Новая команда

Октябрьское солнце в Южной Каролине было обманчивым: ярким, но уже не дающим того тепла, которое могло бы согреть промерзшее изнутри нутро Рико.  Утро началось с того, что он долго стоял перед зеркалом в ванной общежития, игнорируя ворчание Ники, которому срочно нужно было уложить челку. Рико смотрел на свою скулу.  Черная цифра "1" казалась инородным телом, паразитом, который впился в его кожу еще в детстве и высасывал из него жизнь все эти годы. Это не была награда. Это было клеймо, как на породистом скоте, означающее принадлежность к клану Морияма. — Я ухожу, — бросил Рико, не оборачиваясь. — Куда это ты такой хмурый? — Ники высунулся из-за двери, сжимая в руках баллончик лака. — Опять на стадион? Кевин там уже дыру в поле протер, мог бы составить ему компанию. — По делам, — отрезал Рико и захлопнул дверь комнаты, едва не придавив высунувшийся из коробки нос белого котенка. Малыш, которого Рико втайне от всех (кроме Ники, чей рот было не заткнуть) назвал Эваном. В честь Эвермора, как горькое напоминание о том, что он забрал с собой частицу того места, тихо пискнул. Рико на мгновение замер, коснулся кончиками пальцев мягкой шерстки и вышел. Салон находился в старом квартале, подальше от кампуса, там, где никто не стал бы тыкать в него пальцем и шептать: Смотрите, это тот самый психопат из Воронов. Внутри пахло антисептиком, жженой кожей и дешевым табаком. За стойкой сидел огромный мужчина с бородой, чьи руки напоминали географическую карту из-за обилия татуировок. — Записан на удаление? — пробасил он, даже не глядя на Рико. — Садись в третье кресло. Марк сейчас подойдет. Рико сел. Кресло было кожаным, холодным и слишком напоминало стоматологическое или в кабинете Тэцудзи, где его наказывали за плохие результаты. Его прошиб холодный пот.  Когда мастер - худощавый парень с усталыми глазами - подошел и включил аппарат, Рико невольно сжал кулоны на шее. — Лицо - это больно, парень, — предупредил Марк, натягивая перчатки. — Лазер - штука не из приятных. Будет ощущение, будто тебе в кожу впиваются раскаленные иглы или брызгают кипящим маслом. Готов? — Просто делай, — процедил Рико сквозь зубы. Первая вспышка лазера заставила его едва не вскрикнуть. Боль была острой, ослепляющей. Она прошила скулу, отдаваясь в челюсть и висок. Рико зажмурился так сильно, что перед глазами поплыли кровавые круги. С каждой вспышкой он чувствовал, как разрушается пигмент чернил, но вместе с ним, казалось, разрушалось и его прошлое.  Вспышка.   Он вспомнил день, когда ему набили эту единицу.  Вспышка.  Лицо Кевина, полное ужаса, когда Рико ломал ему руку. Вспышка.  Ичиро, держащий пистолет у его виска. — Ты в порядке? — голос мастера доносился как будто из-под воды. — Ты весь побледнел. Сделаем перерыв? — Нет. Продолжай, — Рико вцепился пальцами в подлокотники так, что кожа на костяшках побелела. Ему нужно было пройти через это. Если он хотел стать Лисом, он должен был уничтожить в себе "Первого номера" . Сеанс длился бесконечно. Когда всё закончилось, скула горела так, словно к ней приложили утюг. Кожа покраснела, вздулась, и на месте четкой черной цифры теперь было размытое, болезненное пятно. Марк наклеил защитный пластырь и дал инструкции по уходу. Рико вышел на улицу, пошатываясь. Он достал телефон и посмотрел в экран как в зеркало. Сквозь полупрозрачный пластырь цифра всё еще угадывалась, но она была повреждена. Она больше не была идеальной. "Я больше не номер один" , — подумал он, и от этой мысли ему впервые за долгое время захотелось не рассмеяться, а просто глубоко вдохнуть. Он не заметил, как ноги сами привели его к парковке стадиона. Ему нужно было понять, изменится ли что-то теперь, когда его корона начала исчезать. Рико увидел черное Мазерати и Эндрю, который стоял, прислонившись к капоту, и крутил в пальцах один из своих ножей, глядя прямо на приближающегося Рико.   Эндрю не произнес ни слова. Он лишь проследил за Рико тяжелым, нечитаемым взглядом, продолжая лениво перекатывать нож по костяшкам пальцев. В этом молчании не было сочувствия . Рико прошел мимо, чувствуя, как под пластырем пульсирует обожженная кожа, и каждый шаг отдавался тупой болью в виске.                                   *** В общежитии было непривычно тихо. Рико приоткрыл дверь их комнаты, стараясь не шуметь. Он ожидал увидеть Кевина, уткнувшегося в записи матчей, или Нила, но комната встретила его мягким светом настольной лампы. Аарон сидел на полу, прислонившись спиной к кровати. Его обычная колючая аура куда-то исчезла. На его коленях, отчаянно сражаясь с завязкой от толстовки, кувыркался маленький белый комок. Эван выпускал крошечные когти, впиваясь в ткань, а Аарон едва заметно улыбался. Он осторожно коснулся пальцем розового носа котенка, позволяя тому охотиться на свою руку. Рико замер в дверном проеме, скрытый тенью коридора. В груди что-то болезненно сжалось. Он смотрел на Аарона. Видеть его таким - спокойным, почти домашним - было странно и невыносимо. Рико хотелось сделать шаг вперед, сесть рядом, признаться в том, что он только что сделал со своим лицом. Но он остался на месте.  Королям не положено искать утешения, даже если их трон давно превратился в пепел. Он тихо отступил и закрылся в ванной, чтобы Аарон его не заметил. Выплеснув в лицо холодную воду, Рико посмотрел на себя в зеркало. Из-под пластыря виднелся край покрасневшей кожи. Завтра ему предстояло самое сложное - встреча с Ичиро. Брат не любил перемен, которые он не одобрял лично                                   *** Рико достал из сумки старый ноутбук. Его пальцы дрожали, когда он открывал файлы, которые собирал последние недели. Это была его единственная страховка - отчеты о движении средств «Воронов», которые он копировал втайне от Тэцудзи, и подробные схемы тренировок, которые могли принести Ичиро огромную прибыль, если их правильно продать. Он не просто готовился к разговору. Он готовился к сделке за собственную жизнь. Рико аккуратно сложил распечатки в черную папку. Он знал: Ичиро не прощает слабости, но он ценит полезность. Ему нужно было доказать брату, что Рико без татуировки  и без титула Короля стоит гораздо больше, чем труп в лесах Южной Каролины. За стеной послышался смех Аарона. Рико сжал папку так сильно, что картон погнулся. Он сделает это. Ради возможности вернуться в эту комнату, ради этого котенка и ради того, чтобы когда-нибудь Аарон посмотрел так же тепло и на него. Он выключил свет и лег на кровать, не раздеваясь. Завтра решится всё. Либо он выйдет из офиса Ичиро свободным "Никем" , либо не выйдет оттуда вовсе.                                  *** Ники ворвался в комнату именно в тот момент, когда Рико прятал документы для встречи с братом в сумку. Хэммик так активно размахивал руками, что Эван испуганно прыгнул под кровать, а Аарон, сидевший на полу, недовольно прикрыл голову подушкой. — Хватит киснуть! — провозгласил Ники, игнорируя тяжелую атмосферу. — Рико,собирайся, мы идем пить кофе.  Рико хотел было огрызнуться, но взгляд Аарона , полный странного, колючего любопытства, заставил его передумать. Он лишь кивнул и натянул капюшон толстовки пониже, чтобы скрыть пластырь на скуле.                                  *** Они сидели в небольшом кафе неподалеку от кампуса. Ники заказал себе нечто ярко-розовое с горой взбитых сливок, а перед Рико поставил обычный черный кофе. Аарон сидел рядом, демонстративно копаясь в телефоне, но Рико чувствовал, что тот внимательно слушает каждое слово. — Итак, план на выходные! — Ники хлопнул ладонями по столу. — Мы едем в Колумбию. Все. И это значит, что ты тоже, Рико. Нил уже согласился, Кевин пообещал не брать с собой клюшку, хотя я ему не верю, а Эндрю просто будет водить машину.  — Я не могу, — глухо отозвался Рико, глядя, как пар поднимается над чашкой. — У меня дела в Нью-Йорке. Ники замер, ложка со сливками остановилась на полпути к его рту. — В Нью-Йорке? Но там же... — он не договорил, но все поняли. Там была штаб-квартира Ичиро.   — Это личное, — отрезал Рико. — Я вернусь к субботе. Если вернусь. Аарон наконец поднял глаза от телефона. Его взгляд задержался на краю пластыря, выглядывающем из-под капюшона Рико. — Ты идешь к нему, чтобы официально уйти? — в голосе Аарона не было издевки. — Ичиро не любит, когда вещи  теряют ценность.  Рико криво усмехнулся. Боль в скуле пульсировала в ритме сердца. — Я иду, чтобы показать ему, что я больше не вещь. Даже если за это придется заплатить остатками костей. — Если ты не приедешь в Колумбию, — медленно произнес Аарон, глядя прямо на него, — я отдам твоего кота Кевину. Он превратит его в атлета-неврастеника. Ты этого хочешь? Это была самая странная форма поддержки, которую Рико когда-либо слышал. Но в груди стало чуть менее тесно. Он понял: его ждут обратно. Не короля Воронов, а этого избитого, озлобленного и растерянного парня с пластырем на лице. — Я буду там, — пообещал Рико.                                  *** Через три часа он уже сидел в кресле частного самолета. В сумке лежали чертежи, финансовые отчеты и план реструктуризации активов, которые он подготовил для Ичиро как выкуп за свою свободу. Но важнее документов была та пустота на лице, где раньше была цифра. Он смотрел в иллюминатор на удаляющиеся огни Южной Каролины.  Завтра он предстанет перед человеком, который одним словом мог стереть его с лица земли. Завтра он перестанет быть Мориямой в том смысле, в котором его растили. Рико коснулся пальцами ноющих кулонов на шее. "Либо я вернусь в Колумбию в субботу, — подумал он, — либо это последнее, что я увидел в этой жизни" . Самолет взлетел, унося его навстречу к самому опасному разговору в его жизни.                                  *** Нью-Йорк.  Ичиро сидел за массивным столом, и свет панорамных окон за его спиной превращал его силуэт в тёмную, величественную тень. В этом кабинете всегда пахло дорогим парфюмом, металлом и смертью. Рико стоял в центре комнаты. Его спина была прямой, как натянутая струна. Пластырь со скулы он снял ещё в аэропорту. На месте единицы теперь багровел некрасивый, рваный ожог. Символ власти превратился в клеймо позора или, наоборот, в знак освобождения. Смотря с какой стороны смотреть. Ичиро долго молчал, перелистывая папку, которую привез Рико. Шорох бумаги казался оглушительным.  Наконец, лорд Морияма поднял взгляд, и его глаза, холодные и расчетливые, остановились на лице брата. — Ты выглядишь паршиво, Рико, — голос Ичиро был ровным, почти ласковым, что пугало сильнее любого крика. — Но, признаться, я ожидал увидеть сломленное животное, скулящее у моих ног. А ты... ты держишься. Ичиро поднялся и медленно подошел к Рико. Он протянул руку и кончиком пальца коснулся воспаленной кожи на его скуле. Рико даже не вздрогнул, хотя боль прошила лицо до зубов. — Убрал татуировку, — констатировал Ичиро. — Смело. Тэцудзи счел бы это актом предательства, достойным смерти. Но Тэцудзи застрял в прошлом. Он не понимал, что единица на твоем лице делала тебя рабом бренда, который больше не приносит былой прибыли. А теперь... Ичиро отошел к окну, глядя на кипящий внизу Манхэттен. — Твои отчеты убедительны. Ты прав: Лисы сейчас на пике популярности. Ты в их составе - это драма, это рейтинги, это деньги. Если ты останешься там как падший принц, ищущий искупления, фанаты сойдут с ума. А я люблю, когда люди сходят с ума и тратят деньги. Он обернулся, и в его глазах блеснул опасный интерес. — Играй, Рико. Будь Лисом. Приноси мне проценты с трансляций, мерча и своего нового имиджа. Пока ты полезен и пока ты в узде у Кевина и этого... Эндрю Миньярда, ты можешь жить. Но помни: если ты снова решишь, что ты Король, и это начнет мешать моему бизнесу, я сам выжгу оставшуюся часть твоего лица. Рико почувствовал, как в легкие наконец-то начал поступать кислород.  Он не просто выжил. Он получил право на существование вне клетки Эвермора. — Я понял, Ичиро, — тихо сказал Рико. — Иди. У тебя, кажется, были планы в Колумбии? — Ичиро едва заметно усмехнулся. — Постарайся не сдохнуть от передозировки или ножа Миньярда раньше, чем закончится сезон. Мне нужны мои дивиденды.   Выйдя из здания, Рико почувствовал, как его бьет крупная дрожь. Он достал телефон и увидел сообщение в групповом чате (куда его добавил Ники, несмотря на протесты остальных). Ники:Надеюсь, ты жив, Рико! Мы уже выезжаем в Колумбию. Если опоздаешь- всё мороженое съест Эндрю.  Рико убрал телефон в карман. Ему предстоял долгий перелет, но впервые за долгое время он знал, куда и зачем он летит. Впереди была суббота, Колумбия и Аарон, который обещал скормить котенка Кевину. Рико не мог этого допустить.                                 *** Ночная Колумбия встретила их духотой, неоном и тяжелым битом, который, казалось, вибрировал прямо в костях. Райские сумерки были забиты до отказа, но для Лисов всегда находился стол. Рико чувствовал себя странно. После ледяного спокойствия Ичиро и стерильности его офиса, этот хаос казался слишком живым. Он подозвал официантку и, не глядя в меню, выложил на стол свою карту. — Пьют все, — коротко бросил он. — И несите самое дорогое. Это... за мой счет. В честь того, что я всё ещё дышу. Ники издал восторженный вопль, который едва не перекрыл музыку, и тут же заказал что-то светящееся и явно сбивающее с ног. Кевин, сидевший по левую руку от Рико, лишь кивнул, принимая этот жест как должное, и сразу присосался к стакану с водкой. Его взгляд был устремлен куда-то сквозь толпу. Кевин всегда пил так, будто пытался утопить в алкоголе призраков Эвермора. — О, Аарон! Пойдем, эта песня просто создана для того, чтобы ты перестал хмуриться! — Ники схватил Аарона за локоть. Аарон попытался вырваться, но Ники был неумолим. В итоге Рико проводил их взглядом: Ники уже вовсю двигался в такт музыке, а Аарон, хоть и выглядел так, будто предпочел бы быть где угодно, кроме этого танспола, всё же остался рядом с кузеном, теряясь в толпе и вспышках стробоскопа. Рико остался за столом в компании Кевина и своего стакана. Горло обжигало, но мысли оставались кристально чистыми. Он лениво оглядывал зал, пока его взгляд не зацепился за две фигуры у барной стойки. Нил и Эндрю. Они не танцевали и не пили. Эндрю что-то негромко сказал, едва шевеля губами, и Нил кивнул. Между ними не было лишних движений, никакой показухи, но напряжение, исходившее от этой пары, можно было почувствовать кожей даже через весь зал. Рико увидел, как они синхронно направились в сторону служебных коридоров, где за тяжелыми дверями скрывались каморки и приватные зоны. Рико прекрасно понимал, зачем они туда идут. В Эверморе секс всегда был либо инструментом давления, либо грязным секретом, который использовали, чтобы сломать человека. Но то, что было у Абрама и Миньярда... это было другим. У них была близость, построенная на сделках, доверии и странной, понятной только им двоим преданности. В груди у Рико вспыхнуло темное, едкое чувство. Зависть. Она была острее лазера, который выжигал его кожу в салоне. Он завидовал не самому акту, а этой возможности - просто уйти с кем-то, знать, что тебя не предадут, что ты кому-то нужен не как номер один, а как человек. Он покосился на Кевина. Тот уже изрядно захмелел и что-то бормотал про угол наклона клюшки при подаче. — Завидуешь? — внезапно спросил Рико, кивнув в сторону коридора, где скрылись Нил и Эндрю. Кевин замер с поднесенным к губам стаканом, медленно повернул голову и посмотрел на Рико мутными, но всё еще понимающими глазами. — Я завидую всем, кто может не думать об Экси хотя бы десять минут, — пробормотал Кевин и снова отпил. — А ты, Рико... ты просто злишься, что у них есть то, что ты не можешь купить за свои деньги. Рико промолчал. Он лишь крепче сжал стакан, чувствуя, как под пластырем чешется и ноет свежий ожог. На танцполе Ники закинул руку на плечо Аарону, и тот, к удивлению Рико, не оттолкнул его сразу. *** Рико едва не поперхнулся виски. Он перевел взгляд с безжизненного тела Кевина, который теперь мирно пускал слюни в рукав своей джерси, на Аарона. Тот выглядел запыхавшимся после танцпола, но его лицо было серьезным, а в глазах читалось какое-то странное торжество от того, что он знает нечто, способное выбить почву из-под ног бывшего Короля.   — Что ты сейчас сказал? — переспросил Рико, надеясь, что громкий бит клуба просто исказил слова. — Ты оглох от собственного пафоса? — Аарон сел напротив и придвинул к себе стакан с водой. — Кевин и Жан Моро. Они вместе. Уже пару месяцев как. Рико почувствовал, как внутри него что-то с грохотом рухнуло. Жан. Его идеальный номер три. Его личный защитник, которого он годами ломал и перекраивал в Эверморе под свои нужды. Рико был уверен, что после перехода к Троянцам Жан будет зализывать раны в одиночестве, а Кевин... Кевин всегда казался женатым исключительно на экси. — Это невозможно, — Рико нервно крутанул на пальце кольцо. — Ичиро бы узнал. Тэцудзи бы узнал. Кевин трус, он никогда бы не рискнул.  — А ты посмотри на него, — Аарон кивнул на спящего Кевина. — Он не трус, Рико. Он просто долго был под твоим каблуком. Жан наконец-то задышал, и, видимо, они решили, что расстояние - это меньшая из проблем по сравнению с тем адом, через который они прошли вместе. Рико смотрел на Кевина и чувствовал, как внутри закипает сложный коктейль из ярости и горечи. Он вспомнил, как эти двое всегда были рядом на поле, как они понимали друг друга без слов.  Оказалось, что пока он строил из себя бога, его собственные инструменты нашли в себе человечность и... друг друга. — Значит, пока я здесь пытаюсь выкупить свою жизнь у брата, они строят любовь по видеосвязи? — Рико горько усмехнулся, глядя на пустую каморку, куда ушли Нил и Эндрю. — Все здесь находят себе пару. Лисы - это что, какой-то приют для разбитых сердец? — Скорее свалка, где мусор учится снова быть чем-то ценным, — пожал плечами Аарон. Он помолчал, наблюдая за реакцией Рико, а затем добавил тише: — Жан выглядит счастливым на тех немногих фото, что присылает Кевину. Без татуировки на лице он стал другим человеком. Почти как ты сейчас. Рико невольно коснулся своего пластыря. Слова Аарона ударили в цель. Жан Моро, его вечная тень, смог уйти и найти свет. Теперь и Кевин, его вечный соперник, тоже обрел что-то большее, чем просто кубок. — И ты об этом знал всё это время? — Рико посмотрел Аарону в глаза.  Аарон вдруг замялся, его взгляд на секунду смягчился.  — Не злись на них. У них хотя бы хватило смелости признать, что им кто-то нужен. Рико откинулся на спинку дивана, чувствуя себя лишним на этом празднике жизни. Вокруг него кружились люди, Кевин спал, видя сны о Жане, а Аарон... Аарон сидел рядом и, кажется, был единственным, кто не собирался уходить в каморку или бросать его в этом неоновом хаосе. — Принеси еще выпивки, Аарон, — негромко сказал Рико. — Кажется, мне нужно очень много алкоголя, чтобы переварить мысль о том, что я официально остался последним одиноким идиотом в этом виде спорта.                             *** Аарон, игнорируя спящего Кевина, пододвинул к себе свежий стакан, который только что принесла официантка по заказу Рико. — Ну, за свалку, — буркнул Аарон, чокнувшись своим стаканом о край бокала Рико. Алкоголь в Колумбии был крепче, чем в Лисьей норе. К третьему стакану мир вокруг Рико начал терять свои острые углы. Неон расплывался розовыми и голубыми пятнами, а едкая зависть к Нилу и Эндрю сменилась странной, тягучей меланхолией. Он смотрел на Аарона - на то, как тот морщится от крепкого напитка, как нервно поправляет челку и как его челюсть напрягается каждый раз, когда мимо проходят пьяные фанаты. Рико вдруг понял, что Аарон - единственный, кто не смотрел на него с обожанием, как Вороны, и не смотрел с чистой ненавистью, как Нил.  В его взгляде был холодный, почти хирургический интерес и... понимание. — Знаешь, — Рико наклонился ближе к Аарону, чтобы перекричать внезапный взрыв басов в треке. Его голос был тихим, хриплым от выпитого и тяжести прожитого дня. — Из всех этих придурков... ты мне нравишься больше всего. Наверное, ты единственный, кого я могу выносить. Слова соскользнули с языка прежде, чем Рико успел включить своего внутреннего цензора. Сердце пропустило удар. Он замер, вцепившись в стакан, ожидая, что Аарон сейчас либо рассмеется ему в лицо, либо позовет Эндрю, чтобы тот наконец добил поломанного Короля.   Но Аарон даже не повернул головы. В этот самый момент на танцполе кто-то уронил поднос со стаканами, и грохот бьющегося стекла вместе с истошным криком Ники "Это была моя текила!" полностью поглотили признание Рико. Аарон лишь стряхнул какую-то воображаемую пылинку со своего рукава и повернулся к Рико, щурясь от света стробоскопов. — Что? — крикнул он, прикладывая ладонь к уху. — Я не расслышал! Ты сказал, что я - единственный, кто может выносить твой пафос? Повтори, я запишу это на диктофон, чтобы троллить тебя до конца сезона! Рико почувствовал, как по спине пробежал холодок, а затем - волна облегчения, такая сильная, что у него слегка закружилась голова. Он судорожно выдохнул и приложился к стакану, пряча лицо за стеклом. — Я сказал, что ты - единственный, кто портит мне аппетит своим кислым лицом, Миньярд! — выкрикнул Рико в ответ, возвращая свою привычную маску высокомерия. — Пей давай. Аарон закатил глаза и сделал глоток, явно не заподозрив подвоха. Рико же смотрел в свой стакан, где таял лед, и думал о том, что Ичиро был прав: он действительно превращается в Лиса.  Такого же поломанного, скрытного и отчаянно нуждающегося в ком-то, кому можно было бы сказать правду, даже если эта правда утонет в шуме дешевого ночного клуба. Он покосился на Аарона. Тот сидел совсем рядом, плечом к плечу. И на мгновение Рико показалось, что даже если бы Аарон услышал... может быть, мир бы не рухнул. Но проверять это он, конечно же, не собирался. По крайней мере, не сегодня.                            *** Прошло около часа, прежде чем из того самого коридора показались две фигуры. Если бы Рико не знал, что эти двое - ходячие катастрофы, он бы решил, что они только что выбрались из эпицентра драки. Нил выглядел так, будто его пропустили через центрифугу: рыжие волосы стояли дыбом в полнейшем беспорядке, губы подозрительно припухли, а на шее, прямо над воротником джерси, отчетливо проступало свежее красное пятно. Он выглядел... живым. Слишком живым для человека, который еще год назад бегал от мясника. Эндрю шел чуть впереди. Его лицо сохраняло привычное выражение, но его выдавали глаза - потемневшие, тяжелые, и легкий румянец, который всё еще не сошел с бледных скул. Он застегивал на ходу свои повязки, и Рико заметил, что пальцы Миньярда слегка подрагивают. — Подъём, — коротко бросил Эндрю, подойдя к столу. Он даже не взглянул на гору пустых стаканов или на спящего Кевина. Его взгляд на секунду задержался на Рико, словно он проверял, не натворил ли тот глупостей, пока взрослых не было рядом. — Эй! — Ники, который материализовался из толпы следом за ними, выглядел разочарованным. — Ночь только началась! Я еще не успел познакомиться с тем симпатичным барменом! — Мы уезжаем, — отрезал Эндрю. Его голос не допускал возражений. — Хватай Кевина, пока я не оставил его здесь в качестве чаевых. Рико поднялся, чувствуя, как алкоголь приятно туманит голову, но тело слушается хуже обычного. Аарон, который всё это время сидел рядом, встал следом. На мгновение их плечи соприкоснулись, и Рико снова ощутил тот странный электрический разряд, который едва не заставил его выдать себя десять минут назад.                             *** Поездка обратно была тихой. Эндрю вел Мазерати с какой-то агрессивной уверенностью. Ночной ветер врывался в открытые окна, выдувая из легких запах сигарет и дешевого виски. Ники на заднем сиденье пытался привести в чувство Кевина, который что-то невнятно бормотал. Рико сидел, прижавшись лбом к холодному стеклу.  В зеркале заднего вида он видел Нила, который сидел на переднем сиденье рядом с Эндрю. Абрам выглядел абсолютно спокойным, почти безмятежным, несмотря на то, что Эндрю время от времени бросал на него взгляды, полные скрытого собственничества. Рико перевел взгляд на Аарона, сидящего по другую сторону от Кевина. Тот смотрел в окно, и свет встречных фонарей ритмично подсвечивал его профиль. Кевин и Жан. Нил и Эндрю. Даже Ники со своими вечными поисками, — думал Рико.   Он коснулся пластыря на скуле. Рана под ним зудела, напоминая о том, что старая жизнь мертва. Ичиро дал ему шанс, Лисы дали ему место, а Аарон...  Аарон просто сидел рядом. И в этой тесной машине, полной ненормальных, поломанных людей, Рико впервые почувствовал, что ему не нужно быть Королем, чтобы его везли домой. — Ваймак сказал, что завтра тренировка в шесть утра, — внезапно подал голос Эндрю, не отрывая глаз от дороги. — Завтра суббота! — простонал Ники. — Шесть. Утра, — повторил Эндрю, и Рико готов был поклясться, что в этот момент Миньярд посмотрел в зеркало именно на него. — Либо вы работаете, либо я высаживаю вас прямо на трассе. Рико усмехнулся. Всё возвращалось на круги своя. Только теперь у него в общежитии жил кот, на лице был ожог вместо цифры, а в голове - голос Аарона, который так и не услышал его признания. И, возможно, это было к лучшему. Пока что.                             ***  Голова раскалывалась так, что перед глазами плыли черные пятна, а звук собственного дыхания казался грохотом обвала. Он добрался до кухни, пошатываясь и держась за стены. В тусклом свете вытяжки на столешнице валялся какой-то безымянный блистер с таблетками.  Рико не стал разбираться. Ему было плевать, чьи они - Ники, Кевина или Аарона. Он просто хотел, чтобы эта боль прекратилась. Выдавив две капсулы, он проглотил их, почти не запивая водой. Это было ошибкой. Спустя десять минут реальность начала рваться по швам. Боль не ушла - она изменила форму, превратившись в ядовито-зеленые вспышки. Потолок поплыл вниз, стены начали сжиматься, а пол под ногами превратился в зыбучий песок. Это были не обезболивающие. Это была радость Ники или что-то из запасов Эндрю, к чему обычному человеку лучше было не прикасаться. — Убирайся из моей головы... — прорычал Рико, хватаясь за край стола. Ему казалось, что из углов кухни на него смотрят Вороны. Тэцудзи тянул к нему свои сухие руки, а Ичиро смеялся, указывая на его пустую скулу.  Гнев, который Рико подавлял неделями, вырвался наружу, подпитанный химией. Первой на пол полетела стопка тарелок. Звон разбитого фарфора показался ему победным криком.  Затем он смахнул всё со столешницы: тостер, чайник, чьи-то кружки. Грохот стоял невообразимый. Рико тяжело дышал, его зрачки расширились до краев радужки, превращая глаза в два черных провала. Он схватил стул и с силой обрушил его на обеденный стол, чувствуя, как дерево трещит под его руками. — Хватит! Хватит смотреть на меня! — кричал он в пустоту, круша всё, до чего мог дотянуться. Дверь кухни распахнулась с таким ударом, что едва не слетела с петель. — Что за чертовщину ты тут устроил?! — голос Аарона разрезал туман безумия. Аарон замер в дверном проеме, глядя на погром. Осколки повсюду, перевернутая мебель и Рико, который стоял посреди этого хаоса, тяжело дыша, с окровавленными костяшками пальцев. — Рико? — Аарон сделал осторожный шаг вперед, его взгляд мгновенно переместился на пустой блистер на столешнице. Его лицо побелело. — Идиот... Ты что, сожрал это? Это же не таблетки от головы, это... Рико обернулся. В его глазах не было узнавания - только дикая, первобытная ярость и страх. — Отойди, — прохрипел Рико, замахиваясь обломком ножки стула. — Убирайся, я больше не твой... — Рико, посмотри на меня! Это я, Аарон! — крикнул Миньярд, не отступая. — Ты в Лисьей норе. Дыши, черт тебя дери! Но Рико его не слышал. Его мир превратился в калейдоскоп ужаса, и Аарон был единственным реальным объектом, за который он мог зацепиться  или который мог уничтожить. Рико качнулся вперед, теряя равновесие, и Аарон бросился к нему, пытаясь перехватить его руки до того, как тот окончательно разнесет кухню и самого себя. Звук голоса Аарона сработал как резкий рывок за поводок. Ярость, только что выжигавшая Рико изнутри, внезапно сдулась, оставив после себя лишь липкий, парализующий ужас и невыносимую тошноту. Образы Ичиро и Тэцудзи рассыпались пеплом, и в этом химическом тумане остался только один якорь.   Рико качнулся вперед, но не для удара. Он практически рухнул на Аарона, вцепившись пальцами в его домашнюю футболку так, словно под ногами разверзлась бездна. Он прижался к нему всем телом, спрятал лицо в изгибе шеи, судорожно вдыхая запах Аарона - смесь стирального порошка, кофе и чего-то чистого, не имеющего отношения к крови и стадиону. — Тихо... тихо, — выдохнул Аарон. Его тело сначала одеревенело. Руки замерли в воздухе, пальцы судорожно дернулись. Он не привык к такой близости, тем более с человеком, который еще недавно был его личным кошмаром. Но Рико дрожал так сильно, что Аарон слышал, как стучат его зубы. Этот звук раздавленного одиночества пересилил его брезгливость. Он медленно, почти неуверенно, опустил ладонь на затылок Рико. Его пальцы запутались в темных волосах. Он начал осторожно гладить его, как делают с раненым зверем, который в любой момент может вцепиться в горло, но сейчас просто умирает от боли. — Ну и вляпался же ты, — прошептал Аарон, чувствуя, как футболка на плече становится влажной. — Это пройдет. Слышишь? Просто химия. Рико что-то невнятно пробормотал, его хватка не ослабевала. Аарон понял, что если они останутся стоять среди битого стекла, кто-нибудь из них точно пострадает. — Давай, пошли. Ноги переставляй, — Аарон перекинул руку Рико через свое плечо, приобнимая его за талию, чтобы удержать в вертикальном положении. Дотащить Рико до гостиной было непростой задачей. Тот был тяжелее, чем казался, и его постоянно заносило в сторону. Каждый шаг давался с трудом, Рико то и дело спотыкался, увлекая Аарона за собой, но тот упрямо тащил его вперед, подальше от разгромленной кухни. Когда они наконец добрались до дивана, Аарон практически уронил Рико на мягкие подушки. Рико не хотел отпускать его руку, его пальцы судорожно сжали запястье Аарона, но тот мягко, но настойчиво высвободился. — Лежи. Не вздумай вставать, иначе я позову Эндрю, и он тебя просто прирежет, чтобы не мучился, — Аарон поправил подушку под головой Рико и накинул на него плед, который вечно валялся на спинке дивана. Рико лежал, глядя в потолок расширенными, безумными зрачками, в которых всё еще отражались вспышки галлюцинаций. Он выглядел маленьким и совершенно беззащитным. Зрелище, которое никак не вязалось с образом Короля Воронов. Аарон постоял рядом еще минуту, продолжая машинально прочесывать пальцами его волосы, пока дыхание Рико не стало чуть более ровным. — Спи, придурок, — тихо сказал Аарон, глядя на ожог на скуле Рико, который в свете луны казался еще более болезненным. — Завтра ты будешь ненавидеть себя за это Аарон сел на пол рядом с диваном, прислонившись спиной к сиденью. Он знал, что не уйдет, пока действие наркотика не начнет спадать. Он остался охранять сон человека.                              *** В гостиной воцарилась тишина, нарушаемая только тяжелым, прерывистым дыханием Рико и тихим гулом холодильника из разгромленной кухни. Аарон сидел на полу, привалившись плечом к дивану, и чувствовал, как остатки адреналина медленно выветриваются, оставляя после себя вязкую усталость. Его рука всё ещё лежала на краю дивана, а пальцы находились в опасной близости от ладони Рико.  Аарон перевёл взгляд на спящего. Без своей привычной маски ледяного высокомерия, без этой давящей ауры Короля, Рико выглядел... иначе. В неверном свете уличных фонарей, пробивающемся сквозь жалюзи, резкие черты его лица смягчились.  Длинные ресницы подрагивали, отбрасывая тени на бледные скулы. Ожог на месте татуировки больше не казался уродством - теперь это был шрам воина, который вырвался из собственного ада. Аарон поймал себя на том, что слишком долго разглядывает линию его челюсти и изгиб губ, которые сейчас были плотно сжаты. В голове промелькнула непрошеная, пугающая мысль: А ведь он чертовски красив.  Это было не то восхищение фанатов, которое Рико привык получать. Это было осознание привлекательности человека, чья сломленность внезапно оказалась созвучна его собственной. Аарон вспомнил, как Рико только что вцепился в него, ища спасения.  Вспомнил тепло его тела и то, как послушно он затих под его рукой.   — Ну и влипли мы, — едва слышно прошептал Аарон самому себе. Он попытался разозлиться на ситуацию, на Эндрю, который хранил такие таблетки, на Кевина с его секретами, но гнев не приходил.  Вместо него пришло странное чувство защищенности. Сидеть здесь, в темноте, охраняя сон своего бывшего врага, казалось самым правильным поступком за долгое время. Веки Аарона стали тяжелыми. Образы Рико, котенка Эвана и неоновых огней Колумбии смешались в один туманный поток. Последнее, что он зафиксировал в сознании перед тем, как провалиться в глубокий, бездумный сон прямо там, на полу у дивана - это тепло, исходящее от Рико.  Его голова мягко опустилась на сложенные руки, и Аарон уснул, так и не убрав ладонь от края пледа, которым был укрыт Рико.