После страданий наступает мир

Однажды всему будет конец. Из подвала выпустят всех.. или же, как в этой истории, лабораторию обнаружат полиция, и арестуют всех кто связаны были с ней. Кэтри Лонд придется сбежать, с Экри и зайцем. А остальные в тюрьму. Вот печально..но история не про них. Это было спустя три года с момента выпуска всех жертв из подвалов, корпусов и камер жестокого места. Вакуум давно стал человеком, который вел повседневный образ жизни. Многие из знакомых попали в психбольницу, но не Вакуум. Он единственный мз своего бывшего класса, который был позитивным. Он просто продолжал жить, словно ничего не было. Купил себе дома за деньги, которые выдали всем как компенсация, и обустроил. Это было недалеко от края города, где были люди. Реально люди. Вакуум ежедневно гулял в пять утра до магазина и обратно к себе, покупал продукты, думал чтобы завести себе питомца, пока не решился. Ежедневно ровно в 4 перед походом в город шел на край города, на огромное поле цветов, которые были ещё прекраснее летом. Солнце только вставало, небо розовое приятное. Цветы словно немного блестели. И одинокое дерево. Ромашки, разные цветы, розы, всё сразу. Чего только не было в этом волшебном мире. Люли не ценили этого так, как тот, кто был в подвале много лет. Так-же Вакуум возвращался на это место в закат, к 21:30 приходил, и уходил в 00:30. Провожал солнце, и встречал звёзды. А их много. Небо было светлое, и луна не была единственным источником света. Звезды, переливающиеся создания, которые кажутся крошечными из-да расстояния там, на небе. Ночью чуть прохладно, но в футболке можно гулять. Это было в ничем не отличающийся день, когда Вакуум пришёл в то самое место, и нашел больно знакомую персону. Солнце только вставало, лицо владельца темноволосой головы смотрело на солнце, а сам незнакомец стоял спиной к Вакууму. Где-то сзади самого Вакуума дунул ветер, который как бы провожал и вынуждал его шагнуть вперёд, к силуэту. До боли знакомый черный костюм, с короткими рукавами кончено из-за лета, как никак. На хруст ветки, которая свалилась из одинокого дерева недалеко, повернулся и незнаконец. И именно тогда Вакуум разглядел его получше. Знакомый костюм, еще и красный галстук. Черные пряди волос, неестественно тёмные словно черная дыра, словно тень без возможности на свет. И красные пряди и переливания на кончиках его волос. Сразу стало вдруг понятно Вакууму, кто перед ним, отчего сердце сжалось. Не от страха и напоминания о подвале, а от необычного удовлетворения того, что Аудитор жив,и именно в его руках была банка энергетика. Только вот, судя по всему, Аудитор действительно стал человеком. Молчали они оба, но только Вакуум из них двоих расплывался в улыбке. Невольно, но искренне. Трудно было гасить тот факт, что Вакуум скучал по тому, к кому частенько в те времена мог приставать. Любя Шутя, конечно. Как бы романтично не было, но Аудитор в улыбке Вакуума видел всё ту же тупость. Вакуум не заметил, когда пропала в руках газировка, которую до этого Аудитор явно пил. —А ты всё тот же Васька Вакуум..—Тихо усмехнулся старший, слегка наклонив голову вбок. Встающее солнце немного светило кончики волос, волосинки желтым. Рассвет. Ответа от Вакуума не последовало, но послышались быстрые шаги, а это Вакуум приблизился так близко, что все правила личных границ не могли и слово вставить от близости. Аудитор почувствовал тепло, прикосновение сзади. Хотя Вакум был спереди, который плотно прижимался к старшему, крепко обнимаю. Ветер обдувал немного сзади, отчего волосы Ваккума, которые в отличи от волос Ауди, были длинные, поддавались вперед, закрывая собственное лицо от посторонних несуществующих камер, которые могли бы заснять момент для фильма. А ещё эпичнее было то, что сам Вакуум был в белой ночнушке длинною до колен, закрывая и их. Так что и одеяния, словно платье, поддавались вперед от ветра. Аудитор не принялся обнимать сразу. Он не тот, кто в отличии от Вакума, скучал. Особенно по тому, кто вжался в объятия сейчас. Но и отталкивать не стал, момент эпичный. Холодно не было, но после объятий когда Вакум прекратит, у Аудитора явно останется чувство холода, потому что объятия теплыми были. Руки, сам Вакуум. Он теплый, как и характером конечно. Только вот слишком часто меняющий настроения. Но как бы Аудитор не был таким, как Аудитор, все же кое что он сделал. Он не оттолкнул младшего, не отстранился. Легкое касание ладони белоснежной по голове коричневых волос, скорее немного приглаживая. Легкое касание, как утешение. На улице стало светло, Вакуум давно пропустил ритуальный поход за продуктами. Не каждый день старого знакомого встретишь. Но Вакуум вскоре бвстро отстранился, что до сих пор остается загадкой, смена ли это настроения, или же Вакуум не любит касания его волос. Ну явно не второе. Младший демонстративно развёл руками, улыбаясь. Где стояли на поле ребята, там цвели яркие желтые одуванчики, которые сразу заприметил Вакуум. В основном болтал Вакуум как раз, а Аудитор молчуном был. Жаль Вакуум не умеет читать мысли..И быстро же забыл эту грусть, кое что придумав. Вакуум резко прекратил говорить, а затем положил свои ладони Аудитору на плечи, и резко потянул вниз, и подножку подставил чтобы тот точно свалился на траву. Заставив сидеть смирно не под дулом, Вакуум собрал одуванчики, из которых начал делать венок, приговаривая что-то. Малой странный, то грустный то весёлый, эмоции меняются, как и действия и идеи. Но Вакуум никогда не был пошляком, так что вскоре он смело надел на голову старшего красивый венок из одуванчиков. Банально, но Вакуум считал, что Аудитору подойдёт именно жёлтый венок. Вакуум обошел Аудитора, и устал перед ним. Его глаза блестели от радости. И резко скачок вперед, оба свалились на траву. Тут уже вспоминалась Лика, которая частенько нападала. Но Вакуум, находясь над беднягой, не собирался есть. Он просто в припадках радости зачмокал в щеки, в лоб и в...Нет, он не стал. Вакум слез, и повисло неловкое молчание. Странное чувство, в целом, Вакум всегда был тем, кто постоянно меняет эмоции. Это нормально. И Аудитор привык, так что можно и не удивляться. Жить вместе не стали, как и часто проводить время вместе. Обстоятельства свои, у Аудитора и Вакуума своя жизнь. И в этой жизни не будет друг друга. Сначала через день, после ещё реже, а однажды Вакуум поймал себя на мысли, что забыл лица всех. Лица тех, с кем сидел в подвале, с кем дружил. И в конце концов, забыл лицо Аудитора того. Навсегда.