Любовь доводит до безумия…

Почему мы боимся смерти? Неизвестность всегда страшит. Что там, за стеной загробного мира? Люди обретают покой? Или воссоединяют потерянные в страданиях души? Маленькая светлая надежда, что смерть — это не точка, а запятая, не конец истории, а переход на новую главу, написанную языком, о котором мы пока ничего не знаем. Смерть, скорее, глубокий, темный океан, таящий в себе новое начало. Нет, никакого перерождения душ, иначе все было зря. Жизнь — это река, текущая к морю. Иногда она бурная, с водопадами и порогами, иногда спокойная, с зеркальной гладью. Но течение неизменно, и в конце пути нас ждет встреча с океаном — с безмолвием, с покоем, с вечностью. Страх перед этим моментом — это страх перед неизвестностью, страх перед тем, чего мы не можем постичь разумом. Но разве не в этом и заключается очарование смерти? В ее загадочности, в ее непостижимости? Она словно таинственный художник, который готовит для нас полотно, на котором мы напишем свою последнюю картину. И какова она будет – яркая и радостная, или грустная и меланхоличная – зависит только от нас, от того, как мы проживем свою жизнь, какие краски будем использовать, какие линии проведем. И только тогда, стоя на берегу океана, мы сможем с улыбкой перевернуть последнюю страницу. И смерть не будет ужасающим концом, а тихим, спокойным переходом к новому, неизвестному, но, возможно, еще более прекрасному началу. Я правда считаю, что все эти нюансы жизни, типа достатка, потребностей — брешь. Все наше существование стремится к любви и счастью, все что мы делаем и ради чего стараемся, ради любви! Здравствуйте, дорогие читатели. Меня зовут Адель, и раз вы это читаете, значит кому-то интересно что случилось.  Я пишу, чтобы хоть как-то выплеснуть ту боль внутри себя. Некоторым покажется эта историю полной чушью, я бы обиделась, если бы вы так посчитали. Моя жизнь будет вам примером, плохим примером, но если бы меня спросили, я бы ничего не поменяла, я бы прошла весь этот путь ошибок, страхов, дружбы и такой всепоглощающей любви.  Я хотела бы рассказать все, с самого начала и посвятить вас в самые яркие и важные моменты моей жизни. Немного о событиях до,  нельзя же сразу начинать с грустного, согласны? Сложно поверить, что настолько счастливая жизнь может в одно мгновение превратиться в обычное существование. Так вот, немного отвлеклась от моего тогда ещё не бесцветного мира. Любовь, она окрыляет, согласны? Эти первые скромные, но важные моменты в самом начале совместного пути, когда вы аккуратно, стараясь не вторгаться в личное пространство, узнаете друг друга. Чувство волшебства и бабочки в животе, вы чувствуете себя самым счастливым. Но как говорят, люди быстро привыкают к хорошему, и мы часто осознаем ошибку, когда потеряли, не смогли сохранить то, что нас окрыляло и делало счастливым. Мы стараемся вернуть, что уже ушло навсегда. Я думаю каждого из нас однажды предавали, или мы совершали ту роковую ошибку. Люди любят начинать ценить то, что им было важно, когда уже потеряли. Моя история о том, как человек совершает ошибки, учится прислушиваться к себе, обретает что-то важное, проходит долгий путь в поисках того самого навсегда и сходит с ума от помешательства.   🍬🍬🍬 Я стояла возле ворот университета, уже по традиции перед парой, вдыхая вредный смолистый пар от электронной сигареты. До начала было ещё 15 минут и никто не спешил покидать местную курилку. Ко мне подошли мои одногруппники, классные ребята с которыми мы быстро поладили. Это,кстати, мой первый курс и все самое интересное в моей жизни еще впереди. Они что-то активно обсуждали, размахивая руками и громко смеясь, пока моя рыжая подружка Эмма рассказывала мне на ухо последние сплетни. Это ведь не плохо, все мы девочки болтушки, только мне не очень было интересно слушать про незнакомых мне людей. Пытаясь вникнуть в разговоры, я мельком бросала взгляд на ворота университета, нет, я никого не ждала, просто это единственная меняющаяся картинка. И мой взгляд наткнулся на неё, корень всех моих будущих проблем. Из сплетен Эммы я узнала, что девушку зовут Лиана, она активистка, тусовщица, главная красотка, как по сценарию дешевого американского сериала. У Лианы был парень, как там…, Вильям вроде. Обычный популярный, богатенький мальчик, со смазливым личиком, именно такое о нем впечатление. Он такой и был или хотел лишь казаться, этого я не знаю, но его поведение было опять же сплошным стереотипом. Кичился деньгами и лицом, любил внимание, так же как и его девушка, но в голове ветер дул. Я понаблюдала за их отношениями, просто ради интереса, как и положена главная красотка встречается с неким королем. К слову Эмма влюбилась в него по самые уши, весь мозг уже проела рассказами о своем суженом. Я честно поддерживала её, но иногда позволяла себе забить на страдания подруги, все мы живые люди.  Задумавшись о своем, я залипла, знаете, как это бывает? Ты машинально концентрируешься лишь на своих мыслях в голове и не замечаешь происходящее. Со стороны видок пугающий, ты смотришь в одну точку не моргая, но ты этого не замечаешь, находясь в трансе. Некоторых людей это действительно пугает. Когда рыжая привела меня в чувства, проморгавшись, я поняла что смотрела на Лиану, прямо в чужие глаза, горящие чем-то не понятным для меня, похожим на интерес. Взгляды мы не отводили, странно, но так завлекательно.  Вы знаете ,что большинство людей не могут выдержать прямого контакта? На психологическом уровне ты начинаешь задумываться «а вдруг со мной что-то не так, а вдруг юбка задралась или помада размазалась». Люди стесняются, чувствуют дискомфорт и это нормально. Но мы все ещё смотрели друг на друга, она меня пристально рассматривала, изучала, как маньяк следит за своей жертвой. Что же, я смотрела на неё так же. 🍬🍬🍬 Прошло пару недель с нашей первой встречи с Лианой. Как можно не видеть человека месяцами, а однажды встретившись сталкиваться каждый день? Странная штука эта теория вероятности. Наша игра в гляделки, словно каждый день вставала на паузу и не гласно начиналась при встрече. Смысл никто из нас не понимал, но это было и не нужно. Первоначальное — мне все равно, переходила в маленький интерес чем дело кончится. Так бы дальше и продолжалось, если бы не одно но. Все старшекурсники в один голос кричали «Посвящение первокурсников, это лучшая тусовка в вашей жизни». Как же, поверили на слово, но это хороший шанс познакомиться со всеми, так что наша группа почти в полном составе отправилась покорять эту лучшую тусовку. Могу сказать, что было и правда весело: игры днем, минимальное количество свободного времени и разные плюшки. Чего таить, все ждали дискотеку, на который бы быстро напились. Я нормально воспринимала алкоголь и могла себя контролировать в любом состоянии, поэтому можно было бы и расслабиться. Эмма убежала на поиски Вильяма и оставила меня одну в компании сорока градусного напитка. Примерно к часу ночи людей стало меньше, большинство уже храпели на кроватях. Я, устроившись на стуле рядом с колонками, отдыхала после активных танцев. Какова вероятность, что Лиана тут окажется?Судьба явно со мной играет. В мой нос заполз запах дорогих сладких духов. Мне нравятся такие запахи, даже слишком. Я почувствовала, как моей шеи касаются прохладные руки, они не дают мне поднять глаза и посмотреть на их хозяина. В голове плыло из-за выпитого алкоголя, я ощущала лишь нежную кожу рук, которые гладили меня, пальцы этих рук пересчитывали мои позвонки, выпирающие на шее. В голове не было никаких мыслей, пока я не увидела знакомые ногти, после чего сразу напряглась. Лина звонко рассмеялась, обошла меня, хватая за руку, повела в центр танцпола. Я ничего не понимала пока моего уха не коснулись чужие губы, «поиграем?» — отпечаталось у меня в голове. Девушка начала свое лучшее представление для аудитории. Её тело изгибалось волной под зажигательную музыку, её движения были слишком откровенны, даже для меня. Но грех было не подыграть такому настрою. Мы танцевали, и это было настолько горячо и сексуально, что кажется даже охрана напряглась. Множество глаз были устремлены на нас, голод и желание я видела в каждых. Однако в зрачках девушки, которые смотрели все это время только на меня,  я ничего не разобрала. Кого она представляла на моем месте ? Так не смотрят на человека, с которым ничего не связывает. Так не касаются незнакомцев. Или ей все равно с кем играть свою роль? Мое дыхание сбивалось от её касаний. Её руки были везде, буквально! Я все ещё помню её бархатную кожу на своей шее. Это чувствительнее и интимнее, чем секс. Это больше, чем очередной спектакль. И лишь реакция окружающих напоминает, что это все реальность. Я сбежала. Сбежала позорно сразу после того, как закончилась музыка. Сбежала и разорвала наши прикосновения, отделила её руки от своего тела. Поймите, я не удержала бы порыв поцеловать, притянуть обратно. Все можно было списать на алкоголь, но Лиана не выглядела пьяной, её глаза были сфокусированы на мне без стеклянного блеска, алкоголем от неё и не пахло вовсе, что того же не скажешь обо мне.  Я забежала в свою комнату, там никого из девочек не было, что  странно, где же они тогда, но я не думала об этом. В моей голове крутились недавние события. Мои руки жгло, от желания снова прикоснуться к чужому телу, губы саднило, потому что хотели почувствовать мягкость чужих губ, мой нос жадно вдыхал воздух, желая услышать тот сладкий аромат. Я путалась в себе, в своих мыслях и своих желаниях. Дверь в комнату тихо открылась, босые ноги плавными движениями приближались ко мне, сладкий запах снова пробрался в мой нос, кажется у меня галлюцинации, пришлось разлепить глаза и сконцентрировать поплывшие глаза на чужом лице.  — Что ты…,— за считанные секунды девушка оказалась возле меня, толкнув в плечо. Я только успела сообразить, что падаю на кровать, как чужие бедра прижали меня к ней.  — Ада, замолчи —она сказала это тихо, почти что нежно, мне в губы, и поцеловала.  Все произошло стремительно, мой пьяный мозг не успевал улавливать происходящее, так что я не сразу поняла, что она делает. Лиана цепляла мои губы своими так требовательно, будто, если она меня не поцелует мир упадёт. Зубы девушки сжались на моей нижней губе и я почувствовала железный вкус крови. Затуманенная голова вмиг прояснилася. Я отвечала на поцелуй с такой же животной страстью, даже сейчас это походило на игру. То кусая, то нежно посасывая друг друга, мы боролись, утопая в желаниях: коснуться, приласкать, сжать чужое тело до синяков. Мы будто вновь оказались на танцполе со своим личным танцем, танго, да—да точно танго. Губы горели от прикосновений, а мы все не могли оторваться друг от друга. Лиана уже лежала на мне, но хотелось ближе, хотелось вжать в себя её тело. Кто я такая, чтобы ограничивать себя в желаниях?  Лиана отстранилась, вглядываясь в мое покрасневшее лицо, не разрывая зрительного контакта, девушка медленно стягивала мою одежду, рубашка вместе с топом полетели на пол первыми. Она смотрела на меня жадно, словно хищник на жертву, готовясь к нападению. Ее красивые нежный пальцы ущипнули меня за соски, и по телу прошлась волна возбуждение, припухшими губами от поцелуев, она вела мокрую дорожку от моей шеи до кромки штанов. И все это время она смотрела мне в глаза. Блядство! Штаны слетели с моих ног за секунды. И вот на мне лишь белье, а ноги с опаской сведены вместе. Я не могла пошевелиться, я словно в оцепенении. По Лиане  было  видно как грудь часто вздымалась, глаза поплыли, а руки и ноги мелко подрагивали. Я не могла ей больше сопротивляться. Она тащила меня в омут с головой, и мне было приятно. Я этого хотела. Мое тело расслабилось, покоряясь этой хищнице. Заметив это, Лиана улыбнулась, пальчиками взялась за мое бельё и потянула вниз.  Устроившись, девушка ласковыми скользящими движениями раздвигала мои коленки. И вот я совершенно голая лежала перед ней полностью открытая.  Я помню, как ей понравилось увиденное, помню как она бесконечно облизывалась, помню с каким трепетом её пальчики касались между моих ног первый раз, на пробу. Девушка принялась за обследование двумя пальцами, производя небольшие захватывание. Когда она нашла клитор, я уже не могла сдержать стоны. Она остановилась лишь на мгновение, но вскоре продолжила изучать мою анатомию. Я просто не могла сдержаться, начиная прижиматься к ее пальцу. Она увеличивала нажим, быстрее двигая рукой, то замедлялась, сладко мучая меня, пользуясь моим состоянием, то ускорялась, доводя меня до грани. Лиана уделила внимание каждой частичке моей кожи и принялась за изучение губ, поглаживая каждую, то одну, то другую, не переставая в то же время кружить вокруг клитора и приближаясь все ближе и ближе к раскрытой дырочке. И вот, наконец, ее пальчик заскользил по ее краю! Между ног все блестело от влаги.  Она убрала руку, принимаясь повторять тот же путь, но уже языком. Как только девушка коснулась кончиком своего язычка клитора, я просто сошла с ума, слишком много ощущений, слишком горячо, голову сносит уже не от выпитого алкоголя, Лиана мой алкоголь. Ее руки не остались без дела: она ласкала внутреннюю сторону бедер, подколенные впадины, но особенно уделяла внимание груди. Я сразу поняла, что она ей понравилась. Она как-то смогла почувствовать меня, мы будто слились в едино, потому что по мере роста моего возбуждения она ускоряла свои движения, усиливая нажим своего язычка. Потом она сделала то, что я не смогла вынести, выпрямив язык и почти полностью погружая его в меня, начала делать им круговые движения. Меня затрясло, горло уже горело от стонов, воздуха катастрофически не хватало. Судороги овладели моим телом, между ног было настолько влажно, будто меня искусственной смазкой облили. Я кончила с громкими стонами, это даже на стоны не было похоже, скорее истошный крик. Мое тело все текло, а Лина, подобно трудовой пчелке слизывала этот чудный нектар страсти. Мне было хорошо как никогда !  «Ты такая вкусная»— последнее что я смогла разобрать. Сильный оргазм забрал все силы, а выпитый алкоголь дал о себе знать. Я провалилась в сон со счастливой улыбкой.  — Ада, спи, сладкая, ты будешь должна мне оргазм,— проворковала Лиана, последний раз поцеловала мои губы, укутывая меня одеялом, и вышла за дверь.  🍬🍬🍬 Воспоминания, словно призраки, кружат вокруг, напоминая о счастливых моментах, которые теперь стали лишь мучительно сладкими фантомами. Её улыбка, её голос, её прикосновения — все это теперь боль, резкая и нестерпимая. Смотришь на мир сквозь пелену слез, и кажется, что все вокруг лишено смысла.  Но боль — это не смерть, а только глубокая рана, которая со временем затянется, оставляя после себя шрам, напоминающий о том, что было и никогда не вернется.  Ты научишься жить дальше, ты найдешь силы идти вперед. И однажды, когда шрам зарубцуется, ты вспомнишь о нем с грустью, но без боли.  И тогда ты поймешь, что любовь, даже если она закончилась, не пропала бесследно. Она оставила в тебе свет, который, может быть, не такой яркий, как раньше, но все же согревает тебя изнутри.  И когда ты снова встретишь кого-то, кто заставит твое сердце биться быстрее, ты вспомнишь эту боль, и она поможет тебе ценить новое чувство, которое зарождается в твоей душе. Но что делать, если ты не хочешь кого-то другого?  🍬🍬🍬 Кто из вас помнит, как начал дружить с человеком? В какой момент вы заговорили или, например, начали вместе смотреть фильмы по вечерам? Когда вы поняли, что можно довериться, и вас не станут обманывать? В детстве все просто: подошел, представился и произнес то самое, после которого, вы лучшие друзья, — «Давай дружить?». Во взрослой жизни все не так. Поэтому, я не могу сказать когда это произошло, но одно единственное я знаю точно— все было не так, как казалось. Мы не были парой, никогда, но представить нас по отдельности было невозможно. Мы сблизились очень быстро, казалось, что всю свою жизнь мы знали друг друга. Сам черт не разберет, что у нас за отношения. Мы не задумывались, а остальные не спрашивали. В моменте появился какой-то тысячный уровень тактильности по отношению друг к другу. Все это подсознательно, безотчетно — коснуться, погладить, если невозможно обнять, то хотя бы мизинцы переплести. Мы были постоянно вместе, но все равно не пара. Встречались — да, дорожили друг другом, иногда спали. Не дружба, не любовь, не страсть. Просто необъяснимая потребность иметь этого человека рядом. Понимание на каком-то глубинном уровне, чувствование друг друга на уровне ДНК.  Разумеется, ссорились. И ругались, по-настоящему, до криков и битой посуды, до слез. А потом все равно все возвращалось, взгляды, руки, все. Мы  знали все друг о друге — мысли, мечты, вкусы. Знали тайные кнопочки на теле, заводящие с пол-оборота. Как-то незаметно переняли привычки, было забавно наблюдать за одинаковыми жестами и мимикой. Общие интересы, общие разговоры, общий смех.    В любом другом мире это называлось бы гармонией, но только не у нас. Мы не анализировали, не задумывались, просто жили, каким-то непостижимым образом освещая все вокруг светом любви, которой не было.  Просто дружба двух девушек, ничего такого, никто и не замечал. Со стороны нас назвали бы соулмейтами ещё тогда, на посвящении на первом курсе — людьми, идеально подходящими друг другу или предназначенными.  А потом случилось самое естественное и нормальное — Лиана поняла, что влюбилась. Но не в меня. И не в Вильяма, как вы могли подумать. Он кстати оказался совсем не таким, как я думала. Эмма быстро прибрала его к рукам, и он тоже стал частью нашей компании. Так ладно, немного отвлеклась. Лина была хороша, я это знала, и не было ничего удивительного, что как-то парень начал за ней ухаживать. Яркая, живая, она словно излучала энергию, была самой жизнью. И парень казался добрым, заботливым, симпатичным, умел удивить, дарил подарки, красиво ухаживал и говорил. Лина делилась своим восторженным увлечением, разумеется, со мной, с кем же еще?   Лина пребывала в любовной эйфории, а я — внутри просто умирала, каждую секунду.  В процессе этого медленного и мучительного умирания, я сделала несколько потрясших открытий. Оказывается, я любила её, давно и копаться в том, как я могла любить девушку не было желания. Оказывается, я совершенно разучилась жить без Лианы, даже не представляла, как это теперь делать. И самое страшное открытие — я больше не была нужна, единственному, желанному, родному человеку. Внутри все болело, то ли обида, то ли безысходность. Странное ощущение брошенности, хотя Лина ведь меня не бросала? Как можно бросить то, что не имеешь?  А девушка, словно, желая сделать больнее, продолжала приходить и восторженно рассказывать о своей новой жизни. И заботиться тоже продолжала, по старому ворчала и ругалась, когда я забывала поесть, она призывала меня подумать о своем здоровье. А я вообще теперь много думала. Как жить дальше, если Лина со своим новым счастьем будет всегда перед глазами? Само не устроится, не рассосется. Но где-то в разводах души до сих пор оставалась живой крохотная капелька надежды — что это сон, или что она вернется, или…  Я вновь и вновь придумывала это «или». Вариантов при фантазии набиралось немало, только все абсолютно нерабочие. Я понимала, что изначально все было неправильным. Дружба, разбавленная сексом — другого финала и быть не могло. То, что было всей жизнью для меня, для неё не значило ничего. В этом была вся она.  Как вытравливают изображения на металле? Сильнейшей кислотой, раз за разом, слой за слоем. Размеренно, методично и убийственно. Вот и я вытравливала из себя любовь, одержимо. Бессмысленно отдаваясь в руки очередному кому-то, каждый раз надеялась, что вот сейчас очередной оргазм заберет все силы, чувства и мысли. И  ничего не происходило, оставались только досада и брезгливость. В очередной раз молча уходила, не слушая вопросов за спиной, не запоминая лиц и имен. А потом, жесткой мочалкой сдирая с себя чужой запах и следы, стояла под горячим душем, не замечая своих слез. Они смешивались с потоком воды, отдавая ей соль и боль.  Вы не имеете права сейчас меня осуждать. Каждый человек имеет право выбирать, как справляться со своей душевной болью. Если вы считаете обратное, вы никогда не любили по настоящему. Я знаю, надо было потерпеть, но когда вы бросаете своего партера, вы выгоняете его из своей жизни, «с глаз долой, из сердца вон». А как быть с безответной любовью? Когда тоненький голос в голове раз за разом дает мнимый шанс вашему невозможному будущему?  Когда нет возможности объяснить любимому свое поведение или вовсе оттолкнуть? Что делать, если нет сил оттолкнуть?  — Так быстрее забудешь.— Эмма, мрачно наблюдавшая за подругой, у которой сорвало тормоза, предлагала мне уехать. — Забуду что? Ведь ничего и не было, иначе она бы не ушла так легко. Эмма долго разглядывала меня, одним словом, я больше походила на кого-то неживого с зеленым цветом кожи, большими кругами под глазами и болезненными впалыми щеками. Глупо было думать, что мои друзья не замечали, что происходит. Все все замечали всегда, но предпочитали не вмешиваться в чужие отношения, думали, что отношения. И вот сейчас Вильям и Эм сидели рядом со мной и пытались стать жилеткой для слез, потому что все были в курсе, как я теперь жила. Почти каждый день — новый мальчик. Они появлялись из ниоткуда, туда же и уходили потом. Они не понимали зачем мне это надо. Лина для друзей теперь была загадкой, а я зато выглядела, как и полагается выглядеть человеку брошенному, хотя я и пыталась это скрыть.  🍬🍬🍬 Неожиданно даже для себя, я решила принять предложение уехать, нужно было развеяться, принять происходящее и наконец смириться и отпустить. Конечно, она все поняла, но много позже. Позже и поздно. Без меня ей вдруг стало пусто. И неинтересно. И как-то уныло. И даже парня отошла на второй план. Яркость отношений блекла в глазах Лианы, секс с ним крышу не сносил, да и скучный он. Девушка кормила себя этими отговорками, постепенно понимая, что потеряла то лучшее, что было в её жизни. Привычность присутствия меня стала не счастьем, а обыденностью. И поняла она это только, когда потеряла, по-настоящему. Когда судьба кромсанет часть тебя, отрежет жестко, по живому, а ты, истекая кровью и теряя силы, но не замечая этого, пытаешься удержать прежнюю жизнь — вот здесь и наступает просветление.  Она наконец поняла, чем были те легкие, ни к чему не обязывающие отношения. Поняла, приняла, и … что дальше?  Искать меня, просить прощения — ну, наверное, можно, да и нужно бы сделать. Но Лина знает — я не прощу. Она, Лиана, такое точно бы не простила. Сама для себя стала предателем.   Через полгода, в одну из суббот, я вдруг снова появилась в их компании, приближалась сессия, и более прогуливать не представлялось возможным. Глаза Эм, сидевшей  вполоборота к Лине, вдруг расширились, она оборвала себя на полуслове и рванула из-за стола. Медленной походкой, я приближалась к их столику. Мой взгляд изменился. Не было в нем больше той теплоты и безмятежности, сейчас на Лину смотрели чужие глаза и провалиться в их глубину не получалось. Словно плотная завеса закрыла мою душу от нее.  Я заметила, как Лина поежилась от них, таких непривычно-чужих.  Ребята забросали меня вопросами, задушили в своих объятиях. Все, кроме растерявшейся Лины. Я смеялась, пытаясь отвечать одновременно всем, а Лиана не мигая смотрела на меня, надеясь перехватить взгляд, адресованный только ей. Но я лишь  равнодушно скользнула по ней глазами, едва кивнула и вновь повернулась к ребятам.  Лина печально усмехнулась и уставилась на свои руки, думая что я не простила. И не прощу. Я умею оставлять ненужное за спиной, оставлять навсегда. И вот сейчас девушка тоже оказалась за моей спиной. Что ж, я и она понимаем, она сама виновата. Она до сих пор корила себя за ту нелепую влюбленность.  Все было проще, захотелось новизны и ярких ощущений. Жизнь ей казалась слишком комфортной, рядом была я, такая понимающая и готовая поддержать любую авантюру. Вдвоем было весело и прикольно, секс без обязательств, отношения без чувств — «мы просто друзья». Я изменилась, стала сдержаннее и спокойнее. Все это время я готовилась к встрече с ней, хотелось заглянуть ей в глаза — счастлива ли она в своей новой жизни? А увидела и растерялась. И уж совсем испугалась, когда Лина схватила меня за руку по пути в туалет. Испугалась, что выдам себя, свою слабость и зависимость перед этими глазами, что не смогу скрыть жалобного взгляда, кричащий — ВЕРНИСЬ!  — Ада… — Отпусти, — сказала четко, без эмоций. Все свои силы собрала, чтобы вот так спокойно смотреть и равнодушно отшить. Я знала, что потом опять соскребать себя буду, размазанную и уничтоженную, по крупицам собирать. Но сейчас держала спину, до последнего. Лишь Эмма заметила насколько мы очевидны в отрицании взаимного притяжения.  Лина признала очевидную вещь — она любит меня, а я её нет. Когда-то, возможно, любила, иначе не уехала бы. Сейчас — нет. Любовь не возвращается. И она может сколько угодно петь под моим окном про любовь — я не отвечу.  🍬🍬🍬 И однажды, между делом, Эмма сказала, что все это время Лина была одна, что не было рядом никакого парня, что когда я уехала она сама, словно, потухла. Она закрылась от всех. Сказанное бьет прямо в сердце, сбивая ритм. В моей голове бардак, я могла лишь сидеть зажмурив глаза и отчаянно желая Лину и к Лине. Прямо сейчас, немедленно, одновременно понимая, что не будет этого никогда. И первая мысль была поехать прямо сейчас туда, куда так рвется сердце, поехать, чтобы посмотреть в глаза. Слова не нужны, я поняла бы по глазам, и тогда либо мы вместе, либо нет. А потом я вспомнила дни, проведенные в угаре случайного секса. Она скорее всего знает об этом, все знали тогда. Побрезгует, отмахнется.  Мы обе растоптали все что имели, растоптали сами, легко и бессознательно.  А я, наконец, решаюсь и беру себя в руки. Та жирная точка разбилась словами Эм на маленькие крапинки многоточия — и это надо исправлять. Я ехала на то самое «поговорить». Внутри все перевернуто и дрожит, но я знала, что чуть позже станет легче. Вряд ли счастливее, но — легче. Потому что определенность, без многоточий.   И вот уже лифт, знакомая дверь, тихий стук и такие безжизненные глаза напротив. Она смотрела выжидающе, без эмоций. Она не боялась спугнуть, она боялась конца. Такое короткое прости от меня, и я развернулась чтобы уйти. Я шла медленно, не чтобы меня остановили, нет, а просто потому что мне наконец спокойно. Но меня догнали, обхватили дрожащими руками тело и,  уткнувшись мне в плече, тихо содрогались от слез. Мне было страшно, но я знала что нужно, развернувшись в кольце рук, я обняла еще крепче, прижимая к себе, словно хватаясь за спасательный круг.  — Прости меня, Ада, это я виновата, прости меня, пожалуйста… — а потом вдруг выдыхает, — Я люблю тебя.  Мое тело напряглось, пугая Лину еще больше, она отлипла от меня и смотрела с таким ужасом в глазах.  — Не надо было, да?    Я смахивала слезы и неопределенно мотала головой. Надо, мне все надо — слова эти, на которые не рассчитывала, надо обратно руки Лины, её тепло — и уже я сама теснее прижималась к ней, обняв за талию и уткнувшись в мокрое от своих же слез плечо.   — Принцесса, пойдем домой. — такое привычное словосочетание, как будто ничего и не было.  Но — было, и еще пока есть. Недоговоренность, неопределенность, смущение и нерешительность — это все еще здесь, с нами . Хотя повторения той сокрушительной боли не допустят обе, этот урок хорошо усвоен. Хотя время многое забывает, но это будет потом, в будущем, а пока, в данный момент, я сидела на восхитительных бедрах своей девушки и так сладко целовала её губы, ни о чем не думая.  В какой момент это произошло, я не могу сказать, но резко наши поцелуи перестали быть нежными и целомудренными. Это был акт агрессии, признания и поглощения. Губы Лины были горячими, влажными, податливыми и в то же время требовательными. Она прикусила нижнюю губу, не сильно, но достаточно, чтобы я почувствовала острый прилив чего-то дикого. Девушка с такой силой меня притягивала к себе так близко, что кости, казалось, скрипели. Одежда стала невыносимой преградой.  Лина снова и снова целовала меня, уже более неистово, ведя нас, спотыкаясь и попутно раздеваясь, в сторону спальни. Тела сталкивались с мебелью, но ни одна не обращала внимания. Весь мир сузился до точки соприкосновения губ, языков, кожи. Наша борьба привела нас на край кровати. Мы упали на постель, и я оказалась сверху, мои колени по бокам от бедер Лины. Мои  длинные, светлые волосы, растрепанные, упали, занавесив наши лица, создав интимный, отдельный мир. Я оторвалась от поцелуя, мое собственное дыхание стало прерывистым — я дышала не для кислорода, а чтобы вдыхать её, впитывать каждую молекулу ее запаха, тех самых сладких духов. Я зависима и я наркоман.  — Смотри внимательно, дорогая, — и Лина с жадностью голодного зверя начала следить за моими движениями.  Я нежно коснулась кожи Лины, будто бархатными лепестками красной розы, я водила по её телу. Начала с ямочки между ключицами. Я проводила руками медленно, еле касаясь, с невыносимой задержкой, вниз по грудине, создавая щекочущее чувство. Обогнула левую грудь, чуть не касаясь соска, который и так стоял твердым, темно-розовым бугорком от холода и возбуждения.  Лиана застонала, ее тело выгнулось, предлагая себя. А я продолжила: живот, впадина пупка, низ живота. Я касалась самой чувствительной кожи, оставляя за собой невидимый, холодный след, за которым немедленно вспыхивало жгучее тепло.        Я провела по внутренней стороне бедра, от колена вверх, к самой сокровенной части, к самому центру, к темным, аккуратным губам, уже влажным и приоткрывшимся от желания. Но не коснулась. Я кружила вокруг, дразня, рисуя мокрые, теплые круги по коже, то чуть сильнее нажимая, то едва касаясь. Лина закусила губу, чтобы не закричать, ее пальцы впились в простыню, сминая её. Она смотрела на меня с такой нежностью, потому что глаза сияют звездами и скрыть это сияние не получится. Мы были в другом измерении. Тишина спальни, ранее звенящая одиночеством, была разорвана звукам наших тел. Прерывистое дыхание Лины, шелест простыней, глухой стук чужого сердца — звучали для меня как барабанная дробь, призывая к греху. Я впитывала вкус как нектар, потом мой рот начал путешествовать вниз.  Мои губы коснулись подбородка Лины, затем скользнули по линии челюсти к уху.  Я провела кончиком языка по завитку уха, и девушка вздрогнула, издав короткий, сдавленный звук. Я почувствовала, как кожа на ее шее покрывается мурашками, как температура локально повышается на пару градусов. Потом — шея. Тот самый алтарь. Я не кусала, пока. Я целовала. Мои губы прижимались к горячей коже над сонной артерией. Я чувствовала пульсацию, сильную, ритмичную живую. Тук-тук, тук-тук. Наш пульс синхронизировался. Её руки скользнули в мои волосы, нежно, но настойчиво прижимая мое лицо к своей шее. Я спускалась ниже, а девушка стонала.  Я прижалась ртом к ней. Не просто губами. Всем лицом. Мой нос уткнулся, вдыхая аромат с таким наслаждением, будто это был последний глоток воздуха. А затем мой язык — длинный, умелый —  нашел свою цель. Первый контакт был подобен электрическому разряду. Лина вскрикнула, ее тело вздрогнуло. Я действовала методично, но со страстью археолога, открывающего сокровище. Водила широкой, плоской поверхностью языка по всей площади, смачивая, лаская, ощущая каждую складку, каждую неровность. Я нащупала бугорок клитора, уже набухший и сверхчувствительный, и сосредоточилась на нем: легкие круговые движения, затем быстрые, короткие касания кончиком языка.  Девушка сходила с ума. Это были низкие, хриплые, неконтролируемые звуки, вырывавшиеся из глубины горла. Ее руки бессильно упали на простыни, пальцы снова сжали постельное белье. Ее бедра начали двигаться навстречу, в такт движениям моего языка.   Я опустила руку. Подушечками указательного и среднего пальцев мягко раздвинула губы Лианы, обнажая блестящее, темно-розовое сокровище, уже широко открытое от возбуждения и предыдущих ласк. Мои ногти скользнули по нежной коже. Это была грань между нежностью и угрозой, между наслаждением и опасностью.  И затем я вошла. Не одним пальцем. Двумя. Сразу. Глубоко. До самых суставов. Лиана вскрикнула — громко, пронзительно. Это был не крик боли. Я чувствовала каждую сокращавшуюся мышцу вокруг своих пальцев. Я установила жесткий, безжалостный ритм.  Оргазм подкрадывался к Лине не как волна, а как сход лавины. Он начал копиться где-то в самой глубине, в основании позвоночника, с каждой секундой нарастая, поглощая все мысли, все ощущения. Это было не излияние, а взрыв. Ее тело выгнулось так сильно, что оторвалось от кровати, поддерживаемое только моей рукой. Из ее горла вырвался долгий, переломленный, почти рыдающий крик. Внутри все сжалось вокруг пальцев с такой силой, что могло бы сломать кости. Спазмы были яростными, продолжительными, будто выжимающими из нее всю душу. Она тряслась, ее ноги дергались, пальцы ног судорожно сгибались. Постепенно спазмы стали слабее. Крики перешли в прерывистые всхлипы, затем в тяжелое, хриплое дыхание.Лина обмякла, ее тело покрыла легкая, блестящая испарина. Она была опустошена, разбита, абсолютно удовлетворена. Мы лежали в тишине, слушая, как дыхание Лины постепенно выравнивается. За окном ночь начинала сереть на востоке, предвещая рассвет, который был только для нас двоих. — Принцесса, я тебя люблю, — взглянув на Лину, я увидела, как девушка с абсолютно счастливым видом наваливается на меня и снова целует, целует, целует. — Я тоже тебя люблю. И кстати мы еще не закончили, мой долг доставить своей девушке удовольствие и ни один раз. И снова все так, как было когда-то — смех, дружеские подколы, иногда серьезные разговоры. И по-прежнему руки Лины где-то на мне. Все, как прежде, кроме взглядов, которыми мы обмениваемся,  теперь в них плещется та самая любовь, которой когда-то не было… 🍬🍬🍬 Счастье — это не вершина горы, по которой нужно упорно карабкаться, а тихая струя в душе, отражающая свет в прозрачной воде. Оно не подходит к громким истинам, не выставляется в новостях, а живет в простых вещах: в тепле чужих объятий, в глубоких глазах любимого человека, в простых, казалось, прикосновениях.  Любовь — это не картина, которую нужно демонстрировать миру, хватит одного близкого человека, любовь к которому распускается в тишине души. Она не требует шумных признаний, а шепчет свои тайны на языке взглядов, касаний и тихих искренних слов.  Счастье и любовь — две стороны одной монеты, две неразрывно связанные части одного целого. Счастье дарит свет и тепло, а любовь — силу, чтобы преодолевать любые препятствия. Вместе они создают нечто особенное, неизведанные дальние красоты. Найти свое счастье и любовь— это мечта, которая осуществилась. Как много я чувствую… Это мой личный дар и благословение.  Как же хорошо, когда нужный человек рядом. Как тепло в холодный вечер, как рука, протянутая в трудную минуту. Это не просто присутствие, а глубокое чувство связи, которое делает мой мир ярче. Хорошо, когда нужный человек рядом, потому что он видит тебя насквозь, знает твои слабости и сильные стороны, и все равно любит тебя безусловно. Он не пытается перевоспитать, а принимает таким, какой ты есть.  С ним можно молчать и понимать друг друга без слов. С ним можно смеяться до слез, делиться мечтами и страхами, не боясь быть осужденным.  🍬🍬🍬 Четыре года прошло, как я люблю и любима в ответ. И почти 6 лет, как я не представляю жизни без нее. Ощущение, что все мое существование остановилось на моей любимой Лиане. Прошло шесть лет, а мои чувства лишь сильнее, глубже. Глаза в глаза, переплетаясь горячим дыханием. Это не просто любовь, это родство двух душ. Наша любовь в унисон. На всю оставшуюся жизнь. Моё сердце горит, и я готова мир уничтожить ради неё.  Расскажу пожалуй немного о нашей жизни. Я закончила  институт, нашла своё хобби в написании романов. Кстати, эту историю я начала сейчас, хочу поделиться нашим счастьем. Лина сначала ворчала и говорила, что лучше бы я на работу так ходила, чем так страдала, сидя над рукописями. Но все равно поддерживает и тайком читает самой первой мои работы. Девушка же сейчас готовится к новой должности, устроилась на работу по специальности и была довольна. Я вижу как горят её глаза, когда она занимается любимым делом. Я счастлива, что она нашла свое призвание. Мы вместе снимаем квартиру. Смешно вспоминать, как мы ссорились по бытовухе, она ненавидит мыть посуду и убираться. Правда, мы много ругались из-за ерунды. Характеры у обеих буйные слишком. Ссорились звучно, с громкими словами, а потом так страстно мирились, где придется. Наши друзья говорят, что мы самая взбалмошная пора и мы подходим друг другу. Я согласна с ними, мы много разговариваем, делимся переживаниями, эмоциями, поддержкой. Страсть между нами никуда не делать, куда там, если Лина все больше придумывает игр для нашего «досуга». Я хочу с ней прожить всю свою жизнь, она поглотила её, а я и не против вовсе. С каждым новым днем я влюбляюсь все больше, кажется любить ещё больше невозможно, но это происходит.  Я без этого человека жить не смогу, это не преувеличение, это истина. Наши редкие, но такие чувственные признания  «люблю» и «навсегда». Я верю, что навсегда.  🍬🍬🍬 — Мне срочно нужно выпить, иначе я не дойду да алтаря,— Вильям нервно кусает губы и суетится по комнате в поисках заветной жидкости.  — Успокойся, все хорошо, — с улыбкой сказала Лиана, которая только что вернулась из комнаты, где собиралась невеста. — Знаешь, а Эмма чудесно выглядит, хочу посмотреть на твое выражение лица, когда ты её увидишь. Рядом с ней ты превращаешься в мокрую лужу. Тебе с ней повезло. Вообще не понимаю, что она в тебе нашла?  — Такой же вопрос от меня к твоей любимой Деле, ты же та ещё сука, нервы ей сколько трепала?  — А я её измором…  Вильям рассмеялся и легко обнял подругу, он благодарен ей за поддержку. За это время они действительно стали родными людьми.  — Что я вижу, наш дорогой трясется от нервов. Волнуешься? Даже твоя жена не так переживает. А ты поменьше пей, а то сам не дойдешь. — с глумливой улыбкой вылетели слова от меня. Смотрю, как они обнимаются и ревную, хоть и понимаю, что они давно бывшие. И вообще Вильям женится на моей подруге. Но все равно неприятные чувства сопровождают, а я пытаюсь отмахнуться от них.  — Тебя забыл спросить. Беру свои слава назад, вы обе сучки, идеально подходите друг другу, хочу посмотреть на вас, на вашей свадьбе. Ох как же я оторвусь. — глумиться Вильям. — Держу пари, что ты и над Эм издевалась, вот тебя и выгнали от туда.  — Я? Да ты чего? Как я могу?  — Вот врушка то- тихо посмеивается Лина, заключая меня в объятия.— Он тебя раскусил.  — Это моя святая обязанность лучшей подруги, я с первого курса слушала о её чувствах и их ссорах, могу теперь и постебать. Парень нас уже не слушает, разговаривая с вошедшими друзьями. А я любуюсь уже повернувшейся ко мне Лианой. Какая же она красивая, смотрю в её глаза и, каждый раз, падаю в пропасть.  — Ты чего задумалась,— шепотом ласково в мое ухо. — Все вокруг мне сегодня говорят о нашей с тобой свадьбе. Не могу не думать об этом, представляя нашу где-то во Франции, например, где разрешат мне выйти замуж за тебя.  Лиана дернула бровью, пытаясь сдержать улыбку. Чужие глаза как-то странно смотрят на меня, я не понимаю что там, не могу разобрать.  — Как думаешь это когда-нибудь случиться?  Лиана целует мои губы как-то слишком трепетно, будто отвечает «да». Неужели мы правда это сделаем? Мой мир— моя принцесса. Я знаю, это уже не пройдет. Мы связаны до конца, такое не отпустишь.  Уже на церемонии мы смотрели на Вияма, который стоял под аркой рядом с ведущим церемонии. На женихе черные ботинки и черные брюки. Рубашка цвета шампанского из шелка заправлена в брюки. Волосы убраны назад, пара прядей будто небрежно падали на лоб. Он выглядел красивым, уверенным и серьезным, от Вильяма невозможно было отвести взгляда, когда он, чуть нахмурив брови, смотрел вдоль дорожки, по которой скоро к нему подойдет его невеста. — Пиздец, он красивый, —прошептала Лиана, нагнувшись к моему уху. — Я даже залипла на него сегодня, когда увидела. А Эмма с ним …  — Залипа, значит? — прервала высказывания я и как-то недовольно смотрела на свою девушку.  — Блять, Ада, ты нормальная вообще? Я о том что они красиво смотрятся друг с другом. И Эмма прекрасна. Они оба великолепны. И если ты сейчас мне скажешь, что после стольких лет приревновала к Вилу, то ко мне сегодня не подходи. Я смотрю в раздраженные глаза и сама понимаю, что это глупо. Да он её бывший, но это давно в прошлом. Я не думаю о том что было четыре года назад, наши ошибки привели нас сегодня сюда и я счастлива. Но ревность меня не отпускает. Я часто завожусь с ерунды. 🍬🍬🍬 Вечер заканчивался и гости уже начали расходится. Остались самые стойкие: пара пьяных друзей, которые громко что-то обсуждали, наши молодые, которые сидели вдали от всех и тихо переговаривались, их глаза искрились любовью друг к другу. В какой-то момент стало интересно почему они ещё не уединились, но судя по частому дыханию Эммы, это скоро случится. Играет тихая медленная музыка, и какие-то пары влюблённых медленно покачиваются из стороны в сторону. Лиана приглашает меня потанцевать с ней. За целый день я соскучилась по её прикосновениям. Нам хоть и все равно на мнение окружающих, но Эмма попросила не распылять старое поколение, которое к таким видам отношений не привыкли. Пришлось согласиться тогда, но сейчас, когда выпитый алкоголь бьет по мозгам, все просьбы улетучиваются из головы. Я соскучилась, целый день находится рядом, но не имея возможность прикоснуться, обнять, поцеловать — злит. Я беру мою любовь за руку и веду в центр импровизированного танцпола.  Музыка, словно нежный шепот, струилась в полумраке зала, приглашая к себе в объятия. Лиана коснулась моей шеи, обнимая двумя руками. Она гладила, обцеловывала то, до чего могла добраться. Я притянула её к себе за талию, ласково поглаживая и посмеиваясь с того, насколько моя девушка несдержанная, когда пьяна. Наши тела сплелись в танце, будто сами движения несли в себе тайные послания. Мы, как единое целое, плыли по течению и не думали ни о чем, кроме чувств между нами, которые невозможно выразить словами. В глазах: страсть, нежность, благодарность за возможность быть вместе, погруженными в мир, где только мы были реальны. В танце не было слов, но он говорит больше, чем все слова мира. Мы долго стояли и обнимались, когда музыка стихла, не желая отпускать друг друга.  — Добрый вечер, дамы, вы не против, если я со своим другом составим вам компанию? Не хорошо, что столь прекрасные создания скучают, надо их развлечь… 🍬🍬🍬 — Адель, куда ты блять пошла?— громко кричит Лиана, когда мы заходим в нашу квартиру.  Она хватает меня за руку, разворачивая к себе. Она слишком пьяна и разговаривать сейчас не имеет смысла. Ну конечно, ведь тот мужик столько в неё алкоголя влил.  — Мочишь? А в такси не молчала, высказывалась.  — Лина, отвали. Можешь идти и дальше флиртовать с тем мужиком. Он тебя так активно спаивал, наверное расстроился, что ничего не перепало.  — Я что школьница, чтобы меня спаивать? Я с ним не флиртовала, это вежливость. А ты взяла и просто свалила танцевать с его другом. Потерлась об него?  — Серьезно? Может не стоило столько пить, раз зрение уже подводит? — я, разворачиваясь, ухожу в спальню. Я хочу сбежать от этого диалога, не хочу ругаться. Утром потом спокойно поговорим.  — Да что ты? Может мешаю тебе? Уйти, оставить «подумать»? Прям как ты любишь.  Я останавливаюсь, мои глаза зло смотрят в такие же злые. Не хочу, чтобы она уходила, но и молчать, когда тебя подначивают тяжело.  — А что мне оставалось делать, кроме как согласиться на этот танец, если ты так сладенько смотрела на того мужика и будто не замечая ни меня, ни его «случайные» прикосновения? Что соскучилась по членам? Я больше не удовлетворяю? Устроим тройничок или я мешаю? Можешь уйти поскакать на нем одна… — Адель! Заткнись лучше, просто замолчи,— девушка резко меня прервала, закрыв руками мой рот. Вдох выдох.— Сладкая, прости меня, я правда много выпила и не замечала. Мы же согласились на их компанию, чтобы скандала не было, не хотели портить день Эмме и Вилу. Эти узколобые бараны и с третьего раза не поняли, что нужно отвалить. Ты когда с ним танцевать пошла, моё сердце кровью обливалось, смотрела на тебя и душа разрывалась…  Я развернулась и просто ушла в ванную комнату, слишком сильно хлопнув дверью, случайно правда. Утром завтра поговорим, сейчас слишком много злости у обеих. Я напряжена до предела, слишком устала. Этот разговор все силы забирает, а ещё Лиана пьяная в хлам. До сих пор все дрожит от этих её улыбок мягких и пьяных тому мудаку.  Я вылезаю из ванной, быстро вытирая волосы. Опьянение полностью ушло. Я прекрасно понимаю о чем говорит Лина, но все равно бешусь. Ревности, которая пробирается под кожу каждый раз, ничего не объяснишь. Не могу себя исправить. Я собственница и это не изменить. Лиана такая же. На самом деле приятно осознавать, что она тоже это чувствует, ревность. От этого теплеет внутри, это значит, что она считает меня своей, нужной, любимой. Звучит, конечно, как больные мысли психбольного, но что поделать. Я больна из-за неё, ради неё.  Я вижу Лиану, когда выхожу из душа, опять щемит от воспоминаний сегодняшнего дня. Она сидит на нашей кровати все так же одета, скользит взглядом по моему телу в полотенце.  — Даже не думай, я не хочу заниматься сексом и спать с тобой в одной кровати тоже,— на это высказывание девушка лишь смотрит укоризненно, знает же насколько мне важно даже в ссоры спать с ней вместе, в одной кровати. Обиды там, за пределами, под нашим одеялом всегда в обнимку.  — Что, вообще?— с легкими смешками.— А мы не будем заниматься сексом, только любовью, сладкая.  Она легко меня толкает к кровати, прижимая к себе вплотную. Она оставляет на мне засосы, не реагируя на мою злость. Одно мгновение, а она уже прижимает мои руки над головой, удобно устроившись на моих бедрах.  — Ты только и умеешь так, все через секс, да? — я уворачиваюсь от поцелуя, пока мои щёки не поймали чужие и такие родные руки.  — Да, Ада, вот такая я. И такую ты меня любишь.  Она целует меня глубоко и медленно. Я насколько соскучилась, что нет сил и желания продолжать вырываться. И с таким же желанием отвечаю на поцелуй, сконцентрировав свое внимание на чужих губах. И тут я чувствую жгучую боль на своих запястьях. Я даже не уловила момент связывания моих рук, а теперь наблюдаю как веревки привязывают к кровати. Вот и всё, я не могу пошевелиться, от резких движений, запястья режет.  — Ты что делаешь? Мне больно. Я не хочу так.  — Что я делаю? Как ты и сказала, все что я умею, только секс. Не дергай руками, не хочу чтобы остались синяки. Ну, любимая, успокойся. Дай поцелую,— я ещё больше вырываюсь и не даю случиться делаемому. На что Лиана только смеётся.— Поиграем.— не вопрос, утверждение.  Я брыкаюсь и шикаю, одновременно с тем трусь и отвечаю на быстрый поцелуй, сама себя не понимая. С одной стороны, возбуждение, я хочу того, что со мной может сделать моя девушка. С другой, злость и ревность никуда не ушли. Руки крепко зафиксированы, а я могу только выгибаться навстречу чужим губам. Мои стоны уже громче, а тело готово содрогаться в удовольствии. Я уже готова кончить, но Лиана резко вынимает пальцы и сладко посасывает их с моей смазкой.  — Не так быстро, Ада. — Ли… Лиана,— только и остается, что хныкать от желания.  — Чш, все будет, дорогая.  Я смотрю в хитрые глаза напротив и понимаю то, что она задумала мне не понравится. В меня медленно проникает вибратор, а глаза распахиваются в удивлении.  — Любимая, нет… Лиана, нет! Нет!  — Да, дорогая. Развлекайся, — она встает с кровати, берет в руки телефон и открывает нужное приложение. Меня пробирает дрожь от вибрации внутри, тело выгибает, а блятские стоны слетают с губ.  — Я тебя убью, — так замученно.  Лиана  улыбается широко и закрывает дверь, перед её  глазами красивое обнаженное тело выгибается на простынях. Она слышит, как я матерюсь.  Я люблю игрушки, но вибраторы внутри больше мучают, чем доводят до оргазма.  Сегодня злость и ревность не дают быть сразу настолько щедрой, ей хочется извести меня , чтобы умоляла, а тот танец с чужим мужиком стоит перед глазами и приводит в бешенство.     Медленно раздеваясь, девушка идет на кухню и напряжено смотрит в сторону спальни, в которой она оставила меня. Я уверена, она слышит мои стоны и громкие руганья рядом со своим именем. Быстро направляется в ванную, попутно стягивая остатки одежды. Помыться, стереть макияж: ставит для себя задачи. Иначе она не вытерпит, поддастся мне.  Долгие минуты, я потеряла счет времени. Ещё немного и, кажется, я отрублюсь.  — Ли… аах! — задыхаюсь.  Девушка заходит в комнату, прикрывая за собой дверь.  — Пожалуйста…  — Что ты просишь, сладкая?  — Пожалуйста, я… я… — Скажи, что ты хочешь, Ада.  — Помоги мне.  Лиана быстро запрыгивает на кровать, быстро целует мои губы, но когда она видит моё состояние, понимает, что моё сознание покидает меня. Девушка несколько секунд рассматривает меня между ножками. Я слишком мокрая, она не может сдержать себя и пару раз проводит языком по промежности, задевая клитор. Яркий оргазм подбрасывает меня на кровати и я теряю сознание.  Не знаю сколько так пролежала, но приходить в себя слишком вкусно. Разлепляя глаза, я наблюдаю как Лиана трется об меня. Я тоже чувствую насколько она мокрая. Наши выделения смешались, пачкая наши тела, простыни. Моя девушка содрогается в  оргазме и от этого вида я снова кончаю.  — Ада, ты как? Ты в обморок упала минуты на три, — девушка развязывает мои руки, любовно растирая затекшие мышцы. Я не могу пошевелиться, острые покалывания в руках, голова кружится даже лежа. Говорить трудно, горло разрывало от хриплых стонов, всего слишком много. Чужие руки продолжают разминать мои мышцы, а то время теплые половинки целуют щеки, подбородок и наконец мои сухие губы. — Блин, все же синяки остались. Девушка переплетает наши пальцы и в немом жесте просит меня ответить.  — Это пытка… но все хорошо. — Я тебя люблю, как же сильно люблю, запомни это. Но я не буду терпеть, когда ты заставляешь меня ревновать.  — И ты прости меня,— с неким смешком, я медленно отпускаю её руки и обнимаю, прижимая к себе. — Мне приятно, что ты меня ревнуешь. Знаю, что тебе не нравится моя необоснованная, но я ничего не могу с собой поделать.  — Только моя, Адель, а я твоя. — и целует, нажимая на шею, чтобы углубить поцелуй. — Завтрак готовишь завтра ты.— и со смехом счастливые мы легли спать.  🍬🍬🍬 Я стояла и смотрела на кольцо, которое купила через пол года после того разговора на свадьбе друзей. Лиана мне ничего толком и не ответила, но надеюсь, что она согласится. Я не представляю свою жизнь без неё.  Звонок в дверь. Странно… кто это? Нехорошее предчувствие. Лиана должна скоро вернуться домой и у нас романтический вечер. Сегодня наши пять лет вместе. Я хотела, чтобы этот день мы обе запомнили на всю жизнь, вот и решила сделать предложение именно сегодня. Любовь и предвкушение меня окрыляют, нет месту волнения. Она точно скажет заветное «да». Курьер отдает мне письмо и просит расписаться. А когда дверь закрывается и уже на диване в гостиной открываю письмо, мой мир рушится в одну секунду… Моя дорогая, Адель.  Пишу тебе это письмо, сжимая в руках ручку, которая словно камень — тяжелая. Слова даются с трудом, будто каждый звук вырывается из меня с болью. Я долго думала над этим, как сказать и когда… Моей совести не хватило произнести это в лицо. Прости меня за это.  Я хотела бы, чтобы ты прочитала эти строки с пониманием, без гнева и обвинений. В моей душе уже давно бушует шторм, и я больше не могу сдерживать его. Я больше не та, кем была, когда мы впервые встретились. Я изменилась, и я больше не люблю тебя. Прости что врала. Помнишь, как мы бродили по осеннему лесу, сжимали друг друга в объятиях, чтобы согреться? Помнишь, как смеялись до слез, глядя на закат, обещающий вечную любовь? Помнишь, как наши души сливались в единое целое, и казалось, что этот мир — только наш?  Но время, словно неумолимый волк, съедает даже самые сильные чувства. И вот, глядя в твои глаза, я все ещё вижу то пламя, которое когда-то горело в них. Но в моих — пустота, отражение чужой души, и я больше не могу быть рядом.  Я хочу замуж, хочу детей. Я пришла во взрослую жизнь, я чувствую потребность в нормальных, нет скорее обычных отношениях, я имею ввиду с мужчиной. Мы слишком заигрались с тобой… Мне жаль, если причиняю тебе боль. Я бы хотела, чтобы все было по-другому. Я бы хотела, чтобы мы могли вернуться к тому времени, когда все было просто и прекрасно. Но мы не можем вернуться в прошлое.  Ты прекрасный человек, и я искренне желаю тебе счастья. Я верю, что ты встретишь свою любовь, того, кто зажжет в твоей душе огонь, не менее яркий, чем тот, что был между нами.   Я прошу тебя, отпусти меня. Отпусти с миром, без обид и обвинений.    Я желаю тебе всего самого доброго,   Твоя Лиана. Нет, нет, нет, нет… Этого не может быть. Это плохой сон! Я не верю, что она меня бросила… Бросила написав письмо? Чушь какая. И что значит «нормальные отношения»? У нас и так нормальные отношения.  Она сейчас вернется и скажет, что это шутка. Отрицание.  Как она могла написать мне письмо блять? Спасибо, что не по смс бросила. Ненавижу! Мужика захотела, да пусть валит на свой член! Гнев.  Так ладно, если она хочет детей, могла бы мне сказать. Сейчас продвинутый мир. В конце концов усыновим. Да хоть переедем в другую страну. Скучает по обычному сексу? Ну можно кого-то позвать, знакомых или в интернете  найти. Торг.  Я не ела уже несколько дней. Я не вставала с кровати уже несколько дней. И уже столько дней я жду, когда придет моя любимая и скажет, что это розыгрыш. Но она не приходит… Депрессия.  Пятая стадия- принятие. Но я не готова это принимать. Сотое сообщение на знакомый номер, и опять тишина.  « Сердце словно разорвали на части, и осколки, острые и холодные, разбросали по пустоте души. Мир померк, краски потускнели, и в ушах звенела тишина, прерываемая только эхом слов, которые больше никогда не будут сказаны. Она ушла. Как будто выдернули из жизни нить, на которой держалась вся реальность, оставив тебя висеть в пустоте, хватаясь за воздух. Воспоминания, словно призраки, кружат вокруг, напоминая о счастливых моментах, которые теперь стали лишь мучительно сладкими фантомами. Её улыбка, её голос, её прикосновения — все это теперь боль, резкая и нестерпимая. Смотришь на мир сквозь пелену слез, и кажется, что все вокруг лишено смысла.  Но боль — это не смерть, а только глубокая рана, которая со временем затянется, оставляя после себя шрам, напоминающий о том, что было и никогда не вернется.  Ты научишься жить дальше, ты найдешь силы идти вперед. И однажды, когда шрам зарубцуется, ты вспомнишь о нем с грустью, но без боли.  И тогда ты поймешь, что любовь, даже если она закончилась, не пропала бесследно. Она оставила в тебе свет, который, может быть, не такой яркий, как раньше, но все же согревает тебя изнутри.  И когда ты снова встретишь кого-то, кто заставит твое сердце биться быстрее, ты вспомнишь эту боль, и она поможет тебе ценить новое чувство, которое зарождается в твоей душе.» Я не могу больше жить без неё. Как она могла? Мне больно, душа разрывается на части. Я волочу свои жалкие ноги по нашему дому, по нашей квартире и не могу поверить, что она больше никогда не придет сюда. Почему она меня бросила? Мой мир застыл в её глазах. Я не хочу умирать, я не хочу жить. Мне остается существовать в своем сером мире. Наша прихожая. Тут мы встречали друг друга каждый вечер и провожали друг друга в долгий день. Мы были счастливы в этой самой прихожей, после разлуки прямо тут, на этом месте, мы соединялись вновь, а утром клялись скучать друг по другу. Как же это больно. Почему мне так больно? Что со мной стало? Это наша кухня. Каждое утро, ворчала на меня, потому что я соня, но шла готовить мне самый вкусный завтрак. Она ведь любила меня? Зачем заботиться о человеке, если не любишь, зачем жить с человеком, которого не любишь. Она знала, что утром сама себе лишь чай сделать могу. Как она меня ругала, когда я и его не делала. Тут, на этом самом месте мы были счастливы, когда я приходила сонная к ней, обнимала и благодарила о заботе. За этим самым столом мы завтракали и ужинали вместе. Это была наша традиция. Мы разговаривали обо всем на свете, обсуждали все сплетни, делились переживаниями. Она готовит лучше любого шеф-повара. Я люблю её и то, что она готовила для меня, она всегда так старалась. Ей было важно, чтобы мне нравилось. Почему же мне сейчас так больно? Что со мной стало?  Наш любимый диван в гостиной. Мы вместе выбирали, ей важен был комфорт. Мы искали самый лучший, потому что мне комфортно, когда Лиана счастлива. Мы смотрели фильмы, играли в настольные игры, ведь она так их любила, ели её любимые блюда и слушали всякую фигню. Ей нравилась эта музыка, а мне нравилась Лиана. Прямо тут на этом месте мы проводили вечера, а иногда и ночи за беседой с бокалом красного вина. Она любит красное вино с грейпфрутом, я знаю, что она любит. В шкафу на полках оно ещё осталось, пожалую налью себе немного, вспомню вкус забытого счастья. Я не могу терпеть эту боль, она меня губит. Что же со мной стало?  Это наша спальня. Я боюсь туда заходить. Там мы провели больше всего времени, там мы были действительно счастливы. Мы любили друг друга, а что теперь? В шкафу все ещё остались её вещи, я знаю, она не может их забрать из-за меня, потому что я тут. Я не могу уйти, у меня нет сил, чтобы уйти.  Я все ещё люблю её. Самая мягкая и теплая кровать на этом свете. Без Лианы это не имеет значение, рядом с ней все становится комфортным. Я любила валяться с ней прямо тут, на этом самом месте укутавшись в одеяло до последней секунды свободного времени.Она это знала и каждый раз, когда мы ссорились, она лишь делала вид, что уходит спать на диван. Она всегда возвращалась ко мне, в мои объятья, в мой сладкий сон. Её подушка все ещё помнит тепло ее тела, ее запах, те самые сладкие духи. Столько времени прошло, но пользовалась она лишь ими, знала, что мне нравится. В голове такой знакомый запах… больно слишком больно. Что со мной стало?  Врач говорит, что я справлюсь, что я смогу. Я не могу. Я брожу по квартире хватаясь за её подушку или за любимое вино, теперь я беру в руки нож. Я помню этот нож. Именно им Лиана резала хлеб, помидоры и многое другое, включая мое сердце. Разрезала на мельчайшие кусочки, его невозможно собрать назад. В голове осталась лишь одна мысль: «Моя любовь хочет забрать свои вещи».  Я ничего не соображая, иду в ванную. Голова в тумане, усталость, тело болит, живот просит еды, а я только и могу, что запивать вином свое горе. У меня истерика. Я живу в ней с того самого дня. Моя жизнь никогда больше не обретет красок. Я лишь существую.  Белая влажная кожа. Капли воды падают на пол. Волосы покрывают шею и плечи. Холодно, холодная плитка ванной комнаты, белая как в больнице. Хоть что-то осталось белым в моей жизни. Не люблю душ, тяжелые капли воды с некой злой радостью ударяются о кожу, обжигая ее. Никогда не могу удачно отрегулировать температуру воды. Кладу руку на ту же белую плитку, склоняю голову. На лицо падает ливнем горячая вода, бросая мою кожу в жар. Тихий всплеск воды у меня за спиной, я даже не услышала как открылась дверь. Треск флакона. А потом холодные руки по горячей коже. Тот сладкий запах ... я знаю, что это ты. Водишь руками по моей спине… Закрываю глаза и боюсь пошевелиться, я не хочу возвращаться в прошлое — там холодно. Вода смывает гель с моей спины, а ты массирующими движениями ласкаешь мою шею, обливая её гелем ... это так расслабляет. Я тихонечко вздыхаю. Как мне это нравится: не видеть, не слышать, а только чувствовать. Твои руки уже на моей груди, нежные, и в то же время такие соблазняющие ... Ты немножко сжимаешь мои соски, уже твердые от холода твоих пальцев. Горячая вода и прохлада рук. Я хочу чтобы время остановилось и я могла чувствовать только это. Но ты не забываешь и дальше намыливаешь мой живот. Я замираю в ожидании того, чего больше всего желаю, и ты даешь мне это. Твоя рука медленно опускается на моё интимное место холодом геля по коже. Мурашки пробежали по телу, но моментально стало так жарко. Ты коснулась моего клитора, и я тихонько застонала. Твоя влажная рука потерлась об него ... Но как же моя любовь жестока ... Намыливаешь мои ножки, тратя на это немножко больше времени чем следует,  ты знаешь как я люблю когда гладят мои ножки. Сильная струя воды смывает пену, но она не может смыть ощущение приятных прикосновений. Вода затихла и большое белое полотенце накрыло мои плечи. Открываю глаза, медленно оборачиваюсь и сразу целую тебя. Своими нежными губами и влажным горячим языком, ты отвечаешь на мой поцелуй. Мои руки опускаются на твою спинку, чертя странные узоры на твоей коже. Я знаю, что тебе нравится это.  Ты отрываешься от меня и заставляешь вылезти из душа. Ты ложишься передо мной на спинку, ожидая, что я присоединюсь к тебе.  Я любуюсь твоим прекрасным телом, склоняюсь над тобой, нежно целую твои губки, слегка облизывая их, а затем нежно покусываю шейку, отчего больше возбуждаюсь сама. А еще мне нравится сильно к тебе прижиматься, чтобы наши тела тёрлись друг о друга. От этого мы вместе стонем от желания. Продолжаю целовать тебя, оставляя влажные следы на твоей мокрой коже и опускаясь всё ниже, чтобы доставить тебе наслаждение. Но моя любовь так жестока ... вырываешься из моих объятий, переворачивая меня на спину. И уже без игр заставляешь меня вырываться и стонать от прикосновений твоего языка. Быстро, вызывающе и так соблазнительно сжимаешь мои бедра… Я уже не могу ни о чем думать, но ты и не собираешься останавливаться. Я чувствую как твой пальчик входит в меня и ласкает меня изнутри. Ты знаешь чего я хочу и начинаешь в ритм постанывать. Я становлюсь мокрой от того, как ты ласкаешь себя и меня в этом бешенном ритме.  Больше не могу сдерживаться и прикрываю рот чтобы не закричать от удовольствия, от той волны, которая накрывает меня. Так хорошо… Я уже не чувствую запаха любимых духов, но ощущаю твое тяжелое дыхание на моей груди и то, как ты облизываешь мой сосок и прижимаешься ближе, обнимая меня.  — Лина, я люблю тебя больше жизни. Прости. — Я знаю, сладкая, знаю. Стук в дверь. Ещё одна фантазия ... нет, одна-единственная и я в ней всегда возвращаюсь к тебе, к моей единственной...  — Адель, блять, ты дура? Ты что наделала? Ада, очнись, кому говорю! Ты в своем уме? Умереть захотела?— я поднимаю глаза на столь желанное глазам лицо. Моя Лиана опять на меня ругается. Что я сделала? А уже не важно, главное она пришла ко мне. Сильный удар по щеке приводит меня в чувства. Я вижу боль и страх в чужих глазах, всегда было тяжело понять, что у неё на уме, сейчас же я не могла ошибиться. Я опускаю глаза и вижу кровь. Вся ванная в крови, я в ней купаюсь, словно в воде. Её так много. Из моих вен все продолжает литься красная жидкость.— Дура, не смей себя забирать у меня. Адель, вставай, ну же.    Она плачет. Её красивое лицо в слезах. Я не хочу делать ей больно. На дрожащих ногах я пытаюсь подняться, меня придерживают, мне помогают. Шаг и ещё один шаг, я падаю прямо на неё. У неё паника она не знает что ей делать, не может собраться.  — Любимая, не плачь, я не хочу, чтобы ты грустила. — это все что я могу прошептать своим хрипым голосом. Лиана вскакивает и куда-то бежит. Я боюсь, что она уйдет. Последние силы я трачу на погоню и отключаюсь в дверях. Не смога, не доползла.  🍬🍬🍬 Я так сожалею что я очнулась. Даже умереть не могу. Мои руки перебинтованы. Больно, но теперь ещё и физически. Тело изнывает от ран. Подождите, она же пришла ко мне. Она вернулась? Я пытаюсь крикнуть, но голоса нет, я в страхе пытаюсь осмотреться. Я лежу на диване укутанная в одеяло. Она меня укрыла, она позаботилась обо мне. Радость и счастье переполняют меня.  — Слава богу очнулась. — лицо девушки опухло от слез. Я вижу как её трясет. Я чувствую как её трясет, когда она меня обнимает. Она видит надежду в моих глазах и вот её глаза снова наливаются слезами. Там боль и не высказанная правда.— Ада , я не могу. Я пришла за вещами. Я тебя не люблю.  Ты мне не нужна. Я хочу выйти замуж за мужчину, я хочу детей.— и снова тьма, боль, мой ад. Я снова отключилась. Слова режут лучше любого ножа. Я не знаю правды, но я чувствую, она врет. Так нагло врет, будто я разучилась читать её мысли.    Пробуждение и мне уже лучше. Интересно почему она не вызвала клинику? Лианы рядом не оказалось. Я слышу включенную воду в ванной, наверное смывает с себя кровь. Я пытаюсь встать в дивана и краем глаза замечаю в прихожей собранные чемоданы. Мой мир снова рушится. Те самые слова были проговорены второй раз. Я получила свой приговор. На четвереньках я доползаю до ванной. В глазах пелена, я не могу больше плакать, мне нечем больше плакать. Непонятные мне силы ведут меня в ванную, к тому несчастному ножу- убийце. Шаг и я в отчаянии, ещё один и я в аду. Лина лежит в ванной с закрытыми глазами. Она все ещё плачет. Шаг и нож у меня в руках, второй и он уже возле её горла. Лиана резко распахивает глаза, но там нет страха, она будто знала, что я приду и зачем приду. И снова кровь. Последняя слеза в её жизни катится по щеке. Я убила, я забрала её жизнь. Я не могу её отпустить. Я слишком сильно люблю… Красный бархат. Ночной блеск. В твоих роскошных глазах сверкали звезды. Я забрала небесные светила себе. Вор? Ни капли. Ты мечтала стать готической принцессой, моим личным дьяволом в этом светлом мире. Я не надену на твою голову корону! Да и ты не способна больше грезить. Сон? Ну может быть ты и видишь сны… Считай, это мой прощальный подарок. Поздравляю! У тебя больше нет титула. Зато нам теперь принадлежит вечность. Я щедра и нежна, так же как и ты в нашу первую ночь. Ты не страдала как я! Стены не слышали крика ужаса, лишь затихающие удары твоего сердца. Звуки медитации. Сонату спокойствия. Ты не мучайся, я подарила тебе сон. Я счастливо улыбаюсь и целую твои восхитительные волосы, такие столь любимые мной губы, маленький, аккуратненький носик. Я все ещё чувствую тот сладкий запах твоих духов. Он останется с нами в этой бездне. Водоворот тьмы. Мой личный ад. Красный бархат на моих руках, навсегда в моих руках. Я умру с ним. Бай — бай, сладкая. Сладких снов, моя принцесса черной жизни.  Волосы— продолжение человеческого тела. Как же я любила твои волосы. А помнишь, как я заплетала тебе косички или как перебирала волосок к волоску? Я любила их касаться, я любила их запах. Я люблю тебя! Я фанатик. Я преклоняю колено перед твоей душой. Ты. Искусство. Мир не достоин столь прелестного создания. Мы связаны, дойдем же до конца. Я повержена! Я сражена! Я проиграла! Я умирала каждый раз, касаясь твоих мягких губ. Я пленница твоих глаз, я приклоняюсь. Я больше не способна выдержать твоего испытывающего взгляда. Раб бьет головой о землю в истерическом припадке восторга и твоего превосходства. Превосходно!  Аплодисменты!  Жаль, ты не захотела отдать так необходимые мне звезды по-хорошему. Ничего страшного, я привыкла. Да и тебе не было страшно. Лезвие невесомо коснулось горла — и наступило бесконечное полнолуние. Мой благородный жест слепого поклонения! Во мне хранится твоя душа. Я помолюсь за тебя.  Я— истинный коллекционер. Ценитель! Красный бархат твоего тела я сохраню, он отправится в шкатулку к другим реликвиям. Возбуждение ?  Да, я чувствую, как намокает между ног. Я обнажена, между нами не может быть ничего лишнего. Этот ритуал требует безупречности. Я опущусь в этот колодец с красным бархатом. Шаг за шагом. Я буду рядом с тобой. Я сделаю разрез и моя кровь смешается с твоим великолепием. Я не смею называть свою красную жижу дорогим бархатом. Только ты, моя принцесса, этого достойна. Я не имею желания унижать тебя. Ты великолепна— а я влюблена. Ты— моя первая любовь. Я не любила раньше. Ну ты улыбнись. Я же делаю тебе комплименты. Хотя чего это я? Мертвые не улыбаются.  Я стала такая влажная. Ты— мой возбудитель, афродизиак. Мастурбация? Не помешает. Я сделала все правильно. Ты достойна свободы, моя любовь, душа, жизнь. Моя единственная, Лина. Как же я тебя люблю.  Самоудовлетворение — обязательная часть этого ритуала. Мне надо достичь высшей степени экстаза. Похоть требовательна! Я знаю, ты любила мою грудь, я любила тебя, ты любила мои ноги, а любила тебя, ты любила мои губы, я любила тебя. Мои руки заскользят по своему телу и я кончу, завершу нашу главу жизни. Из вен течет кровь, но разве мне может быть больно? Ты вся моя боль. Я дарю последнее, что у меня осталось. Разряд током и я скоро кончу. Еще дрожь по телу и я вознесусь к тебе.  Я не убийца. Я всего лишь подарила тебе бесконечность. Я скоро буду с тобой, не грусти, моя госпожа. Я последний раз поцелую тебя в шею, последний засос, последний укус за твой сосок и я кончу. Последний разряд и мое тело содрогается судорогами. Вся моя влага твоя! Я поглажу тебя по голове, примну твои шикарные волосы. Даже шрам на шее не испортит твою красоту. Любимая, ты моя модель. Не грусти, у меня будет такой же. Прости, что не одела на твою голову корону… я дала тебе куда больше.  Сладких снов!  Один надрез и моя кровь оскверняет твой красный бархат. Нас найдут, но мы будем уже вместе. Там, где нас никто не разлучит. Я люблю тебя, Лина. Секунды и я мертва. Большой острый нож падает из моих рук. Он соединил наши больные души.