Выстрел в темноте (A Shot in the Dark)

Я не отступлю перед какими-то там эльфами, тем более перед трусливой лесной феей. Он желает зла моему народу. Если он посмеет встать между мной и моими братьями, я раскрою ему башку, посмотрим, как он будет тогда улыбаться.

Даин II Железностоп

***

Торин застыл ровно на пять секунд, прежде чем ответить со страстью, которая удивила Бильбо. Король обхватил его щёку одной рукой, а другой схватил волосы, потянув голову назад, пока угол не стал идеальным. Бильбо расслабился и наклонился ближе, выпуская косы Торина в пользу остальной части его волос. К сожалению, он не мог наслаждаться прекрасным первым опытом, потому что друзья Бильбо были ещё теми мерзавцами. — Ха! Я победил! Гоните мне мои деньги! — Правда, Торин? Ты не мог дождаться, когда мы вернемся к Эребору, прежде чем напасть на Бильбо? Ты проиграл мне мою ставку, ублюдок! — Я выиграл другой спор! Бильбо действовал первым; вы все это видели! — Бифур, останови свои жесты! Торину больше не нужны идеи! — Дядя, никто не хочет видеть это! — Я разочарован в тебе, двоюродный брат. Я думал, что у тебя, по крайней мере, есть яйца, чтобы сделать первый ход. — Это действительно сюрприз для вас всех? Это ведь Бильбо. — Я мог бы прожить всю оставшуюся жизнь, не наблюдая, как мой дядя засунул свой язык в горло нашего взломщика… — Хватит болтать! Я хочу, чтобы моё золото было у меня! — Ох, заткнись и подожди, Даин. Ты не выглядишь так, как будто тебе нужно золото. — Зелёный — уродливый цвет для тебя, Двалин. Не то чтобы ты мог стать намного хуже, чем сейчас… — Бильбо стоит на ботинках? Я не думал, что он такой короткий! Бильбо застонал и уткнулся лицом в плечо Торина, пытаясь не обращать внимания на спор позади них. — Я должен был предвидеть это. — Мёртвы. Они все мертвы, — прорычал король; его руки скользили вниз, чтобы обхватить талию хоббита. — Если ты их убьешь, то кто будет убирать драконий помёт в Эреборе? — с улыбкой напомнил Бильбо воину. Гном фыркнул. — Я найму людей из Озерного города. Они не будут возражать, если я хорошо заплачу. — Как будто Бард позволит тебе оказаться рядом со своими людьми после того, что ты сделал, — усмехнулся Бильбо, подняв голову, чтобы подарить гному лукавый взгляд. — Кстати, ты всё ещё должен им извинения. Барду, в частности. Торин выглядел так, будто предпочёл бы снова столкнуться со Смаугом и Азогом одновременно. — Было… доведено до моего сведения, что я… возможно, был несправедлив к нему. — Ты обвинил его в попытке украсть меня у тебя, — напомнил ему Бильбо, не чувствуя ни капли жалости к королю. — Потом ты нарушил своё слово и выбросил Барда и его людей из Эребора. Тех же людей, которые затем пошли на войну под твоим именем, чтобы защитить Эребор от твоих врагов. Ты должен принести ему извинения, Аркенстон и новый проклятый город. — Разве я не могу дать ему немного золота и свою благодарность? — проворчал король, глядя на хоббита умоляющими голубыми глазами. Бильбо по-прежнему не был тронут этим. — Торин, он спас мне жизнь, — тихо сказал он, закрыв глаза, когда воспоминания нахлынули на него. — Он был готов последовать за мной в Мордор, даже несмотря на то, что был ранен и слаб. Он едва не умер, пытаясь дать мне время сбежать от назгулов. Я в долгу перед ним. — Я… полагаю, я был несправедлив к нему, — медленно согласился гном, как будто ему было физически больно от этого признания. — Он не сделал ничего, чтобы заслужить мою ярость или ненависть. Это было моё собственное безумие, которое заставило меня думать хуже о нём и его людях… — Да, это так, — согласился Бильбо, открыв глаза, чтобы встретить взгляд Торина. — Между Бардом и мной нет ничего, кроме дружбы. Он… я думаю о нём так же, как ты думаешь о Двалине. Как о своём брате и друге. Его признание заставило Торина выглядеть ещё более болезненным и виноватым. — Хорошо, хорошо, я понял. Я сделал ошибку. Я… извинюсь перед ним. — Хорошо, — Бильбо игриво потянул косичку Торина и похлопал по ладоням, всё ещё державшим его за талию. — Теперь отпусти меня, чтобы ты мог пойти и накричать на наших друзей. Торин в последний раз сжал его в руках, прежде чем позволить слезть со своих ботинок. Освободившись, хоббит отступил в сторону, когда король подошел к группе гномов, ворчащих и обменивающихся золотом, и принялся кричать на них на кхуздуле. Когда всё вокруг погрузилось в хаос, Бильбо протянул руку и провёл пальцами по губам, лениво думая о том, было ли его лицо таким же счастливым, каким он себя чувствовал.

***

При первом взгляде на Сумеречный лес Бильбо подумал, что он галлюцинирует. — Это Сумеречный лес? Мы уже прибыли? — спросил он Кили, который шёл рядом. Кили кивнул. — Да, мы достигли Сумеречного леса. Почему ты так удивлен? Ты знал, что мы направляемся именно туда. — Полагаю, я ожидал, что путешествие займёт больше времени, — признался хоббит. — Мы пройдём через него, чтобы добраться до Эребора? — Да. Люди, которых мы наняли, вернутся в свои королевства, в то время как эльфы проведут нас через Сумеречный лес, чтобы мы смогли вернуться в Эребор, — объяснил принц, убирая несколько прядей, упавших на лицо. — О. Ты… как ты думаешь, Трандуил позволит мне навестить Тауриэль, Беорна и Барда? — тихо спросил Бильбо, теребя одну из своих бусинок. Кили пожал плечами. — Конечно, почему бы и нет? Они твои друзья. Он не может запретить тебе. — Нет, но я чуть не убил капитана его Стражи, — заметил Бильбо. — Насколько мне известно, это был её выбор — пойти с тобой, — хмуро напомнил гном. — Он не может считать тебя ответственным за её травмы. — Но он может держать меня подальше от неё, чтобы защитить от неприятностей, которые я, кажется, доставляю, — парировал Бильбо, чувствуя, как его сердце сжимается при мысли о том, что он никогда больше не увидит эльфийку. Кили упрямо покачал головой; до Бильбо донесся тихий перезвон его бусинок. — Я не позволю ему. Вы друзья, и тебе нужно увидеть её. Никто не может запретить тебе этого. Бильбо улыбнулся и потянулся, чтобы вытереть грязь на лице у принца. — Спасибо, Кили. Я ценю это. Гном засиял и чуть поклонился ему. — Всё, что угодно для моего нового дяди! — Я ещё не вышел за Торина, — напомнил Бильбо с нежной улыбкой. — Но это случится, — ответил гном с усмешкой. Бильбо пожал плечами. Сейчас у него было единственное желание — загнать Кили в ближайший пруд и хорошенько отмыть. — Конечно. Если он победит мою бабушку в конкурсе на выпивку. Кили остановился и уставился на него. — Что? Дядя должен сделать что? Бильбо ухмыльнулся и продолжил идти. — Хоббитская традиция. Если он хочет связать себя со мной узами брака, то должен перепить мою семью. Позади него Кили начал смеяться так сильно, что Бофуру пришлось держать его, чтобы благородный принц не свалился в ближайшую лужу.

***

Они достигли границ Сумеречного леса с заходом солнца. Когда гномы начали разбивать лагерь рядом с эльфами, Бильбо решил выследить Даина, чтобы попросить лорда Железных Холмов о помощи. — А теперь-ка ещё раз. Зачем тебе понадобился этот травоядный? — спросил лорд-гном, высоко подняв брови. — Потому что мне нужно его разрешение, чтобы увидеться с моими друзьями, — спокойно объяснил Бильбо. Брови Даина поднялась ещё на один дюйм. — Угу. И почему ты пришёл с этим именно ко мне? Почему бы тебе не пойти к Торину? Или к кому-то, кто на самом деле любит тебя? — Потому что Торин может попытаться оторвать ему голову, если Трандуил откажет мне, — объяснил хоббит. — А что случилось с твоей односторонней любовью ко мне? Я думал, что она вечна. — Она погибла несчастной смертью, когда ты убежал в Мордор и заставил моих двоюродных братьев гоняться за тобой с моей армией за плечами, — безразлично сказал гном. — Но я понимаю твою точку зрения. Было бы лучше держать Торина подальше от этого травоядного. Хорошо, взломщик, идём. Я отведу тебя посмотреть на мраморную статую. Даин провёл его через весь лагерь и они оказались перед воздушной и элегантной палаткой. Двое охранников, нёсших вахту, грозно глянули на них из-под своих шлемов, но всё же пропустили хоббита и гнома, как только Даин объявил им своё имя. Леголас, сидящий на куче подушек с мечом и точильным камнем на коленях, поднял голову на шум и чуть заметно улыбнулся при виде гостей. Трандуил же продолжил читать свиток, как будто их там не было. — Лорд Даин, мастер Бэггинс, — поздоровался принц, на мгновение взглянув на своего отца. — Что привело вас сюда так поздно? — Взломщик хотел увидеть твоего отца, — ответил Даин, схватив Бильбо за запястье и толкнув вперёд. Хоббит споткнулся и бросил взгляд через плечо на гнома, который просто ухмыльнулся в ответ. Трандуил всё ещё не отрывал взгляда от своего письма. Леголас посмотрел на Бильбо, а затем снова на своего отца. — Ada… Наконец, по тихой просьбе сына, король бросил письмо на стол перед собой и повернулся к хоббиту. Бильбо поднял подбородок и заставил себя встретить взгляд тёмных глаз, не дрогнув. — Полурослик. Ты вызвал довольно много беспорядка своими глупыми действиями, — прокомментировал эльф, его голос был ровным и прохладным, как впрочем и всегда. — Многие воины погибли, пытаясь спасти тебя. Даже мой капитан едва не заплатила самую высокую цену только за то, что помогала тебе. Бильбо медленно кивнул. — Я знаю. Она — причина, по которой я здесь. Я… я надеялся, что ты позволишь мне навестить её и двух других, которых ты спас вместе с ней. Глаза Трандуила стали абсолютно тёмными, будто замёрзшее озеро, покрытое коркой льда. — Чтобы ты смог втянуть её в другую историю, где она снова рискнёт своей жизнью ради тебя? — Я не хотел, чтобы она пострадала, — тихо сказал Бильбо, засунув пальцы за спину, чтобы скрыть то, как они дрожат. — Если бы я мог поменяться местами с ней в одно мгновение, то сделал бы это. — Но ты не можешь, — напомнил король, его зимние глаза не потеплели, — и теперь Тауриэль будет покрыта шрамами и слепа до конца своей вечной жизни. Бильбо почувствовал, как его сердце остановилось. — Что? — Она потеряла зрение, полурослик, — медленно повторил Трандуил, словно разговаривая с маленьким ребёнком. — Улаири ударил её по лицу. От уха до уха, навсегда скрыв от неё солнечный свет. К тому времени, как мы её нашли, было уже слишком поздно, чтобы спасти её глаза. — Ох, — Бильбо чувствовал, что его вот-вот вырвет. Он знал, что его друзья получили серьёзные ранения, но все это было столь эфемерным до этого самого момента. Он попытался представить Тауриэль — красивую и смелую Тауриэль с её сверкающими карими глазами, которые больше никогда не увидят солнечного света, — и ему захотелось плакать. — А теперь ты пришел сюда с просьбой разрешить тебе увидеть её, — выплюнул эльф, его губы изогнулись в нечто среднее между рычанием и насмешкой. — Как будто я позволю тебе оказаться рядом с ней. Как будто я не хочу оторвать твою голову… — Достаточно, Трандуил, — внезапно прорычал Даин, прерывая короля. Он шагнул вперёд, закрывая хоббита собой. — Пусть Бильбо увидит своих друзей, чтобы мы смогли закончить эту дискуссию и вернуться к игнорированию друг друга, — сказал гном, скрестив руки на груди. Трандуил ухмыльнулся. — Почему я должен, гном? Я пришёл ему на помощь. Разве этого недостаточно? — Ты пришёл ради мести и самосохранения, эльф, — прорычал Даин, напрягая свои широкие плечи. — Мы оба знаем, что произойдёт, если Саурон получит Кольцо и Бильбо. Так что отбрось маску обиженного лидера, Трандуил. Ты никого здесь не обманешь. — Отец, мы не можем их разлучить, — сказал Леголас, вмешиваясь, прежде чем король смог ответить. Когда его отец повернулся, чтобы посмотреть на него, принц встретил холодный взгляд старшего эльфа своими тёплыми глазами. — Тауриэль считает его дорогим другом. Она не позволит даже тебе прервать эту дружбу. Глаза Трандуила расширились на секунду, прежде чем его лицо снова превратилось в идеальную глянцевую маску, которую он всем показывал. Король посмотрел на Бильбо, на стоящего позади Даина, а затем снова оглянулся на сына с изогнутой бровью. Когда Леголас не отвел взгляда, он, наконец, вздохнул и потерпел поражение. — Ты можешь навестить её и двух других, когда мы доберёмся до дворца, — монотонно сказал король, прежде чем повернуться к столу, где размещались его бумаги и карты. — А теперь оставь меня. С меня хватит твоего нытья на целую вечность вперёд. Даин фыркнул, развернулся и схватил руку Бильбо, прежде чем осторожно вывести его из палатки. Только когда они оказались в нескольких футах от неё, он выпустил предплечье из своей хватки и позволил хоббиту идти самостоятельно. — Что ж, это было весело, — сказал лорд-гном, перебрасывая через плечо несколько косичек. — Хорошее напоминание о том, почему я ненавижу большинство эльфов. Бильбо вздохнул и кивнул. — Спасибо за твою помощь, Даин. Я знаю, что я не нравлюсь тебе, так что это, вероятно, ничего не будет значить, но я ценю, что ты заступился за меня таким образом. — Трандуил — холодный ублюдок, который не имеет права говорить с тобой так, — прорычал гном, его голубые глаза сузились. — Он думает, только потому, что один из его подданных пострадал, он заслуживает особого отношения? Ха! Самоуверенный кусок дерьма. Бильбо закатил глаза на напыщенную речь и пошёл обратно в лагерь гномов. — И ты ошибаешься, — добавил воин, следуя за хоббитом. — Ты мне нравишься. Если бы это было не так, я бы не позволил тебе выйти за Торина. — Ты был бы против брака? — удивился Бильбо, оглянувшись на своего спутника через плечо. Даин усмехнулся. — Нет. Я просто убил бы тебя. Ну, если бы меня не опередила Дис. Каким-то образом знание того, что Даин может зайти так далеко, успокоило Бильбо. Фактически, его порадовало, что у короля были такие преданные и заботливые члены семьи, которые прибегнут к убийству, чтобы защитить его. — Значит, мне стоит бояться принцессу Дис? — тихо спросил хоббит. — Торин сказал мне, что она умнее и холоднее его. — О, она очень умна и очень безжалостна, — согласился Даин, ухмыляясь с явным восторгом. — Торин — недоверчивая морда, но у него внутри все равно есть мягкость, которую он ото всех скрывает. Но Дис? У неё ничего этого нет. Она такая же твёрдая и холодная, как её дедушка, пока он не сошёл с ума. Единственное тепло, которое у неё есть, припасено для её семьи, которую она бдительно охраняет. — Звучит очень страшно, — признался Бильбо, кусая нижнюю губу. — Ты думаешь, я ей понравлюсь? — Ну, ты бросился на защиту её брата и сыновей в кровавой битве. О, и подвергнул опасности судьбу всего мира, чтобы сохранить их в живых, — размышлял лорд-гном, потирая челюсть. — Я думаю, можно с уверенностью сказать, что она, вполне возможно, будет обожать тебя. Или, по крайней мере, не убьет тебя.

***

На следующий день они продолжили путь через Сумеречный лес. Странно было вернуться в лес, когда эльфы вели их. Сумеречный лес внезапно стал менее тёмным и опасным, хотя Бильбо знал, что это не так. Вокруг всё ещё были пауки, но они не появлялись там, где ходили эльфы. Часть его задавалась вопросом, признают ли они угрозу или эльфийские разведчики продвинулись вперед, чтобы уничтожить их, прежде чем они смогут действовать. Им потребовалось несколько недель, чтобы добраться до дворца Трандуила. Бильбо обнаружил, что чем ближе они подходили, тем больше он беспокоился при мысли о встрече с друзьями. Что, если они не захотят его видеть? Что, если они злятся на него за то, что он не разрушил Кольцо? И как он сможет справиться с виной, которая тяжёлым грузом упадет ему на плечи, когда он увидит их ранеными из-за него? Сомнения продолжали мучить его, даже когда подошёл эльф, который должен был проводить хоббита к друзьям. — Вы готовы, мастер Бэггинс? — спросил высокий эльф в знакомых доспехах стражи, которые предпочитала Тауриэль, умело игнорируя злобные взгляды, которые гномы бросали на него. — Готов для чего? — спросил Фили, бросая на эльфа такой же взгляд, что и Глоин на людей, которые не хотели слушать рассказы о его сыне. — Я собираюсь навестить Тауриэль, Барда и Беорна, — ответил Бильбо, взглянув на Торина, которому он сообщил ранее, чтобы избежать истерик. Король кивнул в ответ с холодным выражением лица, которое шло вразрез с напряжённой линией его плеч. — Хочешь, чтобы один из нас сопровождал тебя? Бильбо подумал, прежде чем медленно покачать головой. — Нет, нет, спасибо. Это то, что я должен сделать сам. Торин нахмурился, но всё же кивнул в ответ. — Как ты пожелаешь. Увидимся позже? — Я вернусь к ночи, — пообещал хоббит, проводя пальцами по предплечью гнома. — Обещаю. — Удачи, — прошептал Балин, когда он прошёл мимо него. Бильбо напряжённо улыбнулся. — Спасибо. Мне это понадобится.

***

Раненое трио размещалось в одной большой комнате, которая находилась в середине дворца. Бильбо изо всех сил старался вспомнить залы и коридоры, через которые они шли, но его память подвела его. В лучшем случае всё выглядело только смутно знакомым. Самое большее, что он мог вспомнить сейчас, — это путь обратно к входу. Эльф оставил Бильбо у двери с обещанием вернуться позже, чтобы сопровождать его обратно к своим спутникам. Затем он ушел с плавной и тихой грацией, которой, казалось, обладали все эльфы. С уходом эльфа Бильбо остался один, уставившийся в высокую и пугающую дверь перед собой. «Ты можешь сделать это, Бильбо. Если ты можешь встретиться со Смаугом, Сауроном и Бомбуром до того, как он позавтракает, ты сможешь встретиться и со своими друзьями», — твёрдо сказал он себе и понял, что малая часть его поверила в это. Другая часть называла Бильбо дураком и предлагала ему бежать из этого замка до того, как Беорн покалечит его. Затем, прежде чем он смог остановиться и подумать, хоббит поднял руку и ударил кулаком по твёрдой дубовой двери. На мгновение наступила тишина, прежде чем хриплый знакомый мужской голос разрешил войти. «Бард», — подумал Бильбо, и его сердце вздрогнуло, когда он, наконец, повернул ручку и открыл огромную дверь. Комната перед ним была столь же прекрасна, как и остальная часть дворца с её изящной архитектурой, которую, казалось, могли создать только эльфы. Но Бильбо не смог оценить красоту, окружающую его, потому что всё его внимание было приковано к троице, сидящей на одной из больших кроватей в комнате. Бард был первым, кто заметил его. Его тёмные глаза широко распахнулись, а рот раскрылся в шоке. — Бильбо? — Бильбо? Ты здесь? — пробормотала Тауриэль, когда на её губах появилась слабая знакомая улыбка. Беорн просто смотрел на него своими тёплыми карими глазами. — Кролик. Ты наконец пришёл в гости. — О, — выдохнул Бильбо, прикрывая рот одной рукой, полностью осознавая ущерб, нанесенный его друзьям. — О, мне жаль… мне так жаль! Я не… я не должен был позволять кому-либо из вас идти со мной. Вы все… вы… — Тихо, тихо, кролик, успокойся, — сказал Беорн, которому не хватало части левой руки. — Не начинай нас раздражать. Не хочу, чтобы ты превратился в гнома. — О, Бильбо, пожалуйста, не плачь, — умоляла Тауриэль, на глаза которой была наложена белая повязка, резко выделяющаяся на её рыжих волосах. Они были коротко подстрижены и сбриты с одной стороны, потому что кто-то явно попытался воткнуть ей в голову топор. Она наклонила голову в сторону и прислушалась. — Всё действительно не так плохо, как кажется. — Ненавижу это говорить, но она права, — проговорил Бард, улыбаясь ему, хотя половина его лица была перевязана и ему не хватало уха. — На самом деле у нас всё хорошо. Я бы даже сказал, что нынешняя стрижка Тауриэль намного лучше, чем та, что у неё была прежде. — О, ты такой милый, Бард, — вздохнула Тауриэль, с ужасающей меткостью протягивая руку, чтобы сжать перевязанное бедро. — Очень милый. Знаешь, я обнаружила, что огромным плюсом потери зрения является то, что мне больше не нужно смотреть на твоё лицо. Со временем я смогу полностью забыть его и спасти себя от будущих кошмаров. Бард зашипел, оттолкнул её руку и попытался уйти от эльфийки. Это выглядело довольно сложно, учитывая то, что он был зажат между Беорном и Тауриэль. — Почему ты столь жестока? Наверное, поэтому призраки не смогли тебя убить, — слишком жестока даже для них. — Заткнись, щенок. И будь милым, — упрекнул Беорн, накрывая ноги Барда одеялом. Только сейчас Бильбо понял, что одной ноги нет. — Ты тоже, Тауриэль. Наш кролик вот-вот начнёт плакать. — Как я могу не плакать? — фыркнул Бильбо, пытаясь удержать себя от крика. — Вы все… посмотрите, что я с вами сделал! Назгулы всё у вас отняли! — Ну, не всё, — весело ответил Бард, ухмыляясь своей мальчишеской улыбкой. — Они не забрали наши жизни! Бильбо, наконец, расплакался.

***