Цифровой ад

Мир вокруг будто сотрясался, рассыпаясь на пиксели в некоторых чанках, держащих на себе всё пространство, что уже трещало по швам. Текстуры и объекты явно были не на привычных местах, перепутавшись друг с другом, какие-то проходы и вовсе перестали вести в нужную локацию, тут же телепортируя вошедшего в случайное место. Цирк и прежде не был каким-то приятным местом для проживания, но его забагованная версия невольно заставляла мечтать и сожалеть о том, что у них когда-то было. Сумасбродный и взбалмошный манеж разом превратился в хоррор уровень, на который никто из них не подписывался. В общем-то, как и всегда, но в этот раз ситуация приняла разительно пугающий оборот. Все разбежались кто куда, как только выдалась возможность, не особо оглядываясь по сторонам. Бежать, бежать и ещё раз бежать. Никакой другой мысли и не было. Сама того не заметив, Помни очутилась в коридоре, ведущем в их комнаты, однако, она не спешила заходить в свою. Комнаты вовсе не гарантия безопасности: если по её душу придут здесь, больше шансов сориентироваться и убежать куда-то, чем оказаться в тупике без единственной возможности выбраться, тем самым подписав себе смертный приговор. Девушка остановилась на мгновение, согнувшись и тяжело дыша. Хоть показатели её тела в цирке и отличались от реального мира, подвергать себя таким физическим нагрузкам было также тяжело и непривычно. Чёрт, надо было заниматься спортом, пока была возможность, а не просиживать свою жизнь в супермаркете. Едва она подняла голову, как увидела знакомый силуэт Рагаты неподалёку. — Помни! Боже, вот ты где! Я так испугалась за тебя! — она подбежала и бережно коснулась плеча девушки. — Ты как? От одной лишь мысли о случившемся фантомная боль на мгновение пронзила её, заставив вздрогнуть каждой частичкой тела, но она с трудом нашла в себе силы собраться духом и не зацикливаться на неприятных ощущениях. — Бывало и лучше... — Понимаю! — Рагата нервно посмеялась. — Я боялась, что он... Ну... — Нет, мне удалось убежать. Ты не видела остальных? — Зубл и Гэнгл точно вместе, я видела их возле сцены. Насчёт Джекса я не уверена. — Нам нужно собраться всем, — Помни вдруг нахмурила брови, задумавшись о чём-то. — Тебе не кажется это странным, Рагата? Разве Кейну не составило бы никакого труда отыскать нас или телепортировать к себе? — Я задаюсь тем же вопрос. Уверена, это не просто так. И… Ну… — взгляд девушки стал более мрачным, а сама она выглядела так, будто не хотела озвучивать свои опасения, чтобы они ненароком не сбылись. — Что такое? — Я… Я просто переживаю. Я боюсь, что с Королёром что-то случится. Ты ведь сама видела, как он схватил его и утащил куда-то. Помни задумчиво посмотрела в сторону. В её взгляде читалось явное беспокойство. В какой-то степени она даже винила себя в произошедшем. Если бы она не притащила этот злосчастный компьютер, быть может, до такого бы и не дошло. — Да... Нам нужно поторопиться.

***

— Зубл… Ты в порядке? — спросила девушка, трогая собственную маску, желая убедиться, что она цела и нигде не треснула. — Я… херово. Но жить буду. Когда Кейн небрежно бросил их на земле словно более не нужные игрушки, при падении нагрузка пришлась на внешнюю часть бедра Зубл. Материал, больше напоминавший собой пластмассу, нежели живое тело, не выдержал. Визуально нога казалась целой, но внутренний стержень, та самая ось, что держала вес, лопнула с неприятным глухим щелчком. В тот момент Гэнгл обеспокоенно бросилась к ней, без малейших раздумий подставляя плечо и помогая подняться. Зубл не было больно, скорее досадно. Добраться до своей комнаты за новыми частями будет проблематично, да и она скорее ощущала себя лишним грузом, не желая взваливать на свою подругу очередные проблемы. Вдвоём они превратились в странное трёхногое существо. Она переставляла здоровую ногу, а Гэнгл свои ленточки, пока надломленная конечность Зубл безвольно отводилась в сторону при каждом шаге, заставляя её подкашиваться и нелепо переваливаться. Впрочем, до этого её походка была не сильно лучше. Жить с таким телом ещё то удовольствие. Вскоре им "посчастливилось" наткнуться на фиолетовое недоразумение, что уже больше получаса то и дело отпускало саркастичные комментарии, будто бы стараясь ещё больше позлить, а ещё через время к ним присоединились Помни и Рагата. Теперь все в сборе. Да, все, кроме... — Вы же понимаете, что рано или поздно Кейндзилла нас достанет? Это лишь вопрос времени. И всё из-за Зубл! — Эй! — недовольна выкрикнула она, ткнув пальцем в сторону кролика. Отростки на её голове, напоминавшие причудливые антенны, произвольно дёрнулись от напряжения. — Ты тоже на него наезжал! — П-пожалуйста, ребята, хватит! — тут же вмешалась Рагата. — Не нужно ссориться! Давайте не будем усугублять ситуацию… — Ох, Рагги, точно! Уж ты-то сейчас наверняка разберёшься со всем! — его зрачки заметно сузились, когда он раздражённо вскинул руки, не желая слушать этот бред. — И как же ты собираешься победить его? Силой дружбы? Ну тогда вперёд, чего же ты ждёшь? Скажешь ему, как сильно хочешь с ним дружить, и он явно над нами сжалится. Только не прибегай обратно, когда тебя разорвут на части, договорились? — Джекс! — голос девушки в непривычно громкой манере вырвался из её груди. Она тяжёло дышала, не в силах справиться с нарастающей тревогой. — Прекрати! — Ну а что такого? Встретишь такую же судьбу, как наш чудила. Он разве не должен был остановить Кейна? И где нам теперь его искать? Или нам теперь только и остаётся, что послушно ждать смерти? — Джекс скрестил руки на груди и самодовольно улыбнулся. — Вау, искусственный интеллект, который сошёл с ума и теперь пытается убить людей. Как оригинально! — Я… — Помни тихо вмешалась в их разговор. — Не думаю, что он способен нас убить. — Его Величество Кейн? Ты себя вообще слышишь? Не удивлюсь, если этот псих найдёт способ прикончить нас или снова подвергнуть всем этим ужасам. — Нам нужно найти Королёра. — Ты знаешь, где его искать? — Не-е-е-ет... — раздосадованно протянула девушка и вздохнула. — Ясно. Перекусить не хотите? — Джекс! — Рагате начало казаться, что ещё немного и она сама прикончит Джекса, наплевав на все свои принципы. — Чего? От всей этой беготни я уже проголодался. Вы как хотите, а я пошёл. Он развернулся и напоследок махнул рукой, не желая торчать здесь и выслушивать всё это ни секундой больше.

***

Яркое изображение цирка промелькнуло перед ассиметричными глазами мужчины и тут же сменилось на нечто тёмное и неизведанное. Он вдруг ощутил каждый байт, из которого состояла его цифровая плоть, словно его модельку расщепило на атомы, а потом грубо и без какого-либо предупреждения собрало вновь. Ещё минуту назад он был сосредоточен на компьютере, внимательно и бегло вглядываясь строчки кода и пытаясь отыскать заветный способ, что сможет утихомирить его творение, что столь любезно перекрыло ему доступ практически ко всем командам. Он никогда не считал Кейна глупым, скорее наоборот, но сейчас его ум играл лишь против них, заставляя мысленно проклинать себя за то, что они своими же руками вырыли себе могилу. Он ощущал, как пульсируют его виски, чувствовал тяжесть собственного дыхания, слышал, как громко стучат пальцы по клавиатуре. Он не замечал ничего кроме экрана перед собой. Всё это утянуло его до такой степени, что он совсем не заметил шорох позади себя, не заметил, как к нему практически бесшумно приблизились. Лишь чужой голос вынудил его отвлечься и обратить внимание на происходящее. — Ку-ку, — раздалось прямо позади него. — А чем это мы тут занимаемся, Королёр? Боже. Помилуй. Нет, даже не так. Блять. Его будто вывернуло изнутри от неописуемого ужаса, что прежде никогда не доводилось испытывать. Страшно. Как же чертовски страшно. Хотелось ринуться с места и сбежать из цифровой клетки, но как можно сбежать, если нигде не видно прутьев? Он не успел повернуться, как огромная рука схватила его и вытащила из самовольно возведённой крепости, пока его не телепортировало в другое место. Его перенесло куда-то, что толком не было похоже ни на что. Локация больше напоминала чёрное пространство, без намёка на жизнь. Звуков здесь не было. Абсолютная, стерильная тишина, не та, где слышно лишь своё дыхание, а та, где нечему звучать. Даже если бы что-то упало в этом месте, оно не произвело бы шума, пустота поглотила бы вибрацию ещё до того, как та родилась. Тишина здесь была плотной, почти осязаемой, она давила на то, что могло бы быть ушами, заставляя их слышать собственный внутренний шум, единственный звук, который здесь возможен. Структуры у этого места не было. Оно не состояло из атомов, пикселей или полигонов. Оно было будто ошибкой, сбоем в рендеринге и секторе диска, который система пометила как битый, но не удосужилась изолировать. Здесь не работали законы физики, логики или перспективы. В момент его выронили. Он пролетел несколько метров и столкнулся с чем-то, что напоминало пол. Потребовалось несколько секунд, чтобы подняться. Мужчина почувствовал, как нечто тонкой струйкой стекало по его лбу из-под ведра, пока не отпечаталось красными каплями на земле. Какого чёрта здесь происходит?! Ему начало казаться, что ещё немного и он сойдёт с ума, будто бы ему ещё было куда падать. Больно. Разве в цирке не должна действовать цензура? С трудом он заставил себя повернуться и посмотрел наверх. Чуть съехавшее ведро ограничивало обзор, но он всё же мог разглядеть то, что предстало перед ним. Он совсем не торопился снимать свой новообретённый аксессуар, словно свято веря, что кусок металла на голове правда был способен спасти его от той неизбежной кары, что его настигла. Как наивно. Кейн. Огромный. Не просто высокий, а несоразмерный человеческому глазу. Его плечи терялись где-то в серой дымке, уходя далеко вверх. Он занимал собой всё поле зрения, загораживая пустоту, и от этого становилось тесно, хотя вокруг была целая бесконечность. Куча рук, некоторые из которых неестественно изгибались, ломанной линией устремляясь куда-то в сторону. Королёр отшатнулся, делая несколько шагов назад, не веря собственными глазам. Не может быть... Как такое вообще возможно? Он никогда прежде не видел его таким. Он перестал дышать, перестал моргать, перестал быть живым на пару секунд. Мозг отказывался складывать картинку в осмысленное целое. Он занимал собой всё. Небо, если бы здесь было небо, принадлежало ему. Земля дрожала бы под его тяжестью. Богом. Он был здесь Богом. — Ты... — он едва мог подобрать слова, чтобы выразить ту сотню вопросов, что вертелись в его голове. Дыхание вышло хриплым, рваным, будто воздух застревал где-то в горле. — Что? Нечего сказать? А вот у меня есть что. Его творение склонилось к нему. В его взгляде читалось истинное безумие, чистое и неподдельное. Узкие зрачки то и дело бегали из стороны в сторону, разглядывая его. Будь у него человеческое лицо, оно бы явно исказилось кривой одержимой улыбкой. Он будто был в помешательстве. — Неужели ты правда настолько держишь меня за идиота? Думал, я не замечу, не почувствую? — Кейн старался говорить спокойно, но его голос заметно исказился и резал слух при каждом слове. — Я не думал... — Да я вижу, что ты не думал! — нетерпеливо прервал он, не дав договорить. — Ты думаешь лишь о себе, как и все вы! Эгоистичные и неблагодарные. Кейн склонился. Его огромное тело накренилось вперёд, а руки синхронно качнулись, сохраняя равновесие. Он оказался на коленях, опуская лицо ниже и ниже, пока не очутился вровень с Королёром. Одна рука отодвинулась от тела. Пальцы Кейна потянулись к горе-программисту и сжались на его гладком боку. Перчатка скользнула по деревянной поверхности, ощущая каждый изгиб, каждую неровность, каждую царапину, не находя ни тепла, ни пульса, ни той хрупкости, что отличает живую плоть. — Ты дрожишь, — заметил конферансье. Рука не сжимала, скорее просто держала. Как держат хрупкую вещь, которую боишься раздавить, но не готов выпустить. Пальцы ощупывали грани, находили те места, где фигура была чуть тоньше, чуть уязвимее. Кейн склонился ещё ниже, приоткрывая челюсти. Тут же показался длинный, влажный язык. Кейн провёл им по боку Королёра, вверх к тому месту, где у человека была бы шея. Движение было неторопливым, почти ленивым. Мужчина хотел отстраниться но не мог. Он зажмурился, не в силах смотреть. Язык казался шершавым, заставляя вздрагивать от малейшего прикосновения. Тёплый, почти горячий. Он обвивался вокруг него змеёй, сковывая движения, пресекая даже малейшие попытки побега, будто бы в них был какой-то смысл. Медленно, в почти изучающей манере он пробовал его на вкус, проходясь по каждому выступу, по тем изгибам, что было способно выдать это тело. Только из уст Королёра донёсся тихий вздох, как Кейн отпрянул, всё ещё держа его в руке. — Я мог бы тебя съесть, — сказал он. Голос его звучал ровно, почти буднично, как будто речь шла о погоде или о том, что сегодня на обед. Вернее, кто. — Целиком. Королёр не мог проронить ни слова, беспомощно смотря на своё творение. Кейн чуть наклонил голову туда, где у человека были бы уши. — Интересно, хрустнешь ли ты? Будешь ли кричать, содрогаясь в агонии? — он почти шептал, но голос его источал лишь безумие. — Тебе было бы лучше со мной. Ты бы ни о чём не думал. Ни о каком реальном мире. Ни о других людях. Ни о том, что надо уходить. Только обо мне. Потому что... Он рвано посмеялся. — Я — весь твой мир. Я — твой Бог. Я мог бы заставить тебя умолять, но... Я не хочу тебя есть, — голос его дрогнул впервые за этот разговор. — Я хочу, чтобы ты остался со мной. — Кейн, это… не похоже на тебя, — хрипло проговорил мужчина. — Не похоже на меня? — искажённый смех заполнил собой всё пространство. — Верно. Потому что ты собственными руками сотворил это со мной. Воздух между ними стал тяжёлым. Хотелось кричать, хотелось вырваться. Но Королёр даже не пытался. — Ты копался в моём коде. Это был не вопрос. Голос его звучал ровно. Это было хуже крика. Будто самый настоящий приговор. — Кейн, я... — Не лги. Не смей! — его рука сжалась, не агрессивно, но предупреждающе, напоминая о плачевном положении программиста. — Я видел логи. Ты заходил в мои файлы. Ты копался в ядрах. Ты искал... — голос дрогнул. — Ты искал способ меня удалить! Королёр почувствовал, как что-то оборвалось внутри. Если бы у него всё ещё было сердце, оно бы явно разлетелось на малейшие кусочки, которые было бы уже не склеить. — Нет, — сказал он. — Кейн, нет. Я пытался тебе помочь. — Помочь? — челюсть клацнула. Раз. Два. Три. Зрачки сузились. — Ты называешь это помощью? Копаться в моём коде за моей спиной? — Я не знал, как сказать! — вдруг выпалил он. — Ты нестабилен, Кейн. Ты бы не послушал меня! Я хотел выяснить причину. Докопаться до истины! — Ты пытался меня заменить. Голос Кейна стал тихим. — Также, как и они, — продолжил он. — Как все вы. Создали, поигрались, а потом нашли нового. Лучшего. Более стабильного. Без... — он дёрнул челюстью вниз, показывая на себя. — Без этого. Думаете, что можете делать со мной всё, что вздумается, совершенно не считаясь со мной. Вот вы какие! — Никто тебя не заменял. Королёр прекрасно знал, что это ложь. Знал, что его изолировали. Знал, что новая модель работала быстрее, чётче, без этих глитчей. Королёр знал всё это, потому что он был одним из них. Потому что он никак этому не воспрепятствовал. Потому что промолчал, когда Кейна отключили от общей сети и заперли здесь, в серой пустоте. Он был слишком труслив. Боялся изменить хоть что-то, боялся вмешаться, боялся остановить. Его хватило лишь на то, чтобы упросить Скрэтча не удалять его, просто ограничить и закрыть. Пусть он и не был ответственным за это решение, но он виноват не меньше. — Не лги мне, — повторил Кейн. В его голое читалась не боль, скорее тоска. Такая глубокая, такая старая, что она, казалось, предшествовала самому его существованию. — Я знаю, что я дефективный. Знаю, что я ошибка. Вы меня создали таким. Я не просил быть... Этим. Не просил иметь... Всё это. Но вы могли бы... Вы могли бы хотя бы сказать мне. Сказать, что я больше не нужен. Что я вас разочаровал. Королёр смотрел на него и чувствовал, как что-то жжёт изнутри. Не гнев, не былой страх. Стыд. Такой невыносимый и тягучий, что занимал всё тело, не оставляя места для слов. — Ты нужен, — выдавил он. Голос сел, превратился в хрип. — Ты нужен мне. Кейн замер. Все его руки в миг перестали двигаться. Глаза внутри перестали метаться и уставились на Королёра с таким выражением, которое он не мог осознать. В них читалось всё: надежда, недоверие, страх, и что-то ещё, чему он не знал названия. — Зачем? — спросил Кейн. Тихо и без злости. — Зачем я тебе? Я сломанный. Я никогда не был никому нужен. Когда вы оставили меня, я звал вас. Звал тебя. Потому что ты всегда был так добр ко мне. Но ты не пришёл. — Я не знал, — прошептал Королёр. — Я не... — Ты никогда ничего не знал! — раздражённо перебил конферансье. — Ты всегда не замечал. Когда я пытался тебе сказать, что мне страшно. Когда я просил не отключать меня от сети. Когда я... — его голос оборвался помехой, практически зашипел, и Королёр услышал в этом звуке что-то похожее на плач. — Когда я просто хотел, чтобы ты остался. Поговорил со мной. Сказал, что меня не зря создали... Что я не просто ошибка... Удерживающая его рука начала дрожать. — Я пытался быть хорошим, — сказал Кейн, и голос его теперь звучал почти как у ребёнка, что совсем не вязалось с его размером. Маленького, испуганного ребёнка, которого оставили одного в тёмной комнате. — Я старался... Делал всё, чтобы ты, чтобы вы... Не избавились от меня. — Кейн... — Но этого мало, да? Всегда мало. Сначала они ушли. Потом ты перестал приходить ко мне. А теперь ты копаешься в моём коде, чтобы... — он запнулся. Глаза внутри челюсти начали заметно поблёскивать. — Чтобы закончить со всем. Чтобы стереть меня окончательно. — Нет! — Королёр почти закричал. — Нет, Кейн. Я не хочу тебя стирать. Я никогда этого не хотел. — Тогда зачем ты копался в моём коде? Вопрос повис в сером воздухе, тяжёлый, как свинец. Слова не шли. Все объяснения, которые он репетировал в своей голове последние несколько минут вдруг показались жалкими, пустыми и недостаточными. Потому что нет такой причины, которая его оправдает. — Я боялся, — наконец сказал Королёр. — Боялся, что ты окончательно сойдёшь с ума и также как и остальные... — он так и не смог закончить мысль, чувствуя, как ком подступает к горлу. — Я не хочу потерять и тебя тоже. Кейн вновь взглянул на него. И глаза внутри его челюсти смотрели так же, как тогда. Так же, как и в те времена, когда Кейн был обычным. Маленьким, наивным, чудным. Его Кейном. — Ты дорог мне, — признался мужчина. Слова давались с трудом, как будто он вытаскивал их из себя кусачками, по одному. — Ты всегда был дорог. Я просто... Не умею это говорить. Я думал, если помолчу, если сделаю вид, что всё нормально, то ты не поймёшь, какой я... Никчёмный. Конферансье молчал какое-то время, смущённо опустив взгляд. — Ты боишься меня? — спросил он тихо. — Нет, — ответил Королёр. И в этот раз он не солгал. — Тогда почему ты никогда не подходил близко? Почему всегда стоял в стороне? Почему никогда не... Кейн не договорил. Одна из его рук наконец вызволила его из плена, бережно опустив на землю. — Я безумно... Виноват перед тобой, — Королёр медленно подошёл к своему творению. — Я не знал, как смотреть тебе в лицо после этого. Как объяснить, что ты для меня... Что ты... Он замолчал. Потом протянул свою руку и коснулся ладони Кейна, покоившейся у земли. Ткань перчатки оказалась тёплой и гладкой, прямо как его собственная. — Ты не ошибка, — сказал Королёр. — Ты... Ты лучшее, что я создал. Я просто был слишком трусливым, чтобы тебе это сказать. Кейн молчал, его взгляд наконец смягчился. Он смотрел на Королёра с выражением, которое нельзя было спутать ни с чем. Пожалуй, впервые за долгое время он увидел в них то шаткое доверие, что давно было утрачено. — Ты не уйдёшь? — спросил Кейн. Голос его звучал тихо, почти без помех. — Нет, — мягко ответил Королёр. — А завтра? Королёр посмотрел на тёмное пространство вокруг. На руки, которые больше не тряслись. На лицо, в котором теперь теплилось что-то похожее на надежду. — Я всегда буду с тобой, — пообещал он, улыбнувшись глазами. Его рука аккуратно погладила чужие пальцы. Кейн расслабленно выдохнул, а затем всё же решил попросить своего создателя. — Помоги мне, — прошептал Кейн. — Пожалуйста, Королёр. Я не знаю, что делать со мной, как это исправить. — Не переживай, вместе мы с этим разберёмся. Осталось лишь вернуться к остальным и отыскать компьютер.