Breathe a Little Deeper // When I'm next to you

(Групповой чат Загадка СакуАцу)

ninja shouyou [Изображение отправлено] ребят слдщ длжн бт очн просто вы ууже знт это правд но будьте начеку сег libero_no1 хината, у тебя аллергия на гласные? sunarin где вы? ninja shouyou @libero_no1 я просто оче н бысто печтаю @sunarin большинство в гостиной Хякудзава Юдай не совсем понимает, как его втянули в это. Они говорили: «играй в волейбол». Они говорили: «будет весело». Они забыли упомянуть о командах, состоящих из самых странных людей в истории спорта. Или любого спорта, раз уж на то пошло. Он открывает изображение. Это скриншот.

• Они тянутся друг к другу в группах.

Вы можете заметить, что они всегда оказываются рядом на вечеринках. Или, может быть, они всегда занимают свободные места рядом друг с другом в классе или на встрече. Что бы это ни было, вы заметите ваших друзей постоянно друг с другом, даже если это неудобно. Он выходит из общежития и чуть не сталкивается с их тренером по спортивной подготовке. — О, здорово, я искал тебя, — Иваизуми говорит, протягивая Юдаю камеру. — Мне надо, чтобы ты заснял видео для ютуб-канала сборной. Он выше товарищей по команде, поэтому он незаменим на площадке. Вне площадки он обладает идеальной точкой обзора, где можно увидеть то, что не видят другие; увидеть то, что остальные не хотят знать — например, тот факт, что Комори и Суна держались под столом за руки на вчерашнем ужине. Он не знает, что делать с этой информацией. Ему хотелось рассказать кому-то тогда, но человеком, сидящим рядом с ним, был Бокуто Котаро, и если Юдай верит Хинате, мужчина видимо в одном ударе от отказа от волейбола и жизни. Такой рост также значит, что он почти всегда действует, как селфи-палка, но эта просьба что-то новое. — Иваизуми-сан, со всем уважением, почему я? У Суны скорее всего достаточно контента на дюжину видео. — Для чего? Сборника, озаглавленного «Почему участникам Японской Национальной Команды нельзя находиться на публике»? — Нам правда нельзя находиться на публике. — Достань мне что-то, что мы сможем использовать, не выглядя, как посмешище, Хякудзава. Я бы попросил Арана, но я назначил ему другую работу. — У него лучшая работа, чем у меня? — Скажи мне сам. Он должен справляться с Ацуму. Хочешь поменяться? Юдай поспешно взял камеру, прежде чем направиться в гостиную. Они все решили, что она принадлежит им, пока они в олимпийской деревне.

***

Он заходит в центр оживленной дискуссии. — Почему мы обсуждаем наши школьные команды? — Юдао спрашивает ближайшего человека и им оказывается Бокуто. — Не знаю, они уже обсуждали команды старших школ, когда я пришёл. -суно точно попадёт на Национальные в этом году, — говорит Хината. — Как и Некома, — яростно говорит Яку. — Что ж, Итачияма очевидно будет там, — Комори говорит с ноткой превосходства. — И Инаризаки, — добавляет Суна. — Карасуно должны побить Шираторизаву, чтобы попасть туда, — резко говорит Ушиджима. Хината прыгает. — В этом году в Карасуно есть первогодка почти в два метра. Ушиджима наклоняет голову. — Разве вы не победили Хякудзаву на вашем первом году? — Эй! Он и тебя победил, знаешь? — Юдай кричит с того места, где прислонился к стене и возится с камерой. — Шираторизава сильнейшая команда с нашего года. — Ваш год побили разношерстные Карасуно, — Яку ровно говорит и, ладно, это правда. — Наши младшие не будут недооценивать Карасуно, как мы, — сурово говорит Ушиджима. — Сатори держит связь с командой каждого года. Он сказал, они анализировали матчи с каждого года после нашего. — Мне стоит сказать моим сделать также, — Хината шепчет, тогда же Яку спрашивает: — Подождите, кто Сатори? — О, Тендо Сатори, — объясняет Хината. — Парень, который отправил ссылку на твиттер и начал всё это? — спрашивает Яку. — Да, — Хината кивает. — Он играл центральным блокирующим в Шираторизаве, когда- — А, — Ушиджима говорит, словно вспомнив что-то важное. Затем он очень спокойно поворачивается к Суне. — Суна. Пожалуйста, переведи камеру на Бокуто-куна. Суна моргает. — Э, ладно? — Он послушно направляет телефон на Бокуто, который выглядит растерянно, но всё же улыбается и показывает знак мира. Только когда линза направлена на Бокуто, Ушиджима с непринужденностью человека, объявляющего о погоде, добавляет: — Тендо Сатори мой парень. Мгновение тишины. Затем Хината с громким стуком роняет телефон. — Что? — Вопль Бокуто такой пронзительный, что Юдай чуть не роняет камеру. Секунду кажется, будто душа пытается вырваться из его тела: его волосы падают, поднимаются, снова падают, как сдувшийся шар. Он драматично сжимает грудь. — У тебя есть парень?! И это Тендо Сатори?! — Он дико осматривается по сторонам, словно ища кислород. — Ты не можешь внезапно сказать такое, Вака-Вака! Должно быть предупреждение! Дисклеймер! Ушиджима моргает, идеально спокойный среди хаоса. — Сатори хотел увидеть твоё лицо, когда я раскрою это, — он говорит, потом хмурится, глядя на мужчину, который теперь сложился пополам от экзистенциального шока. — Ты в порядке? — спрашивает он, искренне обеспокоенный. Бокуто машет дрожащей рукой, его глаза большие и стеклянные. — Нет, но- поздравляю? — Вака-сан, не обращай внимания, — Хината говорит, рассеянно поглаживая Бокуто по руке. — Ты и Тендо-сан… когда это случилось? — слабо спрашивает он. — На втором году старшей школы, — говорит Ушиджима. — Вы были вместе, когда играли против нас? — Хината выглядит бледно. — Да. Я пригласил его на свидание в начале второго года. — Ты? — неверяще спрашивает Яку. — Эй, не недооценивай моего братана, — Хошиуми говорит, обнимая Ушиджиму. — Он знает свое дело. — Да ну? — шепчет Яку. Ушиджима в растерянности. — Эм, я играю в волейбол? Хошиуми пару секунд моргает, после сжимает плечи Ушиджимы в руках. — Никогда не меняйся, Вакатоши. Никогда не меняйся. Только когда смех стихает, Юдай наконец вспоминает о камере, висящей на шее. Он прочищает горло. — Эм, кстати, Иваизуми-сан сказал мне заснять что-то для канала сборной и я всё ещё понятия не имею, что снимать. Суна тут же оживляется. — Постой, мы снова можем быть на ютубе? Я думал, нас забанили после того, как Бокуто попытался съесть сырой протеиновый порошок и чуть не умер на камеру. — Я почти умер, — Бокуто кивает, выпятив грудь. — Но этого не случилось! Так что технически это было успехом. — Нет, — Аран ровно говорит с дивана. — Мне пришлось выполнить прием Геймлиха, пока Комори снимал это. — Для потомков! — Комори возражает, подняв руки в воздух. — Оно также набрало где-то три миллиона просмотров, пока Иваизуми его не удалил. — Четыре с половиной, — пробормотал Суна, не отрываясь от телефона. Яку стонет в ладони. — Мы причина, почему у PR отдела седые волосы. Юдай вздыхает. — Пожалуйста. Мне просто надо что-то, что не выставит нас полными клоунами. — Мы могли бы сыграть в игру? — Яку предлагает, откинувшись на стуле. Хината садится прямее. — Волейбол. — Как, черт возьми, у тебя есть силы поедложить волейбол после двух сегодняшних матчей? — ворчит Ацуму. Хината пожимает плечами. — Это волейбол, — он говорит, словно это объясняет всё. — Я имел в виду спокойную игру, Хината. — Можно бросать мячи, сидя, — предлагает Кагеяма. — Ничего с мячами, — решительно говорит Аран. Ацуму усмехается, затем вскрикивает, когда старый семпай хлопает его по лбу. — О, Ацуму-сан, где Оми-сан? — с любопытством спрашивает Хината. — Ему позвонили брат с сестрой. Сказал, что придёт позже. — Ладно, тогда во что мы играем? — Правда или действие? — Ты правда хочешь выставить наше грязное белье на камеру, Шо-кун? — Трахни, женись, убей? — Будьте дружелюбны, — Аран предупреждает и Юдай благодарен за другой голос разума. — Поцелуй, женись, убей, — Ацуму сразу же исправляет, усмехаясь. Аран с извинением смотрит на Юдая. — Это вероятно лучшее, что ты получишь от этих идиотов. — Всё нормально, — Ацуму машет рукой. — Мы играли в Поцелуй, женись, убей на канале Шакалов, да, Ш- О, Оми. Юдай быстро оценивает их места. Они все разбросаны за длинным столом, а на нем лежат закуски. Единственное место, оставшееся для новоприбывших, либо пол, либо трёхместный диван с Араном и Ацуму. Хината, похоже, тоже заметил это и вскочил на ноги. — Я принесу тебе стул, Оми-сан! — Не нужно, — Сакуса говорит, направляясь к дивану. Он смотрит на Ацуму. — Подвинься. Ацуму долю секунды выглядит шокированно, после слушается, создавая пространство между собой и Араном. Сакуса вздыхает. — Другая сторона. Яку ахает. Хината широко улыбается. Ацуму отодвигается и Сакуса помещается как раз в промежуток между блондиной и подлокотником дивана. — Что происходит? — О, — Юдай обретает дар речи. Он поднимает камеру. — Иваизуми-сан попросил меня заснять материал для ютуба. Мы остановились на Поцелуй, женись и убей. Неудивительно, но Сакуса морщит нос. — Идея Ацуму? Юдай кивает. — Так и знал. — Эй! Что это значит? — Я помню, когда мы сделали так с MSBY, — с энтузиазмом говорит Бокуто. — Это было так весело. — Правда-правда! Кто начинает? О, Юдай-кун, начинай снимать. И, Ацуму-сан, может, ты скажешь вступление? — Конечно. Юдай немного возится с камерой, прежде чем направить её на Ацуму. Он немного крутит настройки, а затем кивает в сторону дивана. — На счёт три? Ацуму надевает свою «улыбку для камеры», как он сам её называет. Юдай не хочет этого признавать, но она действительно очаровательна. — Один, два, начали. — Привет, ребята, я Мия Ацуму, один из связующих национальной команды. Я здесь с некоторыми моими товарищами по команде и мы на Олимпиаде! Вне камеры Хината и Бокуто болеют. — Сегодня мы выиграли два матча- Больше оваций. -поэтому сейчас мы просто сидим, расслабляясь и готовясь к игре «Поцелуй, женись и убей»! Мы начнём с человека за камерой, Хякудзавы-куна! Он один из наших центральных блокирующих и он очень-очень высокий. Скажи привет, Хякудзава-кун. Юдай вздыхает. Он поворачивает камеру, чтобы указать на себя. — Привет. — Шо-кун, хочешь спросить у него? Он поворачивается, чтобы указать камеру на Хинату. Тот задумчиво стучит по подбородку, после щелкает пальцами. — Хорошо, Вака-сан, Кирю-сан и Бокуто-сан. Бокуто выпрямляется. — Поцелую Бокуто, женюсь на Кирю и, прости, Ушиджима-сан, я убью тебя. — Интересно, — Ацуму говорит и Сакуса закатывает глаза. — Нам нужны объямнения, Хякудзава-кун. Дай мне камеру. Юдай нехотя передаёт камеру Ацуму, а тот переводит её на него. Он вздыхает. — Бокуто-сан, кажется, очень хорош в поцелуях- — Так и есть! Суна и Комори смеются на заднем плане. Юдай пристально смотрит на них, затем поворачивается к камере. — Женюсь на Кирю-сане, потому что он очень надёжный. — Кирю-сан сейчас не здесь, — Хината говорит, влезая в кадр. — Но, думаю, он будет счастлив знать, что ты считаешь его хорошим мужем, Юдай-кун, и что ты выбрал его, а не Бокуто-сана и Вака-сана! Юдай поворачивается к Ушиджиме, спокойно жующему банан. — Прости, Ушиджима-сан. У меня не было выбора. Их капитан просто кивает. Юдай хлопает в ладони. — Ладно, кто следующий? — Он протягивает руку к камере и Ацуму передаёт её ему. — Давайте пойдем по часовой стрелке от тебя. Яку-сан следующий. — Хорошо, вперед. Ацуму опасно усмехается. — Куроо, Оми-кун и твой друг-модель. — Хайба Лев, — услужливо говорит Хината. Юдай приближает возмущённое лицо Яку. — Что я тебе сделал? — он спрашивает у Ацуму. — С начала Олимпиады ты пнул меня под колени не меньше пяти раз. — Потому что ты идиот. — Ответь на вопрос, Яккун. Яку сужает глаза. — Ладно, поцелую Льва, женюсь на Сакусе-куне, убью Куроо. — Ух ты! — говорит Хината. — Я думал, что ты убьёшь Льва и поцелуешь Куроо-сана. Яку смотрит на Хинату и говорит лишь одно слово: — Цукишима. Растерянные взгляды на лицах Хинаты и Кагеямы исчезают. — О. О. Да, справедливо. — Что? — Юдай растерян. Сакуса слегка наклоняется вперед и театрально шепчет: — Парень Куроо очень большой собственник. — А. — Затем что-то щёлкает. — Подождите, Цукишима, как ваш старый товарищ по команде? Тот, который сейчас в Sendai Frogs? — Юдай поворачивается к воронам. — Ага! Ха. — Мир тесен. — Тоже женишься на Оми-куне? — Ацуму спрашивает, звуча слегка возмущённо. — Оми-сан очень уважаем, — серьёзно говорит Хината. — И богат, — усмехается Яку. — И богат, — мудро добавляет Хината. Ацуму ахает. Сакуса вздыхает. Юдай прочищает горло. — Ладно, идём дальше. Следующий — наш обычный ас, Бокуто Котаро. Кто спрашивает? — Я, — Комори выпрямляется. — Топ трех асов, когда ты был в старшей школе. — О, так Оми-оми, Ушивака и Кирю. — Хм, поцелую нашего капитана, женюсь на Оми-оми, убью Кирю. — Ты должен объяснить, Бокуто-сан. — Ушивака самый высокий, Оми-кун очень аккуратный и надёжный. Убью Кирю, потому что у меня не осталось вариантов, прости, чувак. — Волосы Бокуто опадают и Хината похлопывает его по руке. — Киё, ты быстро становишься самым завидным холостяком в сборной. — Комори ухмыляется. Юдай приближает сморщенное лицо Сакусы. — Убейте меня. — Хорошо, идём дальше, — гордо говорит Ацуму. — Очередь Шоё-куна. — Я справлюсь, — Суна кричит и Юдай указывает камеру на него. — Для тебя набор связующих. Ацуму, Кагеяма и Ойкава. Хината выглядит потрясённым. Его взгляд на мгновение скользёт к Кагеяме, а затем снова возвращается к камере. — Я обязан отвечать? — Да, — усмехается Юдай. — Можно никого не убивать? — Правила есть правила, Шо. — Ацуму тоже усмехается. — Фу, ладно. Поцелую Ацуму-сана, женюсь на Кагеяме, убью Ойкаву-сана. — Он со страхом смотрит на камеру. — Мне очень, очень жаль, Ойкава-сан. Ацуму свистит, Кагеяма становится тревожного оттенка алого, пока все остальные за столом стараются не засмеяться. Юдай открывает рот, но Хината перебивает его. — Я ничего не объясняю. — Ты не должен, — триумфально говорит Суна. Хината высовывает язык. — Ладно, следующий, пожалуйста. — Кагеяма-кун. — Юдай оглядывается по сторонам. — Кто спрашивает? На удивление руку поднимает Сакуса. — Я. Юдай кивает. Сакуса смотрит младшему мужчине прямо в глаза. — Твои варианты — три человека, которым тебе нравится пасовать. За столом раздаётся коллективное «ооо» и все наклоняются вперед. Румянец Кагеямы сменяется бледной нервозностью. Хината тоже выглядит нервным, что Юдай находит очень смешным. Словно хоть есть шанс в 0,001%, что Хинаты не будет в списке. Все и мать их тренера знает, что он будет в списке. Кагеяма бормочет себе что-то под нос. — Не слышу тебя, Тобио-кун! Кагеяма вздыхает. — Поцелую Вакатоши-сана, женюсь на Хинате и- — он выглядит сожалеюще, — убью Ромеро-сана. Сакуса с победным видом откидывается назад. Все украдкой бросают взгляды на Хинату, который сейчас такого же цвета, как собственные волосы. — Эм, объяснения, Кагеяма-кун? — спрашивает Юдай. Связующий, похоже, собирается отказаться, но потом на его лице появляется взгляд, что Юдай бы перевёл, как «к черту». — Я был влюблён в Ушиджиму-сана, я- — ЧТО? Он продолжает. -знал Хинату дольше всех. Наверное, я смогу вытерпеть женитьбу на придурке- — Эй! -а Ромеро-сан всё ещё очень устрашающий. Простите, — он с сожалением добавляет в камеру. Юдай поглядывает на остальных. — Ты влюблен в Ваку-сана? — вопит Хината. Кагеяма некомфортно ёрзает. — Придурок, ты глухой? Был влюблен, в прошедшем времени. — Он поворачивается к Ушиджиме и резко кланяется. — Прости, если я заставил тебя почувствовать себя неловко. — Всё нормально, Тобио. Для меня это честь. Кроме того, ты больше ничего ко мне не чувствуешь. У тебя есть чувства- Кагеяма выпрямляется так быстро, что случайно ударяет Хинату. — Ой, какого черта? — Прости, — Кагеяма говорит, не выглядя особо раскаявшимся. Он качает головой в сторону Ушиджимы, который на мгновение замер в недоумении, а затем кивнул. — Хорошо, хорошо- моя очередь спрашивать! — Хината качается на месте, усмехаясь, как кот с секретом. — Хошиуми, твоя очередь! Хошиуми с опасением осматривает его. — Ты слишком счастлив из-за этого. — Твои варианты, — Хината протягивает, как ведущий игрового шоу. — Кагеяма, Ушиджима и Ромеро! Хошиуми физически отшатывается. — Фу, что это за состав? Я словно выбираю между поцелуем с кирпичной стеной, женитьбой на дереве и армрестлингом с богом. — Выбор за тобой, — Юдай напоминает ему, пытаясь не засмеяться. Хошиуми стонет. — Хорошо, хорошо. Поцелую Ромео — он горячий, ладно, и от него веет деньгами. Женюсь на Ушиджиме, потому что он чертовски высокий и, возможно, мы создадим ужасающую волейбольную династию. Хината усмехается. — И убьёшь? — Кагеяму. Прости, братан, я люблю тебя, но no homo. Кагеяма просто смотрит на него. — Я даже ничего не сказал. — Ладно, — Яку выпрямляется, в веселье качая головой. — Идём дальше. — Следующий Аран-сан. Полагаю, ты хочешь спросить, Ацуму? — Блондин усмехается так широко, что Юдай боится, у него сейчас вывихнется челюсть. — Итак, Аран-кун. Твои варианты — я, Саму и Суна. Аран выглядит болезненно. — Шинске вообще нет? — Неа, это бы всё упростило для тебя. Аран пристально смотрит на него, но Ацуму остаётся невозмутим. Старший мужчина фыркает. — Ладно, поцелую Суну, женюсь на Осаму и убью тебя. Все смеются, когда улыбка Ацуму пропадает, а его челюсть открывается. — Аран-кун! Как ты мог? Даже не поцелуешь меня? — Очень странно поцеловать тебя, а потом жениться на твоем брате. — Тогда, почему бы не жениться на мне? Почему ты женишься на Саму? — Он умеет готовить. — Как и я! — У него есть свой бизнес. — Я профессиональный волейболист. Черт, я олимпиец. — Я не хочу смешивать работу и домашнюю жизнь! — Это так глупо! — Это просто игра, Ацуму. У меня есть жених, ради Бога! — Грубиян, — Ацуму упрямо говорит и отодвигается от другого мужчины, придвигаясь поближе к Сакусе, а тот выглядит позабавленно. — Успокойся, Ацуму, — говорит Юдай. — Теперь твоя очередь. Связующий немного оживляется. Хината садится на колени. — Я спрошу! — Вперед, Шо-кун. — Твоя первая влюблённость, твоя школьная влюблённость и твоя нынешняя. Губы Ацуму приоткрываются в форме «о». Он ёрзает на месте и так сильно старается не смотреть на Сакусу, что это становится невероятно очевидным. — Эээ, что если два из них пересекаются или одно и тоже? Суна усмехается и Ацуму смотрит на него. — Ну, хотя бы есть три человека? — спрашивает Хината. — Как раз три. — Отлично, иди с ними, в любом порядке. — Я должен сказать их имена? — Ацуму кажется испуганным и Хината жалеет его. — Нет, выбирай сам. — Хорошо, я поцелую мою вторую влюблённость, женюсь на нынешней, убью первую. Суна смеётся. — Ты такой мелочный. Ацуму просто пожимает плечами. — Постой, что? — Комори переводит взгляд с Ацуму на Суну. — Не смей- — Ацуму начинает, но Суна уже наклонился и шепчет Комори на ухо. Лицо либеро из растерянного становится весёлым, и он присоединяется к смеху Суны. — Сунарин, я ненавижу тебя. Суна отправляет блондину поцелуй. У Юдая есть смутная догадка, кто первая влюбленность. Он осторожно смотрит на Арана, но тот выглядит озадачено. — Хорошо, теперь очередь Оми, — Ацуму толкает Сакусу локтем. — Кто- эм, Тоя-кун, видимо, спрашиваешь ты? Комори сидит на краю сиденья, глядя на Сакусу. — Киё. — Мотоя. — Ушиджима-кун, Ацуму и Иизуна-сан. У кузенов примерно на двадцать секунд начинается игра в гляделки. Потом Сакуса сдаётся и смотрит в камеру. — Поцелую Вакатоши-куна, потому что раньше был влюблен в него, женюсь на- — он убийственно смотрит на Ацуму, — Мие, потому что мы соседи по комнате и я знаю, что смогу с ним жить. — Он замолкает и сладко улыбается Комори, который, судя по его широко раскрытым, испуганным глазам, только что, похоже, пришел к ужасающему осознанию. Сакура поворачивается и смотрит в камеру. — И убью Иизуну-сана, потому что я бы не мечтал поцеловать или жениться на влюблённости моего кузена. Комори издаёт болезненный крик, пока Суна давится воздухом. Глаза Хинаты расширяются. — Стоп- стоп, ты сказал, это Оми-сан был влюблен в Иизуну-сана? Сакуса резко поворачивается к кузену. — Ты сказал что? Голос Комори повышается на две октавы. — Эй! Ты терпел его! Он буквально единственный человек, с которым ты говорил в старшей школе, и он не твой родственник! Что я должен был думать? — Конечно же, — Сакуса ровно говорит, приподняв одну бровь. — Ведь терпеть кого-то — вершина романтики. Комори стонет, проводя руками по лицу. — Ты невозможен. — Боже мой, это лучше, чем телевизор, — Хината визжит, а Ацуму- Ха. Ацуму с самым мягким взглядом смотрит на лицо Сакусы. Юдай держит камеру на полном ужаса лице Комори, но краем глаза видит, как Сакуса бросает взгляд на Ацуму — и замирает. На щеках Сакусы возникает слабый румянец, прежде чем он быстро отворачивается, чтоб снова понасмехаться над кузеном. Юдай отводит взгляд. Он не хочет видеть, какой у Ацуму сейчас взгляд. Это кажется вмешательством в что-то личное. — Я ненавижу тебя, — Комори хрипит, пряча лицо на плече Суны. Когда все замолкают, Юдай наводит камеру на Суну. Ацуму выпрямляется. — Спрашиваю я, — заявляет он. — Осаму, Кита-сан и Цукишима. Юдай хмурится. — Тот же Цукишима, о котором мы недавно говорили? — Да, Сунарин провел пару дней после матча с Карасуно, анализируя блоки парня. — Он неплохой блокирующий. Ацуму спокойно смотрит на него. — Он очень хороший блокирующий. Ацуму сужает глаза. — И он симпатичный, подай на меня в суд. — Суна пожимает плечами. Сакуса кладёт подбородок на ладонь. — Чтоб ты знал, Цукишима не единственный собственник в этих отношениях. Юдай раздумывает. — Думаю, мы могли бы попросить их убрать кое-что, если вы хотите. — О, нет, нет, — Суна лениво улыбается. — Скажи им оставить это. — Он, усмехаясь, смотрит прямо в камеру. — Поцелую Цукишиму, женюсь на Осаму, убью Киту-сана. Прости, Кита-сан, но прямо передо мной сидит твой жених. — Подожди, — Сакуса достаёт телефон и наводит на Суну. — Можешь повторить? Я отправлю Куроо. Бокуто шокированно выдыхает. — Он убьёт тебя, Оми. — Он может попробовать, — ровно говорит Сакуса. Суна наклоняется к камере телефона, полуприкрыв глаза. — Поцелую Цукишиму, женюсь на Осаму, убью Киту-сана. — Идеально, спасибо. — Сакуса стучит по экрану телефона, пока остальные смеются. — Хорошо, очередь Комори, — объявляет Юдай. — Я пойду, — вызывается Бокуто. — Не волнуйся, Тоя-кун. Всё будет легко. Ты достаточно смутил себя. — Спасибо, Бокуто-сан. — Хммм, о! Суна, Вашио и Оса- — Поцелую Осаму, женюсь на Суне и убью Вашио, — Комори говорит, прежде чем Бокуто успевает закончить предложение. Все, кроме Хинаты, пялятся на Комори. Хотя на лице Хинаты восторженная улыбка. Юдай гадает, знает ли он о том, что происходит между Суной и Комори. Сакуса наклоняет голову. — Это было быстро. — Мне нравится быть готовым. — К «Поцелуй, женись и убей»? — К жизни, — Комори серьёзно говорит, слегка поклонившись. — Ты собираешься объяснить? — поспешно спрашивает Ацуму. — С радостью. Рин выбрал жениться на Осаму, так что будет нормально, если я поцелую его и женюсь на Рине. Устраивает всех троих- — У Саму есть право голоса? — весело спрашивает Ацуму. — Он здесь? — невозмутимо парирует Комори. — В любом случае, убить Вашио легко, потому что он в моей команде. Рин поможет мне спрятать тело, не так ли, мой дорогой муж? — Разумеется, — Суна пожимает плечами, но Юдай замечает румянец на шее. Он поворачивается к Ушиджиме. — Оокей, идём дальше. — Кто хочет спросить? Хината опускает подбородок на стол. — Я. Юдай показывает ему большой палец вверх. — Окей, я пойду с твоими старыми товарищами по команде. Семи-сан, Ширабу-кун и Гошики. — А, — Ушиджима пару секунд размышляет. — Я не могу убить Эйту. Он лучший друг Сатори. Он расстроится. Он также слаб к Цутому, так что я поцелую Гошики, женюсь на Семи и убью Ширабу. Я искренне извиняюсь за это, Ширабу-кун. — О боже, Вака-сан, ты такой милый. — В глазах Хината сердечки. Он поворачивается к камере. — Я так счастлив за тебя, Тендо-сан. — Подождите, — Сакуса ухмыляется. — Вакатоши-кун, не против, если я спрошу ещё раз? — Вперед, Киёми-кун. — Ладно, Иваизуми-сан, Ойкава и Кагеяма. Вакатоши реагирует быстро. — Поцелую Тобио, женюсь на Иваизуми и убью Ойкаву. Хината ахает, а Ацуму, смеясь, откидывает голову назад. — Объяснения, Вака-сан! — озорно кричит Хината. — Ну, Иваизуми очень надёжный. Как Хината-кун ранее сказал, он отлично подходит на роль мужа. — Вакатоши неловко делает воздушные кавычки. — Поцелую Тобио, потому что мне с ним комфортно. Юдай уверен, румянец Кагеямы доходит до груди. — Я убью Ойкаву, потому что… — Мужчина смотрит прямо в камеру. Юдай замечает небольшую улыбку на его лице. — Ты должен был пойти в Шираторизаву. Хината падает на ковёр, истерически смеясь. Даже Кагеяма улыбается. — Что это вообще значит? — Вака-сан всегда так говорил Ойкаве. Он ненавидел эти слова. — Он так разозлится, когда увидит видео, — соглашается Кагеяма. — Тогда, может, нам попросить вырезать эту часть? — спрашивает Юдай. — Да ни за что! — Хината выдыхает, а Кагеяма яростно трясет головой. — Оокей, и это всё, — Юдай говорит, поворачивая камеру к себе. — Кто бы ни посмотрел это, мы надеемся, вам понравится. Попрощайтесь, ребята. — Они все машут в камеру, и Юдай останавливает запись. — Думаете, они действительно выложат это? — спрашивает Яку. — Тебе стоит посмотреть некоторые видео MSBY. Это видео было гораздо разумнее, чем наш самый здравый влог, — Ацуму говорит со смешком. — Я с новым уважением отношусь к вашему капитану и тренеру, — серьезно говорит Яку. — Они оценят это, — Сакуса отвечает, не отвлекаясь от телефона. — Постойте, — Хината поднимает руку, как будто он в классе. — Многие из нас выдали наши влюблённости и отношения. Всех устраивает, что это выложат? — Я проверю у Тендо, — Вакатоши говорит, кивая. Суна радостно привстает: «Я спрошу у Иизуны-сана». Мотоя стонет. — Ты хоть разговаривал с ним раньше? — Нет, но это отличное начало разговора. Привет, Иизуна-сан, только что узнал, что мой- — лицо Суны на микросекунду искажается перед продолжением, — товарищ по команде раньше был влюблен в тебя. — Думаю, он знал, — Сакуса говорит со слабой ухмылкой. — Мотоя не совсем незаметный. Когда Иизуна-сан говорил, у него загорались глаза. — Убейте меня. — Приглушённый голос Мотои доносится оттуда, где он уткнулся лицом в подушку. Аран прочищает горло — спокойный, собранный, благословенно нормальный. — Хякудзава-кун, просто передай Иваизуми-сану, что мы подтвердим через несколько дней, устраивает ли нас весь использованный контент. — Спасибо, — искренне говорит Юдай. — Поблагодаришь меня, когда это не окажется в твиттере, — бормочет Аран.

***

Когда Юдай отдаёт камеру Иваизуми, их тренер с опасением спрашивает: — Что ты заснял? — Эм, — Юдай чешет шею, — некоторые из нас сыграли в «Поцелуй, женись и убей». Иваизуми моргает. — Я попросил видео, которые можно выложить онлайн. Знаешь, такие, какие можно показать публике. — Ацуму сказал, что тебе стоит посмотреть влоги MSBY и проверить их рейтинги. — Юдай начинает отходить назад. — Хината сказал, что тебе надо посмотреть последний кусочек видео. Это убедит тебя выложить его. Хотя, подожди несколько дней, прежде чем отдать его парням из маркетинга, команда подойдёт к тебе, если они захотят кое-что вырезать. — Подожди, что в конце видео? — с подозрением спрашивает Иваизуми. — Что-то о твоём парне и Шираторизаве. И вот так он уходит, насвистывая себе ппод нос. Иваизуми же стоит в центре комнаты, смотря на камеру так, будто это граната.

(Групповой чат загадка СакуАцу — тем же вечером)

sunarin [Изображение отправлено] держите для потомков Юдай открывает видео и видит другой угол момента — Сакуса стоит перед Ацуму, говоря «подвинься», и связующего, который, двигаясь, становится цвета спелого помидора. ninja shouyou длЯ НАУКИ 🔬 best_libero когда Киё все отрицает 😌 bokuto-beam ДЛЯ ЛЮЮЮБВИИИ 💖💪 yukiepie ХОТЕЛОСЬ БЫ МНЕ БЫТЬ ТАМ ЭТО ВЫГЛЯДИТ ТАК ВЕСЕЛО Я ПРОПУСТИЛА ЭТО😭 akaashi_kj Хотелось бы мне не видеть этого bokuto-beam АААГКАШИИ Я зню ты втайне наслажадешьсы этим sunarin @akaashi_kj, уу меня есть видео другого близнеца полагаю, ты предпочитаешь этого. 😏 ninja shouyou Я УМИРАЮ best_libero суна правда нацелился на самое уязвимое место, ха 💀 akaashi_kj покинул группу bokuto-beam добавил akaashi_kj Со всей честностью, Юдай не понимает и половины вещей в групповом чате, но в то же время он не может сдержать улыбки от хаоса. Они могут быть кошмаром PR-отдела… Но, Боже, они забавные.