Долг хранителя

Очередная вселенная расползается на коды. Обломки домов, щепки и прах повсюду. Жуткое зрелище, но не для кого-то без души. Оглядывая обломки равнодушным взглядом, он понимает, что один не справится. В последнее время Эррор окончательно слетел с катушек, и мелкие миры исчезают под давлением огромного клубка синих нитей один за другим. Снег хрустит, он это слышит, и кто-то останавливается за шаг до него. Молчит. Напряжение в воздухе пугает даже того, кто только что подошёл, но не Инка. Отсутствие красок позволяет не поддаваться инстинктам. Не реагирует и кто-то позади. Снежинка или, может быть, песчинка праха пролетает перед лицом хранителя, он отмахивается от неё и наконец поворачивается. Улыбка второго гостя вселенной становится значительно шире, и он, словно Чеширский кот, растворяется в воздухе за ней. Это вовсе не обаяние. Его самодовольство делает улыбку гадкой и отталкивающей. Но на Инка она не действует. Два белых зрачка в чёрных и бездонных глазницах смотрят прямо в глаза, нет — в самую глубь всего существования, куда-то глубже, чем в душу. — Зачем ты здесь? Тут больше нет негатива для тебя. Безэмоциональность в голосе напугает любого, кроме хранителя негатива, самого воплощения страха. Или он просто не подаёт виду? — Я пришёл не за этим. — Найтмер из кляксообразной формы принимает более чёткие очертания. — У меня есть предложение. — Его низкий и хриплый голос отдаётся эхом, но Инк никак не реагирует, уже собираясь открыть портал. — Не спеши, я могу быть решением твоих проблем. — Он многозначно хмыкает. — А ты — моим. — Инк застывает в полуобороте, не поворачиваясь к Найтмеру. Тот же только шире улыбается. — Отлично. Мне нужно последнее золотое яблоко... — Он хотел продолжить, рассказывая детали плана, но Инк его прерывает. — Я не буду участвовать в этом. — Улыбка Найтмера на мгновение пропадает. — Ты уверен? Только подумай, насколько это может упростить жизнь тебе. Мне без разницы, когда я получу яблоко: прямо сейчас или, может быть, завтра. Не ты, так кто-нибудь другой возьмётся за эту работу. Но что насчёт тебя? — Я уже всё сказал. — Неужели ты не понимаешь масштаб всей трагедии? Только посмотри, до чего довело твоё упрямство. Этой вселенной больше нет. Кто знает, к чему оно ещё приведёт. — Найтмер вновь улыбается, видя, как Инк к нему поворачивается. — Я уже сказал свой ответ. — Снова этот бездонный взгляд. — Ты ведь сам понимаешь, что в одиночку не справишься. Тебе нужен хороший союзник. И мне, кстати, тоже. — Я... — Инк хотел что-то сказать, прежде чем Найтмер хохотнул и приложил к его рту указательный палец. — Тс. Ты знаешь, я не терплю отказов, но я понимаю тебя. Это непростой выбор, да и сейчас ты не в лучшем состоянии, чтоб мыслить, так что не переживай. Я дам тебе возможность хорошенько всё обдумать, прежде чем дать свой правильный ответ. Ты знаешь, где меня искать, если вдруг передумаешь. — И внезапно он стал лужицей чего-то тёмного и липкого, а после утёк куда-то, оставляя неглубокий, еле заметный след на снегу. Инк же, проводив взглядом Кошмара, прыгнул в только что открытый портал. *** Инк тяжело дышит, его зрачки наливаются кровью, когда Эррор, кажется, выглядит расслабленным. В его руках качается на синих нитях чья-то белая перевёрнутая душа. — Забавно, да? — с усмешкой спросил разрушитель. — Ни одна вселенная не восстановилась. Создатели просто забыли о своих творениях... — Он сделал небольшую паузу; он не смотрел на своего врага, только на успокаивающие движения маятника — чьей-то души — в его руках. — Они забыли про тебя. — Он кинул взгляд на Инка и расхохотался глючным смехом, закрывая лицо свободной рукой, словно клишированный герой аниме. — А знаешь, что это значит? Это значит, что я прав! — За его спиной уже показалась чёрная бездна бесконечной мультивселенной, из которой можно разглядеть, как мир расходится на коды — зелёные циферки. Смех прервала чёрная краска, которая больно порезала руку и порвала рукав. Теперь Эррор по-настоящему обратил внимание на Инка. — И откуда у бездушного существа столько надежды? — то ли с презрением, то ли с раздражением сказал Эррор, и в художника полетела чья-то деревянная дверь. Инк вовремя отскочил в сторону, прыгнув в портал перед собой, и оказался прямо перед лицом разрушителя, но не успел он ничего сделать, как несколько острых чёрных костей пригвоздили его к замершей земле, приколов за одежду. Огромный гастербластер вот-вот ударит лучом света в него, но он быстро поднялся, из-за чего белая водолазка порвалась. Один из рукавов, или скорее его остатки, теперь беспомощно мотаются на плече. В Эррора летит какая-то розовая жижа, от которой он удачно уворачивается. — Прекрати уже быть таким живучим! — в Инка летит несколько костей, но он прыгает в портал и снова выпрыгивает рядом с Эррором, не оставляя попыток ударить его. Глючный не успевает среагировать, и от удара Бруми отлетает на несколько метров, приземляясь на четвереньки. Он встает и хватая Инка за ноги своими нитями отбрасывает в сторону, так что тот теряет в полете свою кисть. Хранитель быстро поднимается и бежит за своим оружием. В него летит кость, и он падает на землю, успешно уклоняясь от удара.До кисти можно дотянуться рукой, и он хватает её. Поднимается и наносит удар. Чёрная клякса всего лишь режет щёку Эррора. — И-и-инк! — тянет разрушитель, и его голос глючит как никогда. Прямо из-под ног у хранителя начинают расти кости. Он прыгает вверх, приземляется на одну из этих костей, вылезшей из-под земли чуть больше чем на метр, и прыгает прямо к Эррору. Снова оказываясь перед носом врага, Инк замахивается кистью для очередного удара, но его окутывает плотный кокон синих нитей, и через мгновение он висит где-то наверху среди душ жителей вселенной. Эррор уже радуется своей победе, но тут полупрозрачная голубая стрела летит в нить, которая удерживает кокон наверху, рвёт её, и Инк вниз головой шмякается в сугроб так, что оттуда торчат только его ноги. Кокон сам ослабевает и спадает с него, когда он выбирается из снега, в чём ему помогает Дрим. — Ну, конечно. — закатил глаза Эррор. — Куда без этого? Эррор стреляет в них из гастербластера, но оба вовремя отпрыгивают в разные стороны, из-за чего в земле остаётся небольшой кратер. Инк снова направляется к врагу, перед ним вырастает стена из чёрных костей. Ни затормозить, ни открыть портал он бы не успел, поэтому он перепрыгивает через неё, как через забор, приземляясь на ноги. Дрим пытается прорваться вперёд, но разрушитель, в отличие от позитивного, предпочитает дальний бой, и тонкая синяя нить обвивает ногу скелету в жёлтом. Глючный отбрасывает его в Инка, сбивая того с ног. Они сваливаются в одну кучу и ударяются об дерево. Дрим быстро поднимается, слегка покачиваясь от удара головой, и, особо не целясь, стреляет в Эррора. Стрела попадает в плечо. Чернокостный скелет взвыл, а его тело начало покрываться большим количеством лагов. Надписи «Error» полностью закрывают его глаза, и синие нити начали активно атаковать всё подряд. Дрим хватает за одежду Инка, который только что считал звёзды, сидя на земле, и тащит за собой, уклоняясь от нитей. И в какой-то момент их становится слишком много, даже наступить негде, а земля начинает трескаться. Из только что образовавшихся щелей начинают бежать коды. Когда становится понятно, что вселенную не спасти, то остаётся спасать себя. Лук Дрима становится чем-то напоминающим мачете, и он, отрезая нити, создаёт себе больше пространства для открытия портала, прыгнув в который они попадают в омегатаймлайн. Ноги его уже совсем не держат, и Инк садится на траву. К горлу подходит ком, и он блюёт. Странная чернь выходит из него, как и эмоции. Понимая это, он достаёт жёлтый флакон и делает совсем маленький глоток, но его достаточно, чтобы наполнить его тело энергией. На лице появляется приятная улыбка, а сам он светится. Осталось дело за малым: подлатать себя и Дрима, а потом и выживших из той вселенной. Он достаёт мелкие кисти и зарисовывает себе трещину на черепе, а потом принимается за остальных. *** Солнце над Омегатаймлайном садится, а небо постепенно приобретает желтоватый цвет. Дрим помогает новым жильцам устроиться в домах. Все суетятся, и наблюдение за этим успокаивает. Инк сидит на земле, а мягкая трава щекочет его кости голени. Рядом появляется небольшая тёмная лужица, из которой выросла невысокая фигура (не выше пятидесяти сантиметров) с то ли голубым, то ли зелёным глазом. — Умиротворяет. — клякса медленно переводит взгляд с города на хранителя вселенных. — Не так ли? — Пожалуй... — Инк не успел договорить. — Хотя откуда тебе знать? — слегка улыбаясь с наигранной разочарованностью, но всё так же спокойно спросила лужа негатива. — Ты никогда не поймёшь, что это значит. Это пустой звук для тебя. Словно слепому описывать красоту заката, словно глухому пытаться показать красоту музыки. Некоторым просто не дано понимать очевидных вещей, — бесформенная лужа уже нависала над затылком Инка, вдавливая тяжёлым взглядом в землю. — Как боль этих существ, потерявших дом, родных, друзей. Сколько всего они должны ещё потерять, чтобы ты, наконец, понял, что сделка со мной — это единственный правильный выход? Инк посмотрел прямо в глаз Найтмеру и устало ответил: — Найтмер, я не заключу с тобой сделку. Найтмер фыркнул, отвёл взгляд и продолжил: — Ну конечно. Тебе просто не знакомо чувство потери. Ты сам когда-нибудь жил как они? По-настоящему? Тебе не знакомы ни боль, ни радость. Ты пустышка. В тебе ничего нет. Ни капли сострадания к монстрам, что ежедневно теряют всё ради чего жили. Всё. Абсолютно всё. Тебе приходилось ког... — А ты сам чувствовал когда-нибудь их боль? — перебил Инк. Найтмер широко улыбнулся. — Ежедневно. Кто, как не я, хранитель негатива, поймёт их боль и разделит ее с ними? Я чувствую её ежедневно вместе с ними, слышу каждую их мольбу и знаю, насколько сильно их разочарование в тебе как в хранителе. Ты должен был их защищать... — Я защищаю их. — Уверен? Тогда почему ты не можешь принять моё предложение? Переступить через свои принципы во благо другим? Ты сможешь обойтись малыми потерями и вновь завоюешь уважение. Снова станешь хранителем вселенных, а не... — Инк! Мне нужна твоя помощь! — На небольшом холме появился Дрим и дёрнул друга за плечо. Инк, как будто только что вышел из транса, начал оглядываться. Чёрной лужи нигде не наблюдалось. Что это было? — И-инк? — протянул хранитель золотого яблока. — Ты вообще меня слышишь? — Да. — Инк встал с земли. — Пошли. — Сегодня удалось эвакуировать больше жителей, чем обычно, — как-то непринуждённо и радостно сказал Дрим. — Поэтому домов на всех не хватает. Инк смотрел в одну точку и, словно ещё в трансе, ответил: — Это ожидаемо. — Что? — Вселенная намного больше предыдущих. Жителей там больше, и Эррору нужно больше времени, чтобы её уничтожить. Раньше вселенные восстанавливались быстрее. Как думаешь, сколько ещё вселенных будет разрушено прежде, чем создатели начнут восстанавливать их? — Ох, Инк, ты об этом... — Дрим стал говорить немного тише и заметно сник. — Я не знаю, но мы обязательно что-нибудь придумаем. — Он положил руку на плечо хранителя вселенных. — Мы что-нибудь придумаем, как всегда. — Да, ты прав. Сострадание. Что это такое? Есть ли в его органайзере что-то похожее? Сможет ли он когда-нибудь понять всех тех, кто потерял дом? Что они чувствуют сейчас? Что должен сейчас чувствовать Инк? Что он должен делать? Как выражать сочувствие? — Дрим? — М? — Если бы ты чего-то очень сильно хотел, но для этого пришлось бы пожертвовать чем-то ценным, ты бы пожертвовал? — Жизнь состоит из жертв. Мы всегда чем-то жертвуем. Сначала нужно понять, стоит ли эта жертва желаемого, и исходя из этого принять решение. А что он ставит на кон? Жизнь одного ради миллионов других? Мораль и принципы ради спасения? Или всё-таки своего друга? — А что-то ещё случилось? — Да, наверное, я нашёл способ победить Эррора. Но я пока не могу тебе сказать. Прости. Я должен принять правильное решение. — Не спеши. Тебе нужно хорошенько подумать. Такие решения нельзя принимать поспешно, — сказал Дрим и как всегда мягко улыбнулся. Точно ли его аура так притягивала монстров к нему? Инк уверен: не будь её, к нему бы всё равно тянулись. Просто из-за его эмпатии, мягкости и жертвенности. — Удобности, — прозвучало низким хрипом в голове хранителя вселённых. Он окинул взглядом всё вокруг, желая найти автора слов, но кроме Дрима никого не было. Тот шёл так, будто ничего не слышал. Просто шёл. Всё так же мягко улыбаясь, словно понимая замешательство друга. Наверное, Инку сейчас стоит выпить отчаяние. Это же обычно чувствуют нормальные монстры в таких ситуациях? Через неделю всё повторялось. Эррор снова размазал хранителей по стенке и разрушил вселенную ещё большего размера. Похоже, что настало время правильных решений. Инк выпрыгивает из портала в Дримтейл. Он опустошён, краски прекратили своё действие. Красное небо и обугленные деревья не кажутся ему жуткими и не вызывают эмоций. Он открывает тяжёлую дверь, и та со скрипом поддаётся. Он заходит в огромный зал и идёт по красному бархатному ковру через просторный зал в сердце замка. Тишина в такие моменты кажется особенно громкой. Изредка слышны только шаги и шарканье хранителя. В центре зала стоит трон из тёмного камня, он возвышается над залом, как и тот, кто на нём сейчас сидит. Хозяин мира расплывается в широкой улыбке и вальяжно спускается по ступенькам к Инку. Он останавливается прямо в паре шагов и смотрит ему прямо в глаза. Инк как всегда просто пялится холодным взглядом даже не на Найтмера, а куда-то сквозь него. — Ты всё-таки пришёл, — промурлыкал Найтмер. В ответ — ничего, кроме безразличного молчания. Как и ожидалось. Это немного позабавило хранителя негатива, и он продолжил: — Уверяю тебя, ты не пожалеешь, ты сделал правильный выбор. — Ближе к делу. — Жёсткий тон ударился эхом об мрачные стены замка. — Конечно. — Улыбка Найтмера стала шире, и он, словно хищный зверь, начал ходить вокруг Инка, который не стал держать зрительный контакт и продолжил пялиться в ту же самую точку. — Скоро ХелпТейл перезапустится, там будет более чем достаточно негатива, чтобы обезвредить Дрима. Ты должен привести его туда, а дальше я сделаю всё сам. — Сделав полный круг, Найтмер остановился напротив Инка. — Как мне это сделать? Хранитель негатива пожал плечами. — Подумай сам как-нибудь. У тебя впереди целая ночь. — А что насчёт Эррора? — Не переживай, как только я получу яблоко, я стану самым могущественным существом во всей вселенной. Какой-то там глюк не станет для меня проблемой. Можешь не переживать об этом. — Мне нужны гарантии. Или я должен просто поверить тебе на слово? — Инк, мы преследуем одну и ту же цель. Подумай сам: зачем мне сила в мире, в котором некем править? Вот и все гарантии. Выпив синюю краску, Инк не спал всю ночь. В какой момент смысл его жизни стал не просто бременем, а проклятием? Есть ли у него выбор или его, словно напуганное животное, загнали в угол? Как хранитель он обязан это сделать. Что стоит жизнь одного? Не так много, если это, конечно, не твой друг. Это тяжёлый выбор, но как хранитель Инк не может ставить свои интересы выше других. К утру действие краски прекратилось, и он направился в Омегатаймлайн. Вид аккуратно выстроенных в ряд деревянных домиков умиротворяет и успокаивает. Он выпрыгивает из портала возле двери одного из этих домов, стучится, и ему открывает ещё сонный Дрим, всё ещё одетый в пижаму. — О, привет. — зевает он и отходит в сторону, приглашая гостя внутрь. Инк принимает приглашение и проходит на кухню. — Я придумал план по спасению вселенных. Мне нужен ты прямо сейчас. — Хорошо. — кивнул Сон. — Жди тут, я сейчас переоденусь и вернусь. Может ли Инк называть себя хранителем? Дрим ведь тоже часть вселенной, он должен защищать его. Что же он делает? Из комнаты вышел уже переодетый Дрим. Он беззвучно подошёл к другу и дёрнул того за плечо, выводя из мыслей. И когда Инк поднял на него глаза, он продолжил: — Куда мы идём? — В ХелпТейл. — сухо и кратко ответил Инк. Дрим без сомнений открыл жёлтый сверкающий портал в только что названную вселенную, взял Инка за запястье и потянул за собой. Вышли они в Сноудине. — Куда теперь? Инк жестом позвал его за собой и повёл куда-то вглубь леса. Они шли и шли, пока не наткнулись на дверь в Руины. А вместе с ней — на кое-кого ещё. — Ну, здравствуй, братец. Не ожидал меня тут встретить? — Найтмер начал медленно подходить, а Дрим — пятиться, пытаясь открыть портал, что позабавило хранителя негатива. — Инк, что тут происходит? — спросил Дрим, не отрывая взгляда от близнеца. Инк ничего не ответил. — О, — протянул чуть ли не нараспев Найтмер. — Позволь мне объяснить. Мы просто спасаем мультивселенную от полного уничтожения. Без жертв, конечно, не обойтись... Но что поделать? Они того стоят. Да, Инк? — Тот бросил взгляд на Инка, и он кивнул. — Инк?.. Голос дрогнул и стал значительно тише. Такой отчаянный, молящий, жалкий. Дрим смотрит на него, но Инк в ответ лишь прожигает в нём дыру своим холодным и безразличным взглядом. Лицо Найтмера полно восторга. Он одним движением вырывает душу брата, и золотое яблоко начинает чернеть. Жёлтая краска в органайзере Инка светлеет до тех пор, пока не становится идеально белой; небо над мультивселенной багровеет, тело Дрима распадается в пыль, а позитивные эмоции перестают существовать. Найтмер чувствует, как боль, страх и ненависть всей мультивселенной проходят через его тело. Он слышит мольбы, и улыбка становится шире. Отчаяние кажется таким сладким, что он не может сдержать смех. Он истерически смеётся, не веря в происходящее. Слегка наклоняется, прикрывая лицо рукой, а потом резко замолкает и поднимает взгляд на Инка, смотря на него сквозь пальцы. — Ну что ж. Настало время мне выполнить свою часть сделки? *** Найтмер стоит посреди полуразрушенной вселенной, позади него — Инк. — Вы?! Что здесь происходит?! Это ваших рук дело?! — Оши, что такое? — злорадствует Найтмер. — Ты боишься? — На самом деле он уже знает ответ. Он чувствует страх, чувствует его панику, злость и ненависть, что подпитывают его. Эррор ничего не отвечает, он бросается в атаку, окутывая хранителя негатива нитями и кидая в него десяток острых костей. Но всё это проходит сквозь Найтмера, разбрызгивая чёрную жидкость, из которой он состоит, в стороны. Инку приходится отпрыгнуть назад, чтоб его тоже не задело. Он принимает боевую стойку, но Найтмер останавливает его. Он улыбается и говорит: — Не стоит. Дай мне выполнить свою часть сделки. Просто смотри и наслаждайся, — он делает небольшую паузу. — Если, конечно, сможешь. Найтмер втыкает в землю тройку щупалец и поднимается над землёй, заслоняя собою солнце. Сейчас он похож на бога, но Инка это не впечатляет. Он смотрит на него стеклянными глазами и думает: это конец страданий мультивселенной или только начало? Найтмер ударяет одним щупальцем Эррора, нанося сильный урон. Разрушитель падает на землю. Он пытается скрыть страх, но его огромные глазницы выдают его. То, как он смотрит на хранителя негатива, само говорит обо всём. Он встаёт и пятится, видя, как чёрная субстанция приближается к нему. В попытке защититься он начинает хаотично стрелять из гастербластеров во всё, что видит. Прекращая, он видит, как в Найтмере красуется огромная сквозная дыра, а сам он стал просто бесформенной кляксой, которая не улыбалась, а уже была в бешенстве. Дыра начала постепенно затягиваться чёрной субстанцией, и на лице Эррора появляется отвращение. — Что вы натворили? Эррор видит, как быстро и стремительно бесформенный Найтмер приближается к нему, он хватается нитью за что-то наверху и пытается подняться, желая избежать встречи с ним, но тот хватает его за ногу щупальцем и, словно куклу, начинает бить о землю. Когда хранителю надоедает, он обвивает всё тело разрушителя и притягивает его к себе так, чтобы их глаза были напротив друг друга. Найтмер видит ужас на лице Эррора, что приносит ему удовлетворение, он улыбается и говорит: — Прощай. — хранитель негатива сжимает щупальца так, что все кости ломаются. Из рта разрушителя течёт кровь, и он распадается на пыль. Хранитель неторопливо поворачивается к Инку и говорит: — У нас есть повод отпраздновать! Это начало новой эры мультивселенной! — он говорит это громко, самодовольно. — Моей мультивселенной... Земля начинает трескаться, из разломов идёт красный свет. — Чт... Что это? — Его выражение лица меняется с самодовольного на возмущённое. Он смотрит на Инка, ожидая услышать объяснение, но тот даже не смотрит на него. Он смотрит куда-то вдаль пустым взглядом. Он чувствует, как этот и тысячи других миров разрушаются. Мультивселенная умирает — и он тоже. Найтмер хватает его щупальцем и повторяет свой вопрос, но Инк не отвечает, он просто прожигает взглядом в нём дыру.