«Белый вальс»

      Погода сегодня была необычно тёплой и ясной. Шагнув в прохладу квартиры, Гермиона сразу заметила краем глаза белое пятнышко. На тумбочке в прихожей лежал конверт — безупречно белый, с золотой вязью завитков, уходящих в правый угол. Его венчала идеальная овальная печать из золотого сургуча с выдавленными на ней инициалами. Он смотрелся чужеродно, слишком резко выделяясь на фоне привычной обстановки. Слегка изогнув бровь от удивления, Гермиона осторожно распечатала его. Внутри скрывалась плотная глянцевая карточка. На ней было написано: "Приглашение на свадьбу! Приглашаем на свадьбу, Джини Уизли и Гарри Поттера Дрэсс код: девушка нежно розовый, мужчинам строгие костюмы Торжество будет в это воскресенье! Для: Гермионы Грейнджер и Рона Уизли" Радость за новоиспечённую пару переполняла Гермиону, ведь на этот раз женились её близкие друзья. В запасе оставалось всего три дня. Разобравшись с домашними хлопотами, она поехала в торговый центр на поиски идеального наряда и приятных сюрпризов для жениха и невесты. ​В первом же магазине ей улыбнулась удача — на манекене красовалось изумительное пыльно-розовое платье средней длины, с нежным кружевом по подолу. Оно выглядело безупречно. К огромному разочарованию, после примерки выяснилось, что платье сидит совсем не по фигуре. Консультант лишь развела руками: размера поменьше в наличии не было. В расстроенных чувствах Гермиона продолжила бродить по бутикам. Она искала то самое платье, к которому потянется сердце, но её не покидало ощущение, что лучшее она уже упустила. Спустя несколько часов которые она провела ходя по магазинам, она зашла в последний где могли продаваться подобные платья. Внутри этого магазина было, как ей казалось, все платья мира и не в одном размере. Побродив там тридцать минут она становилась на одном выборе. Оно было длинным в пол, с разрезом который был выше её колена. Верх платья был усыпан в камнями и бисером, рукава были сделаны из нежного белого фатина который гармонично смотрелся с самим платьем, словно облако. Форма рукавов была фонариком, от чего платье выглядело ещё более сказочно. Гермиона с первого взгляда поняла что она будет только в нём, определившись с размером она прошла в примерочную. Платье на ней выглядело совершенно по другому. Воздушно, мягко, платье облегало её фигуру, вид был превосходным. Пройдя на кассу, её бюджет на месяц, конечно, нужно было сократить до минимума, но ради близких ей людей она была готова целый месяц питаться только продуктами быстрого приготовления. Вернувшись наконец домой она устало сняла с себя обувь и неспеша пройдя в гостиную - плюхнулась на диван, запрокинув голову. Часы раздражающе цокали, вокруг сплошная тишина. Просидев так около 10-ти минут её спокойствие нарушила открывающаяся дверь. Лениво повернувшись к двери, Гермиона заметила знакомый силуэт. Голос Рона прозвучал первее. —«Ты уже дома? Удивлён что ты пришла пораньше. Обычно у тебя "работа" важнее нежели я.» Пренебрежительным тоном бросил рыжеволосый парень, поставив пакет с продуктами на пол. От него веял запах сигарет, его глаза выглядели стеклянными, будто весь огонь в них угас ещё давно. Гермиона встала с дивана и направилась к нему, попутно беря конверт с приглашением на свадьбу с собой. — «Да, я решила прибраться дома, до твоего прихода.» Её голос был наполнен радостью, она как можно скорее хотела рассказать Рону о предстоящем событии и что они приглашены оба. Подойдя к нему ближе она мягко обняла его и поцеловала. Рон не ответил на поцелуй и вяло положил правую руку на её талию, поглаживая большим пальцем по рубашке, которую Гермиона ещё не переодела. В нос ударил её яркий запах цветочных духов, который до изнеможения бесил Рона. — «Ты же знаешь что мне это духи не нравятся, зачем же ты тогда меня ними травишь?» - с лёгкой хрипотцой произнёс Рон. — «А мне нравятся они, тем более это подарок от Астории на рождество.» Рон отстранился от Гермионы, а затем прошел на кухню. Открыв окно он закурил сигарету. В последнее время он стал более отстранённым и совсем чужим по отношению к кареглазой девушке. Гермиона и понятия не имела что с ним происходит, она всячески старалась его поддерживать, радовать чем угодно, а в итоге получала чёрствое отношение к себе. Со временем это уже не так напрягало Гермиону, но и прогибаться под него дальше - она не собиралась. Скинув с себя рабочую одежду Гермиона нашла свой домашний халат и на скорую руку надела его. Её настроение уже не было таким радостным как несколько мгновений назад. Подойдя на кухню, она неаккуратно бросила конверт на стол перед Роном, а затем и сама села рядом с Роном за стол. — «Нас пригласили на свадьбу, Джинни и Гарри. Тебя тоже ждут.» Спокойным тоном произнесла девушка. Рон не произнёс ни одного слова, он раздражительно вздохнул и просто кивнул на её слова. После этого он решительным шагом направился в душ, дав ясно понять что разговор на этом окончен. Гермиона понимала что их отношения обречены. Не смотря на хорошую погоду днём, к вечеру пустилась гроза. Гермиона не любила дождь, ей казалось что дождь усиливает переживания, тревоги, вызывает необъяснимый страх. То что происходит и сейчас. Рон уже совместно не спал с девушкой уже около 3-х с половиной недель. За это время кареглазая надумала столько всего, что и сложно вообразить, но самый подходящий и актуальный вариант - возможная измена. Покрутившись немного в кровати, словно вытряхивая из головы плохие мысли, Гермиона всё таки смогла уснуть.

***

И вот настал этот долгожданный для всех день. На свою свадьбу Джинни любезно попросила Гермиону подготовить её. Помочь сделать макияж и прическу. Как можно аккуратнее и старательнее Гермиона делала свою работу, да бы рыжая невеста была на высоте. Их разговор был наполнен любовью и теплотой, вспоминая те школьные дни, казалось что мир в этот момент застыл и весь день обещал быть ярким и насыщенным. Попивая шампанское они смеялись, шутили, проговаривали о своих сокровенных секретах. Вскользь зашла тема разговора про Рона. Когда Гермиона делилась своими переживаниями о том что парень стал более отстранённым, Джинни немного напряглась, её ясные глазки забегали, по телу прошлись мурашки. Она утихла, поставила бокал. Она определенно знала что с ним. К горлу подступила тошнота, но не слова не выходили, словно этот ком запрещал ей что либо говорить. — «Ой.. я даже и не знаю, дорогая.» Джинни прокашлялась, выдавливая из себя эти слова. Для Гермионы сказанное прозвучало странно и неубедительно. Возможно шампанское на голодный желудок ей не стоило пить, мало ли что ей под градусом послышалось. — «А ну-ка, наклони голову чуть правее..» Резко перевела тему Гермиона. Её руки стали механически "колдовать" над причёской рыжеволосой невесты. Наконец закончив с волосами, они перешли к самому интересному. На вешалке красовалось белосжное свадебное платье Джинни. Оно выглядело изуметельно, нежно, под стать характеру невесты. Мягкие кружева отлично сочетались с вшитыми цветами на платье. Окинув взглядом комнату последний раз, букет Джинни подсвечиваться на солнце, белые розы. Они свидетельствуют о том что брак обещает быть крепким и нежным. Гермиона поднесла платье к Джинни и стала помогать ей надеть его. Через нескольких минут она была готова. Такая красивая, утонченная и изящная. Платье на ней сидело как влитое, а со стороны казалось что это не просто девушка, а спустившийся с небес ангел. В дверь постучал Драко, приоктрывши небольшую щель двери, он своим проворливым носом стал заглядывать в комнату, за ним послышался веселый смех Гарри. —«Ну что, девушки, вы уже готовы? Церемония бракосочетания начнется уже через 45 минут, вам нужно поторопиться.» - насмешливым тоном произнёс Драко. — «Уважаемые, подглядывать за дамами не прилично! Свои любопытные и длинные носы, пожалуйста , не просовывайте через дверцу.» - с небольшой ухмылкой произнесла Гермиона. В этот момент ей казалось что лучшего времени быть не могло, даже переживания на счёт поведения Рона понемногу угасали. Гарри и Драко нехотя закрыли дверь, а точнее Гермиона силой их закрыла что бы Гарри не видел Джинни перед свадьбой. После этого Гермиона достала своё платье из портпледа. Камни сверкали на солнце из за чего по комнате появились солнечные зайчики которые весело бегали когда Гермиона показывала платье Джинни. — «Как считаешь, это платье не сильно вызывающе?» Спросила Гермиона у Джинни. — «Нет, наоборот, ты выглядишь в нём чудесно. Я думаю что Рон с тебя глаз сводить не будет.» — «Надеюсь...» - с лёгкой вернувшейся обидой произнесла Гермиона. - «Тогда осталось пару минут и мы готовы.» - резко перевев тему разговора. Время прошло не заметно Гермиона за такой короткий промежуток времени успела сделать себе макияж и причёску. На её лице красовался нежный макияж в нежно розовых оттенках, которые идеально подчёркивали её карие глаза, на волосах красовалась причёска, она её сделала очень быстро. Это был пучок с волнистыми прядями, а в волосы были вставлены нежно розовые розы которые идеально подходили к её платью...Гермиона стояла вместе с Джинни, разглядывая каждая свой наряд в огромном зеркале. Две абсолютно разные, но по-своему прекрасные девушки: огненная невеста в облаке белоснежного кружева и воздушная, утонченная подружка невесты, чей пыльно-розовый подол мягко касался пола. Розы в волосах Гермионы казались живыми, а камни на корсаже вспыхивали при каждом вздохе. —« Ну всё, Грейнджер, твой выход», — тихо сказала Джинни, и в её голосе снова промелькнула та странная, горьковатая нотка. Она крепко сжала пальцы подруги. —« Спасибо тебе. За всё.» Гермиона лишь тепло улыбнулась, списав предсвадебный мандраж невесты на обычное волнение. Взяв в руки пышный букет из светлых роз, она сделала глубокий вдох и первой вышла из комнаты, направляясь к выходу во внутренний двор норы, где уже играла тихая музыка заколдованных арф. На улице было душно. Несмотря на яркое солнце, на самом краю горизонта уже собирались тяжелые, сизые тучи — природа словно готовилась повторить сценарий трехдневной давности. Когда заиграл торжественный марш, ознаменовывающий начало процессии, Гермиона ступила на ковровую дорожку, усыпанную лепестками. Гости, сидящие на белоснежных стульях, тут же обернулись. На нее смотрели десятки глаз, но карие глаза Гермионы инстинктивно искали две фигуры. Первым она увидела Рона. Он сидел в третьем ряду, рядом с матерью. На нем был строгий костюм, который сидел на нем как-то нелепо, но хуже всего было его лицо. Рон смотрел на Гермиону стеклянным, тяжелым взглядом, и в нем не было ни капли восхищения. Он даже не улыбнулся. Гермиона почувствовала, как внутри всё сжалось от холода. Она перевела взгляд вперед, к алтарю... и наткнулась на совершенно другой взгляд. Драко Малфой стоял по правую руку от сияющего, но жутко волнующегося Гарри. В своем безупречно скроенном черном костюме аристократа, с идеально уложенными платиновыми волосами, он выглядел здесь как пришелец из другого мира. Драко лениво скользил взглядом по гостям, пока его глаза не остановились на Гермионе. На секунду его высокомерная маска дрогнула. Серые глаза Малфоя внимательно, не отрываясь, прошлись по её фигуре: от роз в волосах, задерживаясь на открытых плечах и мерцающих камнях корсажа, спускаяс к разрезу на юбке, оголяющему колено при каждом шаге. Драко чуть приподнял одну бровь, и в этом жесте было гораздо больше признания её красоты, чем во всем поведении Рона за последний месяц. Гермиона вскинула подбородок и встала на свое место напротив него, по правую сторону от алтаря. А затем появилась Джинни под руку с Артуром, и мир вокруг заполнился восторженными вздохами. На протяжении всей церемонии, пока Гарри и Джинни обменивались клятвами, Гермиона механически улыбалась, но стоило ей поднять глаза, она неизменно сталкивалась с пронзительным, изучающим взглядом серых глаз напротив. Малфой наблюдал за ней. Внимательно. Словно видел её насквозь. Официальная часть пролетела как в тумане. Шумный банкет в огромном шатре норы был в самом разгаре. Смех, звон бокалов с шампанским и огненным виски заглушали раскаты грома, которые становились всё ближе. Гермиона сидела за главным столом для молодоженов и свидетелей. Рон к ней так и не подошел — он остался за столиком у бара в компании каких-то старых знакомых по квиддичу и, судя по его громкому смеху и раскрасневшемуся лицу, уже прилично выпил. —« Внимание, попрошу минуточку тишины!»— прокричал в сонорус Джордж Уизли, поднимаясь со своего места. —« По традиции нашей семьи, после первого танца молодых, мы просим выйти на паркет тех, без кого эта свадьба бы не состоялась. Свидетель и свидетельница! Покажите нам класс!» Оркестр заиграл красивую, медленную и невероятно глубокую мелодию — вальс. Гермиона замерла. Её сердце пропустило удар. Она обернулась в сторону Рона, надеясь, что он хотя бы сейчас проявит инициативу, но Рон лишь пренебрежительно фыркнул в свой бокал, даже не поднявшись. —« Не заставляй их ждать, Грейнджер.» — раздался над ухом холодный, бархатный голос. Драко Малфой стоял рядом, протягивая ей узкую ладонь с фамильным перстнем. Его строгий пиджак был расстегнут, а верхняя пуговица рубашки ослаблена, что придавало ему вид опасного, но чертовски привлекательного хищника. Гермиона сглотнула, чувствуя, как дрожат пальцы, и вложила свою ладонь в его руку. Рука Драко была сухой и теплой. Когда они вышли на середину освещенного магическими огнями паркета, он уверенно положил левую руку ей на талию, прямо на нежный фатин платья, а второй крепко сжал её ладонь. Они начали двигаться. Гермиона ожидала чего угодно — колкости, неуклюжести, напряжения. Но Малфой вел идеально. Он двигался так уверенно, словно этот вальс был частью его самого. Пыльно-розовый подол её платья взлетал в такт музыке, рукава-фонарики создавали ощущение, что они действительно кружатся в облаках. —« Ты прекрасно танцуешь, Малфой» — тихо вырвалось у Гермионы, когда он плавно развернул её, заставив разрез платья на мгновение оголить бедро. —« Нас учили этому с пяти лет, Грейнджер» — отозвался он, глядя на нее сверху вниз. В его глазах отражались огни шатра. —« В отличие от некоторых, я умею держать лицо. Чего не скажешь о твоем... кавалере. Он пьет четвертый стакан виски и сверлит мою спину взглядом так, будто хочет применить Круциатус.» Гермиона бросила быстрый взгляд через его плечо. Рон действительно стоял у края паркета, его лицо было багровым от злости и алкоголя. —« Не обращай внимания» — устало выдохнула она, прижимаясь к Драко чуть ближе, чем требовали приличия, просто чтобы не видеть Рона. От Малфоя пахло дорогим парфюмом — деревом и легкой свежестью, и этот запах, в отличие от табачного перегара Рона, странно успокаивал. —« Я-то не обращаю», — хмыкнул Драко, его хватка на её талии на секунду стала чуть крепче. — «Но советую тебе приготовиться. Твой рыцарь идет на таран.» — мельком бросив взгляд на Рона, намекая об этом Гермионе. Музыка закончилась под аплодисменты гостей. Драко элегантно поклонился, не выпуская руки Гермионы до последнего момента. Но стоило им сделать шаг к столу, как дорогу перегородил Рон. От него разило алкоголем, а глаза были абсолютно дикими. —« Хватит», — грубо бросил Рон, хватая Гермиону за локоть и буквально выдергивая её к себе. —« Натанцевалась? Покрутилась перед всеми? Нашла себе компанию, Грейнджер?» — «Рон, отпусти меня, ты пьян!» — прошипела Гермиона, пытаясь высвободить руку. Гости начали оборачиваться. Гарри и Джинни в дальнем конце шатра тревожно переглянулись. —« Пойдем, нам нужно поговорить. Прямо сейчас» — Рон потянул её к выходу из шатра, в темноту сада, где уже вовсю бушевала гроза и падали первые крупные капли дождя. Гермиона обернулась назад. Драко Малфой стоял на прежнем месте. Он не вмешался — это была не его битва. Но он провожал их взглядом, в котором сквозило ледяное, презрительное обещание. Они вышли под проливной дождь. Вода мгновенно намочила фатиновые рукава Гермионы, тяжелые капли начали портить прическу, смывая нежные розы, но ей было всё равно. Внутри неё закипала ярость, которая копилась месяцами. —« Что ты устраиваешь, Рон?!» — крикнула она сквозь шум грозы, останавливаясь посреди темной аллеи. —« Ты позоришь свадьбу собственной сестры!» — «Это я позорю?!» — Рон резко повернулся, его волосы промокли и прилипли ко лбу. —« Ты весь вечер трешься возле Малфоя! Малфой у нас свидетель, Малфой у нас джентльмен! А я кто? Я пустое место?! Ты стесняешься меня, да? Из-за своей министерской работы ты считаешь себя выше меня!» — «При чем здесь моя работа?! Ты отдалился от меня три недели назад! Ты не спишь со мной, ты не разговариваешь, от тебя постоянно пахнет различгыми женскими духами...», — Гермиона осеклась, вспомнив странную реакцию Джинни утром. Озарение ударило сильнее, чем молния, сверкнувшая в небе. — «Рон... Джинни знает, да? Что происходит? Ты мне изменяешь?» Рон замолчал. Его стеклянные глаза забегали точно так же, как у Джинни утром. Он тяжело дышал, смываемый дождем, и эта минутная пауза стала для Гермионы самым страшным ответом. — «Значит, это правда», — тихо, почти беззвучно произнесла она.» Дождь смешивался со слезами на её щеках, но голос оставался твердым. — «Ты надумал себе, что я считаю тебя хуже, и просто нашел ту, с кем чувствуешь себя героем?» — «Гермиона, послушай...» — Рон сделал шаг вперед, его злость сменилась паникой. — «Ты вечно занята, ты...» — «Хватит», — Гермиона выставила руку вперед, останавливая его. Камни на её мокром платье больше не блестели, они казались холодными осколками льда. — «Между нами всё кончено, Рон. Прямо сейчас. Я больше не буду под тебя прогибаться. Забирай свои вещи из квартиры к завтрашнему дню.» Она развернулась и, едва удерживая равновесие на каблуках по размокшей траве, бросилась прочь — подальше от шатра, подальше от норы, в самую глубь сада, к старой беседке, укрытой плющом. Ей нужно было спрятаться. Свадьба лучших друзей была разрушена, её личная жизнь лежала в руинах, а платье, на которое она потратила весь бюджет, до нитки промокло. Она вбежала под деревянный навес беседки, тяжело дыша, и закрыла лицо руками, наконец позволяя себе разрыдаться в голос под раскаты грома. — «Уизли всегда отличался редким отсутствием такта, Грейнджер»,— раздался из темноты беседки знакомый, спокойный голос. — «Но устроить сцену под дождем на свадьбе собственной сестры — это новый уровень даже для него.» Гермиона резко вскинула голову, утирая слезы. В углу беседки, прислонившись к деревянной опоре и совершенно не заботясь о том, что косые капли дождя пачкают его дорогой костюм, стоял Драко Малфой. В его руке был зажат наполовину пустой бокал с янтарной жидкостью. Он смотрел на нее без издевки — в его серых глазах было странное, холодное понимание. — «Идем»,— тихо сказал он, отлепляясь от опоры и делая шаг к ней. — «Тебе нужно согреться и подышать. И, судя по всему, тебе нужен кто-то, кто не будет кричать на тебя под дождем.» Гермиона замерла, судорожно сглотнув слезы. Меньше всего на свете ей хотелось, чтобы Малфой видел её такой — с потекшим макияжем, насквозь промокшей и раздавленной предательством человека, с которым она провела последние несколько лет. ​— «Уходи, Малфой», — выдохнула она, отворачиваясь к стене беседки и обхватывая себя руками за плечи. Из-за мокрой ткани платья её бил крупный озноб. — «Пожалуйста. Просто оставь меня одну.» ​Драко не ответил. Гермиона услышала лишь тихий стук — он поставил свой бокал на деревянное перило. А в следующее мгновение её плеч коснулось что-то тяжелое, плотное и невероятно теплое. ​Малфой без лишних слов снял свой безупречный пиджак и накинул ей на плечи. Ткань до сих пор хранила тепло его тела и этот глубокий, успокаивающий аромат дорогого парфюма с нотками дерева. Гермиона инстинктивно сжалась, сильнее кутаясь в чужую одежду, которая была ей велика на несколько размеров. ​— «Если ты подхватишь магическую простуду, Поттер и твоя рыжая подружка решат, что это я отравил свидетельницу», — ровным, почти деловым тоном произнес Драко, обходя её и становясь рядом так, чтобы закрыть собой от косых порывов ветра. — «Мне лишние проблемы с Авроратом не нужны, Грейнджер. Так что сиди тихо.» ​Он достал волшебную палочку. Гермиона внутренне напряглась, но Малфой лишь сделал плавное, изящное движение в сторону входа в беседку. Тут же сработали чары: невидимый барьер отсек потоки холодного воздуха и шум бьющих по крыше капель стал тише, глуше. Вторым взмахом Драко направил на неё поток мягкого, сухого тепла. Мокрое платье и фатиновые рукава-фонарики начали стремительно сохнуть, а камни на корсаже снова слабо заблестели в полумраке. ​Гермиона почувствовала, как по телу наконец разливается тепло, а вместе с ним уходит и первая волна паники. Она подняла на него глаза. Драко стоял в одной рубашке, на которой от дождя потемнели плечи, и внимательно смотрел на нее, спрятав руки в карманы брюк. ​— «Спасибо,» — тихо, но уже гораздо увереннее произнесла она. — «И.. Прости за такой вид..» ​— «За что ты извиняешься?», — Малфой слегка прищурился, и в его голосе проскользнула привычная холодная сталь, но направлена она была явно не на Гермиону. — «За то, что твой Уизли ведет себя как слабоумный тролль? Мне всегда казалось, что твоей хваленой логики должно было хватить, чтобы раскусить его гораздо раньше.» ​— «Он изменил мне, Драко!..», — сорвалось с её губ прежде, чем она успела себя проконтролировать. Ей впервые в жизни назвала его по имени, и это прозвучало странно интимно в тишине беседки. — «И Джинни знала!.. Все знали, кроме меня..» ​Малфой на секунду отвел взгляд в сторону бушующего сада. Его челюсть упрямо сжалась. ​— «Уизлетта не сказала тебе, потому что это разрушило бы её идеальный день», — жестко произнес он, снова переводя взгляд на Гермиону — «Эгоистично, но предсказуемо. А Гриффиндорская верность, как видишь, работает только тогда, когда это выгодно.» ​Гермиона грустно опустила голову, разглядывая подол своего пыльно-розового платья. Слезы снова подступили к глазам, но Драко внезапно сократил расстояние между ними. Он подошел почти вплотную, вынуждая её поднять подбородок. ​— «Посмотри на меня, Грейнджер», — потребовал он, и его голос стал тише, мягче. — «Ты потратила кучу галеонов на это чертово платье, сделала прическу и весь день выглядишь так, что половина гостей забыла, как дышать. И ты собираешься ныть в кустах из-за парня, который променял тебя на какую-то девицу просто потому, что не тянул твой уровень? Серьезно?» ​Гермиона удивленно моргнула, улавливая в его словах скрытый, но очень сильный комплимент. ​— «Ты считаешь, что я хорошо выгляжу?» — тихо спросила она, чувствуя, как щеки обжигает румянец, совсем не связанный с согревающими чарами. ​Драко окинул её медленным, изучающим взглядом с ног до головы, задерживаясь на розовых розах в её волосах, которые чудом уцелели под дождем. На его губах появилась едва заметная, непривычно теплая ухмылка. ​— «Я считаю, Грейнджер, что ты выглядишь непозволительно роскошно для этой провинциальной свадьбы. И оставаться здесь и портить тушь — ниже твоего достоинства.» ​Он протянул ей руку — точно так же, как на паркете около получаса назад. ​— «Уизли ушел пить дальше. Поттер занят невестой. Твоя миссия свидетельницы на сегодня окончена. Позволь мне проводить тебя до дома, пока ты окончательно не испортила этот шедевр швейного искусства.» ​Гермиона посмотрела на его ладонь, затем на самого Драко, который, несмотря на всю свою маску безразличия, сейчас согревал её, защищал от шторма и возвращал ей чувство собственного достоинства. Она сделала глубокий вдох, поправила на плечах его тяжелый пиджак и уверенно вложила свои пальцы в его руку. ​— «Ладно, Малфой. Проводи.» Гермиона крепче сжала его ладонь, чувствуя, как фамильный перстень Малфоев больно врезается в её пальцы, но эта острая физическая боль была лучшим заземлением. Драко не стал церемониться: резкий, почти яростный поворот корпуса, и он утянул её в удушающий, ломающий ребра вихрь парной аппарации. Секунда абсолютной темноты, давления в груди и шума в ушах — и безумный свадебный шатер в норе, грохот музыки, пьяный крик Рона и раскаты грозы окончательно отрезало. Вокруг сомкнулась звенящая, давящая тишина.