Боб и Джон

Боб и Джон сидели у закрытого на защелку окна. За стеклом цвела жизнь. Солнце, трава и разного рода цветы и растения. Все это ярко отражалось в мутном грязном стекле. Они смиренно глядели на эту яркую жизнь дожевывая крошки сухого хлеба. Боб и Джон были мухами, поэтому такое дело для них было обыденностью. Они днями напролет сидели у этого окна доедая за печальными жителями этого дома. Ингода летали по комнатам в поисках пропитания, иногда с ужасом глядели на мухоловки и сопереживая  своим братьям облетали конструкции за километр. Сейчас закадычные друзья с прошлой недели, сидели (хотя возможно лучше сказать стояли ведь они не садятся в прямом смысле на попу) у своего излюбленного места. Внутри дома так же серо и скучно так что глазеть за стеклянную перегородку было настоящим развлечением для обоих мух. Джон пытаясь хоботком подцепить с подоконника крошку толи хлеба толи сыра тоскливо смотрел на природу. Он тихо жужжал не привлекая много внимания и постепенно съедал крошку чего бы это не было. Боб тем временем задумчиво переводил взгляд с окна на своего друга и тщательно пытался сформулировать свою мысль. Пару раз махнув крылышками и стряхнув с них пыль он заговорил:  - Знаешь Джо, - голос Боба был непривычно низким для мухи - А ты ведь всё равно мой друг! Боб с теплотой посмотрел на приятеля.   - В смысле «всё равно»? - непонимающе промямлил Джон. Он растеряно дожевывал крошку белого хлеба и пытался понять что его друг имел в виду.  - Ну знаешь. Ты постоянно говоришь о каких то проблемах. - ответил Боб - всё твердишь что жизнь у нас говно. Ноешь постоянно.  Он почесал передней лапкой где то у рта. И продолжил умиротворенно смотреть в окно.  - Я не ною - сразу же обиделся Джо. Он был мухой тонкой душевной организации так что не обидеть его было сложно.  - Ноешь. - лениво запротестовал его друг - У нас и так жизнь не большая, а ты её ещё и на это фигню тратишь. Джон хотел было громко топнуть ногой и уйти но к сожалению у него не было ног, только лапки, а ими громко не топнешь. Да и идти ему было некуда, весь дом был исследован им вдоль и поперёк и это место по его скромному мнению было лучшим.  Все же не совладав с злостью и обидой Джон выкатил тираду:  - Да я поэтому и жалуюсь что жизнь у нас короткая. Не успеешь оглянуться как уже прилип к липучке и тебя раздавило мухобойкой. - отчаянно зажужжал Джо. - А ты как будто этого не понимаешь? Эту муху было не остановить. Джон жужжал и жужжал, взмахивая своими крылышками для выразительности. Он зло глядел на своего приятеля который выжидал конца его пламенной речи. Наконец, когда пыл Джона подутих, Боб тихо и спокойно сказал:  - Друг, я тебя конечно понимаю, но что мы можем сделать?  На лице, если то что было на голове у мухи можно назвать лицом, отчетливо виднелось смирение. Боб не хотел ничего менять. Он прожил так всю свою жизнь, целых восемнадцать дней. Это и так было достаточно много для мух.  Он давно смирился со своей беспомощностью хоть иногда и понимает что поступил опрометчиво. Боб устало посмотрел на друга и наклонил голову.   - Хотя бы что то! - вскрикнул Джо - Мы можем попытаться. Я же тоже не хочу постоянно ныть.  Джо привстал. Он отвернулся от окна и указал на липучку от мух подвешенную у люстры.  - Разве не видишь весь этот ужас? Конечно они все видели даже повернутые к окну. Ирония была в том что мухи видят мир в 360 так что даже если бы они захотели они бы не смогли отделаться от этого кровожадного зрелища. Длинная липкая лента была усеяна мертвыми, живыми и полуживыми насекомыми. Среди множества не знакомых друзьям мух, комаров и жуков были и их прошлые приятели. Это пугало больше всего.  - Вижу - не оборачиваясь, угрюмо произнес Боб.  Джон осторожно развернулся обратно и тихо присел рядом с другом.   - Так почему ты ничего не делаешь?  - А зачем? - мгновенно ответил Боб - Мы живем не больше месяца. Мы мухи Джон. Гребаные Мухи!  Боб посмотрел на друга.  - Что мы можем сделать? - он устало вздохнул и тут же ответил на свой вопрос - Вот именно, ничего! В воздухе повисла неловкая тишина. Джон впервые за их дружбу не хотел возразить Бобу. Он собрался с мыслями и с тяжестью на душе всё же согласился:  - Может ты и прав.. Боб грустно улыбнулся. За окном было все так же светло и красиво. А в доме все так же темно и неприятно.  Боб и Джон сидели у закрытого на защелку окна. Большая тяжелая рука с сжатой в ней синей мухобойкой занеслась над подоконником. Она за секунду настигла обреченных друзей. Раздавив двух мух в лепёшку мухобойка стряхнула их в мусорку.