☆☆☆
5 июня 2026 г., 00:00
Холодный ветер трепал светлые волосы. Эндрю сидел на крыше, медленно вдыхая сигаретный дым. В груди была пустота. Она больше не приносила боли, а просто существовала. Она – факт того, что ничего не изменить. Прошлое не воротить, мёртвых не вернуть. Говорили, что время лечит, но Миньярд не согласится с этим: время лишь притупляет боль, делая её частью повседневности.
Скинув дотлевшую до фильтра сигарету с крыши, Эндрю направился к выходу. Закрыв дверь, он поспешно спустился по лестнице. Предаваться грустным воспоминаниям не хотелось, но они будто сами лезли в голову, разъедая мозги. Нила не было уже три года, пора свыкнуться с этим. Миньярд это и сделал, не видел смысла страдать. Но его разум играл с ним плохую шутку. Чувство утраты иногда било по голове с оглушительной мощью. Как бы он ни старался прогнать его, ничего не выходило, пришлось умыть руки, из раза в раз поднимаясь на крышу, он пытался перебить ноющее чувство утраты дозой адреналина, выпивкой или сигаретами, но те долгие встречи на крыше никогда не покинут его памяти. Нил приходил к нему во снах, говорил о том, что скучает, предлагал сыграть в правду. Хотелось оторвать этот язык без костей, чтобы просто не слышать этот голос, но он соглашался, задавая один и тот же вопрос: «Ты мертв?» — лицо Джостена начинало размываться, и он просыпался, так и не услышав ответ, хотя ему казалось, что вот-вот слова сорвутся с чужих губ. Стоило только увидеть рыжие волосы в толпе, как тело напрягалось. Какие-то мелочи напоминали Эндрю о Ниле. Что-то не давало полностью забыть о Джостене.
Это не та любовь, о которой все так мечтают. Точно нет. Миньярд всей душой ненавидел Джостена. Ненавидел, но ездил на мотоцикле и участвовал в нелегальных гонках, которые так любила рыжеволосая проблема. Ненависть переполняла всё сердце и душу, но Эндрю даже после смерти Нила закурил на крыше две сигареты: одну — для себя, а вторая просто тлела в его пальцах. Эту привязанность не стёрли года, она пожирала Миньярда, а он вместо того, чтобы уничтожить все воспоминания, те чувства, что их связывали, хранил их под замком словно дракон, оберегающий свои драгоценности.
Блондин вышел из общежития и подошёл к излюбленному Suzuki. Сев на мотоцикл, он направился за город. Хоть на голове надет шлем, всё остальное тело ощущало скорость. На мотоцикле она чувствовалась лучше, чем в машине, на которой обычно ездил парень. Скорость давала невероятное чувство свободы, прекрасное чувство. Порой казалось, что рядом был призрачный мотоциклист. Призрак Нила ехал рядом, набирая всё большую скорость, предлагая Эндрю шуточную гонку. И блондин вёлся на это. Соблазн обогнать знаменитого гонщика по прозвищу «Бегунок» был слишком велик. Но Бегунка не было в живых.
Место этого гонщика занял другой, более дикий и безбашенный. Среди любителей гонок раздавались споры: новый гонщик был копией Бегунка или его улучшенной версией? Прозвище его было «Монстр». Он никогда не снимал шлем и оставался скрытым от публики. Только организатор гонок Хеннесси знал, кто скрывается под шлемом.
— А вот и наш герой! — радостно воскликнул Хеннесси, когда завидел знакомый мотоцикл. — Монстр, ты как всегда подъехал к самому старту. Тут такое произошло, пока тебя не было! У нас новенький, он прибыл один из первых и договорился со мной об участии в гонках.
Эндрю поднял стекло шлема, одаривая его безразличным взглядом, давая понять, что ему плевать на новых гонщиков.
— Не смотри на меня так! Ты дослушай меня до конца. Так вот, этот новенький не назвал ни имени, ни прозвища. Решил выступать полным анонимом. Он прокатился пару раз по трассе, чтобы ознакомиться с ней, и сразу привлёк внимание зрителей. Самое интересное в том, что по стилю езды очень напоминает легендарного Бегунка!
Эндрю замер. Он опустил стекло шлема и нахмурился. Слова Хеннесси звучали для него как бредни сумасшедшего. Кто мог скопировать стиль Бегунка? Даже ему понадобилось погонять с проблемой не единожды, чтобы разобраться в его уловках. Нил — головоломка, которую Миньярд с интересом отгадывал. Кто ещё мог отгадать его? Возможно, не только Эндрю знал его секреты. К чёрту.
— На него многие сделали ставки, — не унимался Хеннесси. — Тебе придётся постараться! Я слышал, многие считают его возрождением Бегунка и пророчат ему ни одну победу.
Взгляд Миньярда стал совсем хмурым; хорошо хоть Хеннесси не видел всего, что в нём было скрыто, а может просто не придавал значения. Он оглядел толпу и заметил сегодняшнюю звезду. За шлемом не было видно, но Эндрю чувствовал, как тот смотрел на него в упор. Подъехав к старту, он перестал обращать внимание на анонимного гонщика. На трассу вышла грид-герл, зрители заликовали при виде девушки в коротких шортах и топе, ничего не скрывающих. Пока все смотрели на соблазняющий вид девушки, гонщики были сосредоточены на её руках, в которых были клетчатые флаги, означающие начало гонки. Грид-герл подняла руки, и гонщики прижились к своим мотоциклам, готовые рвануть в любой момент. Рёв моторов заставлял биться сердце быстрее, разгоняя кровь по венам.
Стоило её рукам опуститься, как мотоциклисты сорвались с места. Мотоцикл — транспорт, развивающий большую скорость. Из-за отсутствия кабины человек легко может ощутить её на себе. В моменты заездов чувства обостряются до предела, приходится буквально чувствовать мотоцикл, сливаясь с ним в единое целое, чтобы не слететь с трассы. Некоторые повороты на такой скорости были опасными. С первого же поворота сорвался молодой парень по прозвищу Лайм, решивший попонтоваться перед девушками, а в итоге вылетел с трассы вместе с мотоциклом. Удар явно был не из лёгких.
Чем дольше длилась гонка, тем сильнее бурлила кровь в жилах, закипая, а адреналин зашкаливал. Приближаясь к финишу, остались лишь четверо. Монстр, анонимный гонщик и еще двое. Они шли почти вровень до момента, когда последние решили вытолкнуть главного соперника с трассы. Они зажимали его с двух сторон, приближая Эндрю к самому краю. Миньярд умело вильнул, чтобы избежать вылета: сам манёвр дался тяжело из-за ограниченности пространства и огромной скорости. Блондин не желал терять преимущество, правда, сильно оторваться он не мог, лишь балансируя на грани. Анонимный гонщик, вырвавшись вперёд, резко сбавил скорость, преграждая путь одному из наглых парней. Чтобы избежать столкновения, подлец попытался объехать защитника, но у него не получилось сделать это аккуратно, и он вылетел с трассы. Это было на руку Монстру, и тот вырвался вперед, игнорируя «героический» поступок гонщика.
Эндрю прибыл первым. Толпа взорвалась оглушительным криком, подбадривая любимого гонщика. Это не волновало Миньярда, он подъехал к Хеннесси и впервые снял шлем.
— Деньги с гонки мне переведёшь. У меня нет желания, пока ты, пьяница, соберёшься и отсчитаешь нужную сумму, — он надел шлем обратно и крепко сжал руль.
Эндрю обернулся, когда почувствовал тот самый прожигающий спину взгляд. Обернувшись, он увидел анонима — странный же он парень. Миньярд кивнул ему в знак хоть какой-то благодарности. Не сказать, что Эндрю нравятся приличия, но тот гонщик смог хоть как-то отвлечь его. После он уехал. Блондин, прислушиваясь к интуиции, понял: те двое, что пытались спихнуть его с трассы, так просто его не оставят, уж слишком часто они пересекались на заездах. Это не понравилось блондину. Лучше уехать раньше, чем они заметят его пропажу. Новые проблемы ему не нужны.
Миньярд доехал до парка и смог выдохнуть спокойно. Он слез с мотоцикла и подошёл к перилам. Перед глазами расстилалась река, на которой мирно покачивались волны. Эндрю достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. Оранжевый огонёк осветил лицо блондина и поджёг сигареты. Серый дым клубками выходил из его рта. Тишина вокруг помогла ему расслабиться, но ненадолго.
— Ты думал, мы тебя не найдем? — раздался голос из-за спины Эндрю.
Те двое наглых гонщиков действительно решили не оставлять Монстра в покое. Последний не одаривал их вниманием, спокойно докуривая сигарету. Отбросив окурок в сторону, Эндрю провёл пальцами по повязке на руке, обводя очертания ножа.
— Ты совсем охуел!? Смотри в лицо, когда с тобой разговаривают, а не стой спиной к нам! — взорвавшись, один из парней схватил Эндрю за плечо и грубо развернул его к себе лицом.
Миньярд, не мигая, смотрел на парней, похожих на двух разъярённых быков. Разбираться с этими идиотами желания нет. Они что-то кричали гонщику, руки их были сжаты в кулаки. Эндрю не слышал ни единого их слова. Его лицо не выражало ни капли интереса к этим мудакам.
Пока они кидались угрозами, не приступая к действиям, Эндрю заметил движение среди деревьев. Тьма могла играть со зрением блондина, но он был уверен, что ему не показалось. Кто-то в темноте двигался аккуратно и бесшумно — так, что двое долбоёбов, стоящих спиной к деревьям, не заметили этого.
Угрозы «разъярённых быков» надоели мотоциклисту, он развернулся и пошёл к мотоциклу. Двое гонщиков недовольно окликнули Монстра и сразу направились за ним. Эндрю хмыкнул, не обращая внимания, но когда они резко замолчали — это напрягло. Стоило ему обернуться, как ноги сами сделали пару шагов назад.
Оба парня лежали на асфальте без сознания. Около них спокойно стоял невысокий парень, сложивший руки на груди. Его рыжие волосы беспорядочно лежали на голове, его льдисто-голубые глаза смотрели прямо в карие глаза Эндрю, а на губах растянулась лёгкая довольная усмешка.
— Прекрасно ездишь, Монстр. Я так и думал, что на финиш первым прибудешь именно ты, — перед ним стоял Нил.
Многочисленных шрамов на его лице стало только больше, улыбка была уже не той беззаботной, а более хищной. Это был все тот же Нил, что и три года назад, но ощущался он по-другому. Черты лица изменились, стали более резкими и точными. Что-то в нём кричало, что он не тот Нил Джостен, помешанный на мотоциклах и экси.
— Ты мёртв, — сквозь зубы отчеканил каждое слово Эндрю.
— Разве? Я сейчас стою перед тобой и даже разговариваю. Моё сердце бьётся, дыхание есть, — насмешливо сказал он, сделав пару шагов к Миньярду. Но после из голоса будто пропало все то инородное, фальшиво-заинтересованное, и вот он — его Нил. — Не думаю, что я похож на мертвеца. Я писал тебе ещё перед уездом, объяснил всю ситуацию. То, что происходящее затянулось на три года, — стечение обстоятельств.
— Ты ничего мне не писал. Знать, как я ненавижу ложь, и врать мне в лицо — не лучшая идея. Самолёт с тобой и Мориямой разбился. Все три года тебя считают мёртвым.
— Ясно, — Нил запустил руку в рыжую копну волос. — А теперь выслушай меня. Я никогда не лгал тебе. Падение самолёта было подделано, мы летели в другое время и другим самолётом. У Мориямы их несколько штук. Я писал тебе всё в подробностях, говорил, чтобы ты не верил новостям.
— Допустим. Но твоих сообщений я так и не получил.
Три года назад.
Нил лежал на коленях блондина, наслаждаясь ощущением его руки в своих волосах. В общежитии они были одни. Ники выманила Элисон, чтобы пройтись с ним по магазинам. Кевин пропадал на корте. Аарон сбежал на очередное свидание с Кейтлин. Всё было как нельзя идеальным. Нил обрёл покой, семью, дом и Эндрю. Но счастье оказалось хрупким настолько, что его способно сломать одно сообщение. Услышав звук уведомления, Нил недовольно замычал и взял телефон.
«Ты слишком долго был свободным, Веснински. За свободу нужно платить. Ждём тебя. У тебя час.»
К концу сообщения прикреплены координаты. Рыжий поморщился при виде настоящей фамилии. Внутреннее чувство подсказывало: это не пустая угроза. Найти его могли лишь двое: родной отец и якудза. К горлу подкатил ком страха, ехать нужно. Рука в его волосах несильно потянула прядь, обращая на себя внимание.
— Ты слишком громко думаешь, — недовольно сказал Эндрю.
— Мне нужно ненадолго отъехать, — Нил надеялся, что всё обойдется без лишних вопросов.
— Валяй, — блондин убрал руку из рыжих волос, провожая его долгим взглядом.
Нил был ему благодарен. Надев кожаную куртку, парень вылетел из общежития, сел на мотоцикл и на скорости направился в нужное место. Плохое предчувствие закралось в голову. Пронеслась мысль, что обратно к Эндрю он не вернётся.
Прикреплённые к сообщению координаты привели парня к заброшенному аэропорту, на котором стоял частный самолёт. Сердце забилось в бешеном ритме, когда Джостен увидел, кто стоит около самолёта. К нему неспешно, скрестив руки в замок за спиной, шёл Ичиро Морияма. На лестнице для входа в самолёт стоял Рико, небрежно осматривая Нила.
— Знал, что ты последуешь приказу, Веснински, — возвышаясь над рыжеволосым, сказал Ичиро.
— Что вам нужно?
— Знаешь ли, младший, как я уже говорил, за свободу нужно платить. Твой отец теряет хватку и не справляется со своей работой. Ему нужен помощник. А кто сможет помочь Мяснику, как не человек с его генами? Родной сын.
— Я не стану этого делать, — Нил сжал руки в кулаки.
— Это не просьба, Натаниэль, это приказ. Но раз ты решил сопротивляться, сделаем так… Предоставим тебе выбор: ты или становишься младшим Мясником, или мы убиваем тех людей, с которыми ты был всё это время. Начнём, думаю, с голкипера Лисов, — нерасторопно говорит Ичиро, будто для него это была не угроза, а простое послание.
Сердце Нила пропустило удар. Он не мог подвергнуть опасности свою семью. Лисы — его слабое место. Морияма били умело, прямо в яблочко. Ему пришлось согласиться, а затем зайти на борт частного самолёта. Нил сидел напротив Рико, и тот злобно пялился на рыжего. Джостен дождался, когда младший Морияма отойдет. Он должен предупредить Эндрю. Достав телефон, Нил начал набирать сообщение.
«Не верь тому, что говорят про меня в новостях. Когда вернусь, я всё тебе объясню».
«Когда вернусь». Рыжий усмехнулся, хотелось исправить на что-то более реальное: «если вернусь» — но не стал этого делать. Осознавая, что они, скорее всего, больше не встретятся, он добавил:
«Спасибо, ты был великолепен».
Нила Натаниэля, внимая каждому его слову. Все три года Миньярд жил во лжи, сам того не подозревая.
— Были догадки, что Монстр — это ты, но убедился я только в тот момент, когда ты снял шлем перед Хеннесси, — Нат тяжело вздохнул. За время его ненастоящей смерти произошло слишком многое. — Получается, я врал тебе столько времени, хотя даже сам об этом не знал. Сможешь простить меня?
— Да, — ответил блондин.
Пара шагов — и расстояние между ними сократилось до жалких сантиметров. Руки Натаниэля легли на шею Эндрю, а тот схватил рыжего за ворот футболки и притянул к себе. Миньярд не желал медлить и прильнул к губам Ната. Ненависть к нему выросла в несколько раз, но он был в его руках. Главное, что рыжий жив. Он жив: это не его фантазия, ведь Эндрю в попытке окончательно убедить себя приложил пальцы к его шее. Сердце Натаниэль отчаянно билось, оно билось, кажется, все те три долгих года лишь для этого момента.
***
— После меня позвал Ичиро. Рико, видимо, увидел, что я что-то писал, поэтому залез в мой телефон и удалил сообщения, — закончил Нил свой рассказ. — Нила больше нет. По всем документам я — Натаниэль Веснински. — Как ты смог вернуться? — В одном из мест, куда меня направили по делам якудзы, я смог дозвониться дяде и всё ему рассказать. Он-то мне и помог. Мой отец мёртв, а у японской и британской мафии началась сильная вражда. Я смог сбежать. Всего пару дней назад прибыл в город, узнал про гонщика, что превзошёл меня и решил вспомнить прошлое. Эндрю не сводил глаз с
