Мальборо

Смолевичи в 2017-м для молодежи — это такой залупный, но родной городок на полпути к Минску. Главный вайб это было "че делать?". Делать было нечего, реально. Утро или день, без разницы, если ты не пиздовал на учебу в Минск или куда-то еще, то ты просто шатался. Где шатались? Ну, конечно, по району. Эти ебаные пятиэтажки, зассанные подъезды, падики наши родные, детские площадки, где уже никто не играл, но где можно было посидеть и побухать какой-нибудь дешевый Ягер или старую добрую Кельку. Или пивка, чтоб хоть как-то день убить. Соцсети... ВКонтакте — это было все! Без шуток. Все городские сплетни, все движухи, кто с кем встречается, кто где напился — все в «Подслушано Смолевичи». Там такой пиздец иногда творился, что хоть стой, хоть падай. Инстаграм уже начинал набирать обороты, но это так, для девок больше было, ну и для тех, кто хотел выебнуться, что он в Минске. Ощущение было такое, что ты живешь в таком себе месте-транзите. Типа, ну да, Смолевичи, свое, родное, но все хотят отсюда свалить, хотя бы в Минск. Потому что тут, блядь, ни клубов нормальных, ни движухи особой. Зато все всех знали. Если ты что-то отмочил, то завтра об этом знал уже весь район. 2017 сентябрь. И среди всего этого жил мальчик Матвей. Ничем не примечательный подросток на первый взгляд. Не выделяется из толпы. Не цепляет взглядом. И стоя сейчас в толпе своего класса на линейке в честь начала учебного года он тоже не выделялся. Линейка длилась не долго. Проиграл гимн страны, директор произнес речь напутствия для одиннадцатых и девятых классов, и все разошлись по классам. Первый день учебы, первым днём учебы, а грызть гранит зананий, к сожалению, нужно. В их школе одиннадцатые классы делились на три профильных: 11 «А» с направлением физ/мат, 11 «Б» био/хим и 11 «В» лингвисты. Матвей учился в — "самом лучшем классе" — 11 «А». Про них говорили, что именно они добьются всего в жизни. Идиоты, только лишь. Потому что многие учатся именно в этом классе из-за родителей, из-за "ну физмат круто", а в голове нет нихуя. Матвей же отлично знал и математику, и физику и другие точные науки. Именно поэтому на уроке алгебры Михаил Иванович, для повторения изученного за десятый, вызвал к доске именно его. — Савицкий, выходи, будешь помогать олухам вспомнить. И так каждый урок. Савицкий, Савицкий, Матвей. Не то, чтобы это его напрягало, но в какой-то мере раздражало. Он ведь не один хорошо знает его предмет, но к доске почему-то выходит, блять, один. Не справедливо. * Слава богу конец первого учебного дня подошёл к концу. Матвей с Даниилом и Машей, своими, наверное, лучшими и единственными друзьями, стояли за школой. Савицкий стоял приваленный к стене с вонючей сигаретой «Мальборо» между пальцев, Даня оживлённо говорил как его заебал весь сегодняшний день и хочется расслабиться, а Маша слушала Даниила и параллельно листала ВК. Спустя минуты три бубнежа Дани девушка пихнула его в плечо. — Тут эта, ну, как её... А, Кристина! Она короче вписон устраивает по поводу первого, блятского, сентября. Идём? — Пусть господь благословит Крис, конечно идём. Матюх? Матвей с сигаретой между губ нахмурился, метаясь взглядом карих глаз между друзей. Вписка, ещё и Кристина, репутация которой странная. Но остановив свой взгляд на Дане, он лишь тяжело вздохнул. Затушил сигарету о стену и кинул окурок на землю. Выбор то у него есть? — Пойду. — Вот и заебись. А то кислый ходишь. Даниил похлопал по плечу Матвея и широко улыбнулся. Вот кто, кто, а Даня всегда за любую движуху, хоть туса, хоть с крыши падать он бежит первым. Маша же иногда ходит развлечься и все, не модно хикканить дома и не быть с кем-нибудь да знакомым. Матвей бы с удовольствием сидел на жопе ровно дома, но эти две амёбы ему ни за что этого не позволят. Именно поэтому компания троих долбаебов собралась в восемь часов на старой детской площадке. Матвей пришел самый первый, потому что ебать-какой-сука-пунктуальный. Потом пришла Маша, ну и Даня подтянулся. Все троя поздоровались и поплелись по знакомым — до ебаной фени — дорожкам. Минут через двадцать они уже сидели на хате у Кристины. Пока Даниил выпивал уже которую рюмку водки и произносил тосты за учебу, Маша сидела рядом с Матвеем, но общалась с своими знакомыми-подругами. Савицкий просто сидел и пил пиво. Старое, дешевое, родное пиво. Его взгляд блуждал по комнате и знал он тут всех. Косвенно, конечно. Кого-то видел в друзьях в ВК, кого-то на улицах, кого-то в подслушано. А вот одно лицо он знал слишком хорошо. Оно мелькало во всех историях в Инстаграме и девочек, и пацанов. Аккаунт с этим лицом на аватарке есть в друзьях у каждого. Рыжеволосый парень с приглушённо зелёными глазами, лицом полным веснушек. Леонид, Леня, Льоня. Рыжий придурок. Матвею лично он ничего не сделал, но, опять же, слухи в их городе разносятся быстро. Хотя, наверное, чтобы так думать надо пообщаться с человеком лично? Да кому не похуй. Матвею похуй. Наверное он слишком долго смотрел на него. Возможно. Похуй. Савицкому резко приспичило покурить, хотя зависимость он не имел. Матвей как раз был из тех людей, которые захотят и реально бросят. Он встал, пошел к выходу из гостиной довольно уверенно, словно знал эту квартиру наизусть, нашел балкон, зашёл и закрыл за собой дверь. Из кармана парень достал помятую, полупустую пачку Мальборо и зажигалку. Когда он подкурил сигарету, то балконная дверь распахнулась, но Матвей не повернулся. Выпитое пиво даёт о себе знать, хоть и немного. — Ты слишком откровенно пялишься, знаешь? — М?