнные уши. В необъяснимом докучливом волнении из стороны в сторону покачивался тщательно приглаженный хвост.
Раздался неподалëку звонкий заливистый смех. Становилось жарко. В ткани плотно прилегающего костюма - невероятно тесно. Все вокруг веселились. Забывались. Непринуждённо проводили время. Скользнули к непроницаемому юношескому лику безучастные льдистые глаза - перенëс мужчина к отстранëнному брату неусыпное внимание.
- Чего-то ждёшь? - бесцветно прошелестел комиссар, обращаясь к насторожившемуся родичу. Лоуэлл собирался было бы внести свою лепту в степенно развивающийся между двумя приятелями непринуждённый разговор - Доу посчитала правильным первой добавить на общей, как чистый лист, картине пару размашистых штрихов.
- Что Вы, - склонила она с интересом угольную голову, - просто не находит себе места не в «своей» компании, - ухмыльнувшись, она вновь сделала глоток. Дрогнули хрупкие плечи, вынуждая бретельки необыкновенной красоты платья незримо сместиться в зону ключиц - она изящно поддела, невинное недоразумение устраняя, пальцами рубиновую ткань. - Скучаете, офицер? - опершись щекой на раскрытую ладонь, словно мечтательница, позволила раствориться в блаженной улыбке уголкам малиновых губ.
- Отнюдь, - со всей возможной непричастностью парировал Сет, даже не глядя на повеселевшую коллегу, пряча в тени липкого замешательства сливовые глаза.
- Скучаете, - заключила девушка, - и ничто не позволяет Вам отвлечься от этой скуки, - придвинувшись к нему несколько ближе, точно стараясь, чтобы как можно лучше услышал он эти слова, хитро сощурила она лазурный взор. - Расслабьтесь. Будьте самим собой.
- Я не играю чужую роль.
- Ещë как играете, - выделяя голосом второе слово, будто это стало для неё настоящим открытием, пролепетала девушка. - Роль человека, что не способен отдаться моменту и разделить мгновение в приятной непринуждённой компании, - комиссар, встревать в переговоры младших сотрудников не желая, любезно подхватил соседнего столика интересный деловой разговор. - Всегда сомневаетесь. Всегда не доводите дело до конца, - сошлись у переносицы снежные брови - мужчина, казалось, был близок к тому, чтобы задохнуться возмущением. - Опустите уши - не креплена у Вас к ним никакая связь со штабом обеспечивающая маленькая гарнитура, - и вновь полилась по алым губам в малом количестве дурманящая жидкость. Пурпурный взор совершенно невольно скользнул к освобождённой от тканей девичьей шее - так изящно содрогались мышцы при каждом незначительном глотке.
Севериан продемонстрировал брату в излюбленной манере привычный жест рукой, ознаменовав тем самым недолгое своё в ближайшее время отсутствие. Офицер обозначил принятие его решения коротким кивком. Джейн в безграничной задумчивости сложила ладони неприметным замком, опуская на них усталую потяжелевшую голову.
- Посмотри на них, - заострила на толпе товарищей она как своё, так и юноши необходимое внимание, - в любой момент проживаемый на службе день может стать для них последним. А ты теряешься.. - ещё немного, и она была готова начать загибать пальцы, чтобы с бóльшей наглядностью в положение неловкое поставить своего собеседника, - раздумываешь. Не находишь никакого повода. Недоумеваешь и колеблешься. При этом весьма искренне, по-настоящему боишься. Неужели так сильно переживаешь, как бы при виде меня в крайне неудобной ситуации под влияниеи вина у тебя не встал.. - скользя по сильной груди, ниже ушли голубые глаза, -.. хвост? - и в очередной раз обратились к омуту его наблюдательного взора.
Мужчина сдавленно кашлянул, шумно выбирая жаркий разряженный воздух, сжимая концы белоснежной скатерьти в кулаках, однако, гордо выдержав наступление, лишь безучастно увëл пурпурный взор, когда оказалась на столе вторая порция горячих блюд. Доу неслышно усмехнулась. Расстраиваясь? О чëм-то прознавая? Будь он размером меньше, а сердце его - значительно больше, всем присутствующим пришлось бы незамедлительно собирать силуэт его по частям, отслаивая от меловых стен и безупречного пола жалкие остатки мягкотелого своего приятеля. Не пунцовели щëки - в помещении и без того мрачной фигурой нависал плотный удушливый жар. Юрко встрепенулся, чуть взъерошившись, длинный рысий хвост - никому не было в этот миг, что несказанно радовало, до него совершенно никакого дела.
Она выпила. Прилично мало и недостаточно много. Не было смысла - или, поистине, всякого желания? - в словесной перепалке ей противостоять. Звучала музыка, как лучи восходящего солнца, колеблемая, точно облаками, изящными, развязными присутствующих людей движениями. Они перемещались, точно плыли, как поступать привыкли кувшинки на беспокойной водной глади. Со временем улеглось встрепенувшееся дыхание. Девушка завела с внезапно подошедшей приятельницей долгий разговор.
Подходило к концу пышное торжество. Так и не вернулся на занятое место Севериан, решив предпочтение отдать внезапно появившимся обязанностям. Младший Лоуэлл, вдоволь отужинав, сложил, согласно этикету, на блюде столовые приборы. Один за другим покидать начали званые гости необычайной красоты помещение. Каждому в знак безграничной признательности выдана была нарядная коробка - винный набор, - где значительное положение отводилось самóй плотно закупоренной бутыли, рядом же скромно располагался в блестящую обëртку завëрнутый шоколад. Не только молоко и какао. Ликëр.
Охотно приняли гости столь ценный дар. Сет выразил глубочайшее почтение, но на подарок значительно щедрый были у него самые что ни на есть особые, сердцу дорогие планы. Знакомых лиц стало куда меньше: покинули они место встречи так же внезапно, как и появились в назначенный час. Неужели и в данном случае сыграли роль безупречные ответственность и пунктуальность?. Однако прежде, чем с атмосферой ненавязчивого празднества проститься, попытался отыскать юноша в суетящейся топле сапфировое пламя проникновенных женских глаз. Пусто, бессмысленно. Весьма тщетно. Внештатной сотрудницы и след простыл. Точно расстворилась она, подобно лазурной дымке, среди бесконечного множества самых разных людей, надеясь остаться, как и всегда, для взоров посторонних незамеченной. Но ничто не могло ускользнуть от его внимательного взгляда, о чём не пристало и впредь ей догадываться.
...
Лоуэлл, невероятно уставший, обстановкой шумной и изречениями невообразимо громкими довольно утомлëнный, ступал по просторам плохо освещëнных улиц медленно, неспешно, всерьёз рассуждая, удастся ли застать дома на семейном ужине загадочного и редко, когда имеющего возможность проводить с близкими людьми время, часто занятого родственника. Передать решил набор дражайшим своим родителям - ни к чему было без пользования в собственной скромной квартире оставлять дорогое подношение. Глухо чавкали, словно требуя от хозяина своего живительной пищи, подошвы чëрных лакированных туфель, стоило им только до сверкающей глади распростëртых на дорогах луж рвано, небрежно дотронуться. Этим вечером омыл леденящей влагой город дождь. Пахло морозной, пробирающей, бодрящей сыростью. Холод отрезвлял. Однако ему нечего было чужому кристально ясному сознанию в очередной раз предложить. Юноша сильнее сдавил пальцами примечательный короб, свободной рукой укрывая подарок в складках распахнутого пиджака - капало. С навесов крыш, с тонких ветвей деревьев, с самих кучных сизых облаков. Один поворот сменил второй, третий. Припадал к тëмному влажному асфальту мутный блеск высоких грациозных фонарей. Шерсть предательски намокла. Неприятно. Незримо вздымалась под снежной тканью рубашки сильная мужская грудь. Сет забрëл на безлюдную, кажущуюся совершенно безжизненной незнакомую улицу. Ошибся. Нестрашно. Не придал вовремя значения сокрытому в сгустившейся темноте немаловажному перекрëстку. Сделал назад несколько шагов, готовый изменить направление. Всего на мгновение сошлись у переносицы светлые брови - несколько холодных капель, что неожиданно сорвались с карниза, неизбежно оставили на звериных ушах продолжительные чувственные поцелуи. Тихо, весьма безобидно, как приучен был, выругавшись, тирен согнал с шерсти влагу свободной ладонью, бережно, деликатно. Мокрая шкурка доставляла невероятно ощутимое неудобство. - Бережëте покой ночных улиц, офицер? - раздался за спиной несказанно знакомый голос. Кажется, не обойдëтся одной единственной встречей их друг от друга весьма отличное времяпрепровождение. Лоуэлл замер. Обернулся через плечо, застав неподалёку даму в красном одеянии: она невесомо расправила ладонью невидимые складки, только после содеянного перенесла к его фигуре сосредоточенный взгляд. Гулко отзывалась в мертвенно тихом, безмолвствующем пространстве её хищная поступь: так грозно, внушительно ранил слух цокот длинных рубиновых каблуков. Качнулись на платье множественные завязки. Она скрестила на груди руки. Освобождены от легковесной ноши были её ладони: уже умудрилась куда-то пристроить вручëнное несколько ранее подношение. - Следишь за мной? - гордо вскинул Сет, недоумевая, голову. Впились в знакомый утончëнный образ проницательные пурпурные глаза. Она обезоружила его одной лишь фразой. Выудила из арсенала его всевозможные догадки и запредельные домыслы. - Я буду ночевать. Здесь, - указала девушка на близстоящее здание. - Утром же отправляюсь на вызов, - самодовольная улыбка, как самодостаточную женщину - золото, тут же украсила её миловидное лицо. Мужчина выдохнул, уводя, размышляя, сливовый взор. Джейн в обыденной манере направилась ему навстречу, заприметив в руках находящийся винный набор, что старательно укрывал молодой человек от проказливых неостановимых капель. Нежный обволакивающий шëпот мгновенно окунул в пучину необычайного умиротворения с головой, не позволяя на чëм-либо другом сконцентрироваться усталому сознанию. Она говорила тихо, не желая обыденной и весьма случайной, незапланированной беседой тревожить постояльцев драгоценный покой. - Всë же решил непреклонный офицер в обстановке более привычной, наконец, расслабиться? - глаза зацепились за короб, как за ткань - колючий докучливый репей. Она с нескрываемым интересом склонила к правому плечу угольную макушку - медлительно склонились следом изящные нечеловеческие уши. Лоуэлл недовольство своё озвучивать не стал - выразил отрицание незатейливым из стороны в сторону головы покачиванием. В круговом движении зашлись, отношение её показывая, глубокие небесно-голубые глаза. Женская рука крайне осторожно потянулась к юноше выданному подарку - как бы спрашивал необходимое разрешение хитрый васильковый взор. Проигнорировать намерен был он столь невинное преступление: секунда, и она извлекла дорогую, совсем новую бутыль, вынув выступающую над горлышком пробку фарфоровыми пальцами. Он впервые видел её такой. Открытой. Настоящей. Доу нескромно сделала глоток, бегло устраняя излишки напитка кончиком языка. Неужели нечто тяготило её на протяжении длительного времени? Как и в эту самую минуту? - Непростым обещает быть следующий месяц, - непринуждëнно начала разговор она, - этот вечер мог оказаться последним, когда удалось всем сотрудникам позволить отягчëнной обстоятельствами душе передохнуть, - затронул ненавязчиво, любовно кончик длинного хвоста рубиновую ткань. Юноша едва заметно свëл у ровной переносицы светлые брови, медлительно кивая. Чего хотела от него эта непредсказуемая женщина? Чего пыталась добиться? С какой целью эту тему подняла? Заиграли на фигурах укрытых пеленой мрака зданий расплывчатые тени, что вырисовывала старательно любопытствующая красавица-луна. В этом сверкающем на небосводе диске не было ничего поистине примечательного. Его сияние затмевал умело один единственный перед ним находящийся изящный силуэт. - Такие мгновения помогают узнать товарищей куда лучше. Впрочем.. тебе ли не знать? - невидимо улыбнувшись, она вновь приготовилась сделать глоток. Сет насторожился. Стоило ли предложить ей в ситуации неоднозначной посильную помощь? Однако только хотел он воплотить в словесном выражении свою немудрëную мысль, как девушка снова подала голос. - Приятно, когда люди умеют быть искренними, - с колким упрëком, с немым подозрением, с нескрываемой язвительной насмешкой. - Разве давал я повод сомневаться в своей искренности? - шерсть на хвосте, как смоляные облака из дымохода, подалась ввысь. Неужели, считала она, человек способен был показать свою истинную сущность исключительно под влиянием сторонних сомнительных средств? Она всерьёз задумалась. Неспешно, играючи поболтала в руке расположившейся ëмкостью. - Ни разу, - свела плотной полосой алые губы, - до некоторого времени, - неожиданно наклонилась под действием её ладони ещё полная бутыль, опустилось, как вешают нос опечаленные люди, над открытой белоснежной кожей узкое горлышко. Полились одна за другой багровым потоком холодные, о бледную плоть разбивающиеся капли. Юноша замер. Округлились в неописуемом удивлении пурпурные глаза. - Что ты.. - сбился с мысли, в скупом изумлении наблюдая за происходящим, - делаешь? - но тут же опомнился, обрыскал руками пиджак, поторопился вынуть из внутреннего кармана меловую ткань, однако девушка, выставив вперёд ладонь, пресекла любое его благое намерение. Закончив необычную процедуру, вобрала полной грудью морозный воздух - сошли несколько ниже, впиваясь в одеяние, редкие капли. - Даю тебе выбор, - увела в сторону вино, припуская вместе с красными бретельками наряда ткань. - Ты не пьëшь. Совсем. Ни капли. Даже за победу. Бокал стал для тебя чрезвычайно мал, - она вскинула кверху подбородок, глядя на товарища льдистыми глазами, - значит, испробовать решишься с моей кожи, - сощурила в очевидном ожидании небесно-голубой взор, наблюдая, как пристально изучал молодой человек её пылающее уверенностью лицо. Зашумела в висках кровь, затихло дыхание. Пробила аккуратные мужские пальцы мелкая навязчивая дрожь. Сделала к нему ближе шаг - её грудь бесцеремонно коснулась его собственной. Не отпрянул. Но беззвучно сглотнул: неловко, боязливо, волнительно. - Через неопределённое количество дней мы вновь станем соратниками, противниками, по велению судьбы - бездыханными телами. Но.. не этим, - с особым нажимом произнесла она последние слова. - Сними, непреклонный рыцарь, свои осточертелые доспехи «исполняющего». Хотя бы на один глоток. Она была настроена несказанно серьёзно. Зашлось глубоко в груди испуганным зверьком молодое неопытное сердце. Непредсказуемая. Неудержимая. Безумная женщина. Сейчас стояла рядом с ним, так близко, что, казалось, он отчëтливо мог ощущать её спокойное, размеренное дыхание. Сгущались облака, неизбежно непогоду предвещая. Выскальзывала ловко из-под их пунцовой ширмы сверкающая серебристая луна. Юноша заволновался. Увëл, растерянно хлопая глазами, к затянутому небу проникновенный взор. - Не стоит. Прикройся, прошу.. - он виновато, точно по его воле кожу груди оголила девушка, потупил невинный взор, как можно скорее стягивая с плеч чëрный пиджак. Однако тут же припал к земле, из сильных рук выпадая, элемент гардероба - она запустила пальцы в его волосы, любовно играя снежными прядями. - Более не будет у нас ни сил, ни времени, ни права на эту глупость, - казалось, в её тоне промелькнуло нечто, сродни искренней печали. - Я хочу знать, что ты чувствуешь то же. Я хочу знать, что ты.. живой, - Сет задумался, впервые заставая коллегу такой расчувствовавшейся. Небрежно дëрнулся кончик уха. Прилила к щекам кровь, когда он склонился над её кожей несколько ниже. Беспокойно, но скоротечно колыхнулся из стороны в сторону пушистый хвост, когда он принял её затейливое предложение. Морозом излюбленные мужские губы коснулись нежного тела в чувственном, осторожном, пробующем поцелуе. Ладони непроизвольно опустились на хрупкую талию, не планируя задерживаться в этом месте дольше, чем следовало: скользнули, слабея, к округлыи девичьии бëдрам, тонкими пальцами собирая рубиновую ткань. Джейн улыбнулась, выпуская из груди шумный, долгожданный победителя выдох. Встрепенулись на голове нечеловеческие уши: очищать наведëнный ею беспорядок принялся молодой офицер. Горячий, как неспокойное бушующее пламя, шероховатый язык с кошачьей ловкостью огибал холодные, точно капли прошедшего дождя, острые выступающие ключицы. Сильнее сдавила на загривке локоны нежная ладонь. Каплю за каплей собирал мужчина, бережно, боязливо, оставляя влажные дорожки на охладевшей фарфоровой коже. Дышал прерывисто, рвано. Волнение накрыло совершенно внезапно, словно сошёл с заснеженной поверхности неоднородный рассыпчатый ком. Она подлила из откупоренной бутыли угощение, совсем немного, ласку растянуть намереваясь, самым что ни на есть лучшим образом осознавая: он приучен не был много пить. Вновь кольнула язык терпкая холодная жидкость. Он деликатно затронул упругую вздымающуюся грудь. К ложбинке побежали неуловимые алые капли. Затаил офицер, как стихал в полях неуловимый ветер, сбивчивое неровное дыхание.«Это безумие»
И встретился глазами с её - изучающими, испытывающими, выражающими невообразимое, яркое, гордостью за своего подчинённого преисполненное удовлетворение. Принялся осторожно, на девушку поглядывая, получить желая её полное одобрение, и в этой области поверхностно исполнять то, к чему был обязан. Однако не без последствий обещано было проведение небольшого увеселительного мероприятия: он замер, поцелуем запечатлев на её коже своё прикосновение, сошлись у аккуратной переносицы серебристые брови, когда ощутимым стало в оковах теснящей ткани изнывающее натяжение. Сет, порывисто выдохнул, отстраниться желая с целью избавить обоих от невероятной неожиданной неловкости - она не позволила. Оглаживала нежно, медленно, успокаивая, пушистые снежные пряди, попеременно затрагивая осознанно опустившиеся, расслабленные уши. На асфальт опустилась бутыль. Он вновь припал к её телу пылающими губами - порадовала чуткий тирена слух продолжительным вожделенным вздохом. Закружил юрко, ловко в морозном воздухе длинный девичий хвост: невесомо коснувшись, предупреждая, принялся бесцеремонно ласкать чужое возбуждение плотный извивающийся конец. Офицер простонал глухо, почти жалобно. Сильнее сдавили бледные пальцы на бëдрах рябиновую ткань. Он покрывал её грудь чувственными точечными поцелуями, уже не обращая внимания на редкие алые капли. Губы хищно припали к коже ключиц, невольно поднимаясь выше. Девушка довольно запрокинула сумрачную голову, гладя по волосам своего подчинившегося их маленькому безумию дорогого товарища. Он уткнулся в изгиб её шеи, как крохотный зверь, что у животного покрупнее искал необходимое пристанище, стыдливо опаляя снежную плоть сбивчивым, рваным, безудержным дыханием. Убивала, крупицы самообладания уничтожая, эта тихая, избирательная, изощрëнная пытка. Содрогалась грудь. Выступила под белой рубашкой невидимая жаркая испарина. Сошёл с грубых уст очередной, в этот раз старательно сдерживаемый судорожный выдох: она опустила, различимо усмехаясь, на выступающую ткань свою горячую ладонь. Вселенная сжалась. Он усердно чередовал забор воздуха с неспешными, невесомыми, такими необходимыми поцелуями. Обволакивали мягким бледным свечением почти неподвижные, наслаждающиеся желаемым обществом друг друга фигуры молчаливые наблюдательные фонари. Приятно покалывало в груди. Рисовало сознание самые смелые, заставляющие щëки необратимо гореть смущающие картины. Подушечками пальцев она умело изучала зону подле его ушей, вынуждая мужчину теряться в собственных необыкновенных ощущениях. Он смотрел на неё с беспримерной, невообразимой нежностью. Подался навстречу её горячим губам своими собственными. Однако не состоялась столь трепетная, так давно лелеемая им долгожданная встреча: ускользнула, из невесомой хватки выбираясь, девушка, словно порывом ветра унесло притягательный осенний лист. Она отстранилась, поднимая с влажного камня бутыль, не переставая улыбаться. Не так, как привыкла делать это обычно. Совсем по-другому. Было нечто тëплое, умиляющее, крайне искреннее в этом незначительном общепринятом жесте. В одно мгновение обдало вечерним морозом разогретую кожу. Тут же стало необычайно тоскливо. Голодно. Без мимолëтных взоров, нежных прикосновений, без её необходимого, желаемого юношей довольно редкого, скоротечного присутствия. Всего секунда - девушка двинулась дальше. Не глядя, проложила к заветной двери, что вела во временное её укрытие, обыкновенный бесхитростный путь. Стучали каблуки. Офицер, обернувшись, через плечо, одними глазами проводил свою таинственную спутницу. Ладонь легла на холодную, безжизненную - в противовес его на чувства способному телу! - поверхность. Джейн прошелестела неслышно, вкрадчиво, чувственно. Двинулся неспешно, ловко длинный крысиный хвост. - ..Доброй ночи, Сет, - припали к обездвиженной фигуре горящие сапфировые глаза. - Вино было вкусным. А ты.. - она закусила губу в длительном раздумии, - ..ты был очень аккуратным, - наградила его обворожительной ухмылкой. - Собирается дождь, - коснулся взор сгустившихся грозовых облаков, - вряд ли тебе шерсть выжимать понравится, - хохотнула, отворив, проходя внутрь, дверь, - поспеши в стенах дома укрыться, - она взглянула на бутыль, взболтнув содержимое. - До следующего раза, офицер, - склонила, в острые мужские черты всматриваясь, к правому плечу голову. - Гляди, как бы угрозой не выступила для тебя разыгравшаяся непогода, - и скрылась. Щëлкнул в замочной скважине, нахально подразнивая, малозаметный миниатюрный ключ. Юноша выдохнул. Пылало, полыхало неостановимо, неистово глубоко во вздыхающейся беспокойно груди. Сошлись в опечаленном выражении красноречиво меловые брови. Он склонился, поднимая с земли излюбленный элемент гардероба, что оставить пришлось в момент весьма внезапный и приятно неожиданный, повязав, внимательно расправляя нежелательные складки, его на поясе - обдало пушистый хвост мимолëтным колючим холодком. Сделал в противоположную от тëмного здания несколько медлительных шагов, бросив последний взгляд на заурядную конструкцию. Спрятал ладони в карманы брюк, не в силах пребывая вытеснить из головы её многозначительные слова. На уголках губ кружилась безупречными цветка лепестками терпкая ягодная жидкость. Он ступал нехотя, неспешно.Точно подгонял, тоску его согнать намереваясь, попутный напористый ветер: взъерошивал, словно трепал младшего брата нежные волосы, неуловимыми ладонями перламутровые пряди. Не было отчаяния. Разочарования. Лишь незначительный осадок. Сет устало растëр пальцами переносицу. Резко сбилось, участилось, стоило ощутить на языке вина горький вкус, непослушное незримое дыхание. Омывали поверхность чëрных лакированный туфель игривые прозрачные капли. Соблазнительница. Обольстительница. Невероятная, обворожительная, неотразимая искусительница.☂︎
